Найдёныш

В полупустой квартире, где разило сыростью из-за открытого окна в одной из комнат, царил хаос. Женщина перебегала из комнаты в комнату, проворно обминая валявшиеся на полу игрушки и перенося коробки различных размеров в коридор. Иногда, когда ей попадалось на глаза большое зеркало, женщина словно забывала о всех делах и останавливалась перед ним, пристально смотря в своё отражение. То причёску поправит, то губы подмажет ярко-красной помадой, то скажет пару одобрительных слов в свой адрес, без этого никак. Около неё вертелся маленький мальчик лет пяти и рвался помочь. - Кира, хватит бессмыслицей заниматься! - Неожиданно разнёсся на всю квартиру оглушающий крик уже раздражённой женщины. Видно, она всё-таки изволила отойти от зеркала и, как бы, невзначай, вспомнила про свою "вечно ничегонеделающую" дочь. В ответ на это Кира закатила глаза и забравшись на самую большую коробку с ногами, надела наушники, включив музыку на полную громкость. Задолбала уже. Она хочет переезжать, не я, мне вообще глубоко пофиг. Вот пусть и собирает эти гребанные вещи сама. Из-за открытого окна тянуло вечерней прохладой. Осенние деревья шумели, можно было услышать крики детей и жужжание машин, которые куда-то мчались по вечернему городу, обгоняя друг друга. Но сидящая в темной комнате, среди картонных коробок, Кира ничего этого не слышала. Она полностью погрузилась в песню, звучащую в её наушниках.

I was broken from a young age Taking my sulk into the masses Writing my poems for the few That look to me Took to me, shook me, feeling me Singing from heartache from the pain Taking my message from the veins Speaking my lesson from the brain Seeing the beauty through the... Pain!

Девочка пошаталась из стороны в сторону, поджимая под себя ноги и умиротворенно улыбаясь. В её голове эхом звучали слова песни. - Ей, есть чё покурить? Кира вздрогнула, раскрывая синие, как сапфир, глаза, в которых не осталось и следа от того счастья, которое она испытывала пару секунд назад. Да, она была счастлива каждый раз, когда удавалось хоть немного побыть наедине с собой и злилась, когда нарушали её личные границы, а этим, между прочим, и занималась семья Киры каждый божий день. - Соблюдай акт воздержания против резких звуков. - Пробубнила Кира, недовольно стреляя глазами в сторону своего брата. - Чего? - Заткнись и не мешай. - Доходчиво объяснила девочка, понятным для её брата языком. Сперва он в недоумении искривил лицо, а за тем резким движением руки взялся за кожанку сестры, в надежде быстро вытащить из кармана той пачку сигарет и слинять. Но Кира не промах, реакция у неё что надо. Девочка изворотистым движением руки сжала запястье брата и резко потянула его на себя. - Остынь, второй комплект зубов не вырастит, об этом я уж позабочусь. Кира резко оттолкнула брата назад. Он чуть не споткнулся о картонную коробку, которая, как на зло, появилась у него под ногами. Вот жеш чёрт, удержался. Девочка встала и вытаскивая пачку сигарет из кармана кожаной куртки направилась к раскрытому окну, аккуратно переступая через коробки. Кира слегка переклонилась через окно, закуривая и всматриваясь в улицу, обволоченную сумерками. На девочку дунул свежий ветер, развивая удлинённую чёлку, покрашенную в фиолетовый цвет. Остальные волосы природного, коричневого оттенка, были собраны в две небрежные гульки. Иногда, на дороге показывались машини, проезжая под фонарями, ровно выстроенными вдоль дороги. Луна, висящая над городом, выглядела величественно, успокаивала. Ее яркий свет проникал сквозь небольшие щели между зданиями и создавал на улицах тени, бледные, размазанные очертания лунных лучей заглядывали в квартиру, которая пока ещё принадлежала Кирыной семье, и медленно скользили по поверхностям коробок и стен, придавая даже им некого мистического и загадочного вида. - Чтоб ты вывалилась из этого гребанного окна когда-нибудь! - Зло прорычал брат, направляясь к Белле через темную комнату, вновь нарушая её личные границы. - Ну, из этого уже не получится. - Белла ухмыльнулась, кидая брату пачку столь желанных для него сигарет. - А вот через окно в нашей новой квартире вполне возможно. - Ты невыносима, Кир. - Ты ещё более невыносим чем я, Дим. - Девочка недовольно вздохнула, выдыхая дым прямо на брата и выбрасывая окурок в окно. - Дура. - Дима раздражённо помахал рукой перед собой, разгоняя дым, который начал резать глаза. - Говоришь так, будто у тебя в кармане запасная челюсть валяется, дурачок. Тебе 17 лет, а ведёшь себя как пустая катушка! - Девочка недовольно прижмурилась. Продолжить ссору, к большому сожалению Киры, не удалось, поскольку в комнату залетела взбудораженная мать, держа на руках младшего брата Киры и Димы, Марка, о котором упоминалось раньше. - Так, это последняя комната. Серёжа выносит последние коробки из кухни, а ты, Дима, активизируй работу тут, через 20 минут выезжаем. Дима, хрустнув спиной ( дурацкая его привычка, которая выводила Киру из себя) взял одну из больших коробок и направился к выходу. Кира скептически посмотрела на эту картину и цокнув языком присела напол, поставив локоть на одну из ещё стоящих тут коробок. Серёжа - очередной ухажёр матери. Когда отец ушёл от них, тогда Кире было лет 9, мама поручила дочке смотреть за годовалым Марком, а сама начала выпивать, ходить по клубам и строить глазки кому попало. Кира была девочкой ответственной и несмотря на столь юный возраст прекрасно справлялась со всеми поставленными задачами. А Диму женщина не стала просить сидеть с Марком, поскольку, по её словам "у него учеба и кружки, он очень занятой, а ты разгильдяйка". Да, с мамой у Киры тоже не заладились отношения, как и со всеми остальными. Женщина часто чем-то напрягала Киру, будто забывая, что у неё есть ещё и сын, причем самый старший из детей. Кира всегда находилась будто бы в стороне, будто бы она не принадлежала этой семье, она не была единым целым ни с мамой, ни с Серёжей, ни с Марком, ни с Димой. Что ж, весьма обидно, но девочка привыкла. Её вполне устраивало понимание того, что ей ничего не запрещается и можно делать в свободное время, что хочешь, хоть дома не ночуй. Несмотря на отсутствие рамок, девочка старалась держать себя в узде и не выходить за их пределы. Разумеется, получалось не всегда, но она старалась. Кира радовалась, что отец ушел, ведь из-за него у девочки осталась психическая травма.... Потом мать где-то сдыбала Серёжу ( из-за него, а может и благодаря ему, ещё неизвестно, и затеялся этот переезд. Серёжа работал в какой-то фирме, Кира точно не знала в какой. Так вот, эта фирма переехала в другой город, собственно, вынуждая Серёжу поступить аналогично. Он долго сомневался, а вот мать видела во всём сплошные плюсы, поэтому быстро поставила своего избранника на место). Он был лучше родного отца Киры. Они с Серёжей практически не общались и для девочки это было весьма славным моментом. Ну как не общались, он делал какие-то попытки с самого начала, но понял, что Кира не настроена на мирное решение, поэтому бросил всякие надежды на дружеские отношения. Кира ограждала от себя ненужных, по ее мнению, людей, особенно мужчин. Она не любила мужчин в целом, боялась их, спасибо папуле. Хотя, относила себя к людям с гетеросексуальной ориентацией. - А ты, бездельница. - Мама вывела Киру из мыслей и начала пробираться через завалы коробок. Это было весьма смешно для глаз девочки, поскольку женщина была в бордовом облегающем платье. Да порвись ты уже К сожалению, столь сладким мечтаниям Киры не было суждено сбыться и вскоре мама с целым и невредимым платьем стояла возле девочки. - Возьми с Марком посиди, одевай его и идите в машину садитесь. - Женщина посадила мальчика рядом с Кирой, девочка немного отстранилась от него. Раньше Кира была привязана к брату, но потом, когда стала проводить с ним слишком много времени, эта привязанность сменилась раздражением. Но, несмотря на это, Кира не кричала на него, не ругала его и старалась занимать его, когда уже прямо вообще никто не мог. - Только живее давай, вечно медлишь. Кира проводила взглядом недовольную маму, которая слегка расставила руки в стороны, пытаясь удержать равновесие. - Ну что, казюлька ты маленькая, пошли собираться. - Обречённо вздохнула девочка, поднимаясь и струшивая с себя невидимые пылинки. Она всегда так делала ( это уже её глупая привычка, которая бесила Диму). Вскоре, всё коробки были упакованы, всё члены семьи рассажены по своим местам. Машина тронулась в новую жизнь. Кира прижалась лбом к окну, всматриваясь в ночные улицы. С одной стороны, девочка не хотела переезжать в новый город, она не любила менять обстановку и тяжело приспосабливалась к чему-то новому. Хотя с другой стороны, она ничего не потеряла. У девочки не было даже друзей в этом городе, вместе с которыми можно бы было по убиваться насчёт её отъезда. Были только знакомые, с которыми Кира познакомилась в клубах и на вечеринках. Это так, когда прямо вообще скука жуткая, девочка могла с ними где-нибудь походить, побродить. А так, они между собой не общались. В классе особой коммуникабельностью Кира тоже не выделялась. На переменах она часто зависала одна в библиотеке и читала разнородную литературу. Может, в новом городе всё измениться? Под такие печально-радостные размышления четырнадцатилетняя девочка заснула, прижимаясь к холодному стеклу машины.