Эмоции

Эмоции - это не плохо. Они абсолютно нормальны для человека. С их помощью люди выражают то, что они хотят донести более ярко, чем с помощью жестикуляции. Проявление этих самых эмоций не должно быть кем-то обсуждаемо и осуждаемо, потому что в этом нет ничего критичного. Они же никому не мешают, верно? Да, и это определенно не та ситуация, в которой Коулу нужны были эмоции. Точнее, не так много. Ему хотелось в это поверить. Вот правда, очень хотелось. Однако не получалось убеждать себя в этом, когда Ллойд сказал, что это Джей пересолил его блюдо ради того, чтобы оно не было "пресным". Тогда он был слишком.. Просто слишком. Эмоции не должны были быть такими яркими. Но его организму было искренне наплевать, что там думал Коул, потому что в определенный момент он обнаружил себя ужасно озлобленным и огорченным одновременно. Верить в то, что он пришел к такому состоянию из-за стряпни не хотелось и не получалось, сколько бы он не старался понять, почему так. И Баккет совсем не обратил внимания на то, что это состояние быстро улетучилось, когда им раздавали поручения на пару с Зейном. Эмоции - это не плохо, правда? Конечно, нет. Только не когда они мешают битве с поехавшими серпентинами, которые собираются возродить самую опасную змею в мире, а один из них схватил твоего друга, душа своим массивным хвостом, не так ли? Тогда он ужасно взбесился. И это было бы почти очевидной реакцией, если бы он чуть не срубил змею голову, а сам не попал бы под острый клинок ползучего, попутно (правда) стараясь помочь с флейтой. Ему же нужно было отвлечь конгстригтая от удушения им Зейна, чтобы тот мог сыграть на флейте. Тогда почему он застыл, когда услышал слабый болезненный "Ох" со стороны напарника? Баккет предпочел бы не знать, но ответ лежал на поверхности. Эмоции. Слишком много эмоций за один раз. Немного легче стало только после того, как они наконец-то вернулись на корабль, закончив со змеями в канализациях. Тем не менее, он все ещё чувствовал себя ужасно уставшим из-за психологического груза, который не отставал от него. Хотелось упасть куда-то в море. Или в снег. Обычно от такого состояния Коулу отлично помогало что-то сладкое или чай. Однако, когда он открыл холодильник его разочарованию, раздражению и отчаянию не было предела: ничего, что содержало бы глюкозу или сахарозу, не было. Ещё хуже Баккету стало после слов Сенсея Ву о том, что зелёного чая так же не осталось. Вот теперь он точно хочет похоронить себя где-нибудь, пока хуже не стало. Пока этот груз не стал ещё тяжелее давить на голову и не довел до звона в ушах. Кажется, утром он хотел перечитать письма, которые ему отправлял отец, думая, что он учится в той музыкальной школе. От этой идеи Коул быстро отказался. Ему очень хорошо известно, как сильно отец любит эмоциональные речи и может доводить до истерии одним словом, поэтому было решено сделать это завтра. Или послезавтра. Баккет постарался взять себя в руки и тихо двинулся по коридору, стараясь не создавать лишних звуков. Дойдя до комнаты, он сначала не понял, куда именно пришел. Швабры, метлы, ржавое ведро.. Подсобка? Как он вообще пошел в противоположную сторону от их комнаты? Коул ненадолго закрыл глаза, постоял так пару минут, слыша лишь свое дыхание и громкий смех ребят из кухни. Ния сказала, что отправит кого-нибудь за продуктами в круглосуточный в Ниндзяго-сити. Он был безумно рад, что она его поняла. В этот момент Ния была почти самым прекрасным человеком в мире. Почти. Наконец дойдя до комнаты и открыв дверь его встретила не привычная из-за отсутствия напоминаний открыть окно духота, а приятный ночной воздух. Прохладный. Именно такой, какой нужен ему сейчас. Однако сильно лучше ему не стало. Наоборот, голова становилась тяжелее, затылок пульсировал, а лоб хмурился без его желания, создавая неприятные ощущения купе со всем остальным. Коул рухнул на кровать, даже не думая, чья она. В любом случае, ему сейчас нужнее. Эмоции - это не плохо. Это ужасно. И Коул Баккет в этом убедился на все сто, тысячу и миллион процентов. От этого не легче. Единственное, что его успокаивало - это холод из окна и мягкость матраса, на котором он лежал. Что ж, сейчас ему уже легче. Однако вставать и идти на свою кровать он даже не думал. Если это спальное место Джея - то это месть за побитый им рекорд. Да, именно так он и скажет. За размышлениями его потянуло в дрёму и Коул пропустил момент, когда дверь мягко открылась, впуская шумные звуки и кого-то ещё. Сил разговаривать не было, не то что встать, поэтому он просто притворился спящим. Хотя, в целом, он был на полпути к этому. Он ожидал, что вошедший просто ляжет на одну из свободных кроватей или уйдет на кухню к остальным, но этот кто-то явно не читал его мыслей. Баккет услышал шаги к своей кровати и приготовился к тому, что его будут прогонять. Голову почему-то снова сдавило железным кругом и он поморщился, словно во сне ему было плохо. Хотя лучше бы это и правда был сон. Однако то, чего он совершенно не ожидал ни во сне, ни в реальности - это чувства холода в области шеи и затылка. В этот момент Коул боялся как бы ему не вдохнуть так, чтобы не подавиться. Ему делали.. массаж? Он точно все правильно понимает? Хорошо, что в темноте его дрёмы было не видно ярко пылающих щек. Он понятия не имел, что его чувственная зона именно там и сейчас стоило закусить и язык, и губу, а желательно - провалится под землю, просто чтобы не начать стонать от прятного чувства. Руки массажирующего были непривычно холодными. А этот холод - непривычно успокаивающим. И, либо Коул уже начал сходить с ума, либо ему и правда показалось, что он такое уже однозначно чувствовал. Думать об этом он даже не смел. Да и не успел, потому что руки плавно переместились на верхнюю часть спины. Что ж, так легче. Черт. Рука неизвестного проделала путь от четвертого позвонка до затылка, а от него - до макушки. Зачем он подумал, что все прекратилось? Если этот человек и правда читает мысли, то делает Баккету на зло. Однако слишком долго думать об этом ему не позволили ощущения от прикосновений. Такие нежные, совсем лёгкие. Жар с его щек медленно переходил на шею. Сколько это могло бы продолжаться он не мог сказать, потому что заснул после нескольких секунд. Коул обязательно запишется к нормальному массажисту. Или попросит того, кто сделал ему массаж. Второй вариант кажется ему смущающим. Ужасные эмоции играют с ним и его фантазией, но сил на это у него нет.

***

На утро боль не возвращается, как это обычно бывает, легкой мигренью. Её вообще нет. И, вроде бы, этому нужно быть настороженным, но Коулу искренне на неё плевать. По крайней мере, пока он не вспоминает, что уснул на чужой кровати. А ещё про вчерашнее. Яркий румянец снова заливает щеки, а он осторожно поднимается с кровати и не понимает, как его чистое боевое кимоно оказалось сложенным на тумбе рядом. Но то, что его поражает больше - это пирожное и коробка с зелёным чаем. Именно с тем, который он пьет. И пока Баккет думает о том, что сошел с ума, видит совсем рядом записку. Приглядываться не приходиться, четкие, грациозные иероглифы выглядят на бумаге как журавли и он удивляется такому сравнению. У него всегда такой поэт жил внутри? " Доброе утро. Надеюсь, ты выспался. Я заметил, что ты устал, поэтому быстро привел в порядок твое кимоно, если ты не против. Ния попросила меня купить тебе чего-нибудь. Я правда просил ее конкретизировать, но она даже понятия не имела, что тебе нужно, поэтому я взял то, что ты обычно ешь. Надеюсь, ты не против. Ах да, насчёт меня не переживай - я спал на другой кровати. Хочу верить, что ты хорошо отдохнул после того массажа.." -

Коул медленно сглотнул, но продолжил читать. " Будить тебя мы не стали. Ты достаточно устал после вчерашних битв, так что все в порядке. Утреннюю тренировку ты пропустишь, но не думаю, что это будет проблемой. Ты в любой момент можешь отработать ее со мной. Кстати, возможно, я приду немного раньше других, но ты можешь пока не уходить с моей кровати. Не знаю, можно ли такое писать, но ты красиво краснеешь. "- Он все-таки поперхнулся воздухом. А хотелось вызвать у себя хотя бы инсульт, чтобы не думать больше о том, что этот неизвестный знал, что Коул не спал. - Мерзавец,- тихо произнёс он, снова отчаянно пытаясь не краснеть.

"Не волнуйся насчёт этого. В любом случае, тебе очень идёт. Если что-то будет нужно, то просто попроси. Искренне твой, Розочка"

Так. Это уже не смешно. Теперь ему правда хотелось вызвать себе инсульт. А ещё удариться головой прямо об камень. Сердце тоже решило, что умереть сейчас - самое лучшее решение, и видимо, пыталось перегнать собственный темп, выскакивая из груди. Волнение, смущение, стыд - Баккет уже не был уверен, что это не одно чувство. Это был Зейн. Он взвлыл. Сейчас Коул окончательно проклинал свои эмоции. Нужно было успокоиться. Что ж, каким бы ужасным он ни был, пирожное он ест. Ему определённо нужнее, чем Джульену. Как так вышло? Хотелось не задавать себе этот вопрос. Да, теперь он абсолютно точно признает, что Зейн ему симпатичен. Однако это совершенно точно не тот вывод, который ему нужно было сделать. Зато теперь сходятся холодные руки и чистое кимоно. А о массаже его тоже попросила Ния или он сам решил? Думать об этом можно было долго, если бы не шаги за дверью. Голосов не было, значит, что идёт кто-то один. Учитывая то, что в записке Зейн писал, что придет с тренировки раньше, чем остальные, Коул не хотел думать, что это мастер льда. Господи, кто угодно, только не он. Может, у него получиться вызвать инсульт? Баккет дал мгновенный ответ. Не получиться. По крайней мере, он уже не будет незамеченным. Дверь открылась, а он лишь надеялся, что под ногами разверзлась пропасть, в которую онсможет упасть. На пороге стоял мастер льда. - Доброе утро, Коул,- он произнёс это со всей возможной доброжелательностью, но Баккет прекрасно понимал, что быстро от ответов он не уйдет.- Все в порядке? Ния говорила, что у тебя в последнее время проблемы со стрессом. "И именно поэтому ты позволил мне заснуть в своей кровати?" - Доброе утро,- говорить его имя было слишком смущающе и единственным желанием, которое сейча звучало в голове у мастера земли - это чтобы его ярко красные щеки не было видны издалека,- Не волнуйся за меня! Все в порядке, Зейн. Спасибо, что не прогнал меня со своей кровати. Он мягко улыбнулся и подошёл ближе. Господи, нет, пожалуйста. - Ты уверен? - Почему я должен быть не уверен?- отвечать вопросом на вопрос было, наверное, не совсем вежливо, но он не успел придумать ничего лучше, когда Джульен сел рядом с ним. Близко. - Ты выглядишь растерянным,- задумчивый взгляд Зейна беспокоил и волновал. Что может быть хуже, чем то, что происходит сейчас?- Скажи, Коул,- по придвинулся ближе и, словно невзначай, положил ему руку на лоб - Ты не болен? Или, возможно ты смущён тем, что я сделал тебе массаж вчера? Слишком близко. А ещё эмоции постепенно выходят из под контроля. - Т-ты удивительно проницателен, Зейн,- он постарался отодвинуться назад, но его спина быстро встретилась с деревянной поверхностью, - Я не болею, просто думаю о.. вчерашнем. - Тебя это смущает? - Зейн взял его руку в свою. - Да. - лгать ему не было смысла, а если он и был, то Коул его нагло проигнорировал. Сердце билось слишком быстро. - Я не знал, что настолько чувствителен.. там. - Подожди,- Джульен приблизился, хотя он думал, что ближе уже быть не может. Слишком. - Так тебе не понравилось? Стоп, что? Как ему помочь в голову эта мысль? Коул отрицательно замотал головой и постарался освободить свою руку. Хотелось сказать что-то достаточно адекватное, но то, что выпалил он, едва дотягивало до отметки "по-человечески". - Н-нет! То есть, да, мне понравилось, но...- Баккет положил руки на плечи Зейна - Мне никто такого не делал, а ты мне нравишься, этому я смущен и говорю глупости. Секунда. Две. Три. До него дошло то, что он сейчас сказал в лицо Джульену. Он сказал, что ему нравится Зейн. Он понятия не имел, насколько красное его лицо и шея, потому что смотрел только на него. А у Джульена было ошеломленное выражение лица и радость в глазах. - Тогда позволь мне тоже сделать глупость, Коул,- этот тон он слышал впервые и не понимал, что от него хотят. Баккет вообще ничего не понимал. И под взглядом Джульена медленно кивнул,- Имей ввиду, что я знаю, когда ты не спишь, дорогой. Дорогой? Однако рассуждать он не смог, потому что их лица слишком быстро оказались на расстоянии одного дюйма. А потом он почувствовал прикосновение чужих губ на своих собственных. Холодные и мягкие. А внутри Коула совсем не безмятежность и лёгкость, а настоящий взрыв. В сердце как будто восстал из пепла феникс, а он лишь надеялся на то, что кислород в легких бесконечный. Целовался Зейн слишком хорошо для первого раза и от таких мыслей в его животе летали бабочки. Он очень хотел верить, что эти самые бабочки не превратятся в подъемный кран и у него не начнет тянуть ниже живота. Из-за рассуждений Баккет пропустил момент, когда Зейн углубил поцелуй и повалил его на матрас. Он оказался снизу и молился, чтобы это не заканчивалось. Но кислород все таки закончился и они наконец-то оторвались друг от друга. Зейн тоже упал на кровать. Они оба пытались отдышаться, а в голове Коула была настоящая агония. Возможно, это могло бы быть шуткой, если бы он не знал Джульена. Особенно то, что он не умеет шутить. - Единственное, что я тебе не сказал, - слышать его хриплый голос было последним, чего бы мастер земли хотел в жизни. Пожалуйста, хватит. Это и так слишком хорошо.- Я не спал в другой кровати. Ему снова понадобось несколько секунд для осознания того, что они спали месте. Они с Зейном спали в одной кровати. Он закрыл лицо руками и взвыл, а Зейн рассмеялся. - Смешно тебе, да, извращенец?- наигранно раздражённо прошипел Баккет убирая руки и поднимаясь с матраса.- О, конечно. Наивный Коул Баккет переспал с мастером льда - вот это смешно , правда? - Нет, не смешно, - Зейн во мгновение оказался снова близко к его лицу, и думать о том, что сейчас снова повториться поцелуй Коул не хотел. Если только совсем немного.- Если ты захочешь переспать со мной, я ни в коем случае не стану смеяться. На этот раз ему не нужно было время для осознания того, что сказал Джульен. - Замолчи! - он кинул в него подушкой с его же кровати и пошел к выходу из комнаты. Он снова услышал смех и только улыбнулся. Едва взглянув на себя в зеркало он понял, что приводить себя в порядке придется долго. Растрёпанные волосы и слегка опухшие губы. Что ж, Зейн обязательно получит за все то, что он натворил. Единственное, чего он не учел - это возможности того, что их могли услышать. За дверью стояла Ния. И на этот раз Баккет посчитал ее своим самым большим страхом. - Пожалуйста,- она гроздным взглядом посмотрела на Коула, а потом ткнула ему в грудь своими тонким указательным пальцем,- Будьте тише. Вам очень повезло, что сейчас здесь только вы и я. - Ния, Я умоляю тебя..- Она перебила его и улыбнулась. - Все в порядке. Просто я не хочу оправдываться за ваш шум, хорошо? - ему хватило сил только на кивок, а Ния рассмеялась, развернувшись чтобы уходить, бросила - Обращайся, если нужен будет массаж, направлю именно тех, кто тебе так нужен! Она спустилась по лестнице вниз, а Баккет медленно посмотрел на Джульена. - Это тоже была часть плана? - Нет. Я сам хотел купить тебе подарок. Коул уставился на него, хлопая глазами. - Я хотел признаться ещё вчера.- он взял его руки в свои и, поцеловав парня, произнёс,- Я люблю тебя, Коул. Он знал, что ответить. Хотя, "чувствовал" подойдёт лучше. - Я тоже люблю тебя, Зейн. В этот день он понял, что эмоции - лучшее, что с ним случалось.