За что мы (не)любим метки

«Ска́зка — один из жанров фольклора либо художественной литературы. Эпическое, преимущественно прозаическое произведение с волшебным, героическим или бытовым сюжетом. Сказку характеризует отсутствие претензий на историчность повествования, нескрываемая вымышленность сюжета. Слово «сказка» засвидетельствовано в письменных источниках не ранее XVII века. От слова «каза́ть». Имело значение: перечень, список, точное описание. Например, переписный документ «Ревизская сказка». Современное значение приобретает с XVII–XIX века. Ранее использовалось слово «баснь». Европейские народы, как правило, никак не обозначают фольклорную сказку, пользуясь для её определения самыми разными словами. Есть только два европейских языка, которые создали специальные слова для обозначения этого понятия: русский и немецкий. На латинском языке слово «сказка» передается через fabula. Но это слово обозначает не только сказку, но также: разговор, сплетня, предмет разговора и т. д., а также рассказ, в том числе сказка и басня. В значении «басня» оно перешло в немецкий язык (нем. Fabel). В немецком языке сказка обозначается словом Märchen. Корень Mar- означает «новость», «известие», -chen — уменьшительный суффикс. Таким образом, Märchen — «маленький, интересный рассказ». Это слово встречается с XIII века и постепенно закрепилось в значении «сказка». Это была Википедия. У меня нет задачи погрузиться в историю волшебной сказки (она самая интересная), а то выйдет нудный трактат. Но кратенько можно. Забавно, что сказки и не были детскими изначально. Это были развлекательные и назидательные байки. Они передавали опыт предков так, как это понимали простые земледельцы или кочевники. Древние архетипические образы вроде всесильного солнца, грозной воды, живой земли — отражение стихий, поклонения тому, перед чем человечки бессильны. В сказках, как я уже упоминала в статье про фэнтези, все проще. В народных сказках арки героя нет. То есть, герой не меняется. Это в литературных у того же Андерсена Кай с Гердой, к примеру, понимают ценность любви, дружбы, взаимовыручки, верности, проходя все испытания, то есть заканчивают свой путь не такими, как начали. Народные же сказки действительно более кратки («долго ли, коротко ли» вместо пятисот страниц квеста) обманчиво просты и несут некую мораль, смысл, утраченные за давностью лет. Где-то в девятнадцатом (или в конце восемнадцатого) веке детей, наконец-то заметили, выделили в отдельную касту существ, нуждающихся в особом подходе и воспитании. В том числе в специально для девственного детского ума написанных сказках. Писали, а чаще обрабатывали их, разумеется, взрослые, вкладывая то, что нужно было для определенного времени, страны, класса (не школьного, а класса аристократов или крестьян). Можете прочесть какую-нибудь сказочку Льва Толстого. Гарантирую липкий сироп, воспитание в лоб и поучения о том, что каждый должен знать свое место. Вернемся к двусмысленному выражению «сказки для взрослых». Только у меня в голове рисуется игривый эротический ролик? Была мстительная мысль написать про сказки, больше похожие на фэнтези. То есть без обязательного ХЭ, с более жёсткими приключениями, неоднозначными героями и философским подтекстом. Это ведь тоже для взрослых, да? Если в поиске набрать «сказки для взрослых», то выпадет множество сайтов с топами «двадцать лучших», «жуткие сказки» и прочее такое. Частенько приводят в пример книги Геймана, который активно использует в своих фэнтези-романах мифологические мотивы. Или ретеллинги известных европейских авторских сказок. А то и обновленные детские ужастики про гробы на колесиках и черные руки. Но подозрения про игривость и эротику, переходящую в порно, имеют под собой твердое, как стояк основание. Еще одно отступление про табу и детские\взрослые сказки. За примерно двести лет существования детской литературы в европейской и нашей традиции две основные темы были выхолощены оттуда напрочь. Секс и смерть. Особенно уже в сверхцивилизованную, урбанистическую эпоху второй половины двадцатого, начала нашего века. Конечно же, крестьянские неграмотные детки, даже силком приведенные в народные школы, слушали сказки с интересом. Наверно. Они-то как раз знали грубую, приземленную версию и про размножение, и про смерть. В отличие от тщательно лелеемых детишек образованных классов, а, впоследствии и просто городских детей. Именно поэтому сейчас в словосочетание «сказки для взрослых» и заложены эти два намека. Либо истории будут про темную сторону бытия, где все умрут. Либо условные зайчики\котики, сказочные персонажи будут безудержно трахаться в различных комбинациях. В сказке может случиться любое волшебство, превращение, судьбоносная встреча, и никто не потребует от автора объяснений почему и отчего. Таковы правила сего жанра. Авторы Фикбука и других литплощадок используют сказочные сюжеты для построения романтических историй. От вкуса, мастерства и желания зависит, что выйдет: ПВП в экзотическом антураже или постмодернистский шедевр\крэк. Можно перевернуть известный троп. Несколько раз. И тогда получится, что дракон, похитивший принцессу, окажется равнодушен к женским прелестям и в гастрономическом, и в эротическом смыслах. А преступное деяние он совершил потому что хочет такое же платьице. И вообще он девочка, заколдованная вторая дочь короля. Вот как платье накинет, так и делается девочкой, снимет — опять дракон, готовый отправиться вместе с сестрицей на охоту за женихами или поступать в МагАкадемию. Или Баба-Яга полетит выручать несправедливо обвиненного Волка по просьбе принца, его сердешного друга и просто так, потому что стало жаль гибнущей на глазах любви. Можно еще придумать свою собственную легенду-сказку, чтобы у героев были испытания страшные, почти невыносимые, долгий путь к себе, еще более долгий путь домой, признание на краю пропасти, но все же хэппи-энд. Если активно использовать инверсии для напевного слога, миксовать известные тропы, те самые, архетипические, записанные на подкорке у каждого, то и получится новая сказка для взрослых. Мне нравятся постмодернистские истории в том числе. Это когда авторы помещают всем известных сказочных персонажей в современность, щедро смешивают и взбалтывают литературные традиции всевозможных жанров и направлений. Нужно только не переступить тонкую грань между городским фэнтези и сказкой. А, может, нафиг эту границу? Кто ее видел-то? Объем? Так сказка может быть и коротеньким миником, и длинным макси. Наверно. Эпосом раньше называли достаточно короткий по нынешним понятиям текст. Многотомники фэнтези легко заткнут за пояс Калевалу и иже с ней. В фэнтези должна быть авторская логика, если мы помним. Мир надо продумать. Но ведь и сказка — не свалка роялей в кустах. И еще, маститая критикесса, сама любительница фэнтези (не указываю фамиль, ввиду подозрительного статуса) городское фэнтези, низкое фэнтези — это когда место действия наш реал плюс некие тайные расы либо проход в волшебный мир — не считает за фэнтези вообще. Живите с этим теперь! Оказывается, настоящее фэнтези — это полностью вымышленный мир с соответствующим набором рас, магий, империй с королевствами и прочих орков. Так как отделить сказку от фэнтези, пусть и непризнанного высокой критикой? Разве что финалом. Сказка — это «жили долго и счастливо»? Нет? «Умерли в один день», конечно, но только после долго и счастливо! А не после тоскливо, муторно, больно, страшно, безнадежно и одиноко, как бывает в тёмном фэнтези. Представления о сказке, как жанре, который не может травмировать нежную психику читателя (ребенка) мрачным окончанием, вступают в противоречие с самим содержанием. Все эти посеченные на куски змеи-горынычи, вырванные для доказательства сердца и отрубленные бошки. Бррр. Но, если кто заметил, дети гораздо более жестоки, чем взрослые. Исключительно ввиду еще не сформированного морально-этического ядра. Нежная пятилетняя девочка может расплакаться над разбитым мышкой яйцом, и тут же смотреть ужастик или душераздирающее кино совершенно бестрепетно. Ибо просто не понимает, что зло, что добро, почему мама так переживает за непонятных дяденек. Радуюсь, что в прочитанных на ФБ работах с меткой «сказка», не было кровавого трэша. Зато сердечного томления и жарких потрахушек было в изобилии. Вывод. Скрестить вам удалось ежа с ужом, коли читатель трепетал, читая и сладостно закатывал глаза в конце. С концом… хм. Или с двумя концами. Да хоть с дюжиной. Сказка у нас или что??? Повторюсь: в сказке главное чудо. Оно может быть максимально приближенным к реальности. Пусть один персонаж тосковал и не ждал больше встречи с другим, ибо долг позвал, но вдруг, о чудо, возлюбленный явился, как лист перед травой. Ну и что, что оно всего лишь купил билет на самолет и примчался, наплевав на быт\обязательства. В этом и окажется авторское волшебство — дать своим персонажам счастья полной мерой. Взрослые нуждаются в сказках еще больше детей, как мне кажется. Уроки, данные детской литературой и годами жизни, что промчались на сверхзвуковой, усвоены. Хорошо ли плохо ли, не суть. А потому взрослым мальчикам и девочкам необходимы свои сказки, недетские, со страстями и телесностью, с возвышенными чувствами и раздумьями о вечном, с необъяснимым везением и счастьем для всех, даром. Для утешения, увеселения сердец и других частей организма. Я про душу, пошляки. А вы о чем подумали?