В ад только перед тобой, в рай после тебя.

Небесная тюрьма - место, где духовные силы не работают. Мощные круги заклинаний образуют непроходимый барьер. Ещё не один заключённый не смог сбежать отсюда. По крайней мере, без чужой помощи, это явно невозможно. Мог ли Му Цин предположить, что однажды он окажется в заключении? Конечно, нет. — Оставьте нас. - холодно - приказной тон и боги, что их сопровождали, послушно уходят, шептаясь между собой. Му Цин круто разворачивается к Фэн Синю и испепеляет того взглядом. — Я жду объяснений. — Ты... Даже примерно не догадываешься почему ты здесь? — Нет. — Где ты вчера был? Что делал? — Допрос уже начался? - брови Му Цина взлетели вверх. — Му Цин... Я видел вас. И что вы делали. Му Цин отшатнулся. Он хотел было сохранить спокойный и хладнокровный вид, но не вышло. Казалось, у него волосы встали дыбом. Глаза начали бегать по пространству. Он попытался восстановить дыхание. А на что он рассчитывал, когда бросился в омут с головой? Что никто не узнает о их отношениях? Что они будут дурить небеса, находясь в объятиях друг друга? Что он сможет усидеть на двух стульях одновременно? — Му Цин... Он тебя околдовал, да? Или заставил? Чем он угрожал? Ты можешь мне всё рассказать! И я буду защищать тебя! Я это начал, чтобы вытащить тебя из его лапищ! Никто, кроме небесного владыки не знает истинную причину того, что ты здесь. Может сейчас ты оскорблён тем, что тебе придётся провести тут некоторое время, но это для твоей защиты! Просто доверься мне! Я же никому не рассказал о нити! - Наньян ударил себя кулаком в грудь. Му Цин усмехнулся. Как складно. Сейчас он просто может согласиться с предположениями Фэн Синя, которые он преподнёс ему на блюдечке с голубой каёмочкой, и выйти сухим из воды. Но он не станет этого делать. — Нет. Он меня не околдовал. И не угрожал. И насчёт нити... Я от неё не избавился. — Что? Но... Её же нет! О чём ты!? — Она здесь. Она всегда была тут. — Ты умом тронулся? Там - пусто! — Нет. Я её чувствую. Мы просто сделали её невидимой, но она связывает нас с самого начала. До случая с демоном желаний. — Что ты несёшь!? Чушь! Околесицу! Не вздумай сказать такого при владыке! Ты явно не в себе! И это вина этого гада! — Не смей его оскорблять! - рявкнул Му Цин, сжимая кулаки. Фэн Синь опешил. Насколько мощное заклинание, что он так рьяно защищает демонюгу? — Я тебе помогу. Не волнуйся. Просто сиди здесь и ни о чем не думай. — Мне не нужна помощь! Хотите судить за мою любовь к нему? Судите! - наконец-то Му Цин признался, что это любовь. Взаимная. Искренняя. Настоящая. Фэн Синь, словно, получил оплеуху. Тот замотал головой, не веря: — Это не ты говоришь. — Не хочешь - не верь. Мне то что. — Ты! - Наньян схватил Сюанчжэня за воротник и затряс: — Как ты мог его полюбить!? Он испортил тебе всю жизнь! Ты снова хочешь пострадать из-за него!? Ты хочешь всё потерять? Разрушить свою жизнь!? — Он ничего не портил. То было моё решение! Я сам его спас! Сам взял ответственность! Сам пожалел! Сам обрадовался! Всё я сам! И вообще, тебе то какое дело до моей жизни!? — Да потому что я люблю тебя, придурок ты слепой!!! Фэн Синь разжал кулак, держащий ворот одежды бога. — Что ты такое городишь? Я тебя всегда бесил! Ты всегда относился ко мне с подозрениями и презрениями, а я в ответ делал тоже самое! Мы всегда были соперниками! Сначала за внимание принца, потом за последователей! Какая любовь!? — Хах... Ты веришь в любовь демона, но в мою поверить не можешь... Ты прав, у нас всегда были тяжёлые отношения, но я правда всегда тебя любил. Когда тебя изгнали, я надеялся на нашу новую встречу. И даже когда Сяньлэ пало, я верил что ты где-то жив. - бог припал к стене тюрьмы. Из него, словно, всю душу выбили. Признаться было так тяжко. — Я должен был сказать это раньше. До того, как этот демон тебя окрутил. — Ничего бы не изменилось. Мне жаль. - Му Цин почувствовал укол вины. Оказывается, отказывать кому-то, тоже трудно, как и получать отказ. — Мне не нужна твоя чёртова жалость. Себя лучше пожалей! Снова хочешь стать мучеником и изгоем? Бог и демон - невозможно! Тебе придеться либо низвергнуться до демона, либо уйти в отставку, на землю с проклятой кангой! Ты разве согласен на это!? Ты столько лет старался! Наращивал мощь и находил толпы последователей! Ради чего, чтобы это всё пропало? - Фэн Синь изо всех сил пытался достучаться до Му Цина, но тот был непреклонен. — Тогда жди суда! - Фэн Синь вылетел прочь из клетки, сбегая от взгляда этих янтарных глаз, что смотрели на него с жалостью. Лучше бы продолжал смотреть на него холодно и с насмешкой. Му Цин закрывает глаза и прикасается к пальцу. Хотя, вряд ли в этом месте нить сможет передать его настроение и сигналы демону. После он снимает с себя цепочку с кольцом и долго-долго изучает ее, словно, медитируя. Он даже впервые, когда её получил, так не рассматривал. Но сейчас это было единственным занятием, чтобы не сойти с ума от скуки, ожидая приговора. И тут его прошибает холодный пот от догадки: не хранится ли прах демона в этом кольце!? Ведь есть поверие: если демон полюбит, что случается крайне редко, то он преподносит свой прах в каком-либо украшении. "Нет, нет. Вряд ли. А если... Правда? Мне нужно сохранить кольцо, чего бы мне это не стоило!" - Му Цин спрятал цепочку в тайный карман своего ханьфу. Если там правда прах и если кто-то из небожителей узнает, то немедля захотят уничтожить сильнейшего из князев! *** У Хуа Чэна по истине собачье чутье: если что-то идёт не так, тело посылает сигнал. К примеру, это может быть неприятный мороз по коже. Словно, касание мертвеца. Хотя, он и сам не совсем живой. Князь не совсем понимал к чему это предчувствие, но готовился. Он коснулся пальца, чтобы через нить почувствовать настроение или мысли своего возлюбленного, которого он не видел всего пару дней, но успел безумно соскучиться. Но... Ничего не произошло! Никакой реакции. Он послал бабочку на разведку, но через неё увидел лишь пустые покои генерала. Хуа Чэн сорвался в небесные чертоги. Небожители наивно полагают, что ему туда путь заказан, но это не так. Почему тогда он лично не приходил к Му Цину? Только, чтобы не доставить ему неприятностей. В Призрачном городе - его власть безгранична. Он - царь. И узнай об их связи там, он бы нашёл как заткнуть всем рты. *** Чиновники средних небес в панике разбегались с криками: — Собиратель цветов под кровавым дождём здесь!!! Это было, как приход всадника апокалипсиса. Веяло тьмой, холодом, разрушениями. Сотни серебряных бабочек готовы были рвать и метать. — Где совершенный владыка Сюанчжэнь!? Куда вы его дели!? - вопрошал он могильным голосом, от которого бежал табун мурашек. — Хо-хо, а ты вовремя. - бог войны Пэй Мин, вышел навстречу. — Его держат в небесной тюрьме за связь с тобой. Вот-вот будет суд, а за ним, низвержение. — Где проходит суд? — Где же ещё: во дворце небесного владыки. В отличии, от ранних слушаний, это закрытое. Фэн Синь уговорил владыку. Поэтому там крайне малое количество присутствующих. Но слухи всё равно вышли за пределы тюрьмы: за что и почему с бравым генералом так поступили. Иди, забирай своего принца. Хуа Чэн взмыл ввысь, будто гравитации не существовало. Пэй Мин смотрел ему в след: — Ах, любовь. Как прекрасно. - ухмыльнулся. *** — Если хоть один волос упадёт с его головы, я обрушу небеса на ваши головы! - с этими словами Хуа Чэн влетел в приемный зал, где действительно было не так много людей. Му Цин же стоял на коленях посреди. — Вставай! - он приобнял бога за плечи. — Прости... Я не сберёг нечто важное и драгоценное... - Му Цин задрожал, не сдерживая слёз. Его цепочку нашли и забрали! И сейчас она была в руках у императора! А способствовал этому Фэн Синь! Он сразу при слежке отметил появившееся украшение на шее бога и смекнул, что к чему. Му Цин бросал гневные взгляды на Наньяна, едва не крича о своей ненависти к его персоне. " Я всё делаю для тебя. Если демона уничтожат, все заживут спокойно. И ты тоже. Тебя изгонят всего на сто лет и ты сможешь вернуться. Ненавидь меня, если хочешь. Но это моя любовь. " — Тише, всё хорошо, любимый. - он обнял трясущееся в рыданиях тело. — Отдайте цепочку! Изгоните меня хоть на тысячу лет! Хоть до демона низвергните! Но отдайте! - Му Цин вырвался из объятий демона и кинулся в ноги императора. Он когда-то не смог защитить мать! Когда-то не смог защитить Хуа Чэна, хоть и спас! А потом бросил! И всё равно для него он был божеством! Любимым! Он не мог позволить тому умереть! Лучше самому! — Не надо, Му Цин! - демон снова поднял того с колен. Происходила самая настоящая драма. Но никто не нападал первым. Ведь доподлинно неизвестно кто окажется сильнее: Собиратель цветов под кровавым дождём или Небесный владыка. Силы их примерно были равны. Правда, у императора было баснословное преимущество в виде праха. Но он медлил. Может растягивал удовольствие. Может чего-то ждал ещё. — Убейте меня! — Любимый, что ты такое говоришь? Если ты умрёшь, то я немедля последую за тобой. Если нам уготован ад, то я отправлюсь первым, дожидаться тебя. Если рай, то приду только после тебя. - Хуа Чэн поцеловал в лоб бога. — Хорошо. Уйдём вместе. Так правильно. - успокоился бог. Внезапно их нить, что была невидимой, блеснула алым! Все присутствующие ахнули! Это была не похоть! Не просто любовь! А сама судьба. Цзюнь У хмыкнул и кинул цепочку в ноги Му Цину. — Я отпускаю вас. Нить судьбы - не шутка, не сводит просто так. Даже если один из вас бог, а другой демон. Значит, так нужно было. — Му Цин, как бог ты сделал очень много хороших вещей для своих подданных. Они верят в тебя горячо и всецело. Я оставляю тебя в ранге бога. Ты можешь жить на земле, в Призрачном городе или в небесной столице - дело твоё. Главное, выполняй свои обязательства. - небесный император встал со своего трона, это означало, что все свободны и могут расходиться. Му Цин схватил цепочку и прижал к груди, не веря что всё закончилось. Да ещё и так хорошо! Хуа Чэн крепко сжимал его в своих объятиях. *** Бог и демон поженились, вопреки всем предрассудкам. Кто-то из последователей отвернулся от бога войны за такой "грех", кто-то наоборот, стал поклоняться ему ещё больше. Ведь нужна недюжинная сила духа, дабы решиться на такое. Парочка же была счастлива вопреки всему. Проживали они в призрачном городе. Все жители полюбили мужа градоначальника. А разве могло быть иначе? Он ведь такой потрясающий! В другого непревзойдённый не влюбился бы.