Ты - это то, чем я живу

Сегодня утром я проснулся с головной болью, насморком и температурой за тридцать восемь. Всё бы ничего, так вот только когда ты начал снова выкрикивать ругательства в мой адрес из-за того, что я опять стал портить привычкой тушения сигареты об уже новый журнальный стол, я не смог встать с кровати, чтобы успокоить тебя. А что было для меня очень странным, так это потеря голоса. Услышав твои шаги, мне стало не по себе. — Мэтт, твою мать, я кому уже пол часа ору?! Ты чего, оглох чтоли, или голос пропал?! В ответ была лишь тишина. — Я не понял. Ты меня игнорируешь чтоли? Или ты решил поиздеваться надо мной? Мэтт! Я всё таки смог подняться с кровати и пойти в ванную. Ещё долго терпеливо выслушивая твои крики, к чему давно уже привык, я продолжал приводить себя в порядок. Растребушив всю имеющуюся аптечку, и не найдя на мой взгляд ничего мне подходящего, я вышел из ванной комнаты, направившись в гостиную. Вытащив из пачки сигарету, я нервно закурил. Открыв ноутбук, я стал заказывать в интернете те медикаменты, что нужны были мне уже позарез, попутно ещё заказав коробку самого любимого тобою, Мелло, шоколада. Чтобы попытаться тебе объяснить сложившуюся ситуацию, я взял листок с маркером и стал писать извинение из нескольких фраз: «Прости. У меня пропал голос, и поэтому я не смог тебе сегодня утром ничего. Ещё раз прости.» Через час позвонили в двери. Естественно пошёл открывать я, так как Мелло уже больше двух часов сидел на кухне даже не выглядывая оттуда. Забрав заказ и расписавшись в бланке я направился в гостиную. Решив, что так больше продолжаться не может, я взял коробку с шоколадом, записку и направился на кухню. Остановившись в дверном проёме, я увидел тебя, спящего. Ты сидел на мягком кожаном угловом диване, положив руки на стол, и сладко спал. Твоя голова лежала на согнутых руках, а волосы аккуратно обволакивали часть рук, закрывая лицо. Решив, что тебя не стоит будить, я поставил коробку с запиской на стол и удалился из кухни… Вот уже как минимум полтора часа я играл в свою приставку с сигаретой во рту. Услышав грохот и неожиданный крик Мелло, я дёрнулся. — Твою мать! Это ещё что… такое… Я наконец понял в чём дело. Отбросив приставку, я увалился на диван. Температура не спадала, и головная боль давала о себе знать. Хорошо, что хоть от насморка избавился, а то не хватало ещё и Мелло заразить. Да и по ним он бы смог узнать, что я болен. А так я вроде с успехом скрываю свой недуг. Я задремал. Сквозь сон я услышал, что кто-то залез на меня и шепчет в самое ухо, при этом приятно обжигая мою кожу. — Мэтт… Мэтт… проснись, соня. Хватит спать. Я лениво помотал головой в знак протеста и снова попытался погрузиться в сон. Стоп. Подождите. Кто-то сидит на мне, шепчет в ухо нежные слова. Секунду. Кроме меня и Мелло никого в квартире нет, а это значит, что на мне сидит… Мелло??!! Я ошарашено открыл глаза. Передо мной было лицо моего лучшего друга. Он смотрел мне прямо в глаза, а на лице его была довольная улыбка. Так как я ничего не смог сказать, а лишь удивлённо смотрел на него, он рассмеялся. Его смех сейчас звучал так звонко и приятно, что я сам расплылся в довольной улыбке. Минут пять мы лежали (ну кто лежал, кто сидел) и любовались друг другом. И тут я не выдержал и поцеловал его… Минута молчания и ощущение на себе удивлённого взгляда Мелло. Если честно сказать, то поцелуй был даже для самого меня неожиданным. Даже не знаю причину моего действия. — Знаешь, Мэтт… а мне понравилось. И он поцеловал меня. Он! Сам! Вот это было для меня точно полной неожиданностью. Его сладкие губы были слегка влажными, а язычок ловко переплетался с моим. Разорвав поцелуй, я вдруг заговорил: — Зачем?! Я болею. Ты же можешь заразиться от меня. Осознав то, что я заговорил, я машинально приложил руку к горлу. — Я… заговорил… — Да и это очень хорошо. Вот только почему не сообщил мне раньше, что ты болен?! Ты же можешь заболеть ещё сильнее, если не будешь лечиться. — Уже начал. — Понятно. А то я думаю, почему у меня во рту привкус медикаментов после поцелуя. — Кстати… — Да?.. — я хотел тебе кое-что сказать, но решил промолчать. – Ты что-то хочешь мне сказать? Кажется, придётся сказать. — Ну… я хочу… — Что?... или кого? – Мелло расплылся в ехидной улыбке. Я от части застеснялся. Ещё бы! Прямо в точку! — Тебя. Почему-то Мелло ничуть не удивился, а лишь слез с меня и потащил, что и стало для меня знаком, в спальню. Опрокинув меня на кровать, он снова залез на меня с требованием поцелуя. Я не заставил его долго ждать. Скидывая с себя и опрокидывая его на чёрный шёлк кровати спиной, я приблизился к нему. В страстном поцелуе мы забыли обо всём: и о том, что мы лучшие друзья,и о том, что нужно дышать, и о том, что я вроде как болен. Неразрывая поцелуй мы стали избавлять друг друга от одежды. — Вот хрень. Что за дурацкая шнуровка у тебя на брюках?! — Как я вижу, она тебя волнует больше, чем я… — Нет. Она меня раздражает. Я и вправду был уже на пределе. Мой член ныл от недостатка внимания к нему. Мелло это прекрасно понимал, но это только раззадоривало его всё больше. Наконец справившись с его брюками, я, разорвав ещё один долгий поцелуй, повернул Мелло к себе спиной и, прижимая одной рукой к своему телу, стал плавно двигать рукой по его возбуждённой плоти. Это был первый раз, когда я услышал стоны лучшего друга. — Ммм… да… ещё… сильнее… а-а-ах… Он прижимался ко мне всем телом, требуя тепла… моего тепла… — Ты позволишь мне? — Да. Я тоже сильно хочу тебя, Мэтт. Пожалуйста, возьми меня. — Как только, так сразу. Он послушно взял мои пальцы в рот и стал их посасывать. Я тоже не терял время. Пока одна моя рука была у Мелло во рту, вторая исследовала его стройное, подтянутое, шикарное тело. Его бледноватая кожа на ощупь была шёлком. Изящные изгибы тела манили к себе взгляд. Светлые, пшеничного цвета волосы были мягкими и легко проходили сквозь пальцы. Лишь этот шрам был ложкой дёгтя в бочке мёда. Но он тебя даже красил. Так выглядел идеальный блондин с неидеальным характером: слишком эмоционален, слишком импульсивен, слишком горд. Всё без исключения в тебе было “слишком”. Но я любил тебя. Да, любил. И сейчас люблю. И буду любить. Вечно, как бы банально это ни было. Просто у нас своя любовь. Вытащив свои пальцы из твоего рта, я аккуратно уложил тебя на кровать. Приподнимая твои бёдра и приложив один палец к анусу, осторожно ввёл в тебя один. Ты вздрогнул. Подождав немного, пока ты привыкнешь, я добавил второй. Ты зашипел от дискомфорта и боли. Чтобы заглушить это, я впился в твои губы требовательным поцелуем. Ты отвечал мне, обняв меня за шею. Неразрывая поцелуй я растягивал тебя. Скоро ты стал сам насаживаться на мои пальцы, двигая бёдрами им навстречу. С каждым проникновением в тебя моих пальцев, ты стонал всё громче, и они расходились вибрацией по моему рту. Нам нехватало воздуха. Мелло пришлось разорвать поцелуй. — Давай. Я больше не могу терпеть. — Подожди, детка. Сейчас всё будет. Я сам уже на пределе. - Придурок, перестань меня так называть. Вытащив пальцы, я сразу же резко вошёл в него. Болевой стон. Даю ему привыкнуть к заполненности. Когда понимаю, что он готов, начинаю медленно двигаться. Вижу, как ему больно, как он сжимает простынь, выгибается. Меняю угол направления. Соблазнительный стон. Понимаю, что нашёл нужную точку. Устав от немного неудобного для меня положения, поднимаю Мелло с кровати, тем самым усаживая его к себе на колени. Он обхватывает мои бёдра ногами, а руками обвивает шею. Я вновь касаюсь его приоткрытых губ, целую. Мелло сам углубляет поцелуй. Кажется, мы целовались вечность, редко отстраняясь друг от друга, чтобы принять новую порцию воздуха, а потом продолжить то, на чём прервались. — Мэтт… я больше не могу… — Понял… потерпи… я сейчас… Обхватив его плоть одной рукой, а другой придерживая Мелло за спину, я стал водить рукой в такт своим движениям. Мелло не мог уже сдерживаться. Он стонал во весь голос от переполняющих его ощущений. Я чувствовал, что скоро кончу. — Мелло… я скоро… больше… не могу… Он не дал договорить мне. Лишь обняв меня крепче произнёс: — Я люблю тебя, Майл… люблю… — Я так же сильно люблю тебя, Михаэль… Поцелуй был не таким долгим, так как он был разорван стоном оргазма. Мы кончили вместе. Упав обессиленные, но счастливые на кровать мы улыбались друг другу. Я накрыл нас одеялом. Обнявшись мы спокойно уснули. Конечно странно было спать для людей такого возраста в дневное время, но это было нам необходимо. Проснувшись часов в семь вечера, я аккуратно вылез из объятий ещё спавшего друга и направился набирать нам ванную. Сделав дело, я направился на кухню. Там уже стоял Мелло и во всю готовил ужин и варил кофе. Что-что, а вот кофе он варил великолепный. Чмокнув друга в щёку, стал помогать ему с ужином. Перекусив, мы побрели в ванную комнату. Нанежившись вдоволь в никогда ещё не принимавшей двух человек сразу ванне, мы направились обратно… в спальню… Мелло, прошу, сделай так, чтобы таких дней уже в нашей жизни было больше, а я буду верным помощником. Ты – это то, чем я живу… и мне больше ничего не надо.