МОЯ ЖИЗНЬ — УЖАСНАЯ СКАЗКА

Предвыборная кампания длилась уже второй день. До этого момента Юнги и Хоа жили в одном доме, но как соседи, не обмениваясь ни взглядом, ни словом. Девушка намеревалась снова переехать в другую комнату, однако парень об этом позаботился и все гостевые комнаты оказались запертыми, а работники дома невозмутимо и учтиво твердили, что у них запасных ключей не имеется. Лишь несколько часов назад игра в молчанку внезапно прервалась. — Завтра состоится торжественное мероприятие, посвящённое годовщине моей компании, — доносился из гардеробной приглушённый голос Юнги. — Я собираюсь объявить о ребёнке. Хоа, расстилавшая себе на диване, на мгновение замерла от услышанного. Она крепко сжала в руке тёплый плед. В груди разлилась обжигающая пустота, а в глазах застыли слёзы безысходности. Он принял это решение сам. Глубоко вздохнув, девушка молча поправила подушку и легла на диван, укрывшись пледом. — Делай что хочешь, — шёпотом проговорила Хоа, прежде чем закрыла глаза. *** Мероприятие было запланировано на шесть часов вечера. Юнги не было дома с самого утра, но к четырём он всё же приехал. Парень зашёл в спальню в тот момент, когда Хоа стояла посреди неё в одном лишь нижнем белье, примеряя со стилистом очередное платье. — Боже, Юнги… — пальцы девушки инстинктивно метнулись к вешалке, чтобы схватить первое попавшееся платье и прикрыться им. — Извини, — в его голосе не было искреннего раскаяния, — не думал, что ты будешь стоять полуголая среди нашей спальни и смущаться, будто я тебя такой никогда не видел. — Это… другое, — её голос дрогнул, но, услышав сбоку сдержанный смешок стилиста, Хоа взяла себя в руки, стараясь придать своему лицу выражение безразличия, и снова встретилась взглядом с мужем. — Ты пришёл что-то сказать или так просто заглянул? — Господин Мин, ваш образ полностью готов, — голос девушки прозвучал как бы между ними, перебивая неловкую паузу. — Я оставила в гардеробной пару украшений, чтобы вы выбрали те, которые вам понравятся. Можете примерить, и если что-то не так, то у нас ещё есть время подобрать что-то другое, — казалось, стилист отвечала вместо Юнги на вопрос Хоа о том, почему он здесь. — Хорошо. Хоа, я поеду без тебя, чтобы подготовиться к выступлению, — он обратился к жене, не отрывая взгляда от телефона. — Гувон будет ждать тебя через час, поэтому не опаздывай, — парень на ходу начал стягивать с себя верхнюю одежду, направляясь в гардеробную под пристальным, но за последние дни уже привычным, недовольным взглядом Хоа. — Вот это, — она выставила перед девушкой платье, которым только что неуверенно прикрывалась. — Мне абсолютно всё равно, в чём я там буду, и если бы была моя воля, то и вовсе не поехала бы, — Хоа старалась говорить громче, чтобы Юнги услышал её. — Думаю, никому нет дела, буду я там присутствовать или нет, как будто кто-то когда-то интересовался моим мнением и уважал его… — Выйди, — неожиданно появившись из гардеробной, Юнги указал рукой на дверь. Этот приказ, однако, был отдан не Хоа, удивлённо развернувшейся к нему, а той, чьё присутствие сейчас абсолютно не к месту. — Как скажете, — невесомо склонив голову, девушка быстро направилась к двери. Хоа, словно потерянная, переводила взгляд с удаляющейся фигуры стилиста на своего мужа, с которым её оставили наедине. Странное чувство опасности начало подбираться. Но почему она должна его бояться? Что он мог сделать ей? — Я разве сказала неправду? — скомканное платье, прижатое к её груди, казалось, стало единственной опорой в надвигающемся шторме. Её взгляд по-прежнему оставался растерянным. Юнги стоял в дверном проёме, не приближаясь, но и на таком расстоянии Хоа прекрасно видела, как напряглись его лицевые мышцы, как под кожей затанцевали желваки, пытаясь сдержать раздражение. — Хоа, прекращай. Если ты хочешь что-то высказать мне, то говори прямо сейчас. Не надо этих громких намёков и сцен на глазах у посторонних, которые пойдут и расскажут об этом кому-то ещё, а те пойдут и расскажут другим, и вот вся семья Мин окутана очередным витком неприятных слухов. — Ну уж извини! Надо было думать на ком женишься! Я абсолютно не для твоего этого мира, который держится на обмане и ложных представлениях. Будь у нас с тобой всё хорошо, я бы ничего такого не говорила. Получается, ты хочешь, чтобы я обманывала людей и создавала вокруг нашей семьи идеальную картинку, которой по факту не существует! — Выйди тогда сегодня на сцену и откровенно расскажи всем, по каким причинам мы поженились, как на тебя давили, а в конце опровергни мои слова о ребёнке. Так все увидят, какой я обманщик и плохой человек. — Юнги, ты не скажешь о ребёнке… — умоляюще прошептала девушка, её голос задрожал изз-за поступающих слёз. Молчание. — Юнги, пожалуйста… — она сделала робкий шаг к нему, но он демонстративно отвернулся и скрылся в глубине гардеробной. — В момент, когда ты будешь всем объявлять о ребёнке, знай, что мне ты объявишь о том, что не любишь! … Зал был наполнен сотнями людей, круглыми столами, расставленными в хаотичном порядке, позвякиванием хрусталя и тихими голосами. Среди присутствующих мелькали разные категории людей: сотрудники компании, сдержанно обсуждающие последние новости, тщательно отобранные гости, чьё появление здесь не было случайностью, и, конечно, влиятельные персоны, чья связь с бизнесом Юнги могла быть как прямой, так и посредственной, коренящейся в давних и крепких дружеских узах. Особое место занимали репортёры, ловко лавирующие между столиками, их объективы запечатлевали каждый момент происходящего. Хоа провели к столику, расположенному в первых рядах, прямо напротив импровизированной сцены, где совсем скоро выступит Юнги. Её взгляд, пробегающий по незнакомым лицам, с облегчением остановился на знакомых фигурах: там, среди моря чужих, сидели родители её мужа. Несмотря на давно сложившиеся сложные отношения с господином Чоком, она была рада этой встрече, потому что возможность увидеть знакомые лица в таком многолюдном собрании была для неё бесценна. — Хоа, моя красавица, как ты? — госпожа Мин поднялась со своего места и крепко обняла невестку, словно ждала этой встречи всю жизнь. — Всё хорошо, спасибо, — ответила Хоа, её губы растянулись в лёгкой, но искренней улыбке. — Вы как? И это платье… оно вам так к лицу! — девушка действительно восхищалась элегантностью госпожи Мин, её утончённым вкусом, который подчёркивал её статус. Женщина с благодарностью кивнула, её глаза заблестели ещё больше. Она взяла Хоа за руку, лёгким давлением приглашая присесть. — Садись, дорогая, я так давно с тобой не виделась. Непринуждённая беседа продлилась несколько минут, прежде чем Хоа решила отвлечься и скользнула взглядом по просторам зала. Именно в этот момент, среди мельтешения лиц, её взгляд зацепился за то, что заставило внутренний мир сжаться. Лирим. Конечно, она ведь партнёр Юнги, и её присутствие здесь было вполне закономерным. Но не слишком ли часто она мелькает в их жизни? Странное необъяснимое подозрение, словно та всё ещё влюблена в её мужа, не давало Хоа покоя и сейчас. Ибо почему, спрашивается, Лирим так пристально смотрит на неё? В этом взгляде не было ничего обыденного, ничего, что можно было бы списать на случайность или мимолётное любопытство. Это не просто интерес – это что-то более сложное. Наконец губы Лирим тронула лёгкая, едва заметная улыбка, которая, однако, не достигла глаз. Лёгкий кивок головы, и Хоа, стараясь сохранить видимость полного спокойствия, ответила тем же. А затем её взгляд скользнул по остальным фигурам за столом – и там она тоже увидела знакомые лица: Минхёк и Джио, но на девушку они не смотрели. — Добрый вечер, почётные гости, дамы и господа! — голос ведущего разнёсся по залу, заставив приковать к себе взоры присутствующих. — Мы собрались здесь, чтобы отпраздновать не просто круглый год жизни M.Y. Company, но и ту силу, которая за эти годы превратила мечты в реальность, а идеи – в вещи, которые меняют мир вокруг нас. Мужчина сделал плавную паузу, чтобы позволить залу уловить важность его слов, и после того, как шум оваций умолк, он продолжил: — За плечами у нас пять лет напряжённого труда, инноваций и прочного партнерства! За каждым успехом, за каждой блестящей победой стоят люди, для которых вызов был не просто задачей, а смыслом бытия, а ответственность – не тяжким грузом, но нормой жизни. Сегодня мы поделимся с вами историей развития компании, раскроем тайны наших прорывных инноваций и приоткроем завесу над планами, сулящими новые горизонты. Но главное – мы чествуем тех, кто своей самоотверженностью сделал этот блистательный успех возможным! Его взгляд скользнул по залу, заставляя всех застыть в предвкушении. — Я приглашаю на сцену, под ваши самые громкие аплодисменты, человека, чьё имя стало синонимом M.Y. Company, президента нашей компании – Мин Юнги! Сцена осветилась яркими прожекторами. Под динамичную музыку оркестра на сцену вышел Юнги и тогда зал взорвался ликующими приветствиями. Ведущий, с чувством выполненного долга, уступил место президенту, предоставляя возможность продолжить эту вдохновляющую историю. — Дорогие друзья, — начал он, и его голос, спокойный, но обладающий какой-то завораживающей силой, мгновенно завладел вниманием, — сегодня, глядя на вас, я вижу не просто гостей, а партнёров, единомышленников, членов нашей большой и дружной семьи… Хоа заворожённо смотрела на мужа и, будто прилежная ученица, внимала каждому его слову. Она впервые видела Юнги в роли лидера – в роли того, благодаря кому выросла эта масштабная бизнес-империя. Осознание того, что почти все сидящие за столами люди – его партнёры, сотрудники, которыми он умело руководил, придавало его образу ещё больше величия и масштабности. Он был полностью погружён в атмосферу мероприятия и сосредоточен на своей команде: лично поздравлял каждого, вручая награды за заслуженный труд, крепко пожимая руку и находя особые слова для каждого. Становилось очевидно: он действительно ценил каждого, кто работал с ним и на него. Потому Хоа начинала понимать, что в какой-то степени Юнги переживает за свою репутацию не из-за себя самого, а из-за того, что может подвести этих людей. Иногда их взгляды встречались. Секунда, и он тут же отводил глаза, переключаясь на свои обязанности. Хоа же, в это время, пока наблюдала за ним и восхищалась его лидерскими качествами, забыла обо всём – об обидах, о тревоге, о том, что Юнги собирается объявить о грядущих переменах, которые разделят их жизнь на «до» и «после». Мир вокруг неё сузился до одной лишь фигуры – её муж. Это был тот Юнги, которого она знала лишь по рассказам, но теперь могла видеть воочию, восхищаясь его достижениями. В этот вечер Хоа чувствовала не только гордость, но и какое-то новое, глубокое понимание. Бизнес Юнги – это не просто деньги и власть. Это его детище и ответственность, и он нёс её с достоинством, не забывая о людях, которые были рядом. Церемония награждения медленно подходила к своему логическому завершению, оставляя в воздухе лёгкое послевкусие прощания. Юнги вновь подошёл к микрофону. — В завершение этого прекрасного вечера, — начал он, и его голос, сейчас звучал с особой теплотой, — я хочу поделиться с вами радостной и, смею утверждать, долгожданной новостью для моей семьи. Нет… — Любой мужчина, посвятивший себя большому делу, желал бы, чтобы оно никогда не иссякло, чтобы его суть продлилась как можно дольше. Я не стал исключением… Нет. Нет… Хоа замерла на стуле, пойманная в сети невидимого напряжения. Её тело сковал страх, глаза, полные тревоги, были устремлены на мужа. В его словах она уловила нечто, что заставило сердце забиться в диком ритме, ожидая смертного приговора. — Хоа, цветочек, что с тобой? — мягко спросила госпожа Мин. — Ты совсем побледнела. Тебе нехорошо? — Эту новость вы услышите самыми первыми… — с горделивой улыбкой произнёс Юнги. Он ни разу не взглянул на Хоа, которая с трепетом в сердце желала уловить его взгляд, моля, чтобы он одумался, осёкся. — Цветочек, что же с тобой? Выпей… — женщина, чьё лицо исказилось тревогой, протянула Хоа стакан воды, но девушка осталась неподвижной. — Наша семья, даст Бог, в этом году станет больше, — короткая пауза позволила словам повиснуть в воздухе. — Мы с моей женой, Хоа, ждём ребёнка! Зал взорвался шквалом аплодисментов и радостных возгласов. Хоа же вскочила на ноги, намеревалась опровергнуть сказанное, однако для этого ей катастрофически не хватало воздуха, а каждое слово мужа по-прежнему отзывалось внутри раздирающей болью. — Боже! Хоа! — госпожа Мин, радостно отставив стакан, обняла невестку. — Какая же ты умница! Как я за вас рада! — искренний поцелуй коснулся её щеки, словно она была её родной дочерью. — Нет… — попыталась вымолвить девушка, но звук застрял в горле. — Милая, это такая прекрасная новость! Вдруг где-то в зале глухо брякнул и зазвенел разбившийся бокал. Взгляды присутствующих обратились к источнику звука. Лирим, стоявшая у стола, медленного подняла глаза, оказавшись в центре внимания. Их с Хоа взгляды вновь встретились в этой напряжённой тишине, и она впервые увидела в её глазах растерянность, сменившуюся нескрываемой болью. Картинка перед глазами Хоа начала расплываться в тот момент, когда к Лирим в спешке подошёл официант. Дальше её рецепторы отключились от внешнего мира, сконцентрировавшись на всепоглощающем ощущении проваливания в чёрную бездну. Земля, казавшаяся такой твердой еще мгновение назад, почему-то уходила из-под ног, оставляя висеть в пустоте. Лишь ловкое движение мужчины с соседнего столика спасло Хоа от падения. Он мигом подхватил девушку, и они стояли так несколько мгновений, пока Юнги, наконец, не обернулся. Его лицо казалось безразличным, когда он подал знак охране и те подбежали к Хоа. ______________ Дорогие читатели! Приглашаю вас в ТГ-канал, где будут публиковаться СПОЙЛЕРЫ и НОВОСТИ по книге «Моя жизнь - ужасная сказка», а потом и по будущим 😁 Тг: pkavtor