Домик у озера.

И все-таки в уединении больше плюсов, чем минусов. И одним из этих плюсов является то, что можно просыпаться от пения птиц и шума деревьев за окном, а не от того, что по тебе скачат твои, обожаемые всем сердцем, отпрыски. Дженсен сладко, до хруста в суставах, потянулся и, повернувшись на другой бок, стал смотреть в окно. Верхушки деревьев слабо колыхались от ветра, где-то далеко дятел уже начал свой трудовой день, добывая себе пропитание, а белка, прыгнувшая на карниз, мельком взглянула в окно и убежала по своим делам. От созерцания прекрасного, его отвлëк запах кофе и свежеприготовленных блинчиков. Он вылез из-под одеяла и как был, в боксерах и футболке направился в ванную, после чего спустился вниз, сладко зевая на ходу. Миша, который, как обычно, проснулся раньше, хозяйничал на кухне. Он стоял спиной к лестнице и разливал кофе по чашкам. Эклз тихонько подошёл сзади и запустил ему руки под одежду, с наслаждением проводя ладонями по груди и животу и медленно спускаясь ниже. Он уткнулся носом в растрёпанные, еще слегка влажные после утреннего душа волосы и с наслаждением вдохнул такой знакомый аромат персиков. По лёгкому напряжению мышц живота, он понял, что Миша усмехнулся. - Может сначала позавтракаем? - Я хочу тебя на завтрак. - Дженни, пожалуйста, вытащи руки из моих штанов, пока я кофе не пролил. -Да брось ты его, я потом уберу. Миша осторожно развернулся и заведя руки за Эклза, аккуратно поставил чашки на кухонный стол. А тот свою очередь прижался к нему вплотную и с придыханием прошептал ему в ухо: - Ну я же чувствую, что ты тоже не прочь отложить завтрак. Коллинз молча обхватил его голову руками и захватил губы в поцелуй. - Ты сам напросился! Он развернул и прижал Мишу к столу, так, что тому больше некуда было пятится и просунул колено между его ног, ещё теснее прижимаясь к его возбуждению. Стараясь не отрывать губ от Мишиной шеи, Дженсен потянул его футболку вверх, чтобы стянуть через голову, при этом пытаясь ещё сильнее прижаться к нему, хотя итак между ними не было и миллиметра пространства. В итоге кухонный стол не выдержал напора двух разгоряченных тел и сдвинулся, кофе выплеснулся из чашек и... - Ай, Дженс! - напиток уже не был обжигающе горячим, но всё равно, когда твоей пятой точки касается далеко ещё не тёплая жидкость, да ещё и через одежду- ощущение не из приятных! - Горячо! Миша машинально попытался оттолкнуть его, но в первое мгновение Дженсен даже не понял в чем дело. А когда до него дошло, он сам схватил его и потащил в небольшую душевую на первом этаже. Она была специально задумана, чтобы после купания в озере не тащится в мокрой одежде на второй этаж, а сразу можно было спокойно принять душ и переодеться. Лично раздев пострадавшего, Дженсен втолкнул его в душ под тёплые струи воды и стал крутить осматривая повреждения. - Сильно обжёгся? Миш, прости, я не думал, что так получиться. Прости, пожалуйста. - Поэтому, я всегда говорю, что никакого секса, на кухне, слишком много потенциальных опасностей. - беззлобно, сквозь плохо скрываемую улыбку ворчал Коллинз, ему была более чем приятна такая забота. - Прости, милый. - он нежно поцеловал, чуть более розовую, чем окружающие, полоску кожи. Потом ещё раз, и еще один, и еще несколько. Миша окончательно расслабился и стоял уткнувшись лбом в плитку, наслаждаясь и ожидая, что будет дальше, в то время как Дженсен, увлёкшись, начал подниматься поцелуями вверх по спине. Добравшись до шеи он направился губами к щеке, зная, что тот не выдержит и повернётся в его сторону. Так и произошло, но выражение лица Миши оставалось отстранённо-безучастным (с каким же трудом это ему давалось). Эклз развернул его к себе всем телом и прислонился лбом к его, не отрываясь, глядя в глаза. В который раз внутренне приходя в восторг от их возможности менять цвет от бледно-голубых, почти серых, до темно-синих, практически чёрных, как воды океана перед штормом. А капли на ресницах делали их сейчас какими то сказочными, нереальными. Даже морщинки у глаз напоминали сказочную паутинку. Вода, льющаяся на их головы была тёплой ровно на столько, чтобы не доставлять дискомфорт обожжённой коже, но и не настолько прохладной, чтобы замёрзнуть. Она согревала и создавала эффект кокона, ограждающего их от остального мира. Одежда Дженсена уже давно намокла, но он совершенно не придавал этому значения, продолжая наступление. Он поцеловал Мишу в щеку, не отрываясь, переместился к уголку губ, оставив там лёгкий поцелуй, затем на подбородке, прошёлся по всей длине шеи, ключицам, стал покрывать поцелуями грудь и живот, не забывая руками повторять весь пройденный путь. Когда смотреть вверх на Мишино лицо стало невозможно из-за падающей сверху воды, он просто закрыл глаза и погрузился в свои ощущения. За столько лет, Дженсен изучил любимое тело до мельчайших подробностей и действовать вот так, на ощупь губами, по наитию, в данный момент казалось самым правильным. Добравшись до тазовых косточек, он оставил на каждой из них по маленькой отметине. Улыбнулся, чувствуя щекой, что любимый совсем не против его действий, более того, он всеми частями тела был ЗА, хоть и старался не показывать этого, но организм выдавал его абсолютно. Эклз обхватил руками его бёдра и провёл горячим языком по всей длине члена, после чего обхватил головку губами и прошёлся кончиком языка по кругу. Сверху послышался то ли всхлип, то ли стон, и длинные тонкие пальцы коснулись его головы. Дженсен улыбнулся, насколько позволял занятый делом рот, он знал как расшевелить своё сокровище. Что бы не беспокоило любимого, он обязательно это выяснит и они вместе разберутся с этим. А пока он хочет продолжить то, о чем думал с самого момента пробуждения, заставить Мишу стонать от наслаждения, эти звуки он готов был слушать вечно. Он начал двигаться неспешно и даже немного осторожно, с каждым новым движением беря в себя всё больше и больше любимого тела, так он и сам подготавливал себя к полному погружению и не давал Мише быстро потерять контроль. От ощущения пальцев Миши в волосах хотелось по кошачьему замурчать, но он сдержался, только негромко застонал, втянув щеки и передавая лёгкую вибрацию по стволу партнеру. По глухому удару сверху, он понял, что Коллинз, с несдерживаемым стоном, откинул голову назад и стукнулся затылком о кафель. - Джеееенниии.... Внутренне усмехнувшись Дженсен начал увеличивать темп и глубину заглатывания. С закрытыми глазами он наслаждался не столько самим процессом, сколько издаваемыми наверху звуками. И вот, когда ноги Миши стали слегка подрагивать, говоря о том, что он уже близко, Дженсен почувствовал, как его практически за волосы отрывают от такого всепоглощающего занятия и тянут вверх. Он с какой-то даже неохотой всё таки поддался и не пожалел об этом. Его губы тут же были захвачены в плен. На этот раз уже Миша взял инициативу в свои руки и развернувшись, припечатал Дженсена спиной к стене. Он сминал, слегка кусал и посасывал по очереди, то верхнюю, то нижнюю губу. Одновременно пытаясь стянуть с него промокшую футболку. Когда ему это удалось и она была отброшена в угол, он тоже самое сделал с его боксерами. Теперь два обнажённых тела были так плотно прижаты, что казалось готовы были растворится друг в друге. Руки блуждали по знакомым изгибам, губы и языки сливались в единое целое. Болезненно возбуждённые члены терлись друг о друга . Миша обхватил их вместе и стал двигать рукой вверх- вниз, но чего то не хватало. Он протянул руку и на ощупь нашёл на полочке баночку с силиконовой смазкой (то, что надо в душе и скользит шикарно и водой не смывается быстро). Дженсен усмехнулся, отмечая ещё один плюс их секретного гнездышка, смазка в этом доме находилась в самых неожиданных местах, в большинстве выдвижных ящиков, кто знает, где на них нападёт страсть - всё было под рукой. Открыв колпачок, он не жалея, налил смазку сразу на оба члена и опять накрыл их ладонью. Движения стали куда более плавные и менее дискомфортные. Дженсен откинул голову назад, закрыл глаза и закусил губу, стараясь сдержать стон. Но Мишу это совершенно не устраивало, он опять приник к любимым губам и почувствовал, как одна рука Дженсена пробралась в его волосы, а вторая, перестала сжимать его ягодицу и переместившись между ними обхватила их с другой стороны. Касаясь руками, они стали двигаться в унисон всё ближе и ближе приближая друг друга к финишу. Понимая, что уже на пределе, Дженсен открыл глаза и по сбивающемуся дыханию и затуманенному взгляду Миши, догадался, что тот тоже вот-вот перешагнет за грань. - Мииииишшшш.... - Эклз кончил первым, уткнувшись лбом Мише в основание шеи. - Джееехххххссс... - что-то членораздельное тот произнести уже был не в состоянии, финишируя следом, отстав буквально на пару секунд. Оба сползли по стеночке и какое то время сидели молча на полу, пока вода льющаяся на них, смывала все следы с их тел. - Прости меня, Миш. - Дженсен положил голову ему на плечо. - За что? - тот в ответ коснулся его головы своей. - За кофе...за то, что ты обжёгся... - Разве похоже, что я сержусь или обижаюсь? - Нет, но я чувствую себя виноватым. - Считай, что ты искупил свою вину. - Коллинз повернулся и поцеловал того в мокрые волосы. - Разве я могу обижаться на моё конопатое солнце!? - Я безумно люблю тебя... - Дженсен прижался губами к его плечу. - И я тебя, не меньше... - Может позавтракаем тогда? Снаружи так вкусно твоими блинчиками пахло. - зелёные глаза с надеждой глядели в небесно-синие. - Ты ведь сказал, что хочешь меня на завтрак... - Миша криво усмехнулся. - Ну, а ты не дал мне закончить начатое - поэтому докармливай - Дженсен усиленно пытался сохранить серьёзное выражение лица, но надолго его не хватило. Расхохотавшись он встал и помог поднялся Мише, после чего, наскоро ополоснувшись, они, наконец вышли из душа, достаточно счастливые и голодные. Блинчики грустно ждали их на столе.