Пластинка

– Ромео, где ты? Где же ты, Ромео? – кричал на всю комнату Джин, играя роль Джульетты. – Моя душа зовёт меня опять, - произнёс Намджун за Ромео, - как звонки..., - не успел он договорить, как по комнате разнёсся громкий смех ребят, что сидели и смотрели это представление.       Ещё утром Техен пригласил Чимина с друзьями на ночёвку. Чтобы не было скучно и разрядить обстановку, они решили сыграть в "правда или действие". Очередь была Сокджина, выбрав "действие", Ким загадал разыграть сцену из "Ромео и Джульетта", где Джин должен быть Джульеттой, а Ромео любой из ребят. – Эй, я вообще-то ещё не закончил, – возмутился Намджун и продолжил, – как звонки ночью голоса влюблённых! Снова послышался смех ребят. Не вытерпев это, Ким надул губы и быстро сел на свое место на диване. – Ах, Намджун, ты говорил с таким смешным лицом, – вытирая скопившиеся слёзы с глаз, объясняет Хосок, и снова заливается смехом, вспоминая ту картину, а рядом сидевший с ним Джин подхватывает, и уже по всей комнате разноситься заразительный хохот, от которого начинают смеяться– даже ржать–все, находившиеся в этой комнате. – Ой, всё, прекратите! – рявкнул Джун и обратился к Паку, – Чимин, твоя очередь. – Точно, Чимин, правда или действие? – спрашивает Техен, уже придумывая вопрос с действием. – Действие, – немного подумав, отвечает Чимин. – Ну Чимин~а, держись, – Техен ехидно посмотрел на друга, а губы растянулись в квадратной улыбке, – ты должен поцеловать...Мин Юнги. В комнате повисла тишина и неловкость, а Чимина было не узнать. Его лицо побледнело так, что можно перепутать со стеной в палате больницы. Юнги, подойдя к сидящему на полу Паку, сел на корточки перед ним: – Все нормально, это ведь всего лишь поцелуй.       Да, поцелуй, но не для Чимина.  Младший уже давно питал чувства к старшему и пытался последнии дни найти хороший момент для признания, так как держать все это в себе было тяжело. Да и к тому же, это его первый поцелуй. Посмотрев на свои руки и сжав их в кулак–что ногти впились в ладони–Пак немного замешкался: – Ладно, давай уже.       Юнги усмехнулся. Он накрыл его губы своими. В животе Чимина запорхали бабочки, а сердце в бешеном ритме забилось, но во вдохе между поцелуем оно успокоилось. Этот короткий и лёгкий поцелуй отдавался нотками нежности, после которых на душе останется приятный осадок. Мини запомнит и будет воспроизводить по несколько раз в день этот момент, положит его в отдельную папку и будет доставать, когда грустно. Отстранившись от раскрасневшегося Пака, Мин облизнул нижнюю губу и вернулся на своё место. – Скажешь потом спасибо, – шепнул на ухо Техен, – таак, следующая очередь... Недолго посидев и потупив глаза в пол, Чимин встал и направился к выходу из комнаты, но его за руку дёрнул Хосок: – Ты куда? – Я отойду ненадолго, – выходя из комнаты и проходя по темному коридору на кухню, он включил свет, комнату осветила старая люстра. Найдя глазами графин с водой, который стоял на кухонном столе, Чимин подошёл к нему, перед этим взяв кружку, и налил воды. Облокотившись спиной на стол, парень начал пить маленькими глотками воду из стакана и задумался. После этого Чимин правда скажет спасибо Техену, но не от всего сердца. Если младший признается в чувствах сейчас или потом, то старший может подумать, что это из-за поцелуя и что он просто не правильно его понял, а может и не подумать вообще. Но теперь эта идея с признанием отложена в дальний ящик и больше доставаться не будет. Из раздумий парня вывели шаги, которые вошли на кухню. Раздался хрипловатый голос, но до боли узнаваемый и приятный, который так и ласкал уши Чимина. – С тобой всё в порядке? – на пороге стоял Юнги, – тебя уже минут 10 нет. – Чимин приковал свой взгляд к старшему. А если он скажет, что это не просто влюбленность за минуту, а любовь со школы? – Чимин, я с тобой разговариваю. Оглох что-ли? – С недоумением спросил Мин и подошёл ближе. Схватив младшего за запястье и притянув его к себе, он шепнул на ухо, – неужели влюбился? Сердце Пака забилось быстрее, а в животе снова появились бабочки. И что ему теперь отвечать? Да, конечно, от каждого твоего движения у меня сердце замирает, боюсь, так и помру скоро. Или же: нет, ты что! Как мог подумать обо мне в таком ключе? – Нет, хён, что ты, просто задумался, – нервно посмеялся Чимин и вырвал запястье из руки Мина. Пак опустил глаза в пол, а следом за ним повторил и Юнги. Из коридора послышался голос Техена, объявляющий, что Намджун с Джином уходят.

✿

– Я, Хоби и Чонгук будем тут, то есть в гостиной, а вы, – Техен указал пальцем на Чимина с Юнги, – а вы в спальне, – заявил Ким и мысленно поставил жирную точку, менять он ничего не собирается, – Чимин~а, если будет холодно, то в шкафу на верхней полке лежит плед, но с таким горячим парнем вряд-ли получится замёрзнуть, – хихикнул Техен и поиграл бровями. Пак, закатив глаза, направился в гостиную, а Юнги, взяв вещи, пошёл в душ, оставляя Чона и Кима выяснять, почему Мин горячий парень, а Гук нет.       Через 20 минут из ванной комнаты вышел старший. На нём была большая белая футболка и черные спортивные штаны, его волосы были мокрые,а на плече свисало полотенце. Он помог разобрать диван ребятам и отправить их всех мыться. А Чимин в это время сидел в телефоне, листая ленту и разглядывая фото других людей. Над ухом раздался усталый голос Хосока. – Ванна освободилась, – оповестил Чон друга, и обняв на последок, ушёл спать. Пританцовывая, Чимин залетел в душ. Быстро захлопнув дверцу, парень включил музыку на телефоне и аккуратно настроил воду. Из крана хлынули теплые струи, заставляя тело расслабиться и почувствовать желанное умиротворение. Но длилось оно недолго. – Чёрт! – Из умиротворённости Пака вывел неожиданный поток ледяной воды, – Техён, засранец, выключи воду на кухне! И снова настроив воду, блондин с усталым вздохом вылил себе на руки гель для душа и стал водить ими нежно по коже, напевая себе под нос песню, которая шла из динамика телефона. Пак быстро смыл все себя, переоделся в пижаму и побежал в спальню, где его уже ждал Юнги, укрывшись до ушей одеялом. Он проследил взглядом за Чимином: как тот закрыл окно, достал плед с верхней полки в шкафу, подключил телефон к зарядке и лег рядом.       И вот они уже лежат в сантиметре друг от друга. А в воздухе повисло некое напряжение, которое давило на мальчиков. Давящую тишину решил разбавить Чимин со своим важным для них обоих вопросом: – Хён, а вот если бы человек давно был влюблен в другого человека, как ему поступить? Признаться или дальше молчать о своих чувствах? Юнги молчал. Долго. Он не знал что ответить, ведь сам находился в такой ситуации, – я...ох, это сложно. Наверное ему лучше признаться. Зачем молчать? А если потом окажется, что все было взаимно, но один из них заболеет или ещё что, сядет на поезд и уедет, а другой останется и будет страдать, либо же, взаимно не будет, но на душе спадет хоть частичка того груза, которую человек держал, – либо Мин был глуп, либо он реально тупой. Почему он сразу не понял? Почему, говоря такие вещи, он сам молчит? Слишком много "почему" у него в голове. Но самое главное это то, что он решился. Чимин тоже решился. Они оба достают ту самую пластинку и воспроизводят её. – Юнги... – Чимин... Смотря друг на друга, они понимают, что произнесли это вместе и этих слов было более достаточно, чтобы понять, что будет произнесено после них. Больше в разговорах они не нуждались, только в долгожданных объятиях и – может быть – поцелуях.