Попаданка

      Эфрой лежал на кровати и катал в пальцах кольцо. Оно было такое же как-то, что он надел на палец Оле. По обычаю, кольцо ему должен надеть тот, кого он выбрал, но вряд ли девушка согласится, а Эфрой пока не решался поговорить с къяри откровенно.       Интересно, доложили уже его родственникам о кьяри, или нет? В их семье къяри была у прапрадеда. Уже в то время все реже и реже обзаводились феррахи къяри. То ли кровь оказалась сильно разбавлена в силу того, что браком сочетались совсем не подходящие ни по возрасту, ни по магической силе пары, то ли от того что все слабее и слабее становились магические источники в Великой пустыне. Так обстояли дела не только в их семейном клане, но и во всех Великих домах феррахов. Поэтому и учатся сейчас представители пяти Домов в Межгосударственной Магической Академии. На следующий год сюда будут поступать члены других Домов. Что магия у феррахов становиться слабее, об этом пока не знают их соседи, а если это всплывет, то все Княжества ожидает Великий передел территорий, и честно, Эфрою совсем не хочется участвовать в этом переделе. Он еще раз покрутил кольцо и спрятал его во внутренний карман камзола. Рукав задрался, открывая узор на запястье. Эфрой обвел его кончиками пальцев. — Эль къяри, серима эль они, бара пиро хайт! (Моя къяри, буду ждать тебя, пока ты не будешь готова!)       Отдернул рукав и со вздохом поднялся: пора идти на занятия.       Де Ашер и Гант возвращались с занятий озадаченные и взволнованы. Теории по артефакторике сегодня не было, да и других теоретических занятий тоже. Они весь день провели в мастерской, изготавливая амулеты защиты, взглядами спрашивая друг друга к чему бы это, зачем амулеты защиты в таком количестве? Но что-либо им сообщить никто не собирался.        Они только хотели поделиться между собой о странностях сегодняшнего дня, но им дорогу заступила девушка-феррах. Она шагнула к Ольге, и приблизила к ней свое лицо. В глубине её глаз плясало пламя. Ольге стало жутко, она попыталась отступить, но девушка жестко обхватила пальцами её подбородок и вздернула вверх лицо Ольги. Все так же глядя ей в глаза и не отпуская подбородка, она прошипела.       — Къяри, да? Никогда, ты слышишь, никогда и ни за что я его не отдам! Будь ты даже трижды къяри! Она оттолкнула девушку, стремительно развернулась и пошла к корпусу, где жили феррахи, старательно вытирая платком свои пальцы, словно запачкалась от прикосновения к Ольге.       Ничего не поняв, Ольга посмотрела вслед разъяренной фурии и спросила Ганта. — Ты что-нибудь понял? Растерянный Гант сначала утвердительно кивнул, а сказал обратное.       — Нет.       — Так все-таки «Да» или «Нет»? — переспросила Ольга, подозрительно посматривая на братца.       — Нет, — уже более уверенно произнес парень. Ольга посмотрела на Ганта и произнесла непонятное для него.       — Ну, ну, пациент больше мертв, чем жив.       И они продолжили свой путь, обсуждая сегодняшнее занятие.       Но в голове у Ольги «засело» слово, произнесенное девушкой и абсолютно непонятное для неё: «Къяри». Придется идти в библиотеку.        Но не судьба была сегодня заглянуть ей в библиотеку. Утром всех студентов не боевых факультетов собрали на линейку, то, что услышали на ней студенты, наполнило их сердца еще не до конца осознанной тревогой. Всем целителям, травникам, артефакторам изменили расписание, теперь вышеозначенные факультеты были обязаны посещать кроме своих занятий, занятия боевиков.       — И что мы там будем делать? — ворчала Ольга, выходя из комнаты в тренировочном костюме. — Кидать боевые артефакты? Собирать на «коленке» защиту, или просто будем «пушечным мясом» пока господа боевики будут разбираться со своими заклятиями?       Гант не понял вопроса про «мясо», но он поддерживал беспокойство девушки, хотя он понимал, что, в крайнем случае, они будут резервом силы для боевиков. Вроде войны не наблюдалось, но напряжение повисло в воздухе. Им так ничего не объяснили, привели на тренировочный полигон и попросили выполнить что-нибудь из боевых заклинаний, кто что может, кто не умел, тому раздали заклинания, которые не требовали большого вложения сил. Ольгу удивил Гант, то, что тот способный артефактор, она убедилась на занятиях, но на полигоне Гант довольно уверенно показал владение воздухом. А саму Ольгу увлекло заклинание огненного шара. Правда, получались у неё огненные шары размером с грецкий орех, но зато их она могла создавать их много и довольно быстро. Она расстреливала мишень «пистолетом» изобразив его двумя вытянутыми пальцами, расстреляв цель, она поднесла пальцы к губам и дунула в них, как воображаемый пистолетный ствол. Преподаватель боевиков с любопытством смотрел на фортели девушки, спросив, когда она будет готова повторить подход к мишеням.       — Да хоть сейчас, — не раздумывая, ответила Ольга. Преподаватель кивнул на мишень. Де Ашер вторую мишень размочалила быстрее первой. Шары у неё в этот раз получились размером с горошину, но летели с большей скоростью и намного чаще. Усталости она не чувствовала, но когда они с Гантом услышали, что их опять ожидают завтра на полигоне, они синхронно вздохнули.       Лучше, конечно, сидеть в мастерской и придумывать очередной артефакт. Чем находится на полигоне, в мастерской как-то спокойнее.       Но с каждым днем первые курсы проводили на полигоне большую часть времени, закрепляя знания по боевым заклинаниям и отрабатывая их. Ольга больше дурачилась в использовании этих заклинаний, не воспринимая занятия всерьез. На одном из занятий она «прицепила» свою «горошину» к воздушной стреле Ганта, бабахнуло так, что прочная стена полигона пошла трещинами, и занятия прекратили. Несколько часов Ольга и Гант ожидали вызова к ректору, их вызвали, но вместо жесточайшей «трепки» за баловство, им в порядке исключения приказом ректора выделили небольшой полигон и индивидуального учителя. Там они и «отрывались» в полную силу, придумывая такие способы соединения воздушной и огненной магии, что преподаватель только крутил головой и записывал все, что могли напридумывать двое безбашенных студентов.       В Академии все чаще и чаще проскальзывали слухи о военных действиях на границе и у Ольги сжималось сердце от беспокойства. Как там Мораг? Обойдут ли стороной военный действия небольшое приграничное поселение.       К занятиям Ольги и Ганта присоединился Эфрой. Он появился на полигоне какой-то отрешенный. Его лицо казалось застывшей маской. Окинув веселящуюся пару ледяным взглядом, от которого они резко перестали веселиться, он заявил, что с сегодняшнего дня они займутся защитными заклинаниями. Жизнь после этого занятия уже ни Ольге, ни Ганту не казалась прекрасной, мало того, что феррах заставлял их выкладываться по полной, до дрожи в коленях и руках, он заставлял их фехтовать с ним. Но если Гант знал за какой конец меча держаться, то у Ольги было взаимная нелюбовь с этим предметом. Феррах сердился, заставля снова и снова вставать в боевую стойку и парировать его удары, а у Ольги при виде меча глаза сами закрывались, и она тыкала означенным предметом куда попало, но только не в противника!       — Не понимаю, — взбешенный действиями девушки, Эфрой нарезал круги возле неё. — Ты же жила на окраинных землях, там все владеют оружием!       — А оно мне надо? Я — артефактор! И тем более вообще не хочу пересекаться с людьми, умеющими владеть этим. — она потрясла перед лицом Эфроя мечом. — Мне оно совсем ненужно!       — Гант, ну хоть ты объясни этому недалекой, что владение мечом и шпагой обязательно для студента Академии любого факультета! Гант только посмеивался, но в процесс «воспитания» не лез, не принимая ни одну, ни другую сторону, но после таких занятий всегда давал Ольге различные мази от растяжений и ушибов. Ольга была ему безмерно благодарна и обещала все, что тот захочет.       — Понимаешь, Гант, — растирая свои ноги, она сидела перед Гантом в одной сорочке, абсолютно не смущаясь. — Кто бы меня учил владению оружием? Мать — лекарка или сосед мельник, или хромой и полуслепой деревенский сторож, который тяжелее деревянной колотушки, с которой он обходит деревню, в руках не держал? А этот требует — ноги в стойку, а в какую стойку? Нет, Гант, я на такие занятия не подписывалась! И вообще, что он такой, будто с цепи сорвался! Ты понимаешь?       Гант понимал, но ничего объяснять Ольге не собирался. Пусть эти двое сами разбираются между собой!