I've got my mind on you

Просыпался Гарри опять тяжело. Общее состояние было схоже со вчерашним, но уже намного легче. Снова идти в Больничное крыло парень наотрез отказался, всё же он «не слабак какой-то». Уговоры Гермионы совершенно не подействовали, поэтому ей оставалось лишь махнуть рукой и уйти на Нумерологию. У Рона и Гарри сегодня был почти весь день свободен, по крайней мере, в сравнении с подругой, поэтому, устроившись в спальне, они надеялись раздобыть ещё хотя бы пару часов сна. Рон рассматривал уже наизусть выученный полог над своей кроватью, но сна ни в одном глазу. Он уже и крутился, и вертелся, и вздыхал, и пыхтел, но сон всё не приходил к нему. — И что Дин нашёл в Джинни? — не выдержав, всё же спросил Уизли, вырывая из сна и Гарри тоже. — Что? — разлепил парень один глаз. — Да и что ОНА в нём нашла? — Рон сейчас выглядел как вскипающий чайник. — Почему тебя вдруг начало это волновать? Выдохнув, Поттер всё же сел, облокотившись о спинку кровати, надевая очки. Поспать теперь не получится. — Ну как же! Она моя младшая сестра. Как я должен спокойно смотреть, когда она лижется с моим одноклассником? — взмахнул руками рыжий парень, сам толком не понимая свою претензию. — А с кем она должна, эм… лизаться? — Да пусть с кем хочет, главное, чтобы я не видел! Вот ты бы стал целоваться со своей пассией при своей старшей сестре? — не унимался Рон. Гарри на мгновение поперхнулся, тут же рассмеявшись. — Во-первых, у меня нет никаких сестёр. Во-вторых, если бы моя «пассия» была бы не против, то почему нет? — такая формулировка его очень позабавила, но на щеках от одной мысли про поцелуй со Снейпом загорелся алый румянец. — Не знаю, Гарри! Я, конечно, не ханжа, но это как-то неправильно. — Потому что ты не можешь совладать со своими эмоциями? — улыбнулся Поттер, совершенно не понимая сути претензии. — Ну, и поэтому тоже. Теперь понимаешь? — друг всё пытался получить согласие с его мыслями. — Так может стоит что-то сделать со своим восприятием вещей, чтобы такие эмоции не возникали? Причём тут Джинни и Дин? — Ты всё же не понимаешь меня, — разочарованно выдохнул Рон, но в голове у него явно закрутились шестерёнки. На самом деле, Гарри понимал друга, но был с ним не согласен. Он считал, что в данной ситуации нужно менять себя, а не окружающих, ведь не они тебе мешают, а твои эмоции. Но своё дело разговор таки сделал: картинка поцелуя со Снейпом явно застыла перед глазами. Нечёткая, размытая, словно смотришь через грязные, поцарапанные и мутные очки, совершенно не подходящие под твоё зрение, но она всё же была. Гарри впервые задумался, а чего же он на самом деле хочет от мужчины? Влюблённость влюблённостью, но чего он собирается добиться? Для чего напросился на дополнительные, для чего пытается поменять мнение о себе? Отношения — это здорово, но что под собой подразумевает это слово? Захотелось, чтобы картинка с поцелуем приобрела чёткость, но едва ли это получится сделать хоть когда-нибудь в жизни. Как же это всё неправильно ощущалось. Так не должно быть, но изменить свои чувства пока что Гарри не был в силах. До уроков пролежали молча, каждый думая о своём, и мысли эти здорово отрезвили обоих, что в какой-то степени даже радовало. Мыслительный процесс — вообще сама по себе штука очень хорошая. Помогает разобраться в смысле своих действий и чувствах. Вот и они так же думали. Травология прошла не без приключений: наступив на собственную мантию, Невилл рассыпал целую корзину Прыгающих поганок, и весь оставшийся урок Рейвенкло с Гриффиндором собирали их по всей теплице. Те, кто быстро сообразил, воспользовались «Акцио» и «Аресто Моментум», некоторые «Ступефаем» лишь ещё сильнее разбросали убегающие грибы, но большинство предпочли ловить их своими силами. По итогу урока профессор Спраут попросила отнести собранных поганок Горацию, и Гарри охотно вызвался помочь. Вряд ли это хоть как-то поможет ему в той чёртовой миссии Дамблдора, но это явно лучше, чем ничего. Зельеварение прошло не хуже обычного. Симус, как всегда, подорвал котёл, Невилл снова уронил своих Поганок, а у Рона варево превратилось в огромного слизняка, который, вывалившись из котла, пополз в сторону Фэй, заставляя девушку с перепугу перевернуть свой котел на туфли Слизнорта. — Ох, ну, ничего! Всё равно все молодцы, уберите свои рабочие места и можете быть свободны, — тут же очистив себя от разлившегося зелья, констатировал профессор. — И, мистер… э-э… Уизли, слизняка своего заберите с собой.

***

День был в самом разгаре, коридоры, казалось, грозятся треснуть по швам от обилия студентов, вечно мчащихся куда-то по своим делам, а осенние облака на внутреннем дворике плыли необычайно высоко. Уроки немного взбодрили Поттера, состояние его уже практически полностью стабилизировалось, и это очень радовало. — Гарри, не хочешь сходить посмотреть на тренировку? — предложила Гермиона, пока все трое шли на обед. — Почему нет? — улыбнулся парень. — Тогда вам нужно поторопиться, потому что она начинается через пятнадцать минут. Лично я поем по дороге на поле, — предупредил Рон, что уже был в форме сборной. Взяв с собой пару сэндвичей, Гарри и Гермиона уселись на свои любимые места на трибунах, откуда открывался лучший, по их мнению, обзор. Людей было до неприличия мало, видимо, всем надоело присутствовать на тренировках, и они ждали настоящий матч. Недалеко от себя ребята заметили Лаванду Браун, которая не пропускала ни одной тренировки и то вскакивала, махая руками, то садилась обратно. — Ну, и что ты думаешь насчёт дуэли? — бесцеремонно начала она. — В смысле? — смутился Поттер, всё ещё не привыкший делиться о таком с кем-либо. — Ты видел, как профессор Снейп на тебя смотрел? Да он даже улыбнулся в какой-то момент! — Ну, дуэль и правда была хорошей, да и Снейп всегда хотел преподавать защиту. Не вижу ничего такого, — отмахнулся парень, но в сердце его засела толика надежды. — Зато я всё вижу. Может, он и сам ещё не понимает, но отношение к тебе явно начало меняться. Чёрт возьми, Гарри, да он даже согласился с тобой и не отчитал за проигрыш, — не унималась подруга. — Не знаю, мне кажется, ты слишком забегаешь вперёд. Лучше расскажи, как у вас с Крамом, — парень хитро улыбнулся, переводя тему теперь в неудобное русло для Гермионы. — Ох, ну, — растерялась она, заправляя волосы за ухо. — Да ничего такого. Мы много переписываемся, и иногда… ну, иногда переписки становятся более пикантными, — девушка заметно засуетилась. — Пикантными?! О чём это ты? — глаза Гарри округлились, словно начищенные галлеоны. — Зря я тебе сказала! Так, закрыли тему, — Грейнджер тут же откусила от своего сэндвича огромный кусок. — Ну уж нет, я хочу знать больше! — Да ничего такого! Просто иногда он пишет, что хотел бы меня поцеловать. Если я, конечно, позволю! — фыркнула девушка. — И ты позволишь? — улыбнулся Гарри, играя бровями. — А вот это уже не твоё дело! — прожевав, обиженно вынесла вердикт Гермиона. — Как скажешь, — рассмеялся парень. И почему все вокруг только об одном и думают? Разговоры на подобную тему в последнее время всё чаще стали его преследовать. Ну, или просто сам Гарри только сейчас стал так сильно заострять на этом внимание. После уроков Гарри с головой погрузился в домашнее задание, сидя в кругу друзей в Общей гостиной. Его накопилось не так много, но теперь парень старался сделать всё максимально хорошо, стремясь приблизиться по оценкам к Гермионе, что, кстати говоря, у него даже постепенно получалось. В гостиной было шумно. Кто-то играл в Плюй-камни, некоторые компании бурно что-то обсуждали, несколько парочек танцевали под оживлённую мелодию, а кто-то так же, как и Гарри, выполняли домашку. Несмотря на такую суматоху, было до мурашек уютно, особенно когда солнце понемногу начало садиться, заливая всё ярким персиковым цветом, в лучах которого хотелось утонуть. Глянув на время, он тут же подорвался, схватился за сумку и, попрощавшись с друзьями, выбежал через портрет Полной Дамы. Оставалось десять минут до дополнительного — ровно столько, сколько и требовалось, чтобы добраться до Подземелий. Чем ниже он спускался, тем прохладнее становилось, ведь про мантию он благополучно забыл, оставаясь в одной рубашке с закатанными рукавами. Гарри что-то буркнул себе под нос и на ходу начал пытаться развернуть рукав, но увидев, насколько он получается мятым, фыркнул и закатал обратно. «Лучше замёрзну насмерть, но буду хоть чуть-чуть опрятнее», — решил он. Проходя первый этаж, направляясь к лестницам, что вели в Подземелье, он услышал какую-то оживлённую беседу на повышенных тонах, что доносилась из приоткрытой двери класса. До ушей Гарри донеслось «…четверо на одного?! Да вы, я погляжу, смелые!» чётко сказанное голосом Малфоя. Парень уже прошёл этот кабинет, но всё же остановился на секунду, немного помялся на месте, выругался и пулей залетел к Слизеринцам. «Иногда нужно первому прервать бесконечный круг ненависти». Понятно было, почему именно этот кабинет они выбрали для стычки — он уже много лет пустовал за простой ненадобностью, поэтому никто не заметит погрома от драки. Помещение было завалено каким-то хламом, покрытым толстым слоем пыли. Здесь были какие-то вычурные огромные вазы, мятые коробки, покосившаяся стойка со сломанной ножкой, что удерживала чьи-то старые мантии, пару портретов, на которых все спали, и прочий хлам. От быстрого оценивания обстановки Поттера выдернул один из толпы. — О-о, Драко, что ж ты не сказал, что позвал своего любовничка? — зло усмехнулся Теодор Нотт. — А вы и вправду трусы, как про вас все и говорят, — прошипел Гарри. Внутри парня разгоралась злость. Как бы сильно он не презирал Малфоя, но нападать толпой на одного было нечестно, и с этим тяжело было поспорить. Не зря все они — дети Пожирателей. — Что ты сказал?! — зашипел в ответ Блэйз. Крэбб и Гойл в это время тупо озирались то на друзей, то на Драко, то на Гарри. Казалось, что они не понимают абсолютно ничего, что происходит, и готовы в тупую повторять за Ноттом и Забини, и в этом они действительно пугали. — Повтори, очкарик, — Блэйз сделал шаг на встречу гриффиндорцу. — Да ты и так уже наполовину труп! Драко не выглядел напуганным, но и нападать первым он не собирался, ведь так бы он взял на себя ответственность и вину за стычку. — Я сказал повтори! — крикнул Забини, и из его палочки тут же вылетело проклятие, которое разбилось о «Протего». Гарри и Драко выставили палочки, четверо друзей поступили также: Крэбб и Нотт на Малфоя, Гойл и Блэйз на Поттера. «Значит, будет драка» — стоило этой мысли пронестись в голове у парней, как совсем не детские проклятия стеной полились на обоих. Гарри не успевал ничего сделать, кроме как ставить себе щиты, у Малфоя, похоже, дела обстояли также, но через секунду послышался короткий крик и глухой удар. Повернув голову, Гарри увидел распластавшегося на полу Драко, в которого летело очередное проклятие. Не думая ни секунды, он кинул «Ступефай» в Теодора и тут же пропустил «Эверте Статум», переворачиваясь в воздухе и падая на живот. Тут же сверху на него полетели осколки стёкла от огромной резной вазы, которой достаточно было для этого немного пошатнуться. Нос загорелся дикой болью, а по губам и подбородку потекло что-то вязкое. Спину будто бы пронзило тысячью ножами. — Пойдёмте, парни. Хватит на сегодня с них, — скомандовал Блэйз и все четверо трусливо вышли из класса, оставляя покалеченных однокурсников. Гарри перекатился на бок и попытался привстать, облокачиваясь об стену, но тут же прошипел от боли. Голова шла кругом, тело ломило, но хуже всего было то, что он опоздал на дополнительные и, скорее всего, пропустит вообще, пока ему не обработают все раны в Больничном крыле. «Опоздание засчитаю за отказ» — строгим голосом пронеслось у него в голове. Малфой, что тоже отполз к стене, уже практически пришёл в себя и делал попытки подняться. Посмотрев, что с Поттером относительно всё в порядке (живой, и на том спасибо), он, пошатываясь, поплёлся к выходу. — Поттер, — уже возле самой двери тихо окликнул Драко. — Спасибо. Гарри слабо улыбнулся в спину слизеринца. Страшно было представить, что эти четверо могли сделать с ним тут. Парень не жалел, что в итоге решил помочь. Раны быстро заживут, а Снейпу можно постараться объясниться. Хоть бы он только всё понял.