Вторая мама моей дочери.

Этери, как и всегда, ненавидела ранние подъемы. Будильник, который блондинка напрочь забыла перевести с вечера, сработал в шесть утра, заставляя женщину нахмуриться и отключить жужжащий телефон. Нехотя открыв глаза, Этери обводит взглядом спальню, а затем улыбается, вернув руку на талию Жени, которая мирно спала на боку, прижавшись к женщине спиной. На стене, которая была прямо напротив кровати, находились фотографии в рамках, повешенные в форме огромного сердца. Присмотревшись, Этери узнаёт на снимках себя и Женьку, отчего улыбка на лице блондинки расплывается шире. Тутберидзе поворачивается набок, облизывает свои губы и несколько раз невесомо целует Женьку в плечо. Этери акуратно встаёт с кровати, стараясь не разбудить девушку, и это удаётся. Отправившись в ванную, блондинка открывает шкафчик, где ранее всегда стоял стаканчик с щеткой и пастой женщины. Этери устремляет взгляд на оранжевый продолговатый предмет, на котором наклеена бумажка с надписью «Тери». Внутри действительно находилась новая щетка средней жесткости и фруктовая паста. Улыбнувшись, женщина распаковала щетку и принялась чистить зубы и умываться. Сделав все необходимые водные процедуры, Этери зашла на кухню. Порывшись в ящике, нашла заветную таблетку от похмелья. Растворив её в стакане с водой, Тутберидзе возвращается в спальню. Этери тяжело вздыхает, осматривая некогда принадлежащее только ей тело Медведевой. Поставив стакан на прикроватную тумбочку, блондинка ложится рядом с Медведевой. — Хватит шалобродить. — пробубнела сонная Женька, взяла руку Этери за запястье и положила на свою талию. Сказать, что Тутберидзе была удивлена, это ничего не сказать. Но Этери поступила благоразумно, никак не отреагировав на действие со стороны брюнетки. Полежав пару минут, Этери начала поглаживать талию Медведевой круговыми движениями. Женька начала тяжелее дышать и накрыла руку Тутберидзе своей, ведя её к своему животу. Этери улыбнулась и начала покрывать плечи и шею брюнетки влажными поцелуями. Женька застонала и опустила руку Тутберидзе на свои трусики, медленно сколько пальчиками по коже блондинки. Этери молча начала массировать промежность Жени медленными круговыми движениями, не отрывая губ и языка от мягкой кожи шеи. С губ Медведевой вырвался громкий хриплый стон, а бедра сжали руку женщины. — Какой прекрасный сон… — прошептала Женя и повернулась на спину, не открывая глаз. Этери улыбнулась и нависла над брюнеткой. Запуская свои пальчики под намокшие трусики Медведевой. Припав губами к соску на левой груди Жени, Этери втягивает его в рот и играется языком, медленно проникая в любимую. — Мммм… Этери… — Женя стискивает зубы и полностью расслабляется, поддаваясь ласкам «во сне». Этери молчит, боясь спугнуть девушку, и лишь усерднее ласкает сосок, сжимая его то губами, то зубами, то вовсе лижет языком. Ускорив движения рукой, Этери чувствует на своей голове хватку Жени. Это значит только одно - Медведева близка к тому, чтобы кончить. Тутберидзе поднимает голову, отрываясь от соска, и накрывает губы Медведевой в нежном и трепетном поцелуе. Противное ощущение перегара передается блондинке, но та терпит, стараясь доставить Жене максимальное удовольствие. Этери знает, Этери помнит, что любое похмелье Женьки спасала разрядка. И, наконец, мышцы внутри Медведевой сжимают пальцы Тутберидзе, сокращаясь. Поцелуи стали более быстрыми, вперемешку со стонами. И тело брюнетки ослабевает. Медведева улыбается с закрытыми глазами. Этери выходит из брюнетки и облизывает свои пальцы. — Как я скучала по твоему вкусу, Медведежонок. — Этери целует брюнетку в нос и ложится рядом, обнимая Женю за талию. Девушка открывает глаза, поворачивает голову и вскрикивает, накрывая грудь одеялом. — Ты… Как… Подожди… — Медведева держится за виски, пытаясь вспомнить, как и при каких обстоятельствах блондинка оказалась у неё в квартире. — Держи. — Этери протягивает стакан с волшебной растворившейся таблеткой. Брюнетка кивком благодарит женщину и целиком выпивает содержимое стакана. — Как ты сюда попала? — Женя кутается в одеяло еще больше и смотрит на блондинку. — Открыла дверь своим ключом, который мне любезно вернул Дима. — Этери пожала плечами. — Мне сон приснился, что ты меня трахнула. И я действительно кончила. — Женя поджала губы. — Это не сон, глупая. — Этери, улыбнувшись поцеловала Женю в нос и обняла за плечи, укладывая рядом с собой. — Еще слишком рано, чтобы вставать. Поспи немного, тебе полегчает. — Ты помнишь, что мне нужен секс после пьянки? — Женя смотрит в глаза Тутберидзе. — Помню. — Этери, улыбнувшись, проводит рукой по темным прядям, а затем перебирает их. — Это ничего не значит. Я думала, что мне это снится, поэтому не сопротивлялась. — буркнула Женя и слегка отодвинулась от блондинки. — А если бы я сейчас сделала так? — Этери залезает под одеяло, рывком стягивает трусики с ног брюнетки, резко разводит их в разные стороны и припадает языком к клитору. Женя тяжело дышит и пытается сжать бедра, чтобы свести ноги вместе. Но ни голова Этери, ни руки, держащие Женю под коленками, не дают ей этого сделать. — Остановись, прошу. — взвыла Медведева, кутаясь пальцами в волосах Тутберидзе. Но та не остановилась, а лишь довела свою девочку до очередного оргазма. — Тери…как же хорошо… — прокричала Женька, а потом резко притянула женщину к себе, накрывая её губы своими. — Это ничего не значит. — прошептала Женя в губы Этери, слегка касаясь кончиком своего носа носа Тутберидзе. — Как скажешь. — прошептала Этери и вновь потянулась за поцелуем. Девушки начали целоваться страстно, раскрепощенно водя руками по телам друг друга. Медведева переворачивает блондинку на лопатки, оказываясь сверху. — Это тоже ничего не значит. — шепчет Женя и покрывает любимую поцелуями, не оставляя ни миллиметра нецелованного места. — Ты слышишь меня? — Медведева проникает под футболку и бюстгальтер женщины, та ахает, когда Женя сжимает её груди в ладонях. — Да… — шепчет Этери и сглатывает. — Ничего не значит. — повторила блондинка. — Только не останавливайся, прошу тебя. И Женя не остановилась, доведя женщину до пика наслаждения. — Что ж мы делаем то, а? — Женя лежала рядом с блондинкой и тяжело дышала, глядя в потолок. — Помогли друг другу получить разрядку. Это ж ничего не значит. — отдышавшись, сказала Этери, также глядя в потолок. — Да. Ничего не значит. Мы не вместе. — скорее, не для Этери, а для себя, твердила брюнетка и стискивала зубы. — Мы и не вместе. — подтвердила Тутберидзе. — Нам бы поговорить. — Этери повернула голову на Медведеву, та, не глядя на женщину, взяла её за руку и переплела пальцы. — Заткнись сейчас. Поговорим потом. И это всё я обсуждать не собираюсь. — Женя сжала руку Этери сильнее. — Что это всё? Это - ничегонезначащая ерунда. Её мы обсуждать не будем. Я про твоё увольнение. — Этери хмыкнула, не отрывая взгляда от лица Жени, та повернула голову, и взгляды девушек столкнулись. — Давай просто полежим, поговорим после. — прошептала Женька, Этери лишь улыбнулась. На одиннадцатом этаже московской квартиры Медведевой, в спальне, лежали две девушки на большой кровати и держались за руки, глядя в глаза друг другу. Каждая думала о чем-то своём, но обе возвращались к одинаковой мысли... им хорошо вместе. Снова хорошо, как и пять лет назад. Именно в эту минуту они окунулись в то позабытое счастье, спокойствие и душевное равновесие, которое испытывали только рядом друг с другом.