Девушка огня

      Чувство покоя… Всё, что София чувствует сейчас. Ни боли. Ни сожалений. Покой, которого девушка так всегда хотела, но которого у неё никогда не было. Но кто-то пытался забрать это у Фрей прямо сейчас.       Свет начинает гаснуть. София жадно тянется к нему, но её оттаскивает назад. Чья-то невидимая рука, не желающая оставить её в покое.       — Нет… — всхлипывает девушка, когда свет гаснет.       Она открывает глаза. Но все, что она видит, — это темнота. Ей больно, но от чего, она не знает. Легкие разрывает. София кашляет и не может остановить это. Здесь много пыли, её тело зажато между чем-то.       Руки. Она пошевелила обеими, но слабо. Ладонями ощупала свое тело. Что-то вонзилось в правый бок живота. Очень глубоко. София снова закашлялась.       Вдруг она начала различать чьи-то голоса. Казалось, что они далеко, но, когда сознание Фрей прояснилось, она поняла, что кричат совсем рядом с ней.       — София! София!       Девушка еле поднимает голову, что дается ей тяжело. Она лежала на полу. Обломки Прялки полностью накрыли ее. Но когда она подняла голову, то увидела слабый свет, просачивающийся сквозь щель. Туда запросто можно было просунуть руку, но Фрей не могла. Её плечо зажато обломками.       — София?       Только сейчас девушка узнала голос. Николай? Фрей попыталась произнести его имя, но снова закашлялась.       — Держись. Мы сейчас тебя вытащим, слышишь?       София закряхтела, приподнимая голову, но тут же легла обратно. Она не чувствовала боли из-за предмета в животе, но всё остальное болело ужасно. Будто все кости были переломлены.       Она слышала, как там копошились. Николай давал указания. Выкрикивал направления. Время от времени раздавались грохоты камней, лязг чего-то ещё. София слабо соображала. Наконец сверху, где недавно горел слабый свет, разобрали часть обломков, но добираться до девушки было все еще слишком опасно.       — Ты как здесь? — Николай попытался пошутить, но улыбка быстро сползла с его лица, когда его взгляд наткнулся на проткнутый живот девушки.       В это время один Гриша с помощью сил убрали обломок где-то над телом Софии. Та закричала. Из края раны хлынула кровь.       — Остановитесь! — приказал Ланцов. — Целитель!       Рядом с парнем появился молодой паренек.       — Что скажешь?       Гриша попытался осмотреть рану, но обломки мешали излечить.       — Надо подобраться ближе, но любое движение делает только хуже.       — Всё в порядке… — кое-как прокряхтела София. — Я не боюсь смерти.       — Я запрещаю тебе умирать.       Фрей иронично улыбнулась, кривясь от боли.       — Что я говорила про приказы мне?       Николай улыбнулся. Он был обеспокоен, азартен и сосредоточен. И это всё в одно время.       — Позовите Толю, — приказал он кому-то. Тот убежал. — Потерпи чуток. Я не оставлю тебя здесь умирать.       — Нет. Оставишь. Так будет лучше для всех. С меня хватит, — Фрей снова закашлялась. Из её рта брызнула кровь, но она всё ещё была в сознании. — Я видела достаточно. Я делала вещи… Вещи, которые уже не вернуть. Просто… Просто, позволь мне уйти. Я хочу, чтобы всё это закончилось.       И вот как это бывает. Сильный и с железным характером человек, сдался. София показала себя, сняла маску. Она устала. Просто устала. Это было словно идешь против течения, а волны сбивают тебя с ног снова и снова. И вроде, можешь снова подняться, но новая волна опять сбивает. Эта волна была больше предыдущих. Она накрывает тебя с головой.       София устала. Ей хотелось, чтобы всё прекратилось. Сдаться волне и уйти на дно. Смириться с этой участью и умереть.       — София, послушай меня.       Николай сидел на корточках. Он потянулся к ее щеке и заставил ее поднять глаза.       — Может быть, ты и заблудилась, но ты многое пережила. Ты не виновата в том, что люди умирают.       — Нет… — Фрей покачала головой. — Моя. И только моя. Не рискуй ради меня. Ты должен стать королем… Спаси Равку. Спаси от таких, как я.       София начала медленно закрывать глаза.       — София? София! — Николай начал шлепать девушку по щекам, пытаясь привести её в сознание, но она не реагировала.       Вот и всё. Она готова. Пришло её время.       — София! София! — женский голос зовет Фрей. — Просыпайся.       София открыла глаза. Над ней склонилась женщина. Девушка не сразу поняла, кто это. Слишком давно она не видела её лица.       — Мама?       — Вставай, а то всё проспишь.       Женщина ушла. София приподнялась на локтях. Она не понимала, что происходит. Это был их дом, её комната. Она заливалась солнечным светом. Фрей не помнила, чтобы в доме было так светло.       Она быстро вскочила и направилась к выходу, но по дороге замерла. Леонид стоял возле стола и помогал маме месить тесто. Дверь в дом была приоткрыта. Через дверь София увидела отца, рубившего дрова.       — Наконец-то она соизволила встать, — улыбается Леонид.       Фрей с непониманием на лице подошла ближе, всматриваясь в лица мамы и брата.       — Неужели решила проспать свой день рождения?       Парень убрал руки из теста и с мукой на них потрепал девушку за щеки, оставляя муку на них. София рассмеялась.       — С днем рождения, сестренка.       Леонид обнял девушку. Она почувствовала тепло его тела. Он здесь. Он настоящий. Живой. София обняла в ответ, сжимая его в своих объятиях. Она закрыла глаза. Надеялась, что это всё взаправду.       — Ох… Придушишь.       Фрей отстранилась и заглянула ему в глаза.       — Всё хорошо?       София сначала отрицательно покачала головой, но всё же, улыбнулась.       — Да, всё хорошо. Всё хорошо. Теперь да.       Они сидели за праздничным столом. Родители и брат смеялись, вспоминая их общие истории. София не слушала их, она смотрела на их улыбки, и сама улыбалась. На сердце было тепло. Это и правда было правдой. Самой настоящей.       — София, София, смотри, чему я научился.       Девушка переводит взгляд на брата. Он был старше её, но порой вёл себя как ребенок.       Он согнул руку в локте, закрыл ладонь в кулак, а затем раскрыл. Оттуда вылетел маленький салют. Он заискрился и взорвался красивым узором.       — Это… невероятно.       София засмеялась. Ее смех подхватили родители, а затем и сам Леонид.       — У нас для тебя подарок, — сказал отец. София с интересом посмотрела на мужчину. — Смотри.       Он указал за спину девушки. Не успела она обернуться, как услышала, что дверь в дом открывается. Повернувшись, она увидела на пороге черный силуэт. Улыбка сошла с ее лица.       — Скажи мне, София, — прозвучал его холодный голос. Его тяжелые шаги приближались к столу. Фрей в ужасе следила за ним. — Что было правдой, а что ложью?       София не могла двинуться с места. Она повернула голову обратно к родным, но в ужасе отскочила назад. Стул внезапно исчез. Девушка упала на пол, больно ударившись копчиком.       Её родители лежали головами на столе, их горла были перерезаны. А Леонид лежал без головы. Только когда она в ужасе перевела взгляд на пол рядом с ножкой стола, то заметила его голову.       — Родители мертвы… — голос Дарклинга раздался у нее над ухом. — Брат мертв. Что произошло, когда больше некому было тебя спасать, София?       Её крик эхом отразился от стен дома. Она распахивает глаза, жадно глотая воздух. Ее глаза в ужасе метались в разные стороны.       — Всё хорошо.       Тамара. Она сидела рядом, пытаясь успокоить девушку.       — Ты в порядке.       София, смотря на шуханку, начала вспоминать. Она опускает голову, трогает руками рану.       — Тебя залатали, как могли. Но жить ты будешь.       Фрей совсем не чувствовала боли. Но она… Она ведь была готова попрощаться с жизнью.       Огляделась. Раненых было немного. Они сидели вдоль стены, как и она. Затем, в конце стены она увидела и Диану. Она сидела полулежа, прислонившись спиной к каменной стене. Она выглядела здоровой, но на ее коже виднелись следы ожогов       — Где мы?       — В туннелях. Не многие хотели этого признавать, но ты спасла наши задницы.       София ничего не ответила.       — Алина, Мал?       — Они живы. Сейчас вместе с Николаем обсуждают дальнейший план действий.       — Я должна идти.       София попыталась встать, но боль дала о себе знать. Она закряхтела, но не села обратно.       — Ты должна отдыхать.       Тамара поднялась следом.       — Я в порядке. Сама же сказала.       Фрей не знала, на кого она была больше зла. Но точно не хотела хамить Тамаре.       — Прости… Просто, я…       — Не переживай. Пошли, я тебя провожу.       Перед тем, как покинуть коридор туннеля, София остановилась возле Дианы, которая подняла на нее взгляд. Фрей ничего не сказала. Она пошла дальше.       Вскоре Тамара привела Софию в отдельную комнату туннеля, где над столом собрались Николай, Алина, Мал, Толя и пару солдат, которым Ланцов раздал приказы. И они как раз выходили, когда вошли девушки.       — София… Святые, — Старкова подошла к Фрей и обняла её. Ошеломленная таким порывом, София обняла ее в ответ. Ведь на самом деле она была очень рада видеть всех живыми.       Слишком странно было наблюдать за счастливыми эмоциями кого-либо при виде Фрей. Буквально все, кто был здесь, были рады, что София выжила.       — Ты как? — спросил Николай. Он не подошел к девушке, соблюдая дистанцию.       — Жить буду, — не очень весело ответила девушка. Она подошла к столу. — Сколько человек погибло?       — Девять. Если бы тебя там не было, погибло бы гораздо больше.       София покачала головой.       — Я сделала то, что сделала. Не стоит за это благодарить. Но…       Фрей внезапно осознала.       — Король и твой брат… Они мертвы. А это значит… ты теперь король.       Николай кивнул. Он больше не был тем корсаром, Штурмхондом. Теперь он король.       — Подумаем об этом позже. Нам нужно как можно скорее добраться до Зведьи.       — Где это? — спросила Алина.       — Форт к югу от Крибирска. Там сейчас солдаты Первой армии моего давнего друга.       — Известно, где Дарклинг? — спросила София.       — Ему удалось скрыться после обрушения Прялки. Сейчас он где-то в районе Керамзина, — ответил Николай. — Но, как тебе это удалось? — парень посмотрел на Фрей. — Обрушить Прялку.       — У меня есть парочку секретов, — девушка пожала плечами. — Не раскрывать же все.       Она всё ещё помнит, насколько тяжело ей удалось это. К счастью, сила, которую София использовала, была ослаблена из-за слабой подготовки, и она пока еще могла усмирить её. Но с каждым использованием новых техник, сила росла, пламя внутри разрасталось. И Фрей знала, что скоро будет не в состоянии подавить его. Да она и не собиралась. Когда настанет момент, она использует всю его мощь.       Внезапно их разговор прервал грохот. Прямо оттуда, где лежали раненые. София переглянулась с Николаем, и они все помчались туда.       Когда они прибежали туда, гриши и солдаты стояли приготовившись. Фрей не была готова к новой битве, но всё же встала в боевую позицию, когда увидела, что потолок посыпался и из трещин начали просачиваться тени. Как он нашел их?!       — Алина, Мал, уходите, — приказал Николай, доставая пистолет. — В Зведье найдите Доминика Вертова.       — Но я нужна вам!       — Глупая девчонка! — вдруг раздался голос сверху. — Сколько еще надо было ждать, чтобы ты указала нам путь вниз?       София прислушалась, и она узнала этот голос. Конечно, она ни с кем его не перепутает. Это был единственный человек, которого она искренне была рада видеть. На её губах образовалась улыбка.       — Багра? — Алина вышла вперед, всматриваясь в дыру в потолке.       София кивнула своим мыслям и ушла обратно в ту комнату, где они только что были.

***

      Вскоре туда же пришли Николай, Алина и Мал.       София обернулась к входу в тот момент, когда вошла Багра в сопровождении Тамары. Женщина что-то бурчала.       — Это не Малый Дворец, но что поделаешь.       Багра обвела взглядом Заклинательницу, Николая, Мала, а после остановилась на Софии. И замерла. Она не ожидала увидеть ее здесь.       — Здравствуй, Багра.       Фрей искренне улыбнулась.       — Ты жива, — это были первые слова, которые женщина сказала ей после долгой разлуки. И все же на ее лице играла улыбка.       — И я рада вас видеть.       Между ними не было близких отношений, но они уважали друг друга. Багра была наставницей Софии, как и её сын. Рядом с этой грубой и жестокой женщиной Фрей могло показаться, что ее мать находится рядом.       Подойдя к девушке, Багра нежно положила ладонь ей на щеку и погладила большим пальцем, а после убрала ее и сделала несколько шагов назад.       — Вы наставница гришей, — сказал Николай, смутившись проявленной нежностью. Он явно восхищался Багрой.       — Царевич-собачка.       — Я думал, вы миф.       — Уже нет, мальчик. Страна в руинах. Я спрашиваю, поднимешь ли ты её с колен?       Но их прервала внезапно вошедшая Женя. Она прикрывала половину своего лица рукой. Ее волосы были растрепаны, а в глазах читались стыд и страх. София нахмурилась и попыталась понять, что она скрывает.       Алина медленно приближалась к ней. Наконец, Женя убрала руку. Половина её лица обезображено. Правый глаз ослеп. Всю половину лица пересекали глубокие шрамы.       Старкова протянула Сафину к себе. Женя через пару секунд обняла её. Она думала, что Алина будет ненавидеть её за то, что та всегда выбирала Дарклинга. Но стоило только взглянуть на неё, как было понятно, что это дорогого ей стоило. София её понимала.       Когда Алина отстранилась, она спросила, едва дотрагиваясь до шрамов:       — Как это случилось?       — А ты как думаешь? — спросила Багра.       — Это сделан Кириган? — вновь спросила Алина.       Женя покачала головой, едва произнося:       — Это… его ничегои.       — Женя…       Старкова снова обняла девушку.       — Женя? — вдруг спросил Николай. Все посмотрели на него. — Женя Сафина? Гриша, отравившая царя?       Внезапно взгляд Жени упал на Софию, которая стояла недалеко за спиной Ланцова.       Алина встала перед Сафиной, готовой защищать её.       — Мой царевич, — Женя села в легком реверансе.       — Царь, — поправила её Тамара. — Он теперь правит.       — Нет, пока я ещё не коронован.       Николай подошел чуть ближе к Жене.       — Но после коронации ты будешь осуждена за измену короне и стране.       Едва заметный взгляд Сафиной вновь метнула к Софии. Та стояла прямо, выпрямив плечи. Никто этих переглядок не заметил.       — Нет, — отозвалась Алина.       — Она была в сговоре с Дарклингом.       — Она пыталась выжить.       Когда Женя вновь посмотрела на Фрей, то увидела, что та собиралась вмешаться. Однако, между ними уже давно был заключен уговор. Жена едва покачала головой ей.       — Не всем так повезло, как тебе, — продолжила Старкова защищать подругу. — Не все спаслись из дворца.       — Ты слишком долго отсутствовал, щенок, — произнесла Багра. — Но ты всё же знаешь, на что способна твоя семья.       Николай не знал, что сказать. Конечно, он знал о грехах своей семьи, но не все. Он медленно перевел взгляд от Багры к Жене, пытаясь подобрать слова. Всё же, он только что потерял часть своей семьи, хоть и не родной. На него внезапно свалился целый мешок груза ответственности.       — Он принудил тебя?       — Я… — Женя запнулась. — Я не пыталась завлечь его.       — Царь уже не может ответить за свои преступления. Нельзя наказывать ее за это, — сказала Алина.       — Она больше не служит Дарклингу? — спросил Ланцов.       — Вот, что он с ней сделал! — Старкова указала на лицо Жени, но она быстро замолкла, понимая, что повысила голос. — Кириган манипулировал Женей, как и всеми нами.       Николай отвернулся, подходя к столу. Он наткнулся на взгляд Софии. Та стояла спокойно, но все же в чертах лица можно было заметить напряжение. Николай надеялся, что она что-нибудь скажет. Но та лишь молчала.       Тогда Ланцов сказал то, что недавно обещал Фрей. Он повернулся обратно к Жене.       — Ты в безопасности. Даю слово будущего царя Равки. И, если ты укажешь его лагерь на карте, клянусь всеми Святым, как только мы придем в себя, я ударю по нему всеми нашими силами.       Женя не ожидала этого. Она явно думала, что Николай такой же, как и все Ланцовы, но она ошиблась.       Она кивнула и подошла к столу.       Как и ожидалось, Дарклинг в Керамзине. В сиротском доме, где выросли Алина и Мал. Новость была не утешительной. В этом доме было много детей.

***

      София нашла свободную комнату. Снова поставила свечку перед собой, села в позу лотоса и сосредоточилась. Ожидается большая битва, и Фрей должна быть готова.       — Ты снова прячешься.       София распахнула глаза. Внутрь вошла Багра. На её лице появляется всё больше морщинок. Все ярче вырисовывались морщинки — усталость от тысячелетней жизни.       — Я не прячусь.       Багра фыркнула и села на стул, который для себя притащила сюда София. Сама же девушка сидела на земле. Она облокотилась об каменную стену.       — Это он сделал с вашей рукой? — София кивнула на правую руку женщины, которая была перемотана бинтом. Мизинца на руке не было.       — Ему понадобился усилитель.       — Усилитель? — нахмурилась Фрей. — Это значит…       — Да, — Багра кивнула. — Он наделил моими костями нескольких гришей.       — Вполне в его духе.       Несколько минут стояла тишина. Багра заговорила первой:       — Я слышала, что ты сделала. Шаровая молния, обрушила Прялку. Почти похоронила себя и Александра под завалами. Я горжусь тобой, София.       Фрей покачала головой, смотря перед собой.       — Я почти умерла.       — Ты боялась?       — Когда ты никто, тебе нечего бояться.       — Навряд ли это относится к тебе. Помнишь, что я тебе говорила? «Каждая сила требует жертвы».       София согнула ноги в колени и облокотилась об них локтями, закрывая лицо руками. Она вздохнула, потерла лицо рукой, а после посмотрела на Багру.       — Я всегда верила ему. Шла за ним. Его великая цель: «Освободить гришей», всегда тянула меня к нему. Но как, сейчас, я могу сражаться за их свободу, если сама воплощаю в себе худшее?       — Для таких, как мы, София, всегда найдутся вилы и факелы. Будучи девочкой, ты была вынуждена прятаться. Ты была в ужасе, когда пришли за твоей семьей, но даже тогда ты не издала ни звука, потому что знала, что, если они найдут тебя, то убьют твоего брата. Да, ты была хладнокровной убийцей. Такой сделал тебя мой сын. Но я видела, как ты не могла уснуть по ночам. Видела, сколько боли тебе это доставляло. Несмотря на всё, ты хороший человек. Ты сумела выбраться. Но то, что произошло… Так случилось. Смирись, иначе это съест тебя изнутри.

***

      София вернулась к остальным в тот момент, как закончилась сцена между Женей и королевой. Та обвиняла её в смерти короля, но Сафина высказала всё. Рассказала всё, что сделала с королем. Всё, что он делал с ней.       — Арестуй убийцу! — кричит королева своему сыну.       — Нет, — сказал Николай.       Женя отошла от них. Только сейчас она заметила Софию, стоявшую в проходе.       — После услышанного — нет, — продолжил Николай, качая головой. — Она была под твоей защитой.       — Она прислуга.       — А ты — мать Равки. Твои подданные должны были быть твоими детьми. Все они.       Королева повернула голову к Жене, а после она увидела Софию. Та смотрела на женщину с вызовом. Мол, «попробуй сказать что-нибудь ещё, и я скажу в ответ».       Королева развернулась и ушла, пыхтя от злобы.       Женя тоже собралась уходить, но слова Николая её остановили:       — Я прошу прощения от имени всей Равки. За все твои страдания.       Сафина почти заплакала, но сдержала свои слезы.       — Мне не нужны ваши извинения. — Она подошла ближе к Ланцову. — Что… Того, что со мной сделали, не исправить. Я хочу знать, на самом ли деле вы хотите исправить положение в Равке или же вам суждено повторить ошибки наших прошлых царей?       Женя пару секунд ещё посмотрела в глаза Николая, а после развернулась и ушла. Ланцов проводил её взглядом, натыкаясь на Софию. Та пошла следом за Сафиной.       — Женя.       София нагнала девушку. Она затащила её в небольшую комнатку, выглянула в коридор, чтобы убедиться, что никого рядом нет, а после вернулась.       — Наш уговор. Ты не обязана носить это бремя одной, когда виноваты мы обе.       — Нет, — Женя поспешила остановить её. — Будем придерживаться нашего уговора. Это я отравила короля. К тому же, я не испытываю вины. И новый король уже дал мне свободу.       — Женя…       — На тебе и так много грехов. Не добавляй и этот в свою копилку.       Софии оставалось лишь согласиться.

***

      Внезапно весь туннель задрожал, потом грохот. София поспешила к источнику. Это было что-то вроде церкви. Скамейки стояли в два ряда. Сюда приходили помолиться. Алина сидела на передней скамье, сжимая её руками. Она вся светилась, тем самым вызывая дрожь.       — Алина? Что происходит? — София вбегает следом за Багрой. Вскоре появились и Мал с Николаем.       — Она связывается с Александром мысленно, — объяснила Багра, — через усилитель Оленя.       — Она обрушит туннель, — сказал Николай.       — Алина! Очнись, — Мал подбежал к ней и сел на корточки. — Алина, посмотри на меня, ну же! Алина!       Оретцев тряс Заклинательницу за плечи.       — Алина, прошу! Взгляни на меня!       Внезапно Старкова пробуждается и хватается за голову. Она жмурится.       — Святые, Мал! — Алина подскочила. Она была зла. — Я чуть его не одолела! Я почти разорвала связь, если бы не ты!       София, Николай и Багра поняли, что сейчас будет разыгрываться ссора, и поэтому они поспешили уйти.

***

      Фрей нашла Старкову в медицинском отсеке, где та искала что-нибудь, что облегчит боли в голове.       — Ты должна рассказать мне правду.       Алина посмотрела на Софию, прижимая к голове полотенце.       — Правду о твоей связи с Дарклингом.       — Я не понимаю, о чем ты.       Старкова продолжила дальше искать лекарство.       — Не надо недооценивать притягательность тьмы, Алина. Даже чистые сердца подвержены этому. Сейчас, когда ты была с ним, из тебя вырвался свет, который ты не смогла сдержать.       Старкова все еще возилась с препаратами.       — Что ты недоговариваешь? Ты же знаешь меня, так или иначе я выбью из тебя ответ.       Алина тяжело выдохнула и села, успокаиваясь.       — Я чувствую его.       София нахмурилась.       — То есть… он может касаться тебя?       — Не только.       Фрей села рядом.       — Расскажи мне. Ты же знаешь, что можешь мне доверять.       Алина собралась с духом и произнесла:       — Когда я использую свои силы, я чувствую его. Его руки на мне, — Старкова сжала губы. Ей неприятно было об этом говорить. Думать об этом. — Направляющие силу. Даже когда мы вышли из Каньона, и я вырезала рог из его руки, я всё ещё чувствовала его. Я говорила себе, что это невозможно, что это сойдет на нет. И так и случилось после Морского Хлыста. Его сила ощущалась… иначе. Я ощущала себя иной. Я была… свободной. Это была яростная сила, но она была моей. Только моей. Но потом я снова увидела его.       Пересилив себя, София положила свою ладонь поверх ладони Алины.       — Продолжай.       Старкова заметила этот жест и продолжила:       — Он как будто снова забрал у меня силу. Будто я разделила с ним Морского Хлыста.       — Почему ты так думаешь?       — Из-за него я и пустилась его искать! — живо воскликнула Алина с особой горячностью. — Если бы не он, я бы не отняла жизнь и силу морского чудища. Если бы не он, я бы по-прежнему была картографом. Он первым показал мне, что я не просто ничтожество из Керамзина.       Алина посмотрела на Софию. Она знала, что Фрей её прекрасно понимает.       — Что я — гриша. Что я сильная. Что мне суждено большее.       Старкова едва сдерживала слезы.       — Алина, даже без него, это правда.       — Но всему я обязана ему.       — Как и я. И, несмотря на все ужасы, что он сотворил, я благодарна ему за это. За то, кто я сейчас. Не за ту часть, где он сотворил из меня себя. А за ту часть, где я стала сильной. Но у него бы этого не получилось, если бы я изначально не была такой. Он лишь направил нас в правильном направлении. Раскрыл наши силы. Только подумай. Дарклингу почти тысячу лет, его силы безграничны, и всё же его побеждают не раз, но снова и снова. Сиротка из Дувы, которая боялась всех и вся. Это я. Такая же сиротка и худышка вроде тебя. Мы становимся теми, кто мы есть — вопреки ему. Только подумай, что мы сможем вместе против него. Мы снова оставим его в дураках. Мы доберемся до Каньона, уничтожим его и исцелим рану, которую Александр нанес этой стране.       — Но я не справлюсь без Жар-Птицы.       — Ты так в этом уверена?       Алина посмотрела на Софию таким взглядом, будто ждала от Фрей раскрытия тайны, которая поможет достигнуть цели.       — Я должна была сказать это раньше. Но ты правда уверена, что тебе нужна именно Жар-Птица?       — Но в записях Морозова…       — Он не завершил начатое. Впрочем, как и свойственно и всем Морозовым после него. Если бы Жар-Птица и была усилителем, то… — София переместила свою ладонь на запястье Старковой, — ты бы почувствовала что-то другое, чем просто мое прикосновение.       Заклинательница поняла не сразу. Она нахмурилась, пытаясь понять смысл услышанного. Переводила взгляд то с их рук, то к лицу Софии. Фрей слабо улыбалась.       — Я не… — Алина покачала головой. — Ты?..       Фрей кивнула.       — Не Жар-Птицу тебе нужно искать.       — Но как это возможно?       София убрала руку.       — У Жар-Птиц есть такое свойство как перерождение. Однажды, двадцать один год назад, существо умирало от старости. И оно нашло мага огня, который владел могущественным внутренним пламенем. Существо нашло хозяйку. Переродилось в маленькой девочке. Во мне. Думаешь, зачем Дарклингу понадобилась именно я? Почему охотился он именно на меня?       — Это… невозможно.       — Как говорит один наш общий знакомый: «Когда люди говорят «невозможно», чаще всего они имеют в виду «маловероятно».       Алина улыбнулась.       — Поговори с Багрой. Она знает мою историю и подскажет, в каком направлении двигаться дальше.       Фрей горестно улыбнулась. Она встала.       — И, Алина, не рассказывай никому. Никто не должен знать. Последствия тебе известны. И обратись к целителю.

***

      Николай нашел Софию в часовне. Она как раз заканчивала зажигать свечку. Делала это она спичками, а не силами.       Фрей обернулась, когда услышала шорох. Ланцов улыбнулся и сел на скамью. София села рядом. Она смотрела на иконы Святых.       — Не знал, что ты верующая.       Фрей усмехнулась.       — Святые покинула меня давным-давно, но я всё ещё продолжаю зажигать свечки. Это глупо, я знаю.       — Не глупо.       София посмотрела на Николая.       — Ну, только если немного.       Фрей засмеялась. Так искренне. Было странно. Очень. Но Софии сейчас это нужно было. Всё изменилось и она тоже.       — Ну а ты? — спросила София. — Ты готов к тому, что ждет Равку, щенок?       Николай засмеялся и покачал головой. Прозвище, которое дала ему Багра. София ещё не скоро его забудет. Он повернул взгляд к иконам и вздохнул.       — Готов — это слишком громко сказано. Но другого пути нет. Я должен. Ради своих людей. Ради Равки.       — Ты уже рассуждаешь, как истинный король своей страны. Равке повезло с тобой.       Николай улыбнулся.       — Проще всего было бы вернуться сейчас в море, вновь стать Штурмхондом.       — Но это не про тебя.       Ланцов покачал головой.       — Не про меня, — согласился он. Он заметно погрустнел.       — Хей, — София положила руку на его ладонь, — ты будешь хорошим королем. И ты справишься. Знаешь, почему?       Николай покачал головой. Сейчас он ощущал тепло ее ладони.       — Потому что ты не один. Потому что ты добрый и заботишься о людях. Это дорогого стоит.       Внезапно их прервал ещё один появившийся человек в часовне. София поспешила убрать руку. Она обернулась и увидела Диану, которая застыла на пороге. Интересно, сколько она услышала?       — Диана, — София встала. Николай следом.       — Я оставлю вас. Думаю, вам нужно поговорить.       Ланцов ещё бросил взгляд на Софию, а после ушел.       В часовне стояла тишина. Диана вошла внутрь и встала в двух метрах от Фрей. Половина её лица была заметно обожжена. Она пострадала из-за Софии. Вся боль, что испытывает Диана, была из-за неё.       — Я знаю, чего ты хочешь, — начала Фрей. — Я сама давно этого хотела. Ты не можешь убить меня. Таков исход был бы слишком прост. Если бы это было то, чего бы ты хотела на самом деле, ты бы сделала это давным-давно. Ты хочешь, чтобы я страдала. Почувствовала всё, что ты чувствовала. Вся эта боль… Потому что где-то внутри себя ты думаешь, что это избавит тебя саму от боли. Но знаешь что? Не избавит.       София покачала головой. Диана выслушивала это храбро, но всё же её руки сжимались в кулаки. Грудь высоко вздымалась. Но тут она полезла под кафтан и вынула оттуда пистолет, направляя его на Софию.       — Ты ошибаешься. Когда всё закончится… все, кого ты любишь, умрут.       На лице Фрей не выразилось и тени страха.       — Уже слишком поздно. Все, кого я когда-либо любила, уже мертвы.       Диана нервно сжимала пистолет. Она не знала этого. Видимо, Даниил ей не всё рассказывал.       — Я понимаю, — продолжила София. — Я отняла у тебя твоего брата, теперь ты хочешь отнять жизнь и у моих родных. Если ты хочешь этого, Диана, сделай это.       По щеке Грацкой вдруг потекла слеза. Она убрала пистолет. Он остался в руке, которая беспомощно свисала вдоль тела.       — Ты… Ты хотя бы их помнишь? Тех, кого убила.       — Да, я помню их всех. Но сейчас… Как я могу доказать тебе, что я на твоей стороне?       — Верни мне брата, — резко ответила Диана.       — Ты ненавидишь меня, но я нужна вам.       — Думаешь, раз ты начала делать хоть что-то хорошее, я прощу все твои грехи?       — Я не просила прощения. Вот что я тебе скажу. Мы поможем Заклинательнице уничтожить Каньон и убить Дарклинга. Поможем взойти принцу на престол. А через несколько лет, когда Равка восстановится… Ты найдешь меня. И я обещаю тебе, мы разберемся со всем.