Архивы подполья.

      Перед тем как перейти непосредственно к прочтению самих записей архива, мне, автору сего произведения, хотелось бы представить своему читателю личность, без которой всех этих историй попросту не произошло бы, ведь именно она и предложила создание "Подполья", о котором и пойдет речь. Но для этого давайте окажемся там сами и увидим, так сказать, конец и начало этой истории.

***

      Полуразрушенная лестница катакомб не внушала доверия и грозилась обрушиться, казалось, даже от малейшего давления, что для человека было бы попросту неощутимым. Однако Коннору хватило смелости пройти по ней вниз и удачи, благодаря которой исследователь не рухнул на бетонный пол в нескольких метрах под собой. Пыль и дикая вонь от разлагающихся тел впереди слепили глаза и драли нос юноши, от чего ему все-таки пришлось снять с пояса противогаз и нацепить на себя. Ох, как же Коннор не любил этот агрегат, что сперва болтался сбоку или в сумке, а потом мешал рассмотреть интересующий объект в мельчайших подробностях. Однако сейчас парень благодарил всевышнего за эту прекрасную вещь; по всему коридору, во всех помещениях было полно смердящих полуразложившихся тел.       Сколько уже это место брошено? Никто точно не знает. Мало кто вообще подозревал о существовании и функциях этого подполья. Но Коннор входил в число осведомленных. Потому и шел сейчас по коридору, казалось, что-то выискивая.       Холодный луч фонаря позволял увидеть огромные тучи пыли в воздухе (если от такового здесь что-то осталось). Крысы, что отъелись до довольно больших размеров, бегали прямо под ногами пришельца, казалось, совершенно не боясь быть задавленными насмерть ногой человека. Мух и различных личинок здесь было несметное количество. Все это не могло не раздражать исследователя, и пара крыс действительно осталась теперь пятнами на полу, заставив сородичей одуматься и принять решение отбежать от человека подальше и не рисковать жизнью и здоровьем.       Коннор в скором времени добрался до помещения, напоминающего собой кабинет – угловой стол в центре комнаты, черное кресло со стороны стены, стул для посетителя со стороны двери, заваленные бумагами, рамками и книгами стеллажи, шкафы и полки вдоль стен. Мебель была выполнена преимущественно из темного дерева. Пробежавшись взглядом по интерьеру, парень опустил взгляд на пол. На красивом темно-красном ковре, схожем с теми, что сохранились с Советских времен, лежал такой же полуразложившийся труп, как и те, что Коннор встречал как раз по пути сюда. Выделяло его лишь то, что он был обезображен и проеден личинками дволь и поперек, так что разглядеть какие-либо черты лица было бы невозможно. Хотя, а сохранились бы они в принципе?       Конн склонился над телом и пошарил в кармане собственной куртки, после чего достал оттуда фотографию. Посмотрев на бумажку, он перевёл взгляд на труп, а потом обратно на изображение.       Точно он.       Коннор взялся судить о том, кто же все-таки перед ним, лишь по росту, сложению и размеру ноги, ибо возможности более точно установить личность не вышло бы – лаборатория, мимо которой Конн проходил во время своих поисков, была практически полностью разрушена: от оборудования осталось одно лишь название, да и зайти в помещение и не пострадать вряд-ли вышло бы. Решив не заморачиваться с этим, Конн продолжил капаться с трупом, теперь уже изучая карманы пиджака и брюк на теле, и вскоре нашел то, на что надеялся – визитку и документ, удостоверяющий личность. Ибо сомнение все еще сидело в голове иссдедователя, парень с трепетом и некоторым страхом открыл заботливо убранный в кожаную обложку еще при жизни человека паспорт и вздохнул с облегчением, убеждаясь в том, что не ошибся в своих предположениях. Труп принадлежал пропавшему без вести хозяину этого подполья – Максимиану Блэру.       Фото в паспорте сохранилось на удивление хорошо: на изображении можно было четко разглядеть симпатичные черты лица парня, его жемчужные вьющиеся волосы длиной до подбородка, того же цвеиа ресницы и брови, мутные радужки гранатового оттенка и пожалуй самую странную особенность (хотя, если так посмотреть, альбинизм – уже сам по себе вещь необычная) – паталогия глаз, благодаря которой в левом глазу юноши было сразу два зрачка в пределах одной радужки.       Конн перевел взгляд на тело, надеясь, что удастся увидеть столь необычные глаза хотя бы после смерти Макса и понять, как же это будет выглядеть в реальности. Однако из полупустых глазниц с жалкими остатками глазных яблок выползли две крупные жирные личинки.       Коннора передернуло.       Парень конечно не был так уж брезглив и, как мы видели, вполне спокойно капался в одежде на полуразложившемся обезображенном теле. Но согласитесь: смотреть на личинок вместо глаз, да еще и выползающих из глазниц, было бы мягко говоря противно.       Исследователь еще пару секунд смотрел на тело, будто в трансе, а после, искренне пытась сжечь в памяти столь нелицеприятную картину, отошел к столу, попутно убирая в карман найденные паспорт и визитку. Сперва Конн мельком пробежался взглядом по захламленному рабочему месту, а после обошел недешевый предмет интерьера и стал заглядывать в каждый ящик, на каждую полку стола, дабы найти подобие носителей информации. И долго возиться с этим не пришлось: в глаза в скором времени бросились ежедневник, небольшая черная книжка, что судя по нелестному эпитету о себе и людях, ранее окружавших ее владельца, служила личным дневником Блэра, пара флешек и адаптеров для микро-сиди, коей на столе не оказалось. Скорее всего эта карта памяти осталась в телефоне Макса, которого как на зло не было видно ни рядом с телом, ни в пределах стола. Но исследователя это не сильно расстроило: разве станет кто-то хранить что-то важное на таком неудобном носителе, который в добавок и легко потерять?       На столе также покоился старый пыльный ноутбук, который полетел в рюкзак вместе с остальными побрякушками, после чего Конн направился к выходу из подземки, попутно мельком оглядывая трупы на своем пути. Что-то в них казалось странным. Непонятно только, что именно.       Парень мотнул головой и ускорил шаг. Но одно он уже знал наверняка: сюда он вернется еще не один раз.

***

POV: Коннор.

      Теплый дом, уютный плед, кружка горячего кофе и любимые фильмы. Никогда бы не подумал, что меня все это не будет радовать. Хотя нет, не так. Никогда бы не подумал, что меня что-то увлечет больше этой атмосферы, когда я дома.       Меня не покидают мысли об этих телах. Кажется, в этом подполье произошли взрывы. Почему же трупы не разорваны на кусочки? Еще и тело руководителя... Кажется, умер он совсем не как остальные люди там. Настолько обезображенное тело. Да там от лица одно название. Месиво! Это я еще не видел тело... Брр. Смотреть не хочется.       Можно сплавить эту работу Раймонду. Точно, именно Раймонду! Он трупы любит. Безумно любит! Он также безумен, как и его любовь к своей работе.       Никогда не понимал его страсти к работе в морге. Как можно любить постоянно копаться в чужих кишках? Какое удовольствие можно от этого получать?       Хотя, быть может, я слишком предвзято отношусь к работе патологоанатома? Точно так. Я ведь не знаю толком ее тонкостей. Может, это и впрямь интересно – устанавливать причину смерти, изучать пораженный болезнями организм?       Нет. Это точно не мое. Обыскивать трупы еще куда ни шло, а вот копаться в них... Ни за что.       Завтра надо будет вернуться в ту подземку, захватить с собой Рэя и вызвать пару труповозок. Не станем же мы в самом деле тащить все эти тела в морг? Там их на несколько таких заведений хватит...

***

      С этой мыслью Коннор захлопнул собственный ежедневник и с минуту потер руками глаза.       Время близилось к полуночи, и парень решил наконец отправиться на заслуженный шестичасовой отдых, напоследок кинув взгляд на ежедневник Макса. — Не сегодня...