Идеальное убийство

       В себя Тэхен приходит часа через два, в своей каюте. Вот Богому и прилетело, как ему Тэхен и обещал. Конечно это не бумеранг, а всего лишь фризби. По правде говоря, бумеранг должен быть аллегорическим, а тут совершенно реальная летающая тарелка. Неожиданно получилось. Тэ подумал, что в следующий раз надо бы полегче с разбрасыванием проклятий, а то чувствует себя теперь каким-то злым колдуном. "Авада кедавра" какая-то получилась. Что это вообще было? Что произошло? Это что, случилось по-настоящему? Может надо было вызвать спасателей? Так что же получается, он убил своим бездействием своего бывшего любовника? После того как Богом упал за борт, а Тэхен стоял, открыв рот, появился мужчина за руку с девочкой лет семи и поинтересовались, не видел ли тот фрисби. На что Тэхен ответил, что она улетела, указывая направление в море, за борт. — Придется покупать новую, — уводя девочку вглубь палубы, говорит мужчина. Тэхен присаживается на корточки опираясь спиной об борт и долго пялится невидящим взглядом впереди себя, еще не веря всему происходящему. В полузабытье, на автомате он приходит в свою каюту, усаживается на балконе в кресло и долго пялится на океан. «Это ему расплата за то, что наврал, что любит, — думает Тэ, — так ему и надо» Вообще вся история смахивает, а какое-то сумасшествие. Идея убить Богома была сумасшествием. Тэ до сих пор не знает, готов ли он был его по-настоящему убить, или это его писательская фантазия настолько разыгралась. Настолько ли сильно он уж так ненавидел Богома, что готов был убить? Может он просто в лице Богома хотел убить Сумина, или все предательство мира. Да Тэ-Тэ, оправдывай себя теперь высокими помыслами, когда этот гребаный пафосный болтун выпал за борт. А что? Он к этому отношения никакого не имеет. Это судьба догнала этого обманщика. Он, собственно, тут и ни при чём. Он ничего не делал. Никто ничего не видел, никто ничего не слышал. Ничего не знаю, моя хата с краю. Один вопрос - что делать-то теперь? Сделать вид, что ничего не знаешь? Просто продолжать жить своей жизнью на борту? А если он выжил и его спасут? Надо позвонить Чимину и все рассказать. Он подскакивает в поисках телефона, ищет в кармане, натыкается на бортовую карту Богома — Да твою ж… — он вспоминает, что телефон остался в каюте Пака. — Чертов Пак Богом. Тэхен поднимается на десятый этаж проходит к каюте Богома, открывает картой ключом, заходит. Даже поесть забыл из-за этого идиота. Все-таки переживал. Зачем-то. Включает свет, садится на край застеленной кровати, осматривается. Тэхен еще не очень верит во все случившееся, и надеется на то, что Богома спасут какие-нибудь службы. Как в том фильме, когда девчонка падает за борт, ее спасают, но она все забывает. Он встает, берет со стола телефон, время почти двенадцать. А ведь он сегодня не ужинал. Сначала нервы не дали, а теперь они же требуют срочно что-то закинуть в желудок. Тэ направляется к двери, в надежде уйти отсюда и никогда больше сюда не заходить, а сейчас отправиться в ресторан и что-нибудь съесть. Он выходит, закрывает дверь и видит, как из каюты, которая почти напротив выходит Чонгук. Тот улыбается и разговаривает с пассажиром. — Я сейчас оформлю вызов и завтра утром вам пришлют мастера, он устранит неполадки, не переживайте, — Чонгук выходит из каюты и за ним закрывают дверь. — Привет, — говорит, улыбаясь уже ему. — Привет, — Ви растерян. — Значит тут ты живёшь? — шепчет Чонгук, подходит близко, слегка приобнимает, тычется носом в щеку. — мм, — мало чего соображая, соглашается Ви. — Пригласишь? — Брюнет флиртует. — Я хотел поесть сейчас, ужин пропустил. — Чем же ты таким был занят, Ви? — Чон не отпускает, все также придерживает за талию, соблазнительно шепчет в ухо. — Статью писал для конференции, — врет Тэ — Ты у меня такой умный. — Чонгук гладит шатена по бедру. — Пойдем вместе в ресторан? Ви кивает. — Я только заскочу заявку оформлю, в номере сигнализация сломалась. Они идут по коридору, взявшись за руки и раскачивая их как дети. После легкого ужина Чонгук намекает на продолжение, но Тэхену на сегодня впечатлений уже хватит. — Ты весь вечер молчишь. Со мной побыть не хочешь, — замечает Гук, — Ты на меня за что-то обиделся? — Нет, что ты… — Я тебе надоел? — Чонгук смотрит изучающе, пытаясь понять причину, — Разонравился? — Я просто устал, — Ви вымучено улыбается, — Ты мне очень нравишься, — он накрывает руку брюнета, — и ты мне не надоел, — снова улыбается, но уже более участно. — Хорошо. Тебя проводить? — Не стоит, иди тоже отдыхай, — Ви закусывает губу, — завтра я тебя приглашу на свидание. — Вот как? — улыбается Гук. — И куда же? — Ну, я пока не придумал, но, если будут пожелания или предложения, я с удовольствием выслушаю, — он снова улыбается, они встают и направляются к лифтам. — Договорились, — Гук мягко и игриво шлепает Ви по попе. Он его провожает до лифта, легко целует в губы. — Спокойной ночи, — Гук не хочет отпускать руку Ви. Двери лифта закрываются. Чонгук еще мгновение стоит перед закрытыми дверями. Улыбается сам себе, чешет затылок. Как бы снова не влюбиться, глупому мальчишке. Очень уж ему нравится Ви. Нравится его мягкий взгляд, его улыбка. Нравятся поцелуи с ним, и что говорить, у них отменный секс. Он разворачивается и идет в бар к Юнги. "Вот влип-то", — думает Тэхен. — "Какого черта я подтвердил, что каюта Богома моя. А если бы не подтвердил, что бы я сказал? Почему я в двенадцать часов ночи выхожу из каюты другого чувака, и где, кстати, тот чувак сейчас? Я просто человек катастрофа. Как теперь из этого всего выпутываться? А если завтра узнают, что Богом ковырнулся за борт, а я был в его каюте? Надо срочно звонить Чимину. Сколько, интересно, у него времени сейчас?" Тэ долго не может уснуть, время пять утра, можно уже звонить другу и жаловаться на свою непростую судьбу. Провалявшись еще час он звонит. Чимин уже на работе. Тэ вываливает тому поэтапно все новости последних суток, не забывая упомянуть свой непростой план убийства. На что Чимин только хмыкает, он знает все странности друга. — Офигеть, — на том конце трубки Чимин просто в шоке, когда Тэхен наконец заканчивает свой рассказ. — И что теперь? Ты знаешь, что с ним? — интересуется друг. — Я не знаю что с ним, но я тут погуглил, от такого падения не выживают, очень высоко. Да и он, кажется, потерял сознание от удара, когда упал скорее всего так и не пришел в себя, утонул. — Вот это дааа, — Чимин все еще в шоке. — А я ушел и ничего никому не сказал, — тихо произносит Тэ. — Да ты что… — у бедного собеседника даже слов нет на все это. — И не знаю, как дальше быть, — Тэхен совсем сник. — А еще, я забыл телефон в номере у Богома. Когда его забирал, на выходе встретил Чонгука. И теперь он думает, что каюта Богома это моя каюта. — Тэ, как так у тебя получается попадать в эти странные истории, надо мне было все-таки с тобой лететь. — Чимин переживает за друга, тяжело вздыхает в трубку. — Что делать-то Чим? — Тэ тоже вздыхает в трубку. — Не паниковать — это первое, — собеседник настроен решительно, — надо потянуть время пока не придумаешь как быть. Ну был же план в твоем убийстве, полотенца мочить, одежду разбрасывать в его номере, вот и поделай вид, что все нормально, что вроде жив он, моется, живет в своем номере. А потом может что-то сообразим. — Хорошо, зайду к нему сегодня, вещи покидаю, полотенца помочу, постель разберу, будто спал он. — Я обещаю тебе об этом серьезно подумать. Дело ты конечно заварил там нешуточное, — друг говорит задумчиво, — ладно, сейчас у меня работа, буду писать тебе если что-то придет в голову, до вечера думаю что-нибудь придумаем. Привет Чонгуку, — уже игриво щебечет Чим. — И ты фотки обещал. — Будут тебе фотки, — ворчит друг. Тэ сбрасывает звонок, блокирует экран. Жалко ли ему Богома? Тэ не знает. Чисто по-человечески должно, но, чтобы сильно это его беспокоило. Нет такого. Не хороший тот был человек по мнению Тэхена. И совершенно точно, что тот сам был не очень отзывчив к чужой боли. Давненько ты так думаешь, Тэ-Тэ? Ведь когда-то ты его любил. Тэхен идет в душ. Он моет голову, бреется, чистит зубы. Затем сушит и укладывает свои непослушные волосы, мажет лицо кремом. Надевает белые легкие брюки и белую футболку, замазывает тоном синяки после бессонной ночи. Оставляет вчерашнюю одежду в специальном мешке для прачечной, чтобы ее постирали, берет телефон, карту свою и Богома и выходит из каюты. Он направляется в каюту Пака. Входит осторожно, как будто его может кто-то заметить, или он может кого-то разбудить. Проходит внутрь. Садится на кровать. Немного подумав, встает и разбирает ее, скидывает покрывало на пол, одеяло комкает и сминает подушки, немного теребит простыню. Потом в ванной сбрызгивает полотенца и кидает на пол, сдвигает щетку, кидает рядом тюбик с пастой, мочит мыло, включает ненадолго воду в раковине, затем в душе. Рассматривает парфюм. Этот идиот у него идею спиздил, это же его запах. Он буквально два дня назад спрашивал, чем Тэ пользуется, якобы приятный запах. Наверное, в бутике внизу купил. Возвращается в каюту, изучает содержимое стола, надевает его очки. Вот придурок, у него даже очки фальшивка, они с простыми стеклами, без диоптрий. Тэхен хмыкает. Все фальшивка, как и сам Богом, в общем-то. На столе лежат документы, какие-то контракты. Тэ читает. Богом собирался в Европу перебираться, узнает из документов Тэ. Видимо, поближе к своему Бобу или как его там черт… Зачем я тебе там тогда понадобился? Сколько лицемерия. И тут фальшь. Открывает шкаф, там аккуратно развешаны вещи, что-то положено на полочки. Чертов аккуратист. Тэхен изучает гардеробчик Богома, что за странные луки он себе тут подобрал. Тэхен откровенно выбросил бы пару рубашек, но остальное вроде ничего, вещи все новые, видимо закупил в поездку, на некоторых даже бирки. Тэ берет белую футболку, похожую на свою, срывает с нее бумажки, раздевается и надевает ее. Свою кидает на спинку стула. Берет календарь экскурсий для изучения, снова заходит в ванную, брызгает на себя свой любимый Фредерик Мале и отправляется на завтрак. Судно стоит в порту Сир-Бани-Яс. Тэхен обещал Чонгуку сегодня свидание. Вот черт! Куда же повести этого очаровашку после полуночи? Нужно узнать, что тут доступно в такое время. Тэхен почти весь вечер бегает в приготовлении свидания для своего «курортного романа». В очередной раз проносясь мимо бара, он забегает к Юнги. — Дружище, плесни-ка мне вискарика, — Тэ присаживается на барный стул. — Ты чего бегаешь-то? Потерял что? — хмурый Юнги наводит порядок в баре, расставляет бутылки на витрине, подходит к стойке. — Дельце придумал небольшое… Ты передай Чонгуку, что я его после 12 буду тут ждать, форма одежды свободная, не парадная. Чтобы было легко снять. — Уоу, даже так, — Мин улыбается, предполагая для каких целей Ви понадобится снимать одежду с Чонгука. Подает Ви виски. — Дааа…боже мой…Юнги, — закатывает глаза шатен, предполагая, что подумал бармен, — У нас просто свидание в СПА, но это пока секрет. Это сюрприз. — Ну теперь все стало намного ясней, — хмыкает Мин, — сюрприз, так сюрприз, я не скажу. Остальное передам. — Спасибо , — Ви одним глотком выпивает виски и снова скрывается из вида. Ровно в двенадцать Тэхен в баре, ждет. На нем шорты и любимая цветная рубашка. Через десять минут появляется Чонгук. Тэ его видит у дверей, сразу встает и идет к нему. — Привет, — он слегка клюет того в щеку и ведет за собой. Гуку уже интересно, куда его ведут. Повернув возле спуска зиплайна, они прошли дальше. Ви уверенно вел Чонгука в нужном направлении. — Мы случайно не на аэротрубу идем? — шепчет брюнет. — Нет, а что? — Ви останавливается. — Меня на ней немного подташнивает, поэтому я ее не очень люблю, — еще тише отвечает Гук. — Слушай, как удачно я сегодня отказался от этой идеи, — вслух говорит Тэ и продолжает свое движение в заданном направлении. Они подходят к большому помещению СПА центра, который уже закрыт. — Он работает сегодня только для нас, — Тэ открывает дверь и приглашает Чонгука пройти во внутрь. В помещении приятно пахнет ароматными маслами и травами, играет тихая приятная музыка. К ним подходят девушки, вручают одежду и приглашают пройти в раздевалку. В программе тайский массаж, потом массаж масляный всего тела. Тэхен любит массажи, ему нравится так проводить время, расслабляться. Он подумал, что после тяжелого рабочего дня Чонгуку тоже захочется отдохнуть и чуть «занирваниться». И судя по широкой улыбке брюнета, ему эта идейка действительно нравится. Тридцать минут миниатюрные девочки тайки, гнут их в разные стороны, растягивают в шпагаты, вытягивают и выкручивают. Потом еще минут сорок их уже почти голеньких, в одних трусиках, натирают маслами и тщательно мнут, и простукивают. Оба стонут под руками маленьких массажистов. Чонгуку очень понравилось, когда массировали шею и плечи, у Ви слабое место ноги. Расслабленные и довольные они перемещаются в зал с джакузи. Массажистки уходят, оставляя их одних. Помещение освещено по периметру светодиодами, поэтому свет не яркий, приглушенный. Помещение все выложено бежево-коричневой керамической мозаикой. В центре несколько бежевых чаш, наполненных водой. В одной на поверхности плавают лепестки цветов, а вода пахнет приятной ванилью, другое джакузи и вода бурлит лавандовыми пузырьками. Ви приглашает Чонгука сначала посидеть в пузырьках. Оба залезают в воду, откидывают головы на бортик и наслаждаются. — А сколько тут примерно национальностей работает? — неожиданно интересуется Ви. — Точно не знаю, но мы как-то считали, получилось около сорока, плюс-минус. Шатен понимающе кивает. — Послушай, а куда вы деваете мусор? Вы его оставляете в порту? — Ви очень интересен быт корабля и его обслуживание. — По-разному, что-то измельчается и выбрасывается в океан кормом для рыб и других обитателей, что-то сжигается и в виде золы отправляется на берег, сам видел. — А на вас пираты нападали? — Пираты? — Чонгук смеется. — Нет. У нас маршрут не проходит по таким опасным местам. Это Сомали, Африка. Ви разочаровано поджимает губы. — Но я знаю на кого нападали, и они отбивались водометами. Опрокинули лодки, и бедные пираты со своим оружием долго пытались выплыть на берег. Еще я знаю, используют звуковое оружие, но оно применяется крайне редко, водометов с хорошим напором воды обычно хватает. Собеседник заинтересован, кивает в ответ. — А еще у нас на лайнере есть между персоналом свой язык. — Это какой же, какой-то придуманный? — Почти. Есть некоторые коды, мы их произносим в разговоре и напарник все понимает. Например, код «Браво» — пожар, «Дельта» корабль поврежден, «Адам» — пропал ребенок, ищем все и везде, без суеты и паники. Еще бывают приставучие или проблемные пассажиры. Общается он с кем-то из персонала, например, подходишь и говоришь своему, что его ждут в каком-то кинотеатре, которого у нас нет или аттракцион которого нет. Обычно я говорю «иди на смотровую площадку» или «обзорное колесо». — Чонгук плещется в воде, смеется. — Еще есть код «Звезда» или «Восходящая звезда» — это если кто-то умер на борту, такое тоже бывает. — Чон глубокомысленно вздыхает. При этих словах Тэхен чуть было не захлебнулся в пузырьках, откашливается. «Ух ты, черт. Код красный, код красный, восходящая звезда» — проноситься в голове у Тэ. Если бы ты только знал, Чонгук, как это сейчас актуально. Опасная тема. Меняй ТэТэ. — Может уже пойдем в другую ванную? — говорит Тэ, но все это больше для того, чтобы скрыть накатившее волнение. Они перемещаются в чашу с лепестками. — Тебе хорошо? — спрашивает Ви. — Да, — Чонгук доволен, — сам бы я не дошел до массажа, я уже месяца три откладываю, бегаю, бегаю, некогда, — он разморенно улыбается. — Спасибо. — Мне приятно, что я угодил, я старался, — Тэ тоже улыбается своей шикарной улыбкой. — Но это еще не все, — предупреждает он — Я надеюсь, — Чонгук поднимает многозначительно бровь. — Ооо, конечно, Гуки, я понял, — Ви смеется и придвигается поближе в Чону, смотрит в эти черные глаза, нежно касается рукой щеки, шеи, целует в губы. Сначала мягко, заигрывающе, оба улыбаются в поцелуй, лижут друг другу губы. Потом более напористо, проникая друг в друга языками, заставляя внутри подниматься возбуждение, желание. Тэ седлает колени Чонгука и вылизывает его рот, уже сидя на нем. Гук сжимает его талию, ближе придвигая к себе, заставляя проехаться попой по возбужденному члену. Оба стонут в поцелуй. — Сегодня будет так? — спрашивает Гук, давая намек, что принимающий сегодня Ви. — Сегодня будет как захочешь, — подтверждает шатен. Чонгук сильнее прижимает его к себе, снова целует. Они целуются, Чонгук гладит Тэ по ягодицам, сжимает. — Я узнавал, тут можно…никого не будет, нас закрыли, — тихо произносит Ви. Гук довольно мурчит и впивается в губы Тэхена легкими укусами и засосами, переходит на шею, руками шарит внизу возле той самой дырочки, куда так уже давно хочется. — Масло? — Ви подает пузырек, нежно пахнущий ванилью, от чего Гук мычит еще громче. Чон смазывает пальцы маслом, в воде масло не смывается, палец отлично проникает внутрь. Ви готовился, поэтому тут же второй палец и, недолго думая, снова льет масло и проникает в Ви уже тремя. Он активно двигает пальцами, вставляя и вынимая их, от чего Ви подергивает, когда они проходят по простате. Шатен чуть нависает над ним, приподнявшись на коленях, локтями облокотившись на бортик чаши сзади Чонгука. Пальцы входят и выходят все быстрее. Ви стонет, а Чонгук не хочет останавливаться, он хочет посмотреть на такого Ви. Такого уязвимого, хочется посмотреть, как он кончит. Не хочется смешивать удовольствие лицезреть кончающего Ви и свое. Но одновременно хочется его уже всего, наконец. Хочется войти. — Тише, тише, — задыхается Ви, — я сейчас кончу, подожди, — придерживает руку, двигающуюся внутри него. — Давай уже ты. Гук немного разочарован, что его остановили, но и рад одновременно. Молча кивает. Взгляд заволокло возбуждением, дышит прерывисто, всей грудью. Если бы его не остановили он, наверное, кончил бы вместе с Ви, только лишь от одного его вида. Чонгук стаскивает с себя парня, встает в этой большой чаше, на колени. — Повернись, — говорит он и сам направляет Ви развернутся к нему спиной, наклоняет вперед, шлепает по округлым ягодицам. Ви дергается от такого проявления страсти, хихикает. Чонгуку не смешно, член стоит колом, взгляд задурманен, если он сейчас не войдет, то просто разорвет Ви на куски от возбуждения. Он сдерживает себя, трясущимися руками надевает презерватив, медленно, но очень уверенно входит. Из Тэхена с воздухом вырывается стон, получается крайне чувственно и безумно возбуждающе, а куда уже больше, и так все на пределе. Десять секунд и Ви кивает, чтобы Гук двигался. Чонгук двигается, сначала медленно, но постепенно набирая темп, вода вокруг плещется, выливается из чаши на пол. Он рычит, толкается в узкое колечко, двигается и заставляет Ви стонать снова и снова. Он резко останавливается, выходит, сжимает член у основания, проглатывает стон, дышит. Снова входит, начинает толкаться в парня. Набирает темп, Ви опять стонет, Чонгук хрипит, через несколько толчков снова останавливается. — Что, накатывает? — смеется Ви, Чон утвердительно кивает. — Ты не останавливайся, я тоже уже скоро, если вместе не получится, потом доведешь, — Гук опять кивает, мычит. Ви снова хихикает, — Ну давай, погнали. Чонгук снова входит и начинает двигаться сразу в быстром темпе, он уже понял угол куда надо бить и пытается каждый раз попадать именно туда, Ви одновременно надрачивает и стонет так призывно, что Гуку почти срывает крышу. Что же он так кричит-то, Гук и так себя ощущает как школьник-скорострел, а тут еще и эти стоны. Ви снова стонет, ругается и наконец кончает, еще несколько толчков и кончает Чон. Оба валятся в воду, дышат прерывисто, отходят от оргазма, смотрят друг на друга, тихо смеются. Гонка основательная выдалась. А ведь все еще только началось. — У меня там вино и фрукты, — машет в сторону Ви, смотрит, улыбается, — и шоколад. Ты любишь? Чонгук лишь молча кивает и моргает глазами. Он теперь все любит, что связано с Ви. Он, кажется, влюбился. Вот дурак. Ведь зарекался же уже, Юнги его точно не похвалит.