Твой ход

Следующие два раунда фортуна объективно была главной фанаткой, возможно, зараждающейся пары Керема и Ханде, по крайней мере, объяснить иначе то, почему в этих партиях кареглазая была обладательницей всех козырей и высших карт, девушка не могла, однако такой расклад не мог не радовать. Сначала с хитрой улыбкой девушка разделалась с кофтой парня, а затем свой глаз она положила на мужскую футболку. Если уж Бюрсин её после этого пошлёт на своём сладком английском, она как-нибудь да отшутится, по крайней мере попытается свести всё на глупую шутку. — Друг мой милый, жду не дождусь, когда ты ко мне подойдёшь, — хохотливо произносит кареглазая, глядя на то, как молодой человек недовольно складывает свой веер из карт на стол. — Ты что-ли колоду приворожила? — подходя к ней, возмущается он, — за два кона у меня ни одного козыря… Хандемий, скажи честно, ты чёрной магии училась, да? Эрчел лишь с широкой улыбкой глядит на него, задумчивым взглядом обводя фигуру молодого человека. В целом, план: «Б» у неё есть, поэтому была не была. — Да, училась, знала же, что однажды понадобится, — осторожно подцепляя пальчиками край мужской футболки, она встаёт на ноги, дабы снять ту со своего партнёра, — подними руки, пожалуйста. — Ханя, ты, конечно, не размениваешься на мелочи в отличии от меня, — на удивление шатенки, молодой человек говорит это крайне мягко, без какого-либо намёка на злость или недовольство, — тебе мой пресс что-ли нравится? Шатенка лишь кратко кивает ему в ответ, что ж, он не раз ей говорил, что ему нравятся её ноги, так почему она должна врать ему о своей особенной симпатии к его какой-то части тела? Совсем не думая о последствиях, она аккуратно кладёт ладошку на мужской пресс, ласково поглаживает тот, нежно прикасаясь кончиками ногтей к загорелой коже. — Хандемий, ты же не хочешь проверить мою выдержку, да? — мягко перехватывая девичью руку, которую шатенка очень откровенно опустила почти к низу его живота, он осторожно отодвигает ладонь подруги в сторону, — нас ждёт пятый раунд? — Разумеется, — хищно щурит глазки она, понимая, что больше пяти раундов играть не намерена. К чёрту все эти карты, у неё намечается игра куда серьёзнее.

***

Пятая партия благополучно близится к ничье, Бюрсин бросает на стол свою последнюю карту — девятку виней, а дальше ход госпожи Эрчел, если покроет будет ничья, если примет — победа её милого друга. Шатенка задумчивым взглядом глядит на козырный туз в своих руках. Масть — черви. В голову сразу лезут слова её сестры, которая в шутку сделала ей расклад на Керема:

Ханде, знаешь, для таких раскладов туз червей — это новая романтическая привязанность, возникновение чувственного влечения. В событийном плане он может обозначать свадьбу. Кстати, когда вместе с червовым тузом тут же оказывается ещё и пиковая девятка, то это означает, что ты получишь наслажление, свидание и расположение своего друга… Мы же с тобой на Керема гадаем, Аллах, как совпало то.

— Принимаю, — поддаётся ему, впервые веря в то, что карты могут действительно что-то предсказать. Хотя с таким повторившимся сочетанием карт именно в самом важном кону тяжело ей было не поверить в знаки судьбы. Шатенка оставляет карты лежать на столе лицом вниз, встаёт на ноги, делая несколько шагов в сторону парня, как никак, это был самый волнительный для неё момент за эту игру, ведь держать себя в руках и полностью контролировать своё тело ей и будучи в одежде с трудом удавалось, а без важного элемента одежды зелёный свет точно уж чересчур ослепительно загорится. — В таком случае, Хандемий, — аккуратно расстёгивая пуговицу на девичьих штанах, с лукавой ухмылкой произносит молодой человек, — джинсы тебе больше не нужны. Парень также осторожно расправляется с молнией, стараясь особо не прикасаться к девушки, понимая, что ей это может быть неприятно. Наклонившись вперёд, он случайно упирается макушкой в женскую ногу, чуть выше девичьего колена. Бюрсин ласково обхватывает её щиколотку, помогая шатенке снять джинсы полностью. — Керем, — хрипловато шепчет она, ощущая, как молодой человек, всё-таки не сдержавшись, нежно поглаживает её левую ногу, от голени до коленной чашечки, — знаешь, кто мне очень-очень сильно нравится в нашей команде? Молодой человек интуитивно одёргивает от её бархатной кожи руку, понимая, что сердце девушки, во-первых, занято, во-вторых, они всё-таки друзья, и он слишком много себе позволяет. — Я? — в шутку говорит он, надеясь скрасить неприятное чувство неловкости. — Ты, — она невинно протягивает ему ладошку, опуская глаза в пол. И он мог бы подумать, что она шутит, но стоило ему лишь взглянуть на неё, очертить внимательным взглядом девичью позу, в которой прекрасно читалось волнение и лёгкая неуверенность, Бюрсин без сомнений понял, что ни о каком юморе речь сейчас точно идти не могла, а уж если ещё и вспомнить то, что Хандемий говорила ему совсем недавно, то быстро пришло осознание того, что кареглазая буквально сделала первый, от того самый сложный шаг: призналась ему в своих чувствах. Конечно, ещё крайне поверхностно, но молодому человеку и на этого смелости не хватало. Его крайне милая партнёрша нравилась ему действительно давно, но вот сказать ей об этом он боялся, опасаясь того, что очевидно необделённая мужским вниманием девушка воспримет это скорее отрицательно, нежели положительно. Почему-то ему думалось, что его милая Ханде в одно мгновение отдалится от него, если узнает о том, что симпатична ему, а такого он допустить не мог, поэтому предпочитал молчать, ожидая каких-нибудь намёков на то, что у женщины есть хоть малейшие задатки романтических чувств по отношению к нему. Шатен ласково сжимает её руку, заботливо притягивает к себе тельце девушки, усаживая ту к себе на колени. Делает глубокий вдох, через хлопковую ткань оставляет робкий поцелуй на девчачьем плече, крепче прижимает девицу к себе, не расцепляя при этом их замок из пальцев. — Хандемий, это лучшее, что я мог от тебя услышать, — довольно шепчет ей он, проводя кончиком носа кривую линию по шее партнёрши и до впадинки около её мочки ушка, — ты мне тоже очень нравишься. Я уже даже успел расстроиться из-за того, что ты в кого-то другого влюблена. — Ты думаешь, я бы предложила тебе сыграть в такое, если бы любила кого-то другого? — расслабленно вздыхает, накрывая свободной ладошкой тыльную сторону кисти молодого человека, — Керем, я тебе специально поддавалась, надеялась, что ты хоть этот намёк поймёшь. Эрчел тепло улыбается, всем видом показывая, что не винит его в том, что он не сразу понял все её маленькие шалости, которыми девушка невинно хотела дать ему сигнал о том, что если он любит её, то она готова вступить с ним в отношения хоть завтра. — Госпожа Эрчел, вот тут я вам не верю, — самодовольно хмыкает молодой человек, с лёгким прищуром вглядываясь в её глянцево карие с медовым отливом глаза, — я всегда в карты выигрываю. Шатенка громко усмехается, с довольным личиком подцепляя со стола те две карты, которые стали причиной её проигрыша. Хотя сейчас в своём поражение они видела исключительно победу. — Не будь так самоуверен, Бюрсин, — разворачивая к нему лицом козырный туз и его девятку виней, она хищно улыбается, — я тоже неплоха в этой игре. Керем лишь театрально закатывает глаза, шумно вздыхает. Он обязательно предложит ей ещё один кон, но уже точно честный. — Проказница, — осторожно забирая из девичьих рук две красивые карты и небрежно бросая те на стол, чуть хрипловатым голосом шепчет он ей, — однако твой мотив, Эрчел, мне не может не нравится. Шатенка осторожно приглаживает мужскую чёлку ладошкой, задумчиво разглядывает его лицо. Тёмно-умбровые радужки глаз. Слегка расширенные зрачки. Красиво причёсанные брови. Лёгкая щетина, которая приятно колит нежную кожу её кисти. Естественно бледные губы, чуть приоткрытые. Слышит, как молодой человек шумно выдыхает. Чувствует, как его рука, упавшая на её талию и сжавшая ту чересчур собственнически, вжимает хрупкое тельце в крепкую мужскую грудь. Ощущает вкус его влажных губ. Они впервые целуются без сценария, без толпы людей рядом, без слепящих глаза софитов. Целуются чувственно, страстно, жарко. Так, что порой мягкую кожу губ обжигает острота зубов. Но прекращать не хочется. Им хочется лишь большего. С большей амплитудой сделать движение языком. Сильнее впиться зубами в сладостную кожу, теперь ставшую у обоих с вишнёво-ликёрным привкусом от женской гигиенички. Им хочется выиграть в этой борьбе. Сражении, где нет проигравших. В войне без кислорода и расстояний. Им хочется прижаться друг к другу так близко, так, как физически невозможно. Правая ладонь парня резко проскальзывает с девичьей поясницы до её шеи. Мужские пальцы аккуратно сжимаются на той. Кареглазая же в ответ лишь рвано выдыхает, опаляя горячим дыханием его губы. Ещё с первых съёмок Эрчел полюбилась эта маленькая фишечка парня, который при более откровенных по сюжету поцелуях касался её шеи, вызывая тем самым у шатенки волны мелких мурашек, в миг рассыпающихся маленькими бугорками по подзагорелой коже девичьего тела. — Как же ты вкусно пахнешь, — резким движением разорвав поцелуй, чуть грубоватым движением отдёрнув от себя кареглазую, еле слышимым голосом протянул он, уткнувшись носом в её плечо, громко дыша, — просто чертовски вкусно. Сама же Ханде в себе не нашла сил произнести хоть что-то, она лишь жадно глотала воздух, медленно облизывая кожу собственных губ, пульсирующих от оставленных острыми зубами её чудного друга следов. Пьянящий вкус вишни с привкусом его слюны стал её любимым. Аккуратно обводя кончиком языка алые отметки на губах, она ненароком подумала, как прекрасно будет ощутить вкус их поцелуев с привкусом карамельного мартини. — Знаешь, какая была моя первая мысль о тебе, когда мы встретились в живую? — шатенка лишь отрицательно качает головой в ответ, переводя чуть рассеянный взгляд на совсем уже тёмные глаза парня, — она потрясающе пахнет… Мий, я просто в какой-то эйфории нахожусь от твоего запаха. — Не поверишь, но я подумала о том же, когда ты впервые ко мне подошёл, — томно произносит она, чувствуя, как парень ласково очерчивает подушечкой большого пальца позвонки её шеи. Она медленно проводит кончиками ногтей по обнажённой коже его спины, тем самым вызывая у молодого человека ещё более тёмный взгляд, кричащий о серьёзности его намерений. Чернота зрачков, кажется, становилась настолько великой, что нещадно затмевала собой цветную радужку. С новым затяжным поцелуем уже первая прильнула к нему Ханде, моментально получая ответ на свои действия. Мужская ладонь чуть сильнее сжалась на её шее, от чего тихий гортанный стон вылетел из груди разгорячённой ситуацией женщины. Вторая кисть парня сначала очертила слегка выпирающие позвонки на её пояснице, затем уверенно спустилась к девичьим бёдрам. Обнажённая кожа была полностью в его распоряжении. Он это прекрасно понимал. Видел в каждом лёгком движении своей партнёрши то, что её желания целиком и полностью совпадают с его. Бюрсин прекрасно понимал, что однажды их дружба всё равно закончится, проект однажды завершится, а вместе с ним и их ежедневное общение. Это было неизбежно… так было всегда: актёры сначала проводят дни напролёт вместе, а затем даже имя своего партнёра вспомнить не могут… Однако с его милой Хандемий ситуация развивалась куда стремительнее. Дружба в своём основном понимании закончилась ровно в тот момент, когда их губы соприкоснулись во влажном поцелуи, так просящем друг друга не останавливаться. Только этот крах рождал не обрыв их связи, а наоборот новую более устойчивую дорогу. Дорогу, которую им нужно будет пройти вместе, крепко держась за руки. Дорогу, конца которой, кажется, даже не существовало. Молодой человек резко опустил свою кисть с шеи Эрчел на её спину, второй же рукой он перехватил девушку под бёдра. Не отрываясь от её опьяняющих губ со сладостным вкусом ликёрной вишни, он поднялся на ноги, ответственно держа в своей хватки лёгкое девичье тельце. Сделав несколько шагов в сторону своей постели, предназначенной для отдыха во время перерыва меж съёмками, Керем с явной заботой уложил партнёршу на холодную ткань хлопковой простыни. Что ж, у них было своё представление об отдыхе во время перерыва. Удобно устроивший меж мягких подушек, имеющих приятный запах мужского шампуня, кареглазая уверенно скользнула ладошкой к серой пряжке на джинсах парня, однако её кисть была довольно быстро перехвачена, затем даже несколько раз поцелована, от чего на внутренней части её ладони осталось несколько маленьких капелек его слюны. — Не торопись, — с лукавой улыбкой хмыкнул он ей, ласково сжимая меж пальцев девичью руку. Бюрсин оставил ещё несколько более коротких поцелуев на женском плече, а после отпрянул от Эрчел, выпуская её ладошку из своей хватки. Быстрым взглядом пробежавшись по ней, он с предвкушением улыбнулся. Такая красивая, такая любимая, такая, какая теперь вся в его распоряжении. Что не удивительно, короткий перерыв от наслаждения теплом её кожи был потрачен на то, чтобы избавиться от совсем ненужной сейчас одежды… кажется, совсем недавно он ей сам говорил не спешить, но разве с таким высоким пульсом можно не торопиться? Вот и он посчитал, что протянуть ещё несколько минут будет настоящим преступлением. — Нет, Эрчел, — голосом, не терпящим возражений, протянул ей он, останавливая тщетную попытку девушки занять ведущее положение, сегодня давать ей такое право молодой человек уж точно не собирался. Хандемий, кажись, совсем и не расстроилась такому исходу. Она целиком и полностью доверяла своему партнёру, поэтому с такой же охотой приняла роль ведомого, расслабленно откидываясь обратно на подушки и смело опуская ладошки на обнажённую спину мужчины. Ощутив теперь совсем ничем не прикрытой кожей живота мужское дыхание, шатенка тихонько ойкнула, с интересом следя за движениями Керема. Его бархатные подушечки пальцев с особой трепетностью поглаживали девичью талию. Его губы медленно выстраивали из поцелуев ломаную линию на её груди. Его выдохи обжигали особо чувствительную зону ключиц, а также изредка опаляли нежную кожу под женскими рёбрами, когда парень со всей своей лаской резко смещался вниз. Эрчел нежно поглаживала его по плечами, проскальзывала кончиками пальцев по мужской шее, иногда останавливая те на колочущейся из-за пульса вене, затем запутывалась в копне его каштановых волос с лёгким рыжеватым отливом. Они так прелестно, да мягко щекотали её ладошки. Парень скользнул к низу девичьего живота, оставляя на том россыпь особо ласковых поцелуев, и, без слов убедившись в том, что его партнёрша точно не против, смело опустился ещё ниже. Воздух становился будто настолько разреженным, что даже самые глубокие вдохи казались бестолковыми. Кареглазая буквально задыхалась от удовольствия под умелыми мужскими прикосновениями и уже совсем развязными поцелуями. Она, довольно прикрыв глаза, отдавалась в его владения целиком и полностью, отвечая на каждое его действие томным стоном. На мгновение притихнув и сильно выгнувшись в спине, она довольно сильно сжала ладошкой мужское плечо, затем, ощутимо вздрогнув в руках Бюрсина, громко задышала, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. Парень, переставив руки на матрас с обеих сторон от Эрчел, чуть приподнял корпус, с явно довольной ухмылкой любуясь своей работой. Её щёки залились пунцовой краской. Её лоб слегка поблёскивал от появившейся на идеальной коже испарины. Её волосы, слегка взъерошенные, хаотично лежали на его подушках. Что ж, она, однозначно, была прекрасна. Керем наклонился к девичьему лицу, сладостно целуя шатенку. Без укусов и без властных действий прикасался к её губам, давая своей партнёрше немного времени, дабы та смогла прийти в себя. — Бюрсин, — чуть с хрипотцой протянутое ей имя, жарко прошёптаное буквально в его губы, стало для парня призывом к продолжению, с которым медлить он явно не планировал. Отстранившись от сверкающей янтарными глазками девушки, он помог ей сменить положение, разворачивая женщину на живот, а затем чуть приподнимая её бёдра. Крепко сомкнув руки примерно в области женской талии, шатен сделал первый медленный толчок, мгновенно вызывая у кареглазой особы множество мелких мурашек. Эрчел пробормотала что-то несвязное, чуть приподнимаясь на локтях и слегка покачиваясь ему навстречу, тем самым призывая к более смелым со стороны парня действиям. Он прекрасно понял её желание, с удовольствием учащая ритм.

***

Последующий час они провели в ласковых объятиях друг друга, находясь в приятном состоянии полудрёма. И, пожалуй, они могли бы нежиться в постели ещё очень-очень долго, совсем не имея никакого желания вылазить из-под тёплого одеяла, однако съёмки должны были начаться уже через два часа, а значит им нужно начать приводить себя в порядок, дабы шикарно выглядеть в кадре. — И всё-таки, — чуть ёрзая головой на мужской груди, задумчиво протянула Ханде, — почему нам такой короткий перерыв дали? Лучше бы поставили вечерние съёмки ещё на часа три позже… мы бы с тобой ещё подольше полежали. — Ханя, — весело хмыкнул Керем, ласково поглаживая женщину по макушке, сразу же вспоминая с какими словами девушка заявилась в его караван сегодня, — дома у меня после съёмок полежим, поверь, тебе понравится нисколько не меньше. — Звучит заманчиво, — тепло улыбнулась ему она, неохотно поднимаясь с корпуса молодого человека, — скорей бы мы всё отсняли. Керем лишь кивнул в качестве немого согласия, ненароком думая, как же теперь прекрасно будет просыпаться по утрам вместе с этой милой красавицей, завтракать, а потом вместе ехать на площадку. Кажется, грядущее будущее имело просто самую сказочную перспективу, от чего широкая улыбка невольно появилась на мужском лице.