Попаданка

      Только дома, раздев найденыша, Мораг обнаружила, что паренек оказался девчонкой. В доме Мораг поселилось счастье. Оно утром шлепало босыми ногами по натертому дощатому полу, мылось в дождевой бочке и часто звенело посудой на кухне. А еще вечерами сидело рядышком с Мораг на крыльце и слушало её истории. Счастье так странно звалось — Ольга.        За её жизнь и здоровье Мораг пришлось бороться не один день. Ежедневные ванны с травами, восстанавливающими тургор кожи, обертывания различными снадобьями и тысячи попыток впихнут в найденыша хоть пол-ложки бульона. Организм, отвыкший от еды, не принимал её, влитый бульон просто выливался из полуоткрытого рта. Отчаявшись, Мораг принесла от соседей воронку, с помощью которой они вливали в животных лекарственные настои, вставила её девушке глубоко в горло и, помолившись всем богам, осторожно влила полкружки теплого бульона. Вынула воронку и крепко прижала челюсть, не позволяя жидкости вылиться. Вот с того дня, пусть не всегда, но раз в день больная получала свою порцию питания. К концу месяца девица очнулась. От слабости она еще не могла говорить, но соображать начала, делая слабые попытки отбиться от Мораг. Но кто ей бы позволил?! И как бы удивилась Мораг, если бы поняла, что здоровье её найденыша не совсем зависло от лечения.       Симбионт почувствовал, что тело питается, это означало только одно, они попали все-таки к людям. Потихоньку он начал направлять нанитов на поддержание тела, и к концу недели Ольга пришла в себя. Была она слаба и беспомощна, она стыдилась того, что немолодая женщина моет её, натирает мазями, делает массаж и смущенно закрывала глаза, вслушиваясь вместе с симбионтом в певучую речь лекарки. В первые дни эта речь звучала для Ольги сплошным потоком звуков, затем она стала различать отдельные слова, а вскоре подключился и симбионт. Но для него, прожившего в безвременье огромный период, эта речь была тоже незнакома, но он умел быстро учиться и вскоре выучил язык. Осталась самая малость, обучить языку реципиента. Час за часом, день за днем симбионт транслировал в сознание девушки знания о языке, и наступил день, когда на традиционное пожелание доброго утра Мораг услышала, как найденыш с трудно понимаемым акцентом тоже пожелал ей доброго утра.        С этого дня обучение языку двинулось семимильными шагами. Девушка стала поправляться. Исчезала так ужаснувшая Мораг худоба, она стал вставать с постели. Ходила, сначала придерживаясь стены, но все уверенней и уверенней передвигалась по комнатам, и наконец, вышла на крыльцо. Вечерами они часто сидели на террасе, неспешно пили ягодный отвар и вели неторопливый разговор. Мораг очень хотелось узнать, как и откуда её найденыш попала в степь так далеко от населённых мест, и как она сумела не стать объектом охоты для нежити, обитающей в степи. Она осторожно расспрашивала девушку о родных, узнав, что никого у неё нет, она растерялась. Как же девушка будет жить? Она молода и беззащитна против обладателей власти. Вот такие молодые люди, лишенные поддержки родных чаще всего попадают в рабство или в полную зависимость от богатых. Но для себя она решила, как только её найденыш овладеет языком в достаточной мере, она поговорит со старостой о дальнейшей судьбе девушки.       Ольга часто помогала своей спасительнице в лаборатории, перетирала в ступке травы, смешивала сборы, мыла колбы. И Мораг понимала, что Ольга девушка грамотная, получила навыки и знания травника. Не сможет же человек, не обладающий определенными навыками вот так по одному запаху составить пусть и простейший, но действенный сбор от кашля, и четкие уверенные действия при приготовлении различных отваров, тоже не возьмутся ниоткуда. А Ольга наслаждалась жизнью! С удовольствием возилась в огороде, собирала ягоды, их у лекарки было множество. И однажды она заметила, что кто-то объедает ожину. Ладно, если бы обрывали ягоду, но пакостник проделал довольно-таки широкую тропу в самый центр ягодника, поломав кусты. Несколько вечеров она устраивала засаду на воришку. Одна из таких вылазок увенчалась успехом.        Заметив, как в кусты нырнула чья-то размытая тень, Ольга осторожно двинулась следом. В гуще ягодника вольготно расположился паренек и чуть не с урчанием полными горстями совал себе в рот ягоды. Изловчившись, Ольга схватила «преступника» за ворот. Тот взвизгнул, дрыгнул ногами попытавшись вырваться, но девушка крепко держала его ворот. Мальчишка извернулся и удивленно спросил.       — Ты хто?       — Хто, хто, — передразнил Иван, — конь в пальто, дед Пихто и бабка с пистолетом! Мальчишка удивленно округлил глаза.       — Кентавр что ли?       — Почему кентавр?       — Ну, сам же сказал конь! Ольга звонко рассмеялась.       — А ты сам кто?       — Я?! Хрысь. И я — оборотень. Рука сама у Ольги разжалась, и этот Хрысь приземлился на землю. Потирая свою отбитую пятую точку, мальчишка обижено бубнил.       — Вот хватают тебя непонятно кто, роняют на землю! Как тут жить?       И быстро кинулся в бега. Но на следующее утро он пришел в дом, и стыдливо отводя глаза, торжественно покаялся и сказал, что теперь без дозволения в ягодник не будет лазать. Хрысь стал прибегать к Мораг почти каждый день. Он и Ольга часто сидели на крыльце, беседовали об окружающем мире и Хрысь восклицал.       — Оля, откуда ты приехала? Ничегошеньки не знаешь о мире! И раздуваясь от осознания собственной значимости, рассказывал «неграмотной» Ольге о мире в котором она теперь жила.        Мир оказался совсем непрост. Государства, как такового не существовало, был союз герцогств или княжеств. Управлял союзом избранный глава, Верховный Князь, должность он занимал несколько лет, а потом выбирался новый. Правление не было единоличным, все, кто имел под своим началом обширные земли, входили в Княжеский Совет. Вот этот самый Совет никогда не переизбирался. Ольга хмыкнула про себя, кто же от власти откажется! А князья с герцогами проталкивают только те законы, которые им выгодны. Есть еще один Совет — магический. Здесь Ольга стала слушать более внимательно. Она уже догадалась, что тут есть магия! Симбионт тому доказательство. Маги имели большой вес в государстве. Хрысь, когда стал рассказывать о магах, воодушевился, размахивал руками, привставал и приглушал голос.       — Откуда ты все знаешь? А ты маг? — простодушно спросила Ольга. Хрысь сдулся как воздушный шарик, его настроение упало.       — Нет, я не маг, оборотни не владеют магией, а откуда я знаю… Учусь я, Оля, учусь в военной школе при академии. Нас там много таких способных, но не магов. Ольга ободряюще потрепала Хрыся по плечу.       -Знаешь, я вот тоже не обладаю магией, но как-то не расстраиваюсь. Они замолчали, каждый думал о своем.       Часто Хрыс водил девушку на речку. Плавать Хрысь не любил, но ему нравилось валяться в мелком речном песке, нагретом солнцем. Он нагребал перед собой горку песка, аккуратно на ней устраивался и следил за Ольгой, плавающей в теплой воде. Именно здесь, на берегу, получила Ольга первые уроки письменности.       — А я скоро уеду, — сообщил Хрысь. Ольга, расслабившаяся под жарким солнцем, лениво приоткрыла один глаз.       — Куда?       — На учебу. Девушка села и с интересом посмотрела на мальчишку.       — А тебе нравиться учеба? Хрысь немного подумал и кивнул головой.       — А вас там только военному делу учат? Хрысь посмурнел и недовольно протянул.       — Нет, еще всяким штукам.       — Каким?       — Этикет, танцы, литература, письмо и много еще всякой ерунды.       — О, значит ты грамотный. Хрысь сморщился, как будто сжевал лимон и вздохнул.       — Не дается мне грамота. Понимаешь, я думаю, зачем нам вся эта лабуда, кроме, конечно, военного искусства.       — Как зачем? Вот станешь ты знаменитым военачальником, а ни писать, ни читать не будешь уметь. Вот позорище будет. Хрысь, а покажи мне, как ты пишешь! Хрысь с неохотой разровнял песок и начертил подобранной тут же на песке палочкой какие-то непонятные узоры. — Нет, напиши буквы. Хрысь быстро начал чертит такие же узорчатые буквы, похожие на арабскую письменность. Ольга попробовала достучаться до симбионта: «Запоминай!»       — Уже, запоминаю!       — Знаешь эту письменность?       — Нет, но можно научиться! Перед довольным Хрысем на песке раскинулся целый ковер, испещрённый диковинными буквами.Хрысь и не заметил, что его приятельница ушла в себя. Мысленный разговор длился секунды. Все-таки здорово, когда сидит в тебе некий встроенный мини-компьютер.       Вот сколько бы затратила сама Ольга, чтобы расшифровать и запомнить буквы-крокозябры, начертанные Хрысем? Скорее всего, и года бы было мало, но симбионт справился за неделю! И мало того, он оказался неподкупным и строгим учителем. Заставлял Ольгу, вне зависимости хотел этого она сама или нет, ежедневно выписывать алфавит. Сначала симбиот брал управление рукой девушки с зажатым карандашом в свое безраздельное владение, но как только реципиент понял, как держать карандаш для «вырисовывания» палочек, волнистых линий, точек и запятых, обозначающие буквы, рука снова стала подчиняться ей. Самостоятельно было писать трудно и непривычно. Читать тоже было сложно, но Ольга быстро научилась читать по слогам, а дальнейшее зависело только от неё, беглое чтение само собой не приходит. И часто Мораг заставала Ольгу с книгой в руках.       С каждым днем Ольга становилась крепче, Мораг уже не так часто готовила для неё свои снадобья. Ольга крепчала от свежего воздуха и физической нагрузки. Она добровольно взвалила на свои плечи уход за огородом, заготовку ягод, ездила вместе с Мораг в соседний городишко за покупками. Несколько раз они выезжали в степь на сбор трав. У Ольги было потрясающее умение находить травы, и собирала она их профессионально, твердо зная, что делать с той или иной травой. Можно было получить из неё прекрасного травника, и она смогла бы сдать минимум на это звание, если бы в ней неожиданно не открылся магический дар.