Отражение, в котором всё неправильно

      Толпы людей загораживали сцену, шум и громкий смех давили на уши, кто-то толкался, и Сяо делал недовольные вдохи и выдохи, стараясь абстрагироваться от окружающего хаоса.       Вот именно поэтому он ненавидел такие мероприятия. Хотелось заткнуть уши наушниками и уйти куда подальше, где тихо и никого нет.       Наушники он держал в кармане куртки, но никуда не уходил. Вот-вот должна была начаться приветственная речь ректора, которого Сяо из-за своего небольшого роста едва увидит, но и больно-то надо. Янтарные глаза туда-сюда метались в поиске хоть одного знакомого лица среди толпы студентов вокруг, хотелось найти хотя бы Кэ Цин, чтобы отметиться о своём присутствии, но всё было так шумно, что у Сяо потихоньку начинало звенеть в ушах.       На это мероприятие в солнечный субботний день собралась добрая половина их университета. Впрочем, в основном это были первокурсники, для которых такое в новинку. Остальные курсы либо забили болт на приветственную вечеринку, либо пришли «отстреляться», как Сяо, и пойти домой. Хотя были и уникумы, типа Кэ Цин, которым просто было в кайф создавать такие мероприятия. Или бедные и несчастные студентишки, типа Чун Юня, которых заставили участвовать во всяких нелепых сценках и выступлениях.       Время уже было за час дня, но на сцене, кроме локального диджея с его модными треками, никого не было. Если даже ректор не придёт на подобное мероприятие, зачем здесь вообще Сяо?       Пока он размышлял, плеча кто-то коснулся. Сяо моментально развернулся, на автомате скидывая чужую ладонь и недовольно глядя на того, кто это сделал. Кэ Цин ойкнула и убрала руку.       — Ты всё-таки пришёл.       — Пришёл. У ректора, видимо, обеденный перерыв? — он мотнул головой в сторону сцены, но староста только пожала плечами.       — Я не знаю, но он не должен опаздывать, у нас ребята с выступлениями уже ждут, мне самой это не нравится. — Кэ Цин скрестила руки и удрученно вздохнула, с пару секунд думая о чём-то своём. А затем обратила внимание на внешний вид Сяо, представляющий из себя тонкий топ без рукавов, джинсы до талии, кеды и лёгкую болоньевую куртку. — Как непривычно тебя в таком видеть.       Сяо только бровь изогнул.       — Ты сказала, чтобы я был доволен собой.       — И ты отлично выглядишь, молодец! — Девушка улыбнулась, и Сяо обратил внимание, что сама Кэ Цин в лёгком синем платье, больше похожем на вечернее, впрочем, всё равно симпатично.       — Взаимно.       Стоило это сказать, как староста покрылась румянцем, на что Сяо лишь снова недоумённо на неё глядел.       — С-спасибо. Эм… ну, пойду проверю остальных, пришли они или н-нет. Кхем. В общем, хорошего тебе тут, э-э, празднования, Сяо! — и Кэ Цин, с каждым словом всё больше краснеющая, исчезла в толпе, только хвостики её было видно. Кто-то, судя по всему, совсем не привык к приятным словам. Впрочем, не Сяо об этом говорить или думать.       Удивительно, но спустя ещё минут десять ректор всё же взошёл на сцену, одним только своим грозным видом утихомирил толпу и начал втирать что-то за важность учёбы, усердие, благовоспитанность студентов и так далее. Сяо всё пропускал мимо ушей. Даже если он слышал всё перечисленное в первый раз, так как реально за все три курса не был на подобных мероприятиях ни разу, ничего интересного для себя он так и не подчерпнул. Глаза прошлись по скучающим первокурсникам, и Сяо только хмыкнул.       Самое интересное началось, как только ректора сменила группа первокурсников со своим выступлением. Сяо только развернулся, чтобы найти тихое место, раз он наполовину «отстрелялся», как смех и свист толпы проехался по ушам, моментально вызывая тошноту. Он глянул, что же вызвало такую реакцию зрителей, и каков же был его шок, когда на сцене он увидел переодетого в костюм горничной Чун Юня! Так вот что тот имел в виду, когда писал, что умрёт со стыда…       Бедный Чун Юнь буквально горел, как фонарь, пока вокруг него шагали переодетые в дворецких девушки и что-то пели. Сценка с мюзиклом, насколько Сяо понял, и Чун Юнь посредине пытался что-то станцевать, но как только по толпе проходился новый свист, тот деревенел и ещё больше смущался. Даже Сяо был готов похихикать, если бы не дискомфорт всего этого окружения. Хотя жалко парнишку всё равно было. Чун Юнь выглядел так, словно скоро свалится в обморок.       Сценка закончилась, и Сяо всё-таки отошёл от сцены подальше. Началось следующее выступление, но он уже ни на что не обращал внимание — наушники из кармана переместились в его уши, и хаос толпы исчез в багровой темноте закрытых век. Сяо опёрся на ближайшее дерево и попытался успокоить свою потихоньку нарастающую панику. На удивление, ему было не так плохо, как обычно. Может быть, это всё благодаря тому, что он в каком-то смысле оказался тут не один — и Кэ Цин, и Чун Юнь тоже были здесь.       Должен был приехать ещё и Итэр.       И по идее где-то должен быть Альбедо.       Стоило вспомнить о нём, как в багровой темноте всплыл образ художника и его спокойное лицо, в которое Сяо невольно вгляделся, когда они виделись в последний раз. Тот самый случай, когда Сяо читал Альбедо его химические формулы. Сяо тогда подумал, что Альбедо уснул, и замолчал. Но блондин мягко приоткрыл свои голубые глаза и посмотрел на Сяо. Так, что невозможно было отвести взгляд.       Бархатный голос Альбедо так же осел в ушах, перекрывая музыку из наушников:       «Сяо…       ты читаешь?»       …       Мираж внезапно стёрся, и музыка яростно ворвалась в мир обратно, обрушиваясь вдруг каким-то неприятным водопадом. Сяо недовольно поморщился и разомкнул глаза, глядя на какого-то мимо пробегающего парня, который его толкнул. Тот быстро извинился и побежал дальше, но мираж уже исчез, и Сяо цыкнул, вытаскивая наушники.       Слух уловил не шум, а удивлённые вздохи, и парень обратил внимание на сцену, тут же округляя глаза.       Словно по велению судьбы, там стоял Альбедо в каком-то средневековом костюме волшебника. Но вовсе не его необычный костюм вызывал всеобщий восторг, а то, что творили его руки, вращающие одну колбу цветной жидкости с другими. Рядом с ним стояла стойка с пробирками, а в них, судя по всему, краска. Однако же тем, что заставляло людей удивлённо вздыхать, были картины, которые Альбедо умудрялся рисовать буквально брызгами из этих цветных колб. На первой красовался разноцветный, но натурально выглядящий медведь. Второй холст представил из себя замок с шестью цветами. Для завершения третьей картины Альбедо осталось взмахнуть лишь тремя оставшимися цветами из колб, и как только краска взлетела вверх и идеальными брызгами покрыла белую поверхность, толпа снова взорвалась восхищением. Альбедо повернулся к публике и улыбнулся. На холсте был изображен портрет Эйнштейна.       Зааплодировали, кто-то закричал, что парень гений.       И Сяо был с этим согласен. Честно говоря, Сяо вообще просто поражённо стоял на месте, совершенно не ожидавший увидеть такое представление. Он и Альбедо на сцене не ожидал увидеть. Почему-то вдруг подумалось, что такой Альбедо… так не похож на того, какого он видел в забытом всеми фойе техфакультета. Тот Альбедо искал тишины и монотонно читал. А этот умеет играть на публику и развлекать толпу своими неожиданными шедеврами. Словно два разных человека. Или идеально подобранная маска для идеальной сцены.       Однако Сяо всё равно почему-то не мог оторвать от этого зрелища взгляд. Мнение об Альбедо изменилось… снова.       Выступление завершилось, кто-то другой вышел на сцену. Время шло, веселье продолжалось, на улице темнело, а вокруг сцены постепенно уменьшалось количество людей. Сяо неожиданно заметил, что вообще-то на студенческую вечеринку пришли не только студенты, но и преподавателей много собралось, а ещё какие-то мамаши с детьми на колясках приехали. Может, чьи-нибудь родители?       Сяо сам не понял, как, но он, временами выпадая из реальности в свои мысли и воспоминания, посмотрел почти все выступления, подпирая собой излюбленное дерево. И не заметил, когда солнце опустилось за горизонт, а люди разошлись по другим местам, которые тоже были вдоль стадиона. Только он выпрямился, чтобы пройтись через всякие беседки с едой, ведь, в конце концов, Кэ Цин обещала миндальный тофу, как перед глазами нарисовалась сама вышеназванная мадам, напоминая о совместном с их группой фото. Встали, сфоткались, всех похвалили, и только Сяо снова порвался пройтись, как к нему приклеился Чун Юнь, всё ещё красный с головы до ног.       — Сяо-семпай, надеюсь, ты этого кошмара не видел. — Чун Юнь топал рядом с мороженкой в руках, видимо, надеясь остудить своё лицо.       — Если ты о костюме горничной, то я это видел.       — Что?! — первокурсник застопорился, смущённо глядя на Сяо, и тот ухмыльнулся.       — В следующий раз просто скажи своим друзьям «нет».       Чун Юнь лишь обессиленно что-то проныл, откусывая большой кусок мороженного, даже не щурясь от холода:       — Они меня не слушали…       Сяо пожал плечами. Не его дело, но Чун Юню надо быть понастойчивее, если он не хочет попадать в какие-нибудь глупые ситуации. Вспоминая этот смешной костюм горничной и оглядывая нормально одетого парня сейчас, Сяо вдруг приметил на левом ухе Чун Юня серёжку в виде китайского узла счастья с бело-голубой кисточкой.       — И с каких пор тебе нравится носить украшения? Или с костюмом горничной и это прививают? — Сяо всё равно хотелось немного подтрунить над младшим другом, но тот лишь покраснел и повертел головой, поэтому Сяо коснулся его серёжки. — Я об этом.       — А? А-а, нет, это подарок от-       Не успел он договорить, как перед ними возникли две фигурки. Невысокие девушка и парень, которых Сяо часто видел на фотографиях Чун Юня, видимо, его друзья. Чун Юнь тут же поспешил их представить:       — Это Сян Лин и Син Цю! Мы вместе учимся, и это… это они заставили меня надеть тот костюм. — Ребята на это активно закивали с довольными лицами, словно сделали что-то поистине шедевральное, на что Чун Юнь только вздохнул. — А это Сяо-семпай, мы знакомы ещё со старшей школы, он ещё тогда мне сильно помогал.       Пока Сяо вспоминал, чем же он там таким помогал, кроме как бессмысленными советами, друг Чун Юня, Син Цю, оценивающе прошёлся по Сяо. А после, чересчур вежливо улыбнувшись, схватил своего друга за руку и кивнул Сян Лин.       — Что ж, очень приятно познакомиться, Сяо-семпай. Но нам пора. — И потащил их куда-то подальше. Сяо только фыркнул на это, ну что за дети. Будто он не заметил вторую парную серёжку на ухе этого Син Цю, только цвет той был золотым, под цвет глаз. Господи, это не его дело.       Наконец-то его все оставили в покое.       На часах было около шести, и фонари университетского стадиона освещали всевозможные беседки, в каждой из которой толпились всякие веселые компашки. Сяо дошёл-таки до китайской еды и быстренько, пока никто не набежал, взял себе один контейнер с миндальным тофу. В голове было перекати-поле. Сяо «отстрелялся», сделал полезное дело, со знакомыми бегло увиделся, вкусняшку себе взял. А что делать дальше — вопрос хороший.       Он вытащил телефон, на который уже давно пришло сообщение от Итэра, что тот приедет через часа два. И до его приезда оставалось где-то минут сорок. Не то чтобы Сяо хотелось ещё дольше торчать на этой «вечеринке», больше походившей на фестиваль, как в школах, но ради Итэра и его интриги, кого он привезёт, Сяо готов был потерпеть и пошляться тут ещё немного.       В самой дальней части стадиона виднелось нечто оранжевое, напоминающее закат, и Сяо медленно поплелся туда, на ходу вытаскивая завёрнутые в салфетку тофу. Вкус десерта был изумительным, как и всегда, и Сяо на мгновение позволил себе забыться, наслаждаясь лучшим творением человечества, какое он когда-либо ел в своей жизни.       Оранжевым нечто оказался большой костёр, в который иногда кто-нибудь подбрасывал дровишек, лежащих рядом огромной стопкой, а вокруг костра расположились молодые люди, сидящие на всяких цветных подушках и в креслах-мешках. Кто-то завернулся в плед, кому-то было комфортнее у самого огня, и Сяо, подходя ближе, увидел знакомые лица. Ну, одно знакомое лицо.       Он по привычке остановился и захотел уйти, но вредные привычки ведь надо как-то побеждать, правильно же? Поэтому он сделал шаг вперёд. Его тут же заметили, легко махнув рукой, и Сяо, нервно выдыхая, прошёл ещё немного, усаживаясь рядом со знакомым.       — Хорошо выглядишь. — Альбедо привычно вежливо улыбнулся, вскользь оглядывая Сяо, и подкинул в костёр дровишек. Сбитые новой порцией бревна догорающие ветки тихо хрустнули и осыпались серым пеплом куда-то вниз. — Обычно ты надеваешь всё чёрное, да?       Сяо облокотился на колени и подпёр щёку запястьем. У костра было тепло. Или оно расходилось по телу от знакомой компании.       — А ты обычно не одеваешься в средневековые шмотки.       — О, ты видел моё выступление. Понравилось? Я вот немного нервничал.       Сяо в упор не хотел поворачиваться к Альбедо, потому что чувствовал его взгляды на своём лице. Слишком… странно было вести эту беседу. И даже если Сяо решил не относиться «агрессивно» к этому художнику, он по-прежнему не знал, кто они друг другу и как стоит общаться. С Итэром это было легче, потому что Итэр солнечный и открытый человек, самодостаточный и правильный. Неправильных ответов с ним просто не существовало.       Альбедо же словно носил свою эту маску вежливости и каким бы правильным ни казался, что-то, что плещется в его глазах, выдаёт его истинное настроение. Не то чтобы Сяо вглядывался, конечно…       — По тебе и не скажешь. Хотя я не ожидал, что ты так мастерски умеешь развлекать людей. Словно совсем другой человек, приковывающий к себе внимание… — Сяо вдруг замолчал, осознав, что он сейчас сказал, и посмотрел на Альбедо. Тот тоже смотрел на него приоткрытыми глазами, в голубизне его взгляда отражался огонь, а на губах играла ухмылка.       — Мне воспринимать это как комплимент или как то, что тебе не понравилось?       Сяо тут же цокнул и отвернулся, чувствуя как теплеют его щёки. Это от костра, точно от костра, он уверен. И то, что его сердце вдруг заходится спешным ритмом, вовсе не от этого взгляда, а потому что они близко к огню, жарко.       Жарко.       — Думай, что хочешь. Я всё равно скоро собираюсь уходить, нам незачем разглагольствовать об этом.       Альбедо усмехнулся и вновь приковал к себе внимание Сяо. Одежды волшебника сменились светлыми фетровыми штанами и бежевой водолазкой, в которых ему наверняка тоже жарко перед костром, но ему шла такая палитра цветов. С его кукольной внешностью Альбедо едва может что-то не подойти. Удивительно, что он художник, а не модель. И не сверкает популярностью на весь универ, как Итэр.       Не может же Сяо быть единственным, кто считает Альбедо привлекательным парнем, верно?       Это всего лишь… объективное мнение.       И всё же, для человека с вежливой улыбкой, у Альбедо были слишком грустные глаза. Сяо не был уверен, имеет ли он право о чём-то спрашивать. Всё равно не получалось сделать вид, будто он этого не видит.       — Весельем ты не пышешь. Если тебе тут не нравится, почему не уйдёшь домой?       Альбедо невесело усмехнулся и посмотрел на Сяо.       — А ты?       Сяо нахмурился. И не успел ничего ответить, как за спиной послышался знакомый голос.       — Сяо-о-о!       Он обернулся, чтобы тут же недовольно расшипеться. Итэр напрыгнул на него и принялся хлопать по спине, весело смеясь:       — Уф-ф, наконец-то мы приехали! В городе такие пробки, кошмар, я уж думал, мы не успеем даже на окончание мероприятия. Ух-х, я так хотел посмотреть выступления, но мне достанутся только видосы!       — Ага, молодец, отпусти меня уже. — Сяо кое-как отпихнулся от лучшего друга, и тот разулыбался ещё больше. Конечно, у Итэра есть привилегии на тему объятий, но лишние тактильности Сяо всё равно не любит.       — О, Альбедо, ты тоже здесь.       Сяо напрягся и тоже посмотрел на Альбедо. На лицо того вновь легла до ужаса вежливая маска.       — Привет, Итэр.       Разве так приветствуют друг друга в отношениях?..       — Ах, да, я же хотел вас с ней познакомить. Люмин! Иди сюда!       Итэр развернулся и помахал кому-то в толпе. Закончив с кем-то разговор, к ним тут же подошла девушка среднего роста и мило улыбнулась. Точная копия Итэра за исключением длины волос и самого факта того, что это девушка. Близнецы встали рядом и посмотрели на Сяо и Альбедо, солнечно улыбаясь.       — Вы наверняка уже и так поняли, это Люмин, моя сестра-близнец. Мы живём в разных городах и редко видимся, но сегодня мне удалось привезти её к себе погостить на пару недель.       Люмин кивнула головой и тоже вперемешку с братом начала что-то рассказывать о том, как они добирались и чем занимались последнее время. Сяо знает Люмин давно, и если один Итэр обычно привлекает к себе много внимания, словно главный герой этого мира, то двое близнецов и подавно — завидев похожие лица, кто-то из посторонних сразу решил подключиться к обсуждению и поспрашивать близнецов.       Возле костра, где они с Альбедо были только вдвоем всего несколько минут назад, вдруг стало слишком шумно.       Сяо был рад видеть Итэра, он ведь только его и дожидался оставшийся вечер, но… почему-то вся эта ситуация радости не вызывала. Смех лучшего друга и его сестры, их знакомых, каких-то подошедших друзей, разговоры и идеи сфотографироваться на память. Всё смешалось в голове, вызывая неприятное чувство удушения.       Сяо должен быть рад.       Однако…       — Сяо, — левой руки коснулись, и он по привычке одёрнул кисть, приготовив недовольный взгляд. Но янтарные глаза столкнулись с голубыми. И заметили, что привычная ледяная маска куда-то исчезла, — ты же хотел уйти домой, так?       — Угу.       — Не будешь против, если я уйду с тобой?       Словно пересилив себя, Альбедо улыбнулся. И от этого рассеянного взгляда даже мурашки по коже пробежались. Что же такого произошло у них с Итэром, что сейчас Альбедо буквально хочет сбежать куда подальше, ещё и выглядит вот таким подавленным?       Это не его дело, это не его дело, это не его дело.       Бесполезно было повторять это про себя, когда интерес сжирал живьём. Сяо славится своим терпением и мог спокойно запихать этот интерес глубоко внутрь себя, но Альбедо не отводил от него своих глаз, грустных, даже если в их отражении плясал огонь разгорающегося с новой силой костра.       Будто весь хаос, созданный людьми, вдруг заглушился.       Что-то внутри Сяо подсказывало, что если он откажется, то точно сломает что-то важное. И дело даже не в уступчивости чьей-то прихоти. Он и сам не понимал, в чём дело, просто Альбедо… Сяо впервые оказался знаком с человеком, таким непохожим на других и таким отстранённым от других.       Сяо не знал об Альбедо ничего.       Может, стоит это исправить.       — Я не против. — Он уверенно кивнул и едва взглянул в сторону Итэра и толпы вокруг него. — Давай уйдём.