empathy

      Хёнджин забронировал один из танцевальных залов на ночь в самую последнюю минуту. К счастью, он должен быть пустым, так как сегодня вечер пятницы. Студия довольно большая, в ней много комнат и один главный огромный танцевальный зал.       По пятницам он всегда открыт до поздней ночи, до 11 вечера. Было ровно 22:06, когда Хёнджин входил в танцевальный зал № 3, проверяя свои часы.       Однако, когда он поднял глаза, он не ожидал увидеть кого-то, скрючившегося в одном из углов, уткнувшись головой в колени.       Он выглядел таким маленьким и таким ничтожным.       Несмотря на то, что парень был в другом конце комнаты, Хёнджин слышал всхлипы, такие кристально чистые, как будто это были оплакиваемые крики.       Почему Ли Минхо плакал?       На одну секунду, которая показалась часами, Хёнджин замер, испугавшись, но в следующую секунду он бросил все свои вещи и побежал. Он бежал и бежал к своему хёну, никогда не думая, что когда-нибудь станет свидетелем того дня, когда Ли Минхо заплачет, потому что он никогда не плачет, никогда, или, по крайней мере, ни с кем, что всегда беспокоило Хёнджина.       Дело в том, что в кругу близких друзей Хёнджина он видел только 4 из 7 плачущих. Двое из трёх других никогда не плакали перед другими, но они хотя бы плакали. Это Чан и Сынмин.       Итак, остаётся единственный, кто никогда не плакал или кого никогда не видели плачущим, — Ли Минхо.       И это пугает.       Что ещё более пугающее, так это то, что они оба соседи по комнате, и до сих пор Хёнджин даже не слышал ни единого хныканья.       Он был всего в нескольких метрах, но почему казалось, что Хёнджин бежит так долго? По его мнению, чем дольше он бежал, тем дальше на самом деле находился Минхо. Вот что значит: «Так близко, но в то же время так далеко»       Достаточно скоро он потянулся к старшему, скользнув вниз, чтобы его глаза оказались на одном уровне с его.       Минхо был немного поражен, подняв голову, чтобы посмотреть, кто перед ним с таким озабоченным лицом, которое он никогда не хотел видеть.       И когда Хёнджин увидел слёзы, льющиеся дождем из прекрасных глаз Минхо, его сердце немного разбилось.       Глаза опухшие и красные, нос тоже красный, губы кровоточат от того, что их слишком сильно прикусили, слезы текут водопадом.       Хенджин немного запаниковал, но он знал, что должен успокоиться, чтобы не вывести Минхо из себя. Поэтому, насколько это возможно, он изобразил мягкое озабоченное лицо, стараясь не переусердствовать, и самый нежный голос с безмятежным тоном.       — Хён, эй, эй, это я, Хёнджин, не бойся, ладно? Я прямо здесь, тише-тише.       Хёнджин не хотел давить на Минхо, спрашивая, что не так, утешить его сейчас — главная задача. Он медленно заключил Минхо в объятия, если он поторопился бы, это могло показаться вынужденным, и это может заставить старшего запаниковать и подумать, что он обуза.       Голова Минхо уткнулась в изгиб плеча и шеи Хёнджина, в то время как Хёнджин обнял его за талию, скользя пальцами по его спине, чтобы успокоить Минхо. Брюнет испуганно вцепилась в рубашку Хёнджина. Объятья Хёнджина становились все крепче и крепче, он ничего не может с этим поделать, это было то, что он всегда делал с юных лет. От старых привычек трудно избавиться.

***

      Это не была полная тишина, но так казалось. Всхлипы Минхо всё ещё были слышны, когда Хёнджин шептал сладкие утешения, но с каждой минутой в зале становилось всё тише. Хёнджин не знает, сколько это продолжалось, но он предположил, что до 11 вечера оставалось меньше 20 минут.       Минхо немного поерзал в объятиях младшего, и Хёнджин встревожился, раскрыв руки, испугавшись, что он мог сделать что-то не так. Минхо поднял голову и посмотрел в глаза Хёнджину. Его слёзы высохли на щеках, глаза не такие красные, но более опухшие.       — Мне жаль, что я испортил твою рубашку слезами и соплями, — сказал старший немного дрожащим голосом, смущенно опустив глаза. Его голос, слегка охрипший от всех этих слез, немного дрогнул.       Он выглядел таким сломленным, но в то же время таким неземным и прекрасным.       — Не беспокойся об этом, хён. Она всё равно уже старая, — заверил он старшего с улыбкой, от которой даже его глаза превратились в полумесяцы. — Также, — Хёнджин приподнял подбородок Минхо, чтобы тот посмотрел ему в лицо. — Я бы использовал свою рубашку, чтобы вытирать твои слёзы в любой день, — добавил Хёнджин с гордой улыбкой, чтобы попытаться подбодрить старшего.       Казалось, это сработало, поскольку Минхо издал тихий смешок и в шутку ударил Хёнджина по груди, что вызвало гармоничный смех обоих. Хёнджин предложил вернуться домой и заняться чем-нибудь веселым, в конце концов, сегодня вечер пятницы.       — Но разве ты не хочешь попрактиковаться? — спросил Минхо.       — Я собирался, но только потому, что все были заняты, а мне было скучно.       — Ты… ты уверен?       — Да, хён. Всё в порядке. Хочешь перекусить пиццей и посмотреть фильм? — что-то, что они всегда делали примерно два раза в неделю. Это всегда отвлекало их от стресса, связанного с колледжем и работой.       Минхо тепло улыбнулся, уверенный и знающий, что всё действительно хорошо.       — Хорошо, тройной сыр, как обычно, пожалуйста.

***

      Поговорим о предыстории?       Она уходит далеко-далеко. Они познакомились ещё в начальной школе. Хёнджину было 8, а Минхо — 10.       За короткий промежуток времени они уже стали лучшими друзьями, несмотря на разницу в возрасте. Хёнджин был таким маленьким в то время, и Минхо всегда заботился о нём.       Примерно в старшей школе, когда Хёнджин стал выше и когда он понял, что его влюбленность в друга, которая появилась у него ещё в средней школе по отношению к старшему, на самом деле была не влюбленностью в друга, а страстным увлечением. Хотя долгое время он отмахивался от этого и не признавал этого, думая, что это просто его подростковый ум в препубертатном состоянии.       Минхо стал фигурой старшего брата, которого у Хёнджина никогда не было, хотя иногда он выглядит как материнская фигура, всегда защищающая его и оказывающая ему поддержку и заботу. Иногда это немного опасно.       Потому что иногда Хёнджин действительно очень хочет поцеловать Минхо. Он не боится признать это. Особенно в тех случаях, когда Минхо касается лица Хёнджина, чтобы сказать ему слова ободрения и уверенности всякий раз, когда ему приходится выступать с танцевальными номерами или презентациями в колледже.       Он наблюдал, как вижуал Минхо расцветает красотой, точно так же, как Минхо наблюдал, как лицо Хёнджина расцветает ангельским вижуалом. Излишне говорить, что в старших классах они оба получили довольно много признаний в любви.

***

      Сейчас они в их квартире, на 3-м фильме. Три оставшихся холодных кусочков пиццы.       Они сидели в гостиной, наблюдая за Шерлоком Холмсом. Эти двое были укрыты гигантским одеялом, которое они делили на двоих. Голова Минхо склонилась на плечо Хёнджина. Они всегда были близки друг с другом дома, особенно Хёнджин. Это также был способ зарядиться энергией после долгого дня. Пока они смотрели, Минхо внезапно сказал:       — Сегодня я ходил к своим родителям. Я сказал им, что я би, и... они, похоже, отреагировали не так, как я ожидал.       Минхо поднял голову, глядя на Хёнджина, желая, чтобы он сказал что-нибудь в ответ. Нуждаясь в том, чтобы он что-то сказал.       — Ты сказал им раньше меня? — спросил Хёнджин, саркастически положив руку на грудь. Минхо закатил глаза, но всё ещё улыбался.       — Я думал, ты знаешь.       — Честно говоря, Минхо-хён, я не знал. Я тоже этого не предвидел, но я определенно рад, что тебе комфортно говорить мне об этом, — он ободряюще и нежно улыбнулся.       — Оу... Я думал, что это было очевидно.       — Я, должно быть, действительно тупой, — Минхо усмехнулся в ответ.       Подводя итог, можно сказать, что на лицах родителей Минхо было что-то похожее на страх и отвращение, когда брюнет поделился с ними. В отличие от родителей Хёнджина, которые приняли его и никогда не относились к нему по-другому и осыпали его такой же заботой, что и раньше, когда он сказал им, что он гей.       У Минхо была маленькая надежда, что его родители, возможно, приняли бы его, потому что они были счастливой семьёй, он думал, что они и дальше будут счастливой семьёй, как раньше... раньше.       Но, похоже, он ошибался.       Временами Хёнджин смотрел на своего трудолюбивого хена, и на его лице появлялись краски беспокойства. Минхо всегда всем улыбается, всегда по-матерински относится к младшим: Чонину, Феликсу, Джисону, Сынмину (иногда даже Чанбину), и всегда уважает старших, то есть Чана. Он относится ко всем с добротой и искренностью. Не только к Хёнджину, но и к макнэ лайну, которые также советовались с Минхо о своих проблемах.       Он через многое прошёл, но ни разу на его лице не отразилось ни гнева, ни печали или ещё чего-то подобного.       Это также относится к чему-то, что нельзя просто забыть. Чему-то что знает только Хёнджин, так как он был там в то время, когда это произошло.       Даже в то время Минхо не плакал. Хотя нет, он определенно плакал, но всё ещё не осмеливался показать этого ни одной живой душе.

***

      17 марта 2010 года Ли Минсо скончалась из-за аварии, в которую попал пьяный водитель.       Она была сестрой Минхо, старше его на 6 лет. Её мотивация и вдохновение. Они были очень близки. Она всегда находила для него время, несмотря на то, что у неё было много забот. Она была внимательной, доброй, любящей и заботливой, совсем как Минхо сейчас. Она сыграла самую большую роль в жизни Минхо, и знать, что его никто не встречал у входной двери, когда тот возвращался домой из школы, просто душераздирающе.

***

      —И... они даже упомянули… Минсо-нуну, когда они читали мне лекцию, — Минхо закончил, его голос дрожал, и Хёнджин мог сказать, что слёзы уже угрожали пролиться. Рука Хёнджина обхватила лицо Минхо, его большой палец нежно поглаживал его скулы.       — Минхо-хён, это не делает тебя плохим или другим, ладно? Не слушай, что они говорят, потому что ты только выясняешь, кто ты такой. И у тебя есть все мы, мы никогда тебя не бросим... — Хёнджин не знает почему, но он немного нервничал, говоря это. — Ты поймал меня. Ни в каком другом измерении или вселенной я никогда не оставлю тебя, — сказал он твёрдым и уверенным голосом. — Никогда.       При этих словах скатилась слеза. Хёнджин улыбнулся, вытирая слезу и наклоняясь, чтобы поцеловать Минхо в лоб, как будто он хён, а не Минхо.       Брюнет наклонился навстречу прикосновению Хёнджина, закрыв при этом глаза, расплывшись в улыбке и тихо прошептав «Спасибо, Хёнджин-и», не доверяя своему голосу, чтобы сказать это громче.       Когда Минхо открыл глаза, ему показалось, что время остановилось. Рука Хёнджина все еще обхватывает лицо Минхо, не желая отпускать, никогда не желая отпускать. Их глаза изучали друг друга. Они делали это бесчисленное количество раз, глядя друг на друга, но это было больше по-дружески, но на этот раз все было по-другому, это чувствовалось по-другому, и излучалось по-другому.       Они не собираются лгать, что были также взгляды, которые были не совсем платоническими.       Хёнджин знает Минхо уже более десяти лет, но он никогда не осознавал, какие длинные у Минхо ресницы, они подчеркивали его тёмно-карие глаза, которые трепетали, касаясь и щекоча его скулу.       Ладно, Ли Минхо неземеной. Его глаза лани, его острые скулы, крошечная родинка на носу, его ресницы, его розовые губы... «Чёрт», — подумал Хёнджин. Он слишком долго смотрел на эти очаровательные губы, и Минхо, казалось, заметил это. Нет, сдержись, Хван Хёнджин. Ты сможешь.       Чёрт.       Но его действия подвели его, когда он наклонился ближе. Очень медленно. Он остановился, когда их разделяло около нескольких сантиметров, потому что испугался, что Минхо может оттолкнуть, но он так и не сдвинулся с места, так что это был знак, что всё будет хорошо, он надеялся, что так и будет. — Можно мне? — спросил Хёнджин голосом чуть громче шепота, нежным и тихим. Его щёки порозовели.       Минхо кивнул и промычал в знак согласия, он был уверен.       Они оба уверены, и они оба хотят этого.       Минхо закрыл глаза, в то время как Хёнджин продолжал наклоняться, сокращая расстояние между ними. И только когда их губы соприкоснулись, он понял, насколько тот был напряжен. Он расслабился и позволил своим губам двигаться, ни о чём не думая. Губы Минхо были мягкими, нежными и сладкими, и, словно танцуя, их губы синхронно касались друг друга, когда Минхо целовал в ответ.       Поцелуй был безмятежным и мягким, и это означало, что они нашли друг друга.       Хёнджин медленно отстранился, желая, чтобы этот момент длился дольше, но ещё больше он хотел знать реакцию старшего.       Их глаза находят друг друга. Боже, Минхо выглядел таким уязвимым, как будто демонстрировал себя на самом деле не Ли Минхо, а просто Минхо. Хёнджин мог смутно разглядеть маленького мальчика за маской, совсем одинокого и плачущего наедине с собой.       Это настоящий Минхо.       — Сделай это ещё раз, — попросил Минхо, глядя на Хёнджина теми очаровательными глазами лани, к которым он всегда испытывал слабость. — Пожалуйста, Хёнджин-и.       Если присмотреться повнимательнее, что и сделал Хёнджин, то на щеках Минхо можно увидеть оттенки румянца. Милый.       Ах, чёрт, он облажался.       Хёнджин сделал, как ему сказали, поглаживая большим пальцем скулы старшего. Он снова соединил их губы. Однако, в отличие от другого поцелуя, этот был немного более отчаянным. Рука Минхо нашла путь к волосам Хёнджина, потянув за них, в то время как поцелуй становится все более неистовым по мере того, как тикают часы. Хёнджин не возражал, хотя, на самом деле, ему это очень нравилось. Поцелуй становится страстным, когда их губы сильнее прижимаются друг к другу.       Губы Минхо манят, они знают, что Хёнджин хочет и нуждается в этом так же сильно, как и он сам.       Мягкие стоны вырываются у Минхо всякий раз, когда Хёнджин прикусывает его губы. Когда он успел научиться так хорошо целоваться?       Когда они отстранились, то сделали глубокие вдохи, словно выныривая на поверхность после долгого пребывания под водой. Их поцелуй был подобен открытию совершенно нового мира, точно так же, как погружение под воду, чтобы увидеть всплески красок различных подводных флор и фаун. Это было волшебно, и это сделало их жизнь намного красочнее. Оба покраснели, когда их лбы прижались друг к другу. У обоих губы опухли, особенно у Минхо из-за того, что Хёнджин постоянно кусал их.       Не нужно было произносить никаких слов, поскольку они испытывали сочувствие.       Сочувствие.       Они всегда понимали друг друга с юных лет.       Всплыло воспоминание.       Когда Хёнджину было 15, одной ночью он расстался со своей девушкой, и это действительно разбило его сердце. Минхо навестил его тем вечером, чтобы рассказать о новой хореографии, которую он выучил, когда у входной двери его встретил Хёнджин с опухшими глазами. Он быстро побежал обратно к себе домой, схватил закуски вместе с их любимым одеялом и вернулся, чтобы заботливо обнять его и завернуть в сверток одеяла. Это была душераздирающая ночь, но Минхо сделал её лучше, потому что он знал и понимал Хёнджина.       Это была его натура, и Хёнджин тоже понимал его. В большинстве случаев им даже не нужно ничего говорить.

***

      На данный момент фильм был проигнорирован, поэтому они выключили телевизор и пошли в комнату Хёнджина. Сейчас было около 4 утра, и эти двое были сонными. Они переоделись в более удобную одежду.       Поскольку они живут вместе, иногда их одежда смешивается, и даже несмотря на то, что в ящике Хёнджина есть кое-что из одежды Минхо, тот всё равно взял огромную толстовку Хёнджина, которая выглядела на нём ещё больше, почти доходя до колен, а рукава спрятали пальцы.       — Лапки в толстовке! — сказал Минхо, глядя на Хёнджина, который переодевался в футболку. Минхо всегда носил свои толстовки, но сейчас, когда Хёнджин смотрел на брюнета, одетую в его толстовку, он не мог не ворковать о том, как очаровательно она на нём смотрятся.       Он подошел к старшему и ущипнул его за щёку, продолжая обнимать руками миниатюрную талию старшего.       Это был первый раз, когда они смотрели друг на друга с разными мыслями в голове. Это было взаимно.       Наконец, он не чувствовал ни капли пустоты в своём сердце, оно было заполнено присутствием Минхо. Всё в нём делает Хёнджина счастливым: его улыбка котенка, его очаровательные глаза лани, его пушистые волосы, его красивые мягкие губы. Но дело не только в его внешности, его личность делает его лучшим человеком, которого вы когда-либо встречали. У него доброе сердце, он заботливый, он любящий, он относится к тому типу людей, которые были бы добры к вам по-прежнему, даже если бы вы были грубы с ним в прошлом, потому что он сделает всё, чтобы заставить вас улыбнуться, сделать вас счастливыми, и Хёнджин определенно самый счастливый человек в мире прямо сейчас. Для Хёнджина Минхо — самый захватывающий человек во всей вселенной.       Он наклонился, чтобы поцеловать эти мягкие и нежные губы.       Казалось, что это был сон. Сон, от которого он никогда бы не захотел просыпаться.       Кто-нибудь, ущипните его, пожалуйста.       Но он отстранился и открыл глаза, а Минхо всё ещё был здесь, глядя на него с тем же обожанием.       — Как долго ты этого жаждал, хён? — вопрос прозвучал уверенно, но в основном с надеждой, он просто хочет знать, ему любопытно. Минхо застеснялся, его щеки покрылись румянцем.       — Хм.. Я... я должен тебе говорить? — спросил он, смутившись.       — Пожалуйста? — Хёнджин посмотрел на Минхо своими щенячьими глазами, перед чем старший никогда не мог устоять.       Минхо вздохнул и потянул более высокого парня к кровати королевских размеров. Они легли лицом друг к другу, глядя в глаза, которые заманивают в ловушку галактики. Комната была тускло освещена, но Хёнджин всё ещё мог видеть румянец на щеках Минхо.       — Время рассказа! — объявил Минхо, последовал неловкий смешок, заставивший Хёнджина рассмеяться над неловкостью старшего. — Я всегда думал о тебе как о младшем брате, потому что ты всегда был под моим крылом с самого первого дня, — Хёнджин придвинулся немного ближе. — Каждый раз, когда ты чего-то добивался, я всегда болел за тебя, как гордая мама, но я думаю, что чувства начали меняться, когда ты сказал мне, что у тебя появилась твоя первая девушка, — похоже, Минхо немного съежился, сказав это. Он продолжил. — Было шокирующее осознание того, что мы не собираемся быть вместе вечно, что ты собираешься проводить вечера пятницы за просмотром фильмов с кем-то другим, а не со мной, что ты не собираешься появляться у моей двери после школы, чтобы показать мне новые танцевальные движения, которым ты научился, я всегда хотел быть единственным человеком, которому ты показываешь свою очаровательную улыбку. Я вроде как забыл об этом. С моей стороны было эгоистично предполагать, что ты будешь всё время рядом со мной. Я думаю, именно тогда ко мне пришло другое чувство.       Минхо взял длинную и тонкую руку Хёнджина и переплел её со своей маленькой и крошечной.       — Именно тогда меня осенило, что то, что я чувствовал к тебе, было больше, чем то, что я чувствовал бы к другу. И потом, иногда моё сердце начинало учащенно биться, когда я думал о тебе, — снова последовал неловкий смех. Прямо сейчас его сердце билось со скоростью тысяча миль в секунду.       Теперь, когда Хёнджин думает об этом, возможно, он время от времени замечал изменения в Минхо. Обычно Хёнджин всегда самый близкий для него, но в последнее время Минхо был особенно ласков с младшим. Иногда по утрам он неожиданно обнимал Хёнджина в ответ, когда тот готовил завтрак или собирался идти на занятия. Он всегда помогал Хёнджину завязать галстук, а затем всего на мгновение заглядывал в его глаза, а затем убегал, оставляя смущенного Хёнджина у двери.       Хёнджин поцеловал его в лоб.       — Ты действительно милый, когда взволнован, хён, — Хёнджин ворковал, заставляя Минхо волноваться ещё больше.       Его рука, которая не была переплетена с рукой Минхо, коснулась груди старшего, чувствуя учащённое биение его сердца. Это было красиво, удары были сильными и почему-то успокаивающими.       Хёнджин был очень тронут словами Минхо. Он не думал, что брюнет дорожит всеми драгоценными моментами, когда они вместе. Это вызвало тёплое чувство во всем его теле. Он так нежно улыбнулся старшему, что это действительно было неожиданно.       Он приподнялся, поставив оба локтя рядом с головой Минхо, нависая над парнем и пристально глядя на него. Хёнджин наклонился ближе, но остановился как раз тогда, когда его нос коснулся носа Минхо.       Минхо не вздрогнул и не дернулся, он ответил на пристальный взгляд младшего из-под напряженных век, сделав комплимент его густым и длинным ресницам, тем не менее, он выглядел абсолютно сногсшибательно и красиво.       Брюнет обвил руками голову Хёнджина, играя и дергая его за волосы и пропуская их через пальцы. Они оставались так мгновение, пока Минхо не притянул младшего, сокращая расстояние между ними и соприкасаясь губами. Хёнджин мог бы привыкнуть к этому, но он, вероятно, не привыкнет, учитывая тот факт, что его сердце всегда зажигает фейерверк всякий раз, когда он рядом с Минхо.       Это было всего лишь прикосновение губ, но всё равно ощущение было потрясающим. Когда они отстранились, Хёнджин спрятал голову в изгибе шеи Минхо. Минхо отчетливо видел, как кончик уха Хёнджина становится ярко-красным.       Минхо хихикает при виде этого.       — Чего ты так стесняешься?       — Вы просто такой милый и красивый и должен понести ответственность за это, — приглушенный голос. Минхо не может удержаться от нежной улыбки. Хёнджин снова лег, глядя только на старшего, когда он взял его маленькие-пребольшие ручки и переплел их со своими. Он поиграл с его пальцами и продолжил нежно покрывать безмятежными поцелуями костяшки.       Возможно, родители Минхо не примут его таким, какой он есть, по крайней мере сейчас. Он надеется, что они скоро откроются. Он может понять, насколько это, должно быть, шокирующе, но то, что они избегают его, только разбило ему сердце.       Но кусочки этого разбитого сердца были склеены сейчас, нежно, с деликатностью, одним-единственным Хван Хёнджином.       Минхо действительно повезло, что в его жизни есть такой драгоценный парень.       Он не думал, что из всех 7 миллиардов людей на свете Минхо будет его второй половинкой.       Он не думал, что из всех признаний, которые Хёнджин получает каждый день, он всё равно выберет Минхо.       Да, это то, чего Минхо хотел с самого начала, но он считает себя эгоистом из-за того, что так сильно хотел Хёнджина, из-за того, что хотел кого-то, кто казался слишком совершенным, чтобы даже быть реальным.       Его родители могут не принять его, но Хёнджин принял, и на данный момент этого достаточно.       — Спокойной ночи, Хёнджин-и, — прошептал Минхо в объятья, мягкое дыхание исходило от его изящной фигуры, сигнализируя старшему, что он спит своим прекрасным сном. Минхо расчесал волосы младшего, когда тот тоже засыпал.       Хёнджин всегда был рядом.       Чего ещё он может желать, когда у него уже есть все самое лучшее?