Сhanson d'amour

      Драко спал отвратительно — если это можно назвать сном. Он вообще не думал, что сможет уснуть, но накатившая усталость и переизбыток впечатлений сделали свое дело — едва добравшись до спальни, Драко рухнул на кровать с желанием проспать весь следующий день.       Однако, даже ночью не было покоя — его мучили неясные тревожные сны, в которых, кажется, фигурировал Поттер. Куда же без него?..       Утро было чуть менее неприятным — напряжение схлынуло, и Драко наконец смог поразмыслить о случившемся на трезвую голову. Бесцельно сидя на краю кровати, он подталкивал ногой упавший с вечера плед. Малфой прислушивался к себе, но не мог отследить ничего — за эту ночь внутренняя буря куда-то испарилась, ее место занял лишь стыд. Дать волю эмоциям в коридорах Хогвартса и едва не устроить сцену при Поттере — до такого Малфой еще не доходил.              Он с тихим стоном уронил голову на ладони, протирая лицо, чтобы получше проснуться. Хвала Мерлину, вроде как никто не видел его момент слабости. Почему-то думать о таких тривиальных вещах как слезы было намного проще, чем о Поттере и их чувствах.       «Разве что только Слизнорт, — размышлял он. — Хотя вряд ли, он был в своих мыслях-... — Драко вдруг споткнулся, и в голове завертелся какой-то обрывок вчерашней фразы. — Ох, черт, еще этот Слизнорт-...»       Драко глянул на часы. Подсознательно он надеялся, что проспал до вечера, но часы едва показывали десять утра — Малфой даже успевал на завтрак, если бы вообще туда пошел. А это значит, ему придется искать чертову вербену вместе с Поттером.       Постепенно разум начинали наводнять все воспоминания прошедшего дня, хотя Малфой пытался сопротивляться. Устало натягивая рубашку, он невольно думал о Поттере — об их встрече, «свидании» на балконе, лице Гарри, которое находилось слишком близко... И Уизли, который заявлял, что Поттер собирается с кем-то на свидание.       Малфой чертыхнулся сквозь зубы. Сердце снова загорелось обидой и непониманием, и Драко сильнее дернул на себя рукав рубашки, стараясь надеть ее. Зачем Поттеру было все портить? Зачем он вообще давал надежду?       Все тело ныло, словно Драко не спал вовсе, и в груди одновременно сплетались гнев, разочарование, обида... и что-то еще. Малфой не мог понять. Он не хотел. Он просто хотел, чтобы это исчезло и он смог как раньше наслаждаться смехом Поттера, его подколами и всем, что происходит между ними.       Происходило.       Неприятное чувство бурлило все сильнее, вызывая уже не желание расплакаться, а сломать ближайший предмет. Драко терпеливо сосчитал до десяти, снова опускаясь на кровать. Такими темпами он не выйдет из спальни.       — «Он ничего тебе не обещал, — шепотом твердил Малфой сам себе. — Он никогда не признавался в любви. Он ведь идиот и даже ничего не понял».       Но противный голос внутри возражал, что все Поттер понимал — перед глазами Драко застыло его виноватое и растерянное лицо. Да и надо быть совсем наивным, чтобы полагать, будто Поттер всех норовит облапать и потащить в медпункт из-за малейших травм       Поттер правда был заинтересован в Малфое, но размышлять об этом становилось слишком больно.       В любом случае, он не собирается идти на поводу у Гарри и страдать. Эта мысль несколько приободрила его. Даже если Поттер сначала давал надежду, а потом нашел кого-то получше — разве это повод хоронить свою жизнь?       Одно продолжало надоедливо вертеться в голове у Драко — кто этот человек, которого предпочел Поттер?.. Кто?       Внезапно заскрипела дверь — и Малфой едва не дернулся, отчего-то подумав, что это заявился Поттер, но к сожалению или к счастью, на пороге стояла лишь Панси. Почему-то крайне недовольная и обеспокоенная.       Она внимательно обежала его взглядом и остановилась у стены, не заговаривая — только непонимающе приподняла бровь, и Драко лишь тогда осознал, что все еще не надел полностью рубашку.       — Что случилось? — наконец спросила она нечитаемым тоном, и Малфой сразу понял, что речь идет явно не о его внешнем виде.       Панси обладала каким-то странным даром видеть его насквозь, даже если сам Драко не говорил ни слова. Он не мог сказать, нравится ему это или нет — ситуации бывали слишком разные.       — А что случилось? — машинально переспросил Драко, умело скрывая легкое раздражение — Панси правда волнуется, но у него не было никакого желания рассказывать о случившемся. Даже думать о нем.       Панси оперлась спиной на дверной косяк, скрестив руки и воззрившись на Драко одновременно с нотками заботы и нетерпеливости, всем своим видом показывая, что не собирается уходить.       — Ну не знаю, может, стоит начать с того, что ты похож на ходячий труп? — она закатила глаза и следом заговорила более терпеливо. — Или с того, что ты сбежал с гриффиндорской встречи? Что-то произошло? — она не спрашивала, а утверждала.       Драко не отвечал, заправляя рубашку в штаны. Честное слово, Панси всегда видела как буйного младшего брата, которому необходимы опека и покровительство. А со стороны не скажешь, насколько заботливой она может быть с друзьями.       Правда, зачастую то самое покровительство правда не помешало бы, но Малфой этого не признавал.       — Ничего не случилось, — отрезал он, сомневаясь, что его голос звучит хоть как-то убедительно.       — Ага, конечно, — саркастично отозвалась Панси, не впечатлившись его отрицанием. Она подошла к Малфою и присела рядом на кровати, бесцеремонно подпихнув его.— Ты простоял с Поттером на балконе полчаса, а потом вылетел оттуда как ненормальный. Он что-то сделал?       Драко мысленно проклял Грейнджер — именно она пригласила Панси на ту посиделку. Их внезапная дружба вызывала у Малфоя много вопросов, но он был слишком сосредоточен на своих любовных делах, чтобы вмешиваться в чужие.       — Да ничего не было! — поднял он голос, на мгновение испугавшись сам себя, и продолжил тише, но уже не скрывая раздражения. — Ничего, понимаешь? Я в порядке. Справлюсь сам.       Драко измученно опустил голову. В ином случае он бы уже давно извинялся перед Панси за вспышку гнева, но сейчас будто вообще потерял способность что-либо чувствовать.       В то же время что-то внутри отчаянно хотело, чтобы Панси узнала правду и хоть как-то помогла справиться с этим.       — Драко, о вашем «ничего» вся школа знает. — невозмутимо продолжала Панси, словно втолковывала ребенку элементарные вещи. — И только вы как двое в блаженном неведении. Если вы поссорились и он тебе отказал-...       Воздух на мгновение стал более тяжелым, и Малфой услышал ее откуда-то издалека. Почему-то слова про предполагаемые чувства Поттера из чужих уст ранили сильнее — было уже плевать, знают ли о них, достаточно одного факта, что Драко не показалось и Гарри к нему на самом деле что-то испытывал.       И это сводило Малфоя с ума, заставляя снова и снова размышлять, почему тот передумал.       — Да не отказывал мне он! — взорвался Драко, вскакивая на ноги. — Ничего не было, мы не ссорились, понимаешь это? Ты можешь наконец уйти и оставить меня в покое?       Панси недовольно поджала губы, не шелохнувшись, молча смотря на кричащего Малфоя, чья ярость мгновенно начала таять. Он рассеянно опустился на кровать, пока в кончиках пальцев бешено кипел адреналин, сердце стучало о ребра и все тело ломило от странной усталости. Что на него нашло?       Панси не отрывала от него укоризненный взгляд, будто говоря «ты бы знал, как глупо себя ведешь», и шея Малфоя мгновенно загорелась стыдом. Он едва заметно прикусил губу, вскользь смотря на Панси — он точно ненавидит это утро всей душой.       — Вы с Поттером точно друг друга стоите — два идиота, — встав с кровати, наконец проговорила она и вышла, захлопывая дверь.       Малфой остался сидеть на кровати один — теперь к клубку непонятных эмоций примешивался еще и стыд перед Панси. Он не понимал, чего точно хотел — чтобы она ушла, или чтобы продолжила расспрашивать. Малфоя раздирали непонятые незнакомые ощущения.       Он медленно встал, снова посмотрев на часы. Надо будет извиниться — только когда-нибудь потом, позже... Панси его слишком хорошо знает, чтобы всерьез обижаться — он слишком часто отталкивал людей, которые хотели ему помочь.       Может, у Поттера была такая же мешанина чувств по поводу него?

***

      В хмуром небе угрожающе сгущались сероватые тучи, и Драко поежился, шагая по сухой примятой траве. Хогвартс остался далеко позади , и из-за деревьев виднелась гладь Черного озера — на другой его стороне, у замка, наверняка уже стянулись младшекурсники.       Пара чашек кофе привели Малфоя в чувство — в какое-то новое, обостренное до предела, где соединялись обида и холодная отстраненность. С Поттером он встречаться не собирался — может, его обида выглядит ненормально и он не имеет права ревновать, но Поттер точно заслужил.       Остановившись на секунду, Драко присел на корточки, отодвинув раскидистый лист папоротника в поисках злополучной вербены. Он мысленно усмехнулся — идея сходить за травами для Слизнорта в одиночку до обеда была даже блестящей. К тому времени, как Поттер подтянется к озеру, Драко давно уйдет. Или не подтянется, он же на свидании...       Малфой раздраженно отряхнул руки от земли. Мысли о Поттере не давали покоя, хоть Драко старался убедить себя, что ему плевать на Гарри. Да и это оказалась не вербена, а какой-то незнакомый розовый цветок. Мерлин, зачем он согласился на просьбу Слизнорта?..       Через некоторое время дело пошло веселее — Драко нашел «заросли» вербены под одной из ив, и, спустя полчаса копания в пыли и грязи, сидел на большом камне, а рядом валялась связка розоватых вербен. Брюки были безнадежно испорчены землей, а в спине ломило, но Драко расслабленно смотрел вдаль — почему-то стало лучше.       Поттер остался далеко — там, на другом конце озера, где сейчас высился Хогвартс. Дождливые облака рассеивались, и Драко подставил лицо навстречу лучам бледного солнца, чувствуя себя относительно... спокойно?       Это как затишье посреди бури.       «А он вообще сюда придет? — размышлял Драко, смотря на зеркальную поверхность озера. — Сам же не захочет со мной встречаться».       В этом Драко почти не сомневался. Поттер, наверняка, будет его избегать, а потом вознамериться объясниться... но Малфой был не уверен, что хочет слышать его объяснения. В конце концов, он слишком себя уважает, чтобы бегать за Гарри, которому это, как оказалось, не очень-то и надо.       Сзади раздался сухой треск разламываемой ветки, и Малфой мгновенно подскочил с места, словно его чем-то ошпарило — нервы стали ни к черту.       Перед ним стоял Поттер, который был так же удивлен видеть Драко. Малфой всматривался в него пару секунд, физически ощущая, как внутри рушится тщательно выстроенная крепость под названием «меня не волнует отказ Поттера». Il gâche toujours tout.       — Ты что здесь делаешь?.. — против воли вырвалось у него неприязненным тоном       — Хотел у тебя спросить то же самое, — приподнял бровь Гарри. Его голос нельзя было назвать неприязненным, скорее, искренне удивленным.       Малфой только сейчас заметил, что из карманов мантии Поттера тоже виднелись пучки вербены — они оба решили прийти пораньше?..       Гарри был растрепан больше обычного и с интересом поглядывал на Драко, словно хотел что-то сказать. Вопреки мгновенно возникшим опасениям, его не потянуло в очередную истерику при виде Поттера — хватило и одной. Только внутри глухо клокотала обида, непонимание и невысказанные вопросы.       Хотелось обругать его на французском — или уже на английском.       — Слизнорт попросил нарвать ему каких-то трав, я решил пораньше управиться-... — начал Гарри, как бы не замечая его враждебности.       — Чтобы сбежать потом на свидание? — язвительно перебил его Драко, решив идти до конца. Отголоски разума подсказывали, что это плохая идея, но Малфой послал все к чертям. Он обязан разобраться.       Стоя перед Поттером у безлюдного озера, он желал одного — выговориться, выплеснуть на Поттера свои обиды и понять, почему же он так поступил.       По лицу Гарри было непонятно, что он собирается делать — то ли повернуться и уйти, то ли признаться Драко в вечной любви.       — Это тебя задело вчера?.. Тогда, на балконе? — неловко заговорил Поттер, потянувшись ладонью к волосам. Драко стоял напротив него, скрестив руки и скептично-выжидающе уставившись на Гарри.       Сердце внутри колотилось как сумасшедшее, но внешне Драко никак не проявлял беспокойства. Поттер сразу подобрался к негласно запретной теме — их флирту.       — Я как раз хотел объяснить-... — не дождавшись ответа, продолжил Гарри. — Эта ситуация вообще вышла случайно, и если тебя все это волнует-...       Малфой прикрыл глаза, гадая, ослышался ли он. «Если это волнует»?.. Раньше Драко полагал, что Поттер просто не испытывал к нему ответных чувств в той же мере, то теперь ясно одно — Поттер не воспринимал чувства Драко всерьез?       Малфою не хотелось верить в происходящее — ну не может быть Поттер таким недоумком? В груди лавиной поднималась злоба, из-за чего Драко уже не слышал, что дальше говорит Поттер, даже звуки утреннего леса словно стихли.       И где-то внутри прорвавшиеся эмоции снесли все мыслимые барьеры.       — Нет, Поттер, не волнует! Я просто так кружусь вокруг тебя с сентября, просто так остаюсь с тобой на тренировках по квиддичу, сижу в библиотеке, объясняя тебе ту же самую тему сотни раз. — отчеканил он, и Гарри растерянно шагнул назад, удивленно воззрясь на разозленного Малфоя.       Драко не кричал — он отрывисто бросал слова, и скулы сводило от напряжения во всем теле. Внутри глухо бесновался гнев, который вырывался в обвинения. Негромкий ледяной голос, казалось, подчинил себе все вокруг и заполнил пространство — уже не волновало что Драко, фактически, признается ему в любви.       — Я, Мерлин, позволяю тебе лапать мои синяки и слушаю твои идиотские шутки для чего? Чтобы ты радостно улыбался в ответ, обнимал меня, а потом собрался на свидание с кем-то другим? — продолжал он, перебивая Гарри, который пытался что-то вставить. — Тогда конечно нет, меня не волнует!       Драко глубоко дышал, даже не думая сдерживать порыв, и замолчал на секунду, чтобы перевести дыхание. Почему-то оно сбилось так, будто он кричал на Поттера минут десять. Лицо Гарри стоило всего этого — абсолютно сбитое с толку, растерянное и виноватое, но тот все еще старался перебить Драко.       — Ты вообще представляешь, что я тогда чувствовал? Что ты поиграл мною и выбрал кого-то получше? Oh mon Dieu, je déteste combien je t'aime! Je veux juste que tu m'embrasses pour me dire que tu m'aimes. Pourquoi ne m'aimes-tu pas ou au moins tu ne me refuses pas normalement? — в голове Драко сплетались сразу два языка, и незаметно для себя он перешел на французский, в эмоциональном жесте вскидывая руки и зачем-то отворачиваясь.       Повисла тишина. Грудь Драко вздымалась и он упрямо смотрел на виднеющийся в тумане Хогвартс, не поворачиваясь к Поттеру. Пусть это выглядело глупо и по-собственнически, пусть. Но на душе почему-то стало легче — Малфой избавился от груза переживаний.       — Драко, ты же знаешь, что я учил французский в маггловской школе? — разрезал тишину голос Поттера, в котором едва заметно слышались насмешливые нотки.       Вот тогда все звуки стихли по-настоящему. Абсолютно. Драко не слышал ни дуновения ветра, не шелеста травы, только застучавший в висках пульс. До него пару секунд доходило сказанное, и Малфой не заметил, как во все глаза смотрел на Поттера — уже не обиженно, а испуганно.       Поттер понимает французский язык?.. Это ведь значит, что-...       — Мерлин, дай мне уже сказать, — нетерпеливо выдохнул Гарри и осторожно взял его за руки, внимательно заглядывая застывшему Малфою в глаза.       — Это должно было быть наше свидание. Наше, понимаешь? — неумело начал он, и снова его губы дрогнули в виноватой улыбке. — Я договорился со Слизнортом, чтобы он поручил нам это задание с травами и мы могли побыть наедине-...       Драко не представлял, какая гамма эмоций отразилась на его лице в один миг. Казалось, будто мир сейчас разлетится на куски абсурдностью. Но он не разлетался — Малфой все еще стоял у берега озера, над головой склонялись пожелтевшие деревья, а Поттер мягко сжимал его ладони. До странного спокойно. Мысли бешено скакали, и Малфой не мог уловить смысл происходящего.       — Ты сделал что? — Драко словно со стороны услышал свой голос. Он и не думал, что может быть шокирован больше, чем заявлением Гарри, что тот понимает французский, но теперь даже это отошло на задний план.       Поттер спланировал все это?       Очевидно, его голос прозвучал угрожающе, ибо Поттер сразу отступил назад и встревоженно напрягся.       — Я просто хотел побыть с тобой! — торопливо оправдывался Гарри, однако Драко видел, что ему все еще немного смешно. — В Хогвартсе полно людей, а на прогулки в лесу ты не соглашался! Я думал, мы сегодня просто погуляем по лесу наедине и... и-... — голос Поттера смущенно дрогнул. — И разберемся.       Драко терпеливо сделал медленный глубокий вдох и выдох. Ситуация все еще отдавала нереальностью, но чувства внутри немного успокоились. Первичный шок проходил, и следом накатывало неверие. Неверие, что Поттер вообще мог до такого додуматься.       — Тогда что это было за представление с Уизли и свиданием? — обессиленно спросил Малфой. Эта фраза еще тревожила его.       — Откуда я знал, что Рон проболтается? — произнес Поттер, и его щеки тут же покраснели. — Я ему по секрету сказал, что собираюсь на свидание, а он выложил это тебе!       Драко уже лишился возможности удивляться, так что в его голове бешеным вихрем закрутилось одно только что сказанное слово — «свидание», «свидание», «свидание»...       Поттер собирался признаться ему?       — Но почему ты мне не сказал? — пошел в своеобразную атаку Драко, не желая зацикливаться на чувствах Гарри. — Ты стоял остолопом и молчал! И даже потом не пришел поговорить. Что я должен думать?       — Да потому что я растерялся! — Гарри будто говорил первое, что пришло на ум и что давно копилось, — Я не думал, что ты узнаешь, и не совсем понимал, как себя вести. Хорошо, я испугался, признаю. Но ты видел свое лицо? Ты бы меня на месте разодрал, так и не выслушав. Я вообще собирался найти тебя сегодня и все объяснить...       Малфой вымученно возвел глаза к небу, но с каждым словом Поттера в голове прояснялось. Тот продолжал что-то говорить, но для Драко его слова сливались в единую мешанину и потеряли важность. Он не смог удержаться от легкой, почти призрачной улыбки, глядя на облака.       Итак, Поттер собирался позвать его на свидание. Вернее, искусственно создать это свидание. Драко все еще не верил, что тот решился на махинацию со Слизнортом, ведь хитрости в Гарри почти не было — или Малфой просто плохо его знал. А потом... потом на арене появился Уизли, разрушив план Поттера.       «Он и правда ненормальный», — невольно подумал Драко, с какой-то странной любовью глядя, как Поттер все еще сбивчиво пытается объяснить ситуацию.       Малфой действительно избегал прогулок Поттера наедине — как оказалось, в таких ситуациях он забывает, как связывать слова в предложения и постоянно пялится на Поттера, будто первокурсник.       Снова повисло молчание, но приятное — вдалеке щебетали птицы, ветер с озера чуть холодил шею Драко, а раскрасневшийся Поттер кончиками пальцев оглаживал костяшки Малфоя. Нежно. Аккуратно.       Однако что-то по-прежнему тревожило Драко.       — Ты сказал, что понимаешь французский?.. — он не желал слышать ответ, но не мог оставаться в неведении.       Лицо Гарри мгновенно загорелось шаловливостью, и он растянулся в широкой доброй улыбке, изо всех сил подавляя рвущиеся наружу смешки. Драко едва не задохнулся от несерьезного возмущения — что Поттер вытворял все это время?       — Прости! — взмолился Гарри между приступами дикого смеха. — Прости, я не мог иначе! Когда я еще услышу от Драко Малфоя, какой я привлекательный и как сильно он меня любит? Ты меня только идиотом и называешь.       Драко не мог поверить услышанному — нет, он точно спит и это странный сон. Поттер прекрасно понимал, что он ему говорил... и молча наслаждался комплиментами, которые Малфой иначе бы не сказал?       — Поттер! — воскликнул он, и щеки вспыхнули жаром. Он не злился по-настоящему, скорее был поражен и смущен внезапной хитростью Поттера. Слишком много хитростей для гриффиндорца.              — Ты-... Ты понимал? — Драко сделал неопределенный жест, физически ощущая, как горят щеки, и как хочется смеяться и одновременно запустить чем-то в Поттера. — Понимал все это?       — На самом деле, немного — где-то меньше половины, — пояснил Гарри, продолжая улыбаться. — Сначала я вообще ничего не разобрал. Но знаешь, даже моих скудных знаний хватило, чтобы понять, что значит «aime». А с остальным вчера помогла Гермиона.       Это было даже логично — едва ли Поттер был в состоянии понять каждое слово, сказанное Малфоем, но... Но Мерлин, как можно было так просчитаться?.. Драко отказывался верить, что Поттер понимал его признания в любви, пусть и меньше, чем на половину. Как глупо вышло...       «Еще и при Грейнджер сказал», — безнадежно подумал Драко. Казалось, он сделал все, чтобы быть пойманным, но это и смешило.       Поттер как-то незаметно оказался всего в паре шагов от Драко. Грудь все еще заливало смущение вперемешку с желанием дать Поттеру по голове. Мерлин, он расписывал Гарри, как любит его, а тот слушал с невозмутимым лицом... От этого, и от бесстыдного взгляда Поттера по телу пробегали мурашки предвкушения.       — Ты лжец, — безапелляционно заявил Драко, упираясь ладонями в грудь Поттера.       — Ага, — усмехнулся тот, придвигаясь еще ближе.       Поттер буквально дышал ему в лицо, но Драко не отступал — потому ли, что сзади была река, или потому, что не хотел. Это неважно.       — Ты мерзкий, — продолжал Драко.       — Возможно.       — Я ненавижу тебя, — усмехнулся Малфой прямо ему в лицо.       — А в этом сомневаюсь, — Гарри наклонился к шее Малфоя и вдруг едва ощутимо прикусил мочку его уха. — Я уже услышал, как ты меня ненавидишь. Не ты ли пару минут назад говорил, как хочешь меня поцеловать?       Ладони Поттера нагло, но в то же время осторожно коснулись ребер Драко, и тот шумно выдохнул, не в силах возражать. Перед глазами был только Поттер, который мелкими щекотливыми касаниями обводил плечи, ключицы, скулы Драко, щекотал своими волосами... и Малфой сам не заметил, как притягивал его к себе за талию, ближе, еще ближе...       Поттер всегда заставлял его терять голову.       Гарри оторвался от его шеи и, заглянув в глаза Драко, в поисках согласия и одобрения, прильнул к его губам. Малфой издал негромкий гортанный стон, чувствуя, как плавится под мягким натиском Гарри. Поттер медленно и вдумчиво целовал его, проходясь рукой по волосам Драко. Сердце томительно-сладко сжимало, ноги слабели, а в голове был полнейший кавардак.       Именно об этом он мечтал с сентября.       Гарри оторвался от него, оставив легкий поцелуй в уголке губ. Малфой смотрел на него полуприкрытыми глазами, полностью расслабляясь в его руках и позволяя любоваться собой — он не сомневался, что Поттер сейчас делает именно это.       — Я все еще обижаюсь, — ухмыльнулся Драко, из вредности резко толкая его вперед.       — Que tu dis, — сдавленно бросил ему Гарри в ответ с ужасным акцентом, приземляясь спиной на траву и сминая хрупкие цветки вербены.       Поттер валялся на земле, и Драко наслаждался превосходством — но недолгим. Недовольно заворчав, Гарри рывком перекатил Малфоя на землю, нависая сверху. Пряди волос Драко переплетались с мерзлой травой, а рядом маячил Поттер с торопливыми поцелуями и до невозможности горячим дыханием, которое согревало кожу. Драко мечтал, чтобы это не заканчивалось никогда.