Du weißt nicht, was Liebe ist

Уже на втором этаже Ома завел парня в комнату и усадил на диване. Сидя на мягкой поверхности, Шуичи даже удалось расслабиться, ведь у него дома стояла лишь жесткая кровать и пара стульев на кухне. Хотя большего ему и не было нужно. — В общем-то, располагайся как-нибудь, — Кокичи оперся спиной о стену. Парни о чем-то заговорили, найдя для себя общую тему. Когда фиолетововолосый говорил о кражах и подобном, Сайхара чуть хмурился. Он почти забыл, с кем имеет дело, ведь воришка был так мил, с ним интересно вести диалог. Так же детектив отвлекался на Ому в целом, точнее говоря, на его тело. Кокичи выглядел достаточно хрупко со стороны, точно куколка, однако если слегка присмотреться, можно точно сказать, что он парень. Прогиб в пояснице, руки в карманах брюк, кадык на шее... Шуичи рассматривал все это достаточно пристально, что и сам воришка давно заметил, однако решил не делать замечание. Сайхара особенно засматривался на руки Кокичи, когда тот доставал из кармана какую-то коробочку, или когда брал карандаш, начиная вертеть его между пальцев. — Ома, могу я узнать, что это у тебя в руках? — Сигареты. — Ты куришь? — Не особо, — пожал вор плечами, положив коробочку сигарет на стол. — Ого, — детектив встал с дивана и подошел к столу, посмотрев на упаковку. — Дорогие, немецкие... Мой дядя приносил такие пару раз. — Хм? То есть, ты в этом разбираешься? — Не на своем опыте. Откуда они у тебя, к слову? У нас их не продают, а для не особо курящего уж больно ты заморочился, чтобы достать их. — Все достаточно просто, я как раз оттуда. И пачка эта пуста, она старая. — Вот как... — Шуичи никак не мог догадаться, что Ома немец. Хотя теперь он заметил, что речь парня звучит несколько грубо. — А твоя.. сестра? — Японка, по крайней мере я вижу ее так. Она больше похожа на отчима. Я бы больше предпочел быть похожим на отца, а не на мать. — Фиолетововолосый приложил руку ко лбу, прикрывая глаза и морща лицо. — Могу я предположить, твой отец был немцем? Если так, то почему у тебя такая фамилия? — Ты не в курсе? Это фамилия матери, не отца. Там все работает несколько иначе. — Кичи сел на диван, складывая ногу на ногу. — Но давай ты расскажешь что-нибудь о своей семье, о себе. Чего ты из меня все выпытываешь? Однако, Сайхара ничего не ответил, на удивление. Ему было нечего рассказывать. Родители скинули его на дядю, у которого и так времени не было, а потом они и вовсе умерли. В отличие от собеседника детектив был простым японцем, как сам считал, не имел никаких отчимов, мачех, сестер или братьев. В целом Шуичи считал себя скучным и бесполезным. Он сильно помрачнел, уперевшись в стол руками. Ома встал и подошел, положив руку парню на спину, как второй вздрогнул от неожиданности, ведь слишком погряз в своих мыслях. — Точно! Ты же сказал, что тебе «есть, что мне предложить», когда мы сюда шли, разве нет? — Расслабься, это был лишь предлог, чтобы ты пошел сюда. Вряд ли ты бы сдвинулся и на сантиметр, расспрашивая о моей сестре, а потом и обо всем остальном. — Ох.. Ну, хорошо... — Снова повесил нос детектив. Вздохнув, парень задал несколько странный вопрос, — ты умеешь петь? — Хмм? Нет, не умею, — отмазался Кокичи, заводя руки за голову и укладываясь на спинку дивана. Харука слушала их разговор, стоя за стеной. Она успела успокоиться. Слушая брата, девочке казалось, что он ненавидит всех в семье, кроме собственного отца. В какой-то степени так и было. Также Харука заметила, что Ома кое-что не договорил, ведь в семье был еще и брат, при чем тоже от первого брака их матери, возраста Кокичи. Однако, в конце концов она открыла дверь и зашла, складывая руки на груди и хмуря брови. — Зачем ты врешь? Ты умеешь петь. — З-закройся! — Вдруг Кичи занервничал, вскакивая с дивана и хватая сестру на руки, вынося из комнаты. — Ну зачем... — Пусть послушает. Тебе жалко что ли? — Я оторву тебе уши после этого... — Ома поставил девочку на пол, — давай, вперед. Иди к себе в комнату лучше. Харука насупилась, уходя вниз по лестнице в свою комнату. — Ага, так ты солгал. — Давай ты не будешь заставлять меня это делать. Я правда не умею. Она просто.. Эх, у нее плохо со слухом. — У тебя хорошо, в таком случае? — Усмехнулся Сайхара. — Тыы... Чего ты добиваешься, детектив, м? — Зашел парень в комнату, запирая дверь и подходя ближе к синеволосому. — Ома, подожди! — Ухмылка пропала с лица Шуичи, щеки снова налились краской, парень уперся рукой в грудь вора, чтобы держать его на расстоянии. — М? — Второй посмотрел на руку детектива, останавливаясь на месте. — Ты подходишь слишком близко. Мы... не так близки, чтобы... — Да-да, — вздохнул Ома, отходя назад. — Расслабься, вряд ли мне хватит сил сделать что-то против детектива, — усмехнулся он. — Хотя, нет, вру. Слегка нервно и сдавленно Сайхара тоже усмехнулся словам Кичи. Он посмотрел в пол, категорически отказываясь смотреть выше, пока вор не сядет куда-нибудь или не отойдет еще дальше. Кокичи сел на диван, указывая детективу на стул у стола. — Так.. ты споешь? — Если тебе не понравится, то ты сам виноват, — четко обозначил фиолетововолосый. — Но также нужен и какой-нибудь инструмент, чтобы звучало приемлемо, так что... — Я вижу гитару в твоем шкафу. Отмазка Кокичи и в этот раз не сработала. Он взял гитару в руки и начал играть что-то, затем послышалось пение на языке, которого Шуичи не понимал. Это был немецкий. Отец воришки очень любил группу, исполнившую эту песню, поэтому сам Ома знает достаточно. Кажется, парень даже увлекся, когда детектив несколько удивленно слушал. Этот вор, несомненно, был очень необычным. Однако не сказать, что он умел много. Да, конечно, пел Кокичи красиво, играл тоже, но может ли он что-то еще? Единственный способ узнать, это увидеть своими глазами. — Ну что? Доволен? — Это было... удивительно... — Естественно, — самодовольно ухмыльнулся парень, что буквально недавно отзывался о своем пении не очень хорошо. — Тогда я солгал, признаю. — Кокичи... Время подходило к вечеру, парни спустились вниз, на кухню, заварили себе пару напитков, к ним присоединилась и Харука. Оставшееся время Ома играл и пел, пока его сестра тихо подпевала, а детектив с улыбкой слушал. Было так весело, что он забыл обо всем. О разногласиях между ними, о проступках плута. Шуичи забыл титул Бледной Сороки, теперь для него существовал лишь Кокичи Ома. Стыдно будет перед всеми, кого знает Сайхара, его репутация, как детектива, явно опустится ниже плинтуса. Вечером разговор снова подошел к теме семьи вора. Харука не была о их семье такого же мнения, что ее брат, ведь она любила всех, даже мать. — П-подождите, пожалуйста, сейчас.. — Шуичи вдруг кто-то позвонил. Это был его хороший друг, Момота Кайто. Ома замолчал, как и девочка. Как вдруг в трубке они услышали очень знакомый голос. Лицо вора побледнело еще сильнее, он чуть с ума не сошел. Харука выглядела более радостно, ведь знала о Кайто чуть меньше. — Э-эм, видишь ли, я тут не совсем один.. — Сказал детектив в трубку. — Да? С кем это ты там? — Спросил голос по ту сторону трубки. — Ребят..? — Сайхара, ты знаешь этого человека..? — Нахмурился Кокичи. Он сейчас не очень осознавал ситуацию. — А? — Момота не особо понимал, что происходит, не узнавая чужой голос. — Кокичи, все нормально..? — Стоило Шуичи спросить это, как на него набросились со всех сторон. — Дай телефон! — Вдруг Ома подобрался ближе к парню. — Кокичи?! — Удивленно вскрикнул Кайто. — Ты сейчас с ним, серьезно?! — П-подожди! Я понимаю, что он.. — Н-не в этом дело, Шуичи, я должен тебе кое-что рассказать... — Голос по ту сторону трубки стал чуть спокойнее. — Проблема в том, что... Правда оказалась более шокирующей для детектива, чем можно было ожидать. Он подумать не мог, что его лучший друг и человек, за которым носится вся полиция города — братья. При чем родные. Больше всего Кайто походил на отца, чему Ома завидовал всю жизнь. При этом Момоту выбросила в приют мать, откуда потом его забрала пожилая пара. Именно потому и фамилия у них отличается. Как так получилось, что сразу у всех троих разные фамилии, характеры, ценности... Никто в здравом уме не предположил бы, что они родственники. — Шуичи... Прости, что ничего не рассказывал, братан, серьезно, я не думал, что это важно, — вздохнул Кайто в трубку. — Ничего... Но, Кокичи... — Передай ему, что я хочу видеть его завтра в центре города у главного фонтана. Не появится там – я сломаю что-нибудь вам всем, — воришка был серьезен. Можно было не сомневаться, что он пойдет и на такое. — Ик..! И мне тоже..? — Напуганно спросила девочка. — Сначала Сайхара.. — Стоять, стоять! Я приду, — перебил голос в телефоне. На этом все закончилось. Фиолетововолосый забрал свою гитару с кухни, вернул ее в комнату и заперся там же. Он был подавлен, даже не боясь показывать это. Шуичи поднялся следом, стуча в дверь. Ома открыл ее и вернулся на свое место. — Ома.. — Не делай такой голос. Думаешь, меня может что-то расстроить? — Усмехнулся Кокичи, садясь нормально и смотря на детектива. — Хорошо... Но.. почему тогда ты не сказал, что у тебя есть не только сестра? — Нуу, знаешь... На самом деле я думал, что он умер, — вздохнул фиолетововолосый, пожимая плечами. — Это не так важно, детектив, так что не стоит расспрашивать. Ах, время уже столь позднее... не хочешь ли лечь спать? — Здесь? — Удивился Сайхара. — Но... Наверное, да, я бы не отказался. — Ляжешь на полу, — улыбнулся Ома, посмеиваясь и смотря на реакцию Шуичи. — Эх, ладно, это бесполезно. Ляжешь на диване, я пойду в другую комнату. — Парень посмотрел в окно и открыл дверь в комнату, которую закрыл детектив, когда зашел. — Фу, так жарко... — Да? А, п-подожди, Ома! — Плут снял с себя верх сразу, как Сайхара сказал это. — Оденься, пожалуйста... — Ладно тебе. Я же не женщина, чего ты так смутился. Кичи сложил черную водолазку аккуратно, после чего положил ее на полку в шкафу. Синеволосый смотрел на спину воришки так пристально, что становилось не по себе ему самому. Ведь детектив сам понимал, что некрасиво пялиться... Однако он все равно смотрел и изучал каждый изгиб, смотрел на худые плечи, точно выраженные лопатки и линию позвоночника. — Я даже спиной чувствую твой взгляд, детектив. Эти слова смутили Сайхару, после чего он отвел взгляд и уже старался не смотреть. Перед тем, как идти в другую комнату, Ома все же заставил Шуичи раздеться, хотя бы снять верх и перестать стесняться, все таки уже не маленький. Кокичи закрыл дверь на замок и сел на колени детектива, поцеловав осторожно его шею. — О-Ома... Ответа не последовало, лишь очередной поцелуй в шею, а затем укус. Синеволосый смущенно взял воришку за подбородок, в попытке остановить, когда тот поцеловал его. Не сказать, чтобы они были опытны в этом. В таком случае, Ома украл первый поцелуй детектива, и сделал его самым приятным и неловким. Оба устали за день и уснули прямо в этой позе, в брюках, сидя.