Анча. Становление «рассказчиком»

      Холодно. Мороз пробирал до самых костей. Ещё совсем недавно над головой ярко сияло солнце, а сейчас всё заволокло ледяным тюлем пурги. Под ногами за считанные секунды выросли огромные сугробы, которые так и норовили утянуть в свой омут. Вокруг ничего не видно. Метель заволокла всё пространство и невозможно было увидеть ничего дальше собственного носа. Всё вокруг — сплошное белое полотно. Всё вокруг хотело, чтобы ты остался там — в ледяных объятьях непогоды. Чтобы ты заснул под звуки колыбельной, что напевала метель.       — Нельзя... Нельзя... — тихий голос сливался с завыванием ветра.       В хаосе снежного лабиринта, пробираясь сквозь бесконечный занавес снега, ковыляла девушка, лет шестнадцати. Всё тело её дрожало, длинные русые волосы выбились из тугой косы и покрылись инеем. Тёплый одолженный у матери платок, который хоть как-то укрывал голову, уже давно был унесён злым порывом ветра и, должно быть, повис на одной из колючих ветвей. Потрёпанная душегрейка не спасала от жгучего холода, а ноги промёрзли настолько, что совсем не слушались.       — Нет... Нужно... Дойду... — упрямо твердила девушка.       Она пробиралась сквозь метель, которая, не жалея мягкой бледной кожи, резала юное лицо острыми, словно осколки стекла, снежинками. Снег попадал в глаза, забивался в нос, не давая сделать вдох. Девушка уже не знала куда именно она идёт. Всё казалось таким знакомым и, в то же время, таким чужим, что в голове всё спутывалось.       Ещё утром она шла в соседнюю деревню, чтобы продать сделанную накануне вышивку, но кто же знал, что солнечный и тёплый зимний день, обернётся такой бурей. А ведь матушка предупреждала. А ведь она говорила, что не нужно никуда идти! Говорила ведь дождаться отца и поехать с ним на санях! И к чему же привела эта надежда на хорошую погоду? К чему привёл этот «русский авось»? Авось пронесёт... Авось доберусь... Добралась?..       — Матушка... Батюшка... — жалобный хрип вырвался из груди.       К чему приводит слепая вера в лучшее? Как работает эта жизнь? Почему если хочешь как лучше, всегда что-то идёт не так?       — Простите... — нежный голосок потонул в злом рёве ветра.       Из помутневших глаз начали течь горькие слёзы. Но уже поздно каяться... Поздно жалеть... Судьба давала шанс выбрать свой путь и выбор был сделан. Не стоит извиняться, не стоит никого винить. Судьба жестока. Судьба не знает жалости и сострадания. У Судьбы нет любящего всё и вся сердца...       И вот ноги уже совсем обморожены. Уже не понятно двигаются ли они вообще... Маленькие хрупкие ручки посинели, но онемевший кулак продолжал упрямо сжимать пару жалких монет. Сорок копеек в обмен на жизнь... Стоило ли это того? Стоили ли эти гроши того, чтоб ради них пробираться сквозь метель? Что думаешь, мой дорогой наблюдатель? Стоило ли это того?       — Не могу... — последний вздох сорвался с уст, и маленькое костлявое тельце рухнуло в снег. Последний вздох и вся жизнь пронеслась перед глазами. Такая скучная и однообразная. Такая бессмысленная и одинокая... Зачем я жила? Зачем? Ради того, чтоб погибнуть вот так?       Утром, когда метель стихнет, совсем рядом с деревней найдут небольшое окоченевшее тело девушки. В ней без особого труда узнают местную рукодельницу и отвезут по всем известному адресу прямиком к беспокойной матери. И как только бедная женщина увидит дочь, её сердце сожмётся до размеров той снежинки, что недавно безжалостно резала бархатную кожу.       В крепко сжатом кулаке найдут сорок копеек, а за пазухой последнюю не проданную вышивку, на которой красуется кабарга с большими горящими странным тёплым огоньком глазами. А ведь девушку когда-то прозвали оленёнком, за огромные полные жизни глаза... Голубые, как безоблачное майское небо...       И сейчас эти глаза видят множество историй, которые невозможно не поведать вам...