В следующий раз

Рыжий парень стоял на берегу моря, смотря, как волны перекатываются по воде и пена, шипя, отходит к берегу. Чистое небо без единого облака было усеяно звёздами, которые вяло мерцали в небосклоне. Полная луна отражалась в водах моря, а на горизонте виднелось судно, которое плыло прочь из морских границ Кореи. Слабый ветерок теребил чёрную ветровку и длинные локоны парня. Он уставившись на пейзаж перед собой был погружён в рассуждения. «А придёт ли Чжин Сон вообще? Он, скорее всего, после той драки и видеть меня больше не хочет.» Он вздохнув, опустился на песок, сев в позу лотоса и подперев ладонью подбородок. Йохан злился на себя за свою глупость и упрямость, но ничего не мог с собой поделать. Он боялся, что если друг детства будет сидеть с ним рядом, сможет выдать своё волнение и смущение. Однако в этот раз он решился. Позвав Чжин Сона, хотел попросить у него прощения и… Рассказать о своих чувствах. А почему бы и нет? Пусть он и любит Ми Чжин, всё же на душе станет легче, только вот повернется ли язык сказать такое?.. — Эй, Йохан! — позвал сзади громкий голос. Парень сразу почувствовал, как сердце бешено забилось в груди, словно желало выскочить наружу. Он повернул голову и увидел приближающегося боксёра, который засунув руки в закатанных рукавах рубашки себе в карманы штанов с интересом смотрел на него. Рыжий невольно отметил то, что когда Чжин Сон перестал зализывать свои черные, как смоль, волосы и оставил их свисать на лбу он стал ещё более красивым. Брюнет опустился рядом с ним на корточки и молча посмотрел на море, будто обдумывая, что говорить дальше. Йохан поднял на него глаза и не мог отвести свой взор от этих блестящих тёмных глаз, привлекательных очертаний лица. На щеке была какая-то ссадина, скорее всего, от очередной драки. Сам не понимая того, что он делает, Йохан кончиками пальцев дотронулся до кровоточащей ссадины и спросил: — Когда ты успел так? Чжин Сон сначала удивился его заботливому тону, но потом решил, что тот всё-таки перестал дичиться и теперь будет вести себя нормально, как в те далёкие года. — А, по дороге два каких-то придурка сами наехали на меня на велосипеде, а потом возмущались, что я в них врезался. Ну и дальше по сценарию. — он повернулся и посмотрел на Йохана. — А зачем ты меня позвал, «Божественный пёс»? Тот поспешно отвёл взгляд и попытавшись придать голосу спокойствие, произнёс: — Я. понял, что не смогу сам справиться с тем, что навалилось на меня. Каждый день в голове всплывают эти страшные мысли и воспоминания, с каждым днём я чувствую, как начинаю терять зрение и ориентацию. Я хочу пойти к маме, но не хочу, чтобы она вдруг узнала, что я также как и она стал слепнуть. –и тут запнулся. Гордость перебила все его искренние слова и он задался вопросом: «А зачем я это ему рассказываю? Какого фига? Что он мне сделает? Только унижаюсь зря. " — Ладно, забей. Хотелось быстренько встать и убраться подальше от его пристальных глаз, не чувствовать на себе взволнованный взгляд. Он резко встал, собираясь уйти, но Чжин Сон не дал ему это сделать. Схватив его за рукав, он поднялся сам и дёрнул его руку. — Подожди, куда ты собрался? Говори то, что хотел сказать. — Ой, тебе итак наверно уже я надоел, отстань, — отмахнулся Йохан. — Это не так! Мы с Ми Чжин хотим, чтобы наша дружба вновь возобновилась! — А когда она вообще была дружбой?! — вдруг прорвался он. — Всегда ты был на первом месте, всегда ты был самым лучшим! — Успокойся, Йохан. Зато ты теперь махаешься лучше меня, — насмешливо скзаал Чжин Сон. Он никогда не хотел этого признавать, ибо ему было противно от того, что он ему проигрывал, но это было неопровержимым фактом. — Плевать! Я не хочу больше никого видеть! И тебя в том числе! — Йохан говорил совсем противоположное тому, о чём думал сам. Нет, он хотел быть вечно рядом с ним, слушать его уверенный голос, знать, что есть в этом огромном мире хоть кто-то, кто может поддержать и понять. Эта проклятая гордость не оставляла его в покое, нашептывая, что он просто становится ничожеством в его глазах. Он со всей силы отбросил его от себя и сделал шаг вперёд, как в глазах помутнело. Всё кругом расплывалось, будто включили режим размытия. Сам не понимая, куда он ходит, сделал ещё несколько шагов и почувствовал, что ноги находятся в воде. — Ты куда прёшь?! Суициднуться, что-ли, захотел?! Чжин Сон больно вцепился в его плечи и оттянул от воды. Повернув его к себе лицом, сильно встряхнул. Он не понимал, что творится в голове у лидера «Божественных псов», и в то время знал, что ему нужна моральная поддержка и помощь. И даже после всех сказанных слов и действий он не мог его покинуть и бросить, не то с ним может случиться что угодно. Йохан даже не мог рассмотреть черты лица Чжин Сона. Щурясь, край его губ дёрнулся. — Чёрт, я такой жалкий, — прошептал он и не и имея сил сдерживаться, прижался к Чжин Сону и уткнувшись лицом в его плечо зарыдал. Все чувства и боль, которые копились в нем всё это время наконец прорвались наружу. Боксёр стоял в растерянности, не зная, что и делать. Этих внезапных слез он не ожидал. Он проведя руки ему за спину, крепко прижал его к себе. Йохан не мог удержать этот поток слез и рыданий. Он бы снова бросив друга на берегу сбежал бы куда-нибудь, но эти крепкие тёплые объятия остановили его. Хотелось вечно чувствовать своим телом его тепло. Хотелось сказать что-то, но он не находил слов, поэтому просто стоял и плакал. Так прошло пять минут. Йохан, всхлипнув, отстранился от него, вытерев рукавом ручьи слёз, которые стекали вниз к подбородку. — Снова хочешь сбежать? Он поднял на боксёра взор и ничего не ответил. Просто смотрел на него, молча, вложив все свои слова, извинения, чувства в этот взгляд. Чжин Сон подумал на мгновение, что Йохан спустя столько лет всё равно в душе остался тем же неуверенным и ранимым ребёнком, которому просто нужно тепло и любовь. Подойдя к нему, он сел на песок, потянув его руку, заставляя таким образом сесть рядом с ним. Он вздохнул. – Не надо копить в себе обиды и боль, Йохан. Знай, я всегда готов тебя выслушать и вытащить из любой передряги, как в детские годы. – Тогда ты это делал не бескорыстно, – слегка улыбнулся парень под потоком нахлынувших воспоминаний. – Ну, я был тогда просто глупым самоуверенным ребёнком, – усмехнулся Чжин Сон. – Делал всё, чтобы привлечь внимание Ми Чжин. Услышав имя девушки, которая в одно время нравилась ему сама, Йохан вздрогнул. – А какие отношения у вас с.. Ми Чжин? – А, Ми Чжин.. – тот помолчал. – Да почти никакие, ха-ха! Во всяком случае мне в ближайшее время не хватит решительности предложить ей встречаться со мной. – Ясно.. – с каким-то облегчением выговорил Йохан. – Зачем ты об этом спросил? – с любопытством спросил Чжин Сон. – Да так. Тебе ведь она нравилась. – Тебе тоже. – Но сейчас уже нет. – И кто тебе нравится сейчас? Йохан склонив голову посмотрел парню в глаза. – Один человек. – Ого, да это ещё и парень? – искренно удивился Чжин Сон. – Я его знаю? – Знаешь. – Кто это, если не секрет? – В своё время ты и сам узнаешь, – произнёс Йохан. – А.. он хороший? – не зная даже что и сказать спросил Чжин Сон. Он и не ожидал, что Йохан может любить кого-то кроме своей матери, да ещё и парня. – Очень. Он просто замечательный. – Ты ему признался? – В скором времени обязательно это сделаю. – Тогда я за тебя рад. – улыбнулся боксёр. Рыжий невольно и сам заулыбался. Нет, сегодня он ему ничего не скажет. Не хотелось рушить эту просто дружескую атмосферу. Когда он будет уже полностью готов, только тогда. В следующий раз. – Чжин Сон, обними меня. Пожалуйста. Не переставая изумляться этому поведению друга, тот всё таки придвинулся к нему и притянув к себе, обнял. Есть всё. Любимый человек рядом, красивая ночь, море и всего то дружеская, но любовь. Чего ещё надо в данный момент? У него ещё есть время признаться. Обязательно. В следующий раз.