Они оба знают кому сейчас больнее

Небольшая часть команды уже собралась в трейлере на завтрак, чтоб параллельно обсудить пару вопросов перед второй тренировкой. – Простите, но без меня. – Говорит Чарльз только поднеся ложку ко рту, возвращая её в тарелку. Под взгляды десятка человек, он выходит на улицу, приземляясь у нижних ступеней. Его взгляд сначала блуждает по далёкой трассе, на которую выведен выход из трейлера, небольшие пейзажи облаков, пока в итоге не концентрируется на носках его обуви. В области сердца начинается лёгкая боль, прогрессирующая в настолько сильную, что дышать становилось сложно. В уголках глаз начинает щипать, пока не перерастает в дорожки слез на щеках. – Я не могу так больше... – говорит он, когда слышит как кто-то подходит сзади и медленно садится рядом. – Я так устал от этого. Я просто хочу... Я не знаю чего хочу... но точно не все это. – Чарльз позволяет слезам продолжать скатываться по его щекам, пока чья-то рука мягко обнимает его за плечи. Феррари убивали его. Он мог бороться за титул. Но Феррари не могли построить быструю машину, проблема с слишком быстрым износом шин продолжала существовать. Чарльз мог уйти в другую команду, но быстрее были только Ред Булл, но вряд-ли они захотят расставаться с Максом, а их приоритеты "номера один" точно бы не сменились после прихода кого-то на место Переса. Не может же быть это вечно. Его любовь его убивала. Медленно и мучительно. Медленное открытие двери вернуло монегаска в реальность. Он резко встал оперевшись на поручни, скинул солнцезащитные очки, которые покоились у него в волосах, на переносицу, делая невозмутимый вид будто говорил с Карлосом о предстоящих тренировках и квалификации. Испанец лишь оборачивается за спину, и встаёт с ступеней пропуская выходящую из трейлера команду. Он разворачивается возвращаясь внутрь, как только последний сходит со ступеней. Второй водитель лишь идёт следом. – Через 10 минут мы должны быть в паддоке, если не в машинах. – голос с лёгким испанским акцентом разрезает тишину. Чарльз хочет скатится на пол, из-за отсутствия каких либо сил, но крепкие руки хватают его и прижимают к своему телу. – Мы должны, как плохо бы не было. Монегаск молчит в ответ, пытаясь сохранять спокойствие. Они оба знают эту боль. Они оба знают кому сейчас больнее.