Мальчишка с смешной шапкой и улыбкой до ушей.

остыли ᴘᴇки и зᴇмля остылᴀ, но я зᴀмᴇᴘзнʏть нᴇ ҕоюсь! это в rоᴘодᴇ я всᴇ rᴘʏстилᴀ, это в rоᴘодᴇ я всᴇ rᴘʏстилᴀ ᴀ зᴀ rоᴘодом смᴇюсь, смᴇюсь!! Солнце было высоко над горизонтом, на небе цвета аляски не было ни облачка. Если бы не расположение яркого светила, то можно было легко спутать послеполуденное время с утром. Ёлки уже давно наряжены в белоснежные платья, а голые ветви лиственных окутаны снежным слоем. Окутаны белоснежным одеялом и крыши домов небольшой деревушки. Солнце светит ярко, оно освещает небольшую поляну за деревней. Белоснежные сугробы отражают солнечный свет, они блестят на утреннем свету. Морозный день даёт о себе знать розовым румянцем, от которого щёки неприятно щипет, а также закоченевшими от мороза пальцами. Пусть те и находились в перчатках, всё равно было чертовски.. — .. Холодно, — выдаёт неожиданно Достоевский, пытаясь сжаться в попытках согреться, подобно снегирьку. По итогу же в него прилетает снежок. Фёдор замер в недоумении, а после лениво обернулся к светловолсому товарищу, который лучезарно улыбался.  Тёмноволосый возмутился, а потому нахмурился, да как он только осмелился на подобные действия. — Ну, же! — восклицает Николай. Его мысли словно прочли. И Достоевский нерешительно начинает лепить неровный белок ком, глядит на него удивлённо глазами по пять копеек. Это же так делается? Но вроде бы правильно. Фёдор никогда подобным не занимался. И Гоголь понял это, заметив замешательство, хмыкнул, а после усмехнулся. — Всё верно, — проговаривает светловолосый как-то нежно, подбадривающе, — а теперь кинь его в меня! И у темноволосого глаза распахиваются, он тут же кидает снежок в Николая, попадая в грудь, если быть точным в сердце. Фёдор, подобен снайперу, Гоголю это нравится. Вот только светловолосый тут же вскакивает, начиная быстро лепить снежок, Достоевский вздрагивает и следует ему примеру. На снежной опушке за деревней раздался звонкий мальчишеский смех, сердце бешено билось от множества действий, а дыхание сбилось. Между тем солнце начинало садиться, и это неудивительно в зимний сезон, что дни так коротки. На небе показались тусклые розовые краски, предващая закат. Двое мальчишек, утомлённые снежной борьбой между собой, лежали на снегу, тяжёло дыша. Светловолосый всё ещё хохотал,  а Фёдор слабо улыбался, иногда издавая лёгкие смешки. Достоевский убеждается вновь, что Николай удивительный.