Выбор

      Переодеваться было не во что: ни платьев, ни юбок, ни красивых кофт. Ничего. Поэтому, осмотрев шкаф и не обнаружив там хоть что-нибудь путное, кроме ещё одной пары джинс, спортивных штанов и курток, девчонки решили идти, в чём и были одеты. Майки на спортивный манер облегали, подчёркивая, но не сдавливая грудь. Ханне нравилось, как на ней сидит эта простая, незамысловатая кроем одежда.       — Может, забежим в тату салон? Говорят, здесь хорошие мастера, — предложила Кэйли.       — Ну, не знаю. Может, завтра? — ответила ей Мэри.       — Можно и завтра, — согласилась Филч, вспоминая, что девчонки обещали парням пойти с ними в бар.       — Почему вы вообще решили выбрать «Бесстрашие»? — спросила Мэттьюс, усаживаясь на свою кровать, подтянув ноги под себя.       — Ответ прост — захотела! — пояснила Кэйли, улыбаясь.       — Очень исчерпывающе хочу подметить! А почему первый раз не пошла? — снова задала вопрос Ханна.       — У меня мать болела. Сильно. Я просто не могла её оставить, — сказала Филч, потупив взгляд.       — А сейчас? — спросила Мэри.       — А сейчас никто больше не болеет, — ответила Кэйли грустным голосом, от которого сжималось сердце.       — Мне жаль, — сказала Мэттьюс, подсаживаясь к подруге и обнимая ту за плечи. Мэри тоже подсела к ним, рыдая белугой. Искренняя обняла девушек в ответ.       — А ты? Почему решила быть здесь? — спросила эрудитка у альтруистки. Та, чуть успокоившись, задумалась.       — Я не знаю. Просто впервые в жизни подумала о себе и чувствую из-за этого вину. Мне нравится здесь. Я за сегодняшний день столько эмоций испытала, сколько не испытывала за всю свою жизнь! Мне хорошо! Понимаете? Хорошо! — разошлась Стивенс, снова шмыгая носом.       — Во дела, — произнесла Кэйли, поглаживая девушку по спине.       — Ты не можешь чувствовать вину только из-за того, что тебе здесь хорошо. Это глупо, Мэри! Это просто прекрасно, что всю свою жизнь ты заботилась о других. Но пора позаботиться и о себе! Тебе не обязательно пускаться во все тяжкие. Подумай над тем, что, будучи здесь, ты научишься многому: чему-то новому и интересному. Ты сможешь защищать себя и других, станешь сильнее и выносливее, заведёшь новых друзей. Уже завела, между прочим! И самых лучших! А после того, как закончится срок действия договора, ты сможешь вернуться, если тут тебе всё осточертеет, — сказала Ханна, приобнимая отречённую за плечики, пытаясь ту приободрить.       — А ты почему здесь? — спросила Кэйли, глядя на Мэттьюс.       — Я… А я тоже ради себя. Надоело всё! Решила хоть раз в жизни сделать то, чего хочу именно я. Эгоизм чистой воды, — горестно хохотнула она, вспоминая мать.       — Ну что, пора собираться, эгоистки вы мои? — произнесла Филч, прогоняя тоску. — Хватит нам тут сопли жевать. Пора веселиться! Когда теперь ещё нам представится такая возможность?       Девчонки засмеялись. И подскочили делать себе причёски и краситься. Помимо гигиенических принадлежностей, в тумбочке у каждой лежала чёрная подводка, тушь и тени разных мастей. Видимо, дешёвая косметика тут входит в стандартный набор для новичков.       Ханна подвела глаза и накрасила реснички. Волосы оставила распущенными, и они светлым волнистым водопадом красиво струились ниже лопаток. Кэйли тоже подвела карандашом свои зелёные глазки и сделала высокий хвост. Мэри, как и Ханна, оставила волосы распущенными, а девушки помогли ей накраситься.       Девчонки вышли в коридор сразу, как только Вик постучал в дверь. Паренёк не сдержался и присвистнул, увидев таких красоток.       — Тяжело будет нам выполнить обещание, данное Фору! — произнес он, махнув рукой, чтобы девушки прошли вперёд, где их ждали остальные ребята. А сам поплёлся за ними, любуясь их фигурками. Послышался тяжёлый вздох за их спинами. Девушки заливисто засмеялись.       Повезло, что за испытание, которое они прошли сегодня, сиганув с крыши, им дали очки, которые уже зачислили на их пропускные карты. Благодаря полученным баллам они могли отдохнуть и выпить в баре, хорошенько надравшись. Местная забегаловка находилась недалеко от жилых комплексов бесстрашных. А соединяла эти здания небольшая аллейка, усаженная с обеих сторон размашистыми деревьями. Такие были в каждой фракции, визуально объединяя главные здания на центральной улице. Усевшись за большой столик у стены в самом конце зала, ребята взяли себе виски. Мэри заказала какой-то мутный коктейль, а Кэйли и Ханна взяли себе по светлому пиву. Они веселились, смеялись и шутили, рассказывая истории из своей жизни. Самым главным весельчаком оказался Пит, светловолосый симпатичный паренёк, травящий байки, от которых уже болел живот. Ещё никогда в жизни Ханна так не хохотала. Народу становилось всё больше. Парни понемногу стали расходиться кто куда: кто-то девчонок кадрить, кто-то курить, кто-то приключений на свою задницу искать. В общем, пиво у девушек уже давно закончилось, а официантка их мило игнорировала и даже не собиралась подходить.       — Может, домой пойдём? — спросила Мэри. — Ну, или прогуляемся немного? Изучим новый дом?       — Давайте ещё по пиву и валим изучать, — внесла своё предложение Кэйли.       — Так официантки все заняты, — поведала Ханна и так всем понятную ситуацию.       — А ноги тебе на что? — спросила Филч, засмеявшись. — Пойдёмте к барной стойке, там почти никого нет, — произнесла она. — Ну и сервис у вас, дамочка! — громко вякнула Кэйли мимо проходящей сиськастой мадам с пустым подносом, всё лицо которой было забито пирсингом.       Девчонки направились прямиком к бармену, который намешивал в шейкере очередной коктейль для какой-то татуированной бесстрашной, что уже прилегла лицом на барную стойку и что-то бубнила себе под нос. Его руки, исчерченные яркими рисунками от самых плеч до кончиков пальцев, крутились вокруг тела, будто были без костей вообще, тряся баночку алкогольного напитка. Такие профессиональные движения удивительно гибкого человека завораживали. Девушки такого не видывали никогда. Усевшись на высокие стулья, девушки заказали себе всё тоже самое, что употребляли до этого. Бармен махнул головой, принимая заказ, начиная взбивать коктейль для Мэри, которая не сводила глаз с его странных, ловких шаловливых ручишек.       — Новенькие? — спросил он, мило улыбаясь дамам.       — Ага, — подтвердила Кэйли, поднимая свой бокал с пивом.       Новоиспечённые бесстрашные чокнулись от всей души, желая самим себе продержаться весь этот год, и пригубили спиртное. В баре было ужасно накурено, и клубы дыма с разными запахами витали по всему залу, кружа голову и раздражая обоняние. Жаркое и душное помещение давило. Спасало только холодное пенное пиво. Ханна перекинула волосы себе на плечо, оголяя шею, к которой от пота прилипли несколько волосков. Но всё равно здесь было прекрасно! Впервые в жизни она чувствовала себя свободной.       Бармен посмотрел на девушек, затем вылупил свои глаза и быстро ретировался в другую сторону длинной столешницы к спящей мадам.       — Это моё место, сивая! — послышался недовольный знакомый глубокий голос у самого уха Мэттьюс, обдавая её жаром воздуха. Говоря ей эти слова, губы мужчины немного касались её ушка с тремя серёжками в мочке. Девушка затаила дыхание, ощущая странные эмоции от его близости. А Эрик облокотился рукой о столешницу и наклонился ниже, протискиваясь между Кэйли и Ханной. Филч пришлось немного отодвинуть свой стул, чтобы пролез накаченный зад лидера. У Мэттьюс пробежали мурашки: то ли от его голоса, то ли от того, что он коснулся её губами, то ли от всего сразу.       — Я Ханна, — твёрдо ответила эрудитка, поворачиваясь к Коултеру лицом на высоком стуле и бесстрашно глядя ему прямо в серые ледяные глаза. И всё равно она оказалась ниже, чем он.       — Да насрать! — рявкнул тот, сощурившись и вздёрнув пробитой бровью. Конечно, он помнил, как её зовут. Кстати, из всего сегодняшнего месива людей только она и запомнилась. Ещё долго не забудет, как прижимал её к себе. Не забудет эти голубые глаза, которые сейчас с вызовом смотрели на него. «Вот же наглая сучка! Наглая и красивая!» — подумал он. Не ожидал от неё подобного. Обычно, все удирали врассыпную, когда он так смотрел, а эта ещё вякает что-то. Фор, стоявший рядом, хмыкнул.       — Я жду! — снова сказал Эрик, вопрошающе вскинув бровь.       — Чего? — недоумённо спросила Ханна, сербанув холодного пивка из своего бокала. А мягкая пена напитка осталась в виде тоненьких усиков у неё над верхней губой.       — Когда ты освободишь моё место! — прошипел он, приблизив своё лицо вплотную к её. Со стороны могло показаться, что лидер сейчас поцелует молодую неофитку. Их носы практически соприкасались. Коултеру безумно захотелось слизать пену с её губ. Он опустил на них свой взгляд. Ханна негодующе сощурила свои глаза в ответ.       — Сейчас допью и освобожу! — недовольно процедила она сквозь зубы, проведя язычком по верхней губе, убирая пенку и начиная злиться.       Пиво из рук девушки быстро отобрали и выпили залпом.       — Уже! — произнёс Эрик, ставя пустой бокал на стойку и вытерев свой рот тыльной стороной руки.       — Придурок! — выпалила Ханна, зло глядя на своего лидера. Если бы взглядом можно было убивать, он бы уже давно валялся дохлым у её ног. Девушка развернулась на стуле обратно, пальчиком подзывая к себе бармена, чтобы заказать пива, которое у неё так беспардонно отобрали. Коултер оттолкнулся от стойки и скрылся за её спиной. Мэттьюс уже было обрадовалась, что он, наконец, ушёл, но почувствовала, как её схватили под руки и стянули с табурета, поставив ногами на пол.       — Ты… — начала она.       — Я! — перебили её, зашипев в лицо. — Я твой лидер и командир! И ты должна исполнять мои приказы! Беспрекословно! Усекла? Не смей больше занимать моё место! Это был приказ! — произнёс громким раздраженным голосом Эрик, от которого должны были затрястись поджилки. Должны были, но не затряслись. Наверное, хмель ударил в голову, и было уже совсем не страшно, кто стоит перед ней. Или она просто была ужасно зла.       — Я бы сказала, где ваше место, товарищ командир! — выпалила Ханна, злобно выплёвывая каждое слово ему в лицо.       Коултер сначала сжал свои чувственные губы в тонкую линию. Затем они скривились в недоброй ухмылке, как бы говоря, что ничем хорошим эта перепалка для неё не закончится. Мэттьюс испугалась не на шутку, увидев, что он сдавливает свои огромные ладони в не менее огромные кулаки. Видать представил, что в его пальцах находится её шея. Она даже услышала хруст. И на секунду ей показалось, что это хрустят её позвонки. Видимо срок действия её договора закончится прямо сейчас. Он резко протянул к ней свою руку и взял за подбородок, с силой пригвоздив Ханну к барной стойке, чуть не перекинув её прямо к бармену. Девушка схватилась обеими руками за его татуированное предплечье, пытаясь одёрнуть ручищу от себя. Но в этой горилле сила просто нечеловеческая, поэтому все попытки освободиться были тщетны. В зале громко загалдели, и народ уже заинтересовался происходящим, столпившись кучкой совсем рядом. В лопатки больно врезался дубовый высокий стол и захотелось взвыть.       — Эрик! Что здесь происходит? — раздался грубый голос старшего лидера Макса за его спиной. — Отпусти её!       — Нет! — резко ответил Коултер, вздёрнув бровью с пирсингом, отчего штангу повело, и металлические бусины блеснули в тусклом свете бара. — Пусть скажет, где же моё место!       «Ну вот и всё!» — пролетела мысль в голове у Мэттьюс. — «И сутки не прошли с момента нахождения здесь! А ведь думала, что продержусь целую неделю! Наивная! Дура-а!». Так хотелось ответить, что «Место твоё возле параши, гандон штопаный!». Но Ханна прекрасно понимала, что ей будет кирдык. Хотя, как ни крути, ей и так хана. Терять нечего, кроме чувства собственного достоинства.       — Я думаю, вам прекрасно известно, где оно, — ответила девушка, всё ещё хватаясь за его руку и пытаясь подняться.       Он опустил свои длинные крепкие пальцы чуть ниже, переместив их прямо на её шею, касаясь золотой цепочки, и начал медленно сдавливать, придавив её ещё сильнее к этой барной стойке. Казалось, что позвоночник сейчас выгнется в другую сторону, а лопатки сольются в одно целое с ключицами. Ханна запрокинула голову, по инерции застонав от боли и пытаясь вырваться из этой бульдожьей хватки. «Твою мать! Что она делает?» — подумал Эрик, немного сконфузившись от действий девушки. — «Эта сивая дрянь выгнулась, так призывно выкатив свою грудь, ещё и громко застонала. Сделала ещё хуже! Тупая дура! Теперь она будет мишенью номер один у этих озабоченных дебилов!». А он сам не озабоченный, что ли? От этих звуков кровь мигом хлынула ему между ног, и мужчине быстренько представилось, что она лежит под ним на его кровати и также стонет, но явно не от боли.       — Отпусти её, кретин! — Кэйли кинулась на Эрика, опрокинув свой бокал с недопитым пивом. Но Коултер резко протянул свою левую руку, останавливая её. Фор быстро оказался рядом, преграждая искренней путь, став высоченной скалой между ней и её целью, в которую она была готова вцепиться, вгрызаясь прямо в широченную глотку.       — Сделайте что-нибудь, пожалуйста! Иначе он убьёт её! — Мэри подскочила к Максу, хватая того за руку, умоляя главного лидера помочь подруге.       — Кого именно? Тут, видимо, спасать нужно обеих, — произнес он, тяжело вздыхая. — Друг, успокойся! Она того не стоит. Её не трогай, слышишь? — громко проговорил Макс. Но заметил, что его заместитель никак не реагирует на его слова. — Твою мать, Эрик! Нельзя! — гаркнул он, словно давал команду бойцовой собаке. Но всё же склонился к нему и что-то тихо произнёс, по-дружески успокаивающе дотрагиваясь до плеча Коултера. — Сейчас ничего не спрашивай, потом всё объясню. А ведь просил же только столик занять! — уже громче сказал старший лидер, улыбаясь ничего не понимающему другу и махая головой в сторону, чтобы Эрик пошёл следом за ним.       «Нельзя!» — эти слова как красная тряпка для быка. Что-то щёлкнуло у Эрика в голове. Или между ног. Он так и не понял, но не хотел выпускать её из рук. Она так манила его. И плевать, что пиздит много. Заклеить рот скотчем и все дела! Коултер посмотрел на Ханну, медленно разжимая свои пальцы. Разозлился. Бесит его ужасно! Но хочет её неимоверно!       — Я ещё не закончил! — прошипел он ей прямо в лицо.       Мэттьюс поняла, что он просто в бешенстве. Только что слюнями не брызгал. Да, она умела бесить и раздражать окружающих её людей.       — Спасибо! — пролепетала Мэри Максу. И неожиданно для самой себя, в порыве благодарности чмокнула того прямо в щёку, встав на мысочки и обняв за широкие плечи.       Девушка быстро схватила подружек под руки и поволокла их к выходу. Темнокожий лидер в замешательстве потер щёку, которая отчего-то загорелась огнём от невинного поцелуя девчушки. А Фор так и стоял столбом, глядя несносным девкам вслед.       — Боже, Мэри, я твоя должница! — произнесла Ханна, потирая больное горло, выходя на улицу из душного помещения. Прохладный ветер приятно дунул в лицо, немного охлаждая разгорячённую кожу. Да схватил-то её лидер не сильно, но держал крепко и больно пришпилил к столешнице. Спина неприятно ныла. — Блин, куртку забыла, — пролепетала та, оборачиваясь на мигающие огоньки вывески бара.       — Какого хрена ты не уступила ему место? Почему проигнорировала его просьбу? Он же наш командир и лидер! — негодовала Мэри, ругая подругу.       — Ну-да, он наш командир и лидер. Но это же просто неимоверная глупость чистой воды утверждать, что это было его место! Это был самый тупой приказ, который я когда-либо слышала! И я же сказала, что допью и уступлю. Кто ж виноват, что он такой нетерпеливый, — нервно хохотнула Мэттьюс, передёрнув плечами от неприятных воспоминаний.       — Нетерпеливый? Я думала, он придушит тебя прямо там! — пыталась вразумить её Стивенс.       — А я думала, трахнет, — встряла в разговор довольно улыбающаяся Кэйли.       — Что? — уставилась на неё Ханна, вытянувшись в лице.       — Что слышала, — спокойно ответила подруга. — Вы прямо как голубки там ворковали. Ты так застонала, что он еле удержался. Точно тебе говорю! Я уверена! Я редко ошибаюсь в таких вещах, — пояснила Филч.       — О чём ты говоришь? Он ненавидит меня! Ты ненормальная, — в отрицании покачала головой Мэттьюс.       — Ну, говорю, что вижу. А по поводу моей ненормальности… Ну, может только немножко, — ответила та и девушки засмеялись, подходя к зданию.       — Я, наверное, вернусь. Мне нужно куртку забрать, — сказала Ханна, останавливаясь у самого входа.       — Да ты что?! Было бы прекрасно, если бы ты несколько дней вообще не попадалась Эрику на глаза, — произнесла Мэри.       — Чему быть, того не миновать, — парировала Мэттьюс.       — Да, но не стоит бежать навстречу своей смерти, — посоветовала Стивенс, с волнением глядя на девушку.       — Скорее своей страсти, — не унималась Филч.       — Кэйли, прекрати! — попросила Ханна. — Уже совсем не смешно!       — Так я и не смеюсь, — возмутилась искренняя. — Ладно, так и быть! Я Вика попрошу, чтобы он забрал твою куртку. Договорились? И тогда тебе не придётся ни с кем там видеться.       — Было бы прекрасно! Спасибо, Кэйли! Ну, тогда пошли домой, — вздохнула Мэттьюс, и девушки вошли в здание.