Любовь зла, полюбишь и...

Будучи мудровыебанной, Линор для похода в редакцию решила изменить внешность, так чтоб даже мать родная не узнала. Маскировка была сразу для нескольких случаев. Например, чтоб фанаты не узнали и не приставали со своим «можно сфоткаться, распишитесь мне вот тут на письке и займите пять баксов на опохмел» и прочей ерундой. Не то, чтоб этих фанатов было так уж много, но зато те, что имелись были все наглухо отбитые, и встречи с ними всегда заканчивались лютым пиздецом. Но главная цель была не попасть в объектив неуловимого журналюги, который как сука-фокусник вел съемку хуй пойми из какого параллельного измерения. Очень уж не хотелось светить своей мордой из очередной мерзопакостной статейки. Нацепив бабушкины очки и батину телогрейку и ушанку, в которых он обычно картоху сажал, Линор посчитала, что этого вполне достаточно, чтоб ее не узнали. И вот, зайдя в здание, она подошла к посту охраны и стала рыться в своей сумке, делая вид что ищет пропуск, и тут краем уха услышала, как администратор возмущается тем что новая уборщица не вышла на работу и тут Линор обратилась к охране, сказав что она и есть та самая уборщица и, к её удивлению это прокатило и ее пропустили. Поначалу все было неплохо, нужно было лишь помыть полы в офисе, и Линор параллельно пыталась разузнать у других сотрудников про знаменитого автора, но журналюги были угрюмы и молчаливы. Как потом выяснилось - по причине вчерашнего корпоратива, где все изрядно нажрались и теперь страдали от жуткого похмелья. Когда дело дошло до уборки туалетов, она психанула. — Ой, да как же тут заблевано! Да что ж вы, недописатели жопорукие, такое вчера пили, что вас до сих пор полощет... Да нахуй, да ебала я такие спецоперации... Алло, Хокка! У меня облом, тут все как муму, на контакт не идут. А у тебя что? Ты где? Ну и че ты там сидишь под подъездом? У тебя бинокль есть? Залезь на дерево, посмотри что они там делают. Заодно и подро... Да не ори, я шучу. Давай шевели копытом, а то мы полгода так будем по кустам всякое говно собирать. Хокка только делал вид, что занялся слежкой, на самом деле он удобно устроился в беседке во дворе Порко с пивком и чипсами и собирался тихо-мирно залипнуть в комментах в инсте и тиктоке, когда ему позвонила агрессивно настроенная подруга. Поняв, что от него всё равно теперь не отстанут и вымотают все нервы, вокалист решил покончить с игрой в детективов прямо сейчас. Он решительно поднялся в квартиру, где засели влюбленные идиоты и напросился в гости под весьма странным предлогом — попросил кудрявого сделать ему маникюр. Нужного лака не оказалось и дед погнал гитариста в магаз, а сам приступил к осуществлению своего плана. — Привет, — Ещё раз поздоровался Йоэль с Алисой при этом тупо улыбаясь, — У тебя там над коленкой тату? Можно посмотреть? — Получив отрицательный ответ, Хокка решил побыстрей покончить с этим фарсом и свалив девушку подсечкой, полез ей под юбку. Такую картину и застал Порко, который вернулся домой за кошельком. — Что тут у вас происходит? Значит я только за порог, а ты… Проститутка! — Заверещал кудрявый, топая ногами и замахиваясь на парочку первым, что попало под руку. — А я тебя предупреждал. И положи дихлофос на место, не надо на меня пшикаться как на таракана какого-то. — Не виноватая я! Он меня изнасиловать хотел. Сказал «да че ты, давай по быстренькому, этот лошара ничего не узнает». Я и пискнуть не успела, а он меня уже на диван завалил и давай лапать! — Зарыдала Алиса, точно знавшая, что в любой непонятной ситуации слезы — это лучшая защита. — Хуле ты пиздишь?! — Взвизгнул Хокка, и отскочив подальше от журналистки, затараторил — Мы с Линор проводили расследование откуда сняли фото и нашли то место, а потом по камерам посмотрели и там засняли ноги с тату, вот я и хотел посмотреть, если ли у нее она. Йоонас уставился на деда, а тот продолжил свою речь. — Это она та самая журналиста, что про нас писала. — Ну, во-первых не про нас, а только про тебя и нашу семейку ебантеев; а во-вторых я и так в курсе. — В смысле?! — Алиса от неожиданности перестала реветь и села мимо стула. — Помнишь, мы когда на дачу ехали, автобус сломался и мы пошли пешком через поле. Ты там увидела ЛЭП и дала мне свой телефон, мол сфоткай меня типа это эйфелева башня и я в Париже… Полчаса там выебывалась возле вышки, и я случайно в галерее увидел фотки Йоэля. Те самые, где он ссыт в кустах, и с резиновым членом на охранника бросается. Тогда я и понял, кто эти статейки клепал. — И ты не послал её после этого? — Йоэль тоже офигел и споткнувшись об ковер бесславно рухнул на пол. — Ну, знаешь ли, любовь зла, а козлы этим пользуются. — Это я козел?! А ты…ты тогда козлоёб! — Обиделась девушка. — Господи, у нас была одна пизданутая парочка, а теперь две, дебилы блять. Нахуй я вообще в это всё ввязался. — Хокка поднялся и с гордо задранным носом пошел допивать свое пиво.