Кто скрывается в ночи?

У Киллера было довольно уютно. Цвета удивляли своим сочетанием в принципе. Сочетанием белого и черного с красным могли иметь какое-то сакральное значение. Зная Киллера, вероятно набор цветов не был хаотичным. Но вдаваться в подробности не очень хотелось, главное, что было уютно и весьма специфично. Хозяин квартиры быстро скинул ногами обувь и двинулся вглубь, рукой призывая Найтмера идти за ним. Брюнет аккуратно поставил обувь и укоризненным взглядом окинул хаотично разбросанную обувь Киллера. Блондин направился в ванную, чтобы смыть с себя пыль и остаток рабочего дня, как он говорил. — Дома я хочу забыть о работе, потому что от нее нужно отдыхать, ибо никакая психика не сможет выдержать. Особенно на такой работе. И Найтмер в этом был полностью согласен с ним. Ванная тоже была просторной: и душ, и ванна туда помещались. Брюнет вытер руку и пошел на кухню, откуда доносились громкие звуки. — Тебе и это родители оплатили? Киллер, пребывавший в своих мыслях недоуменно взглянул на него, застыв с ложкой сахара на весу. — Что? — Ну, это... Найтмер сделал неопределенный знак рукой. Блондин смотрел уже более осмысленным взглядом. — Ну, не совсем. Хотя многие средства были вложены, не спорю. Но я тоже не промах, как-то подрабатывал в общепите, по специальности тоже всякие были практики оплачиваемые. Моя личная доля в этом есть. Вот, например, — он указал на кухонную гарнитуру. Найтмер молча кивнул, все больше задаваясь вопросом о родителях своего напарника. Что-то в его словах начинает напрягать и натягиваться, так неуловимо. Но мозг пока не мог обработать это и выдать, что не так. Кошмар не был таким уж параноиком, чтобы пробивать каждого человека в его окружении, но уж больно руки чесались посмотреть, с какой личностью он работает. Это провернуть-то было и нет просто, но возможно. — Прости за такой нескромный вопрос, но почему они были готовы к тому, что их убьет мафия? Киллер делал кофе им обоим. Можно было назвать его фанатом, ведь дома была хорошая кофемашина, когда Найтмер не особо заморачивался. Делал он это слегка напряжено, хотя брюнет понимал, что тема действительно неприятная, но не жалел о вопросе. — Хм,— он задумчиво обвел пальцем ободок своей кружки,— наверное, потому что они там работали. Кошмар удивлённо поднял брови, усаживаясь за стол. — Ого,— это все, на что его хватило. — Да,— Киллер печально улыбнулся.— Иногда я думаю, что было бы, если бы они решили изначально поступить по-другому. — Как бы не было прискорбно, но этого ты не узнаешь. Осталось то, что осталось. Теперь мне понятно, откуда такие большие деньги. Киллер сел напротив, зачесав волосы назад руками. — Пф, что-то же должно быть приятным. Хотя смело могу сказать, что оно того не стоит. Найтмер, видя слегка убитое состояние напарника, решил сжалиться над ним и закрыл тему. — Смотри, ты уже лысеешь. Значит, думаешь много,— он поднял со стола белый короткий волос и поднес к чужому лицу. — Да с тобой невозможно не думать. И это не комплимент,— он отпихнул руку. Найтмер увидел, что он был рад смене темы. — Ну вот, ты разбил мне сердце,— он драматично приложил руку к груди. Киллер фыркнул. — Думаю, что ты переживешь это. Брюнет вздохнул, делая глоток обжигающего напитка. — Совсем нет сочувствия. — Такая жизнь жестокая, тебе придется смириться. Киллер злобно хихикнул, а Кошмар ощутимо пнул его под столом. — Я напоминаю, что я хозяин квартиры и обладаю властью здесь. Найтмер выгнул бровь. — Ты меня в заложниках держишь? Блондин устало помотал головой. — Я думаю, мне хватит очарования, чтобы заставить тебя не покидать мою квартиру, пока я сам не выгоню. — Да я смотрю, ты сама доброжелательность,— насмешливо кинул брюнет, спрятав ухмылку за кружкой и блуждающим взглядом окидывая кухню. Киллер просто пожал плечами. Они ещё говорили просто о бытовых вещах. Обсуждать все на свете, когда человек тебя уважает, слушает и, самое главное, понимает. Найтмеру редко удавалось испытывать чувство экстаза при разговоре с кем-то. Блондин как-то мог улавливать грань между тем, чтобы слушать и говорить в меру. Кошмар понял в процессе всего их общения, что если Киллеру действительно интересна тема, то он начинал очень уж активно жестикулировать, порой сбиваться и говорить быстрее. В это время было забавно наблюдать, как ведут себя его волосы. Мало того что их Киллер постоянно рукой зачесывал в разные стороны, так ещё и во время телодвижений они смешно лезли на глаза. Сам Найтмер даже во время очень интересуещего его разговора оставался спокойным. Единственное исключение - когда тема или собеседник (а зачастую и то, и другое) сильно раздражали. Во время первых стажировок он смог себя зарекомендовать благодаря этому качеству. Как говорил его наставник: "Когда работаешь в таких сферах, важно сохранять рассудок, потому что многие сходили с ума, если углублялись и были слишком впечатлительными. Но работать нужно с огнем, чтобы раскрыть преступление, а не отсиживать жопу" Нда. Очень впечатляюще. Настал момент, когда им надоело сидеть на кухне, и Киллер проводил экскурсию по своему пристанищу. Гостиная с выходом на балкон тоже была весьма специфична, но не ему судить. Также он не мог не отметить чистоту и опрятность своего напарника. — А я надеялся, что у тебя тут свалка,— с неискренней тоской сказал он. За что получил несильно, но ощутимо кулаком в плечо от возмущённого Киллера. — И не мечтай даже. Далее они двинулись в спальню. И как только взгляд остановился на стеллаже с разного рода литературой, он подскочил к нему, а Киллер с самовлюблённой улыбкой сел на кровать, любуясь интересом Найтмера. Это было весьма лестно. Найтмер же с увлечением рассматривал личную библиотеку блондина. Чего тут только не было. Произведения на любой вкус. Множество методичек, видимо с академии. Открыв одну из них, он заметил множество заметок, вынесенных на поля. Даже где-то зачеркнутый текст, а рядом исправленный вариант. Сам Кошмар был хорошо знаком с современными пособиями и не совсем согласен с ними, ровно как и Киллер, судя по его пометкам. Это впечатляло и вызывало вопросы. — Откуда у тебя такие познания во время учебы и расцвет юности?— Киллер прищурился, глядя на учебник. — Прискорбно, что ты считаешь соответственно свой возраст старостью,— блондин закинул ногу на ногу, все ещё валяясь в кровати.— Но все же отвечу. Верить только учебникам - непрофессионально, потому что их в лучшем случае пишут такие же сотрудники, как вы. А у каждого свой опыт, и стоит узнать как можно больше подробностей. Найтмер на мгновение задумался. В принципе ответ логичный и объективный. Сам мог додуматься. — Не думал, что действительно подходят так серьезно к обучению сейчас,— он поставил книгу на место и сел рядом с Киллером. — Это не массовое явление, если ты об этом. На моем курсе было человек пять, которые отличались умом, — блондин задумчиво посмотрел сквозь Найтмера,— где они сейчас, я не знаю. Какие люди у вас учились? — Что ты конкретно имеешь ввиду? Характер?— вопрос был настолько общим, что они могли ещё несколько часов об этом говорить. И Найтмер почему-то был не против. — Ммм, почти. Например, туда шли часто из чувства справедливости, желания помочь. Все логично же, да? — Конечно,— Найтмер нахмурился, начиная подозревать, в какую сторону клонит напарник. — А вот те, кто лучше все изучали и действительно этим горели, пошли из-за личных мотивов. Естественно, не очень-то законных,— у Киллера на тумбочке стояло что-то типа праздничного шара с блёстками внутри, которые продаются на праздники в любом сувенирном магазине. Он взял этот шар и потряс,— хотя и личности сами по себе были специфичными. Найтмер смотрел, как оседали блёстки на дно. — У нас тоже такие были. И так как прошло время могу сказать, что не для всех это закончилось благополучно. Киллер пожал плечами и улыбнулся уж слишком ностальгически, прикрыв глаза. — Возможно ты и прав. Просто это были интересные люди, с которыми хотелось бы работать плечом к плечу, а не узнать через десять лет, что они в международном розыске. — Или быть по разные стороны баррикад,— участливо кивнул Найтмер, ложась рядом с Киллером и закидывая руки за голову. Блондин насмешливо хмыкнул. — Или. — Не веришь мне?— его улыбка переросла в оскал,— У меня действительно такое было в жизни. — Что же случилось в итоге? Найтмер нахмурился. — А что с ним может случиться? Повязали его, сейчас сидит. И то, потому что не особо сопротивлялся. — Миссию свою жизненную он завершил, да?— Киллер улыбнулся. — Вероятно. Я не то чтобы вдавался в подробности его мести. Мы никогда это не обсуждали после. Киллер с любопытством перевернулся лицом к брюнету. — Ты не вел допрос у него? Это же не запрещено. Кошмар сложил руки на груди в замок. — Не хотелось тогда, если честно. Было слишком странно все... Напарник с пониманием кивнул, руками убирая лезущую челку. — Было ощущение того, что все меняется, да ещё в худшую сторону. Найтмер выдохнул. — Что-то вроде. Надеюсь, у твоих друзей будет лучшее завершение. — А вот мне хотелось бы узнать об их дальнейшей судьбе. Если они попадутся на чем-то в мою смену, я точно пойду на допрос,— Киллер сладко потянулся, словно представляя, как уже застегивает кандалы на чужих руках. — Умерь свой пыл, солдат,— он растрепал чужие блондинистые волосы, превращая ещё в большее гнездо. Киллер перехватил его руку. — Не делай так! Они очень запутаются,— и он потянулся в ответ, чтобы растрепать уже его волосы. Найтмер без труда увернулся, удерживая руку блондина от дальнейших шалостей. — Не думал уж, что тебя хватит на такое,— брюнет без труда вывернул чужую руку. Киллер зашипел от боли. По крайней мере так показалось Найтмеру, хотя он сделал это довольно легко и даже можно сказать осторожно, поэтому в удивлении отпустил кисть и готовился извиняться. А Убийца только этого и ждал. Ухмыльнувшись, он лег на свободно лежащую руку напарника, всем весом навалившись на него, а после и вовсе переворачиваясь на него. Они как-то сравнивали свои комплекции. Найтмер был выше и крупнее в принципе, чем Киллер, который почти на голову был ниже и угловатистей. Следовательно, Найтмер и весил больше, но не намного. Чем и воспользовался Киллер. Не то чтобы такой подлости стоило удивляться. Найтмер обхватил бедрами ноги Киллера, вытягиваясь и пытаясь второй рукой завершить удушающий. Киллер начал сильно ёрзать, задевая довольно болезненные места. Знает же чужие слабые места. Блондин очень разумно и отважно пытался выбраться, но брюнет все же был старше, опытнее и сильнее. Через время он перевернулся одним движением и оседлал чужие бедр, придавливая к кровати своими. — Ладно - ладно, сдаюсь,— недовольно пробурчал Киллер в кровать, пытаясь выплюнуть волосы, попавшие в рот. — Как же я удивляюсь тебе, если честно,— не без толики восхищения, скрытого под маской холодного голоса. Киллера отпустили и тот перевернулся обратно на спину. — Почему это? — Ты хорошо ориентируешься во многих... Ситуациях,— давно замеченный факт вырвался из уст так быстро, что мозг не успел обработать его до конца. В этот момент какое-то шестое чувство закопошилось снова. Блондин лишь махнул рукой. — Ты знаешь часть моей истории. Вряд-ли у тебя было бы по-другому. Брюнет ничего не ответил на это. Он не мог сказать, что было бы. Его мама многое сформировала в нем, а лишись он ее в таком ещё более раннем возрасте... Сложно было это представить. Киллер блуждающим взглядом что-то высматривал в своей комнате, будто это он в гостях. — Уже поздно. Тебя не потеряют? — внезапно бросил Киллер. — Уже выгоняешь? Наскучила моя скромная персона?— Найтмер широко усмехнулся. — Не, просто спать хочу уже,— Киллер лукаво посмотрел, прищурив глаза. В них часто плескались черти серого цвета,— Или хочешь разделить со мной ложе сегодня? Блондин поиграл бровями и ойкнул, когда Найтмер ударил его в плечо. — Меня порой твои шутки убивают,— зло проговорил Найтмер. Впрочем напарник не обиделся, лишь изрек: — И все же тебя не потеряют? И тут Кошмар сосредоточился на этой части вопроса. И вдруг вспомнил, что Дриму не обмолвился ни слухом ни духом, а уже ночь. Ещё и телефон на безвучном стоит. Он резко подорвался под ехидный хохот за телефоном. Двадцать три пропущенных и миллион сообщений разного характера и содержания от Дрима. Нет, безусловно, он уже большой мальчик, но все же заставлять беспокоиться своего брата не стоит. Дрим слишком уж, ну, Дрим. Набросав ему текст, где он и с кем, быстро начал собираться. — Тебя убьют, да? — бесцветно спросил подошедший Киллер. Он опёрся о стену, сложив руки на груди. На нем красовались черного цвета футболка и просторные штаны тёмно-синего цвета. Брюнет только сейчас понял, что Киллер был в рабочем все это время. Белоснежная ключица, выглядующая из под футболки на пару секунд приковали к себе взгляд. Найтмер сказал себе, что это просто выглядит эстетично и ничего более. — Надеюсь нет. Все же мне не десять. Напарник лишь улыбнулся. — Отпишись, как домой прибудешь, и выходить ли мне завтра на работу или на похороны. Тихо цокнув и закатив глаза, брюнет обувался. — Спасибо, что позвал. Я интересно провел время,— хотелось что-то сказать на прощание. — Спасибо, что пришел. Я тоже в восторге от нашего общения,— с той же интонацией произнес Киллер и чуть не отхватил подзатыльника. — Не забывай, кто тут старший. Киллер лишь на это открыл дверь, недвусмысленно намекая. Почти исчезнув за порогом, Киллер тихо окликнул Найтмера. — Слушай, хотел кое-что сказать. Но обещай не спрашивать и не комментировать. Лады? Киллер выглядел как-то взволнованно и неуверенно, прямо как после первого допроса. Отвечать отказом не хотелось совершенно. — Хорошо,— он развернулся лицом к блондину, показывая готовность к разговору. — Не оценивай мафию, как работу и страшных людей, погрязших в крови и безумии. Каждый из них имеет свою другую жизнь, включая работу и семью. Если пытаться брать кусочек пазла и внимательно на него смотреть, целую картину не увидишь,— когда блондин говорит серьезно, это всегда настораживает, а сейчас пик стойкого ощущения чего-то эфемерного на подкорке.— Я к тому, что даже твои самые близкие люди, которым ты верил, могут оказаться из этого числа. И ты об этом никогда не узнаешь, если они хорошие актёры. Конечно, Найтмер не особо понял, к чему это, но он обещал не спрашивать, поэтому молча кивнул и вышел в подъезд. Хлопнула входная дверь. А за соседней на полу сидел юноша, слышавший последний разговор, с широко открытыми глазами. Теперь Колор точно уверен, что это он.

***

Охранник делал стандартный обход по блокам тюрьмы поздним вечером. Обычный скучный день, который не предвещал ничего критического и серьезного. Многие его коллеги уже расслаблено лежали дома, либо в зонах отдыха на смене. Заключённых привели в камеры, поэтому нужно сверить их наличие. Тюрьма для особо опасных преступников делилась на несколько секторов: Первый - уровень, на котором заключённые могут спокойно передвигаться под присмотром на улице, в столовой, зале, на местах работы. Второй - уровень, где каждого преступника выводили лично в наручниках и уже отводили по всем делам. Третий - карцер, где вообще никто особо и не выходит. Охранник поправил свою фуражку и громко стукнул в дверь из второго уровня. Этот должен быть последним на сегодня и он может спокойно вернуться домой к жене и маленькой дочке. — Заключённый 123721, отзовитесь. Ответом ему служила тишина. — Джексон Кэмэл. Уже более грозно и звучно прозвучал голос. Когда и в третий раз никто не ответил, охранник предупредил по рации о подозрительной ситуации и отпер железную дверь. За ней расположился Джексон, лёжа в неестественной позе. Видимо, он упал с кровати, попытавшись встать. Охранник быстро подбежал и перевернул его. Лицо было синим, как от асфиксии. Пульса не было. Он вызвал подмогу. Через час приехала скорая и зафиксировала смерть. Никаких поверхностных следов не обнаружено. Джексон Кэмэл был мертв.