Тепло, которое ты приносишь

На следующее утро. Проснувшись, Вэй Ин потянулся, зевнул и медленно сел. Мальчик огляделся и запаниковал, поскольку рядом никого не было. Приняв пробуждение за сновидение, он тут же встал, идя открывать дверь, чтобы проверить, действительно ли он до сих пор спит. Увидев Се Ляня, наконец-то успокоился и выдохнул, не заметив, что задержал дыхание. Затем начал искать Сань Лана, но больше никого не нашёл. — "Хей, всё в порядке! Сань Лан просто ушёл по своим делам, но скоро вернётся". «Надеюсь», — пронеслось в мыслях Се Ляня, так и оставшись невысказанным. Он подошёл к Вэй Ину, заметив, как тот лихорадочно оглядывается вокруг. Мальчик продолжал искать, когда Се Лянь присел рядом с ним. — "Как насчёт того, чтобы искупаться, выпить лекарство, а потом немного поесть? Что думаешь?", — спросил Се Лянь, глядя на мальчика. Вэй Ин кивнул и поднял руки. Мужчина улыбнулся, взял его, и они пошли набирать воду в бочку. Мальчик не знал, что у них есть бочка, пока Се Лянь не вынес её из-за угла лачужки. Удивительно, но она была в хорошем состоянии и чистой. Юноша вылил туда большую часть их воды, чтобы помыть малыша, что по мнению Вэй Ина, было расточительно, но в тёплой воде было очень хорошо. Это было лучшее купание за долгое время. Вэй Ин расслабился, когда ладони Се Ляня прошлись по волосам, чтобы расчесать колтуны и избавиться от грязи и пыли. Мальчик остался в бочке ещё на несколько минут, прежде чем наконец-то вылез. Сразу после этого Се Лянь начал вытирать его старым полотенцем, которое было у него. Пока сушил волосы, мужчина понял, что должен одеть Вэй Ина обратно в порванную, старую, маленькую и слегка окровавленную одежду. Он несколько скривился, но всё же взял её. — "Сначала штаны. Давай, сперва одну ногу, потом вторую", — сказал мужчина в белом, и Вэй Ин начал выполнять наставления. Пока Се Лянь одевал его, обратил внимание на большое количество шрамов и синяков, которых раньше не замечал. Многие поблёкли, поэтому их было трудно заметить. Он сказал Вэй Ину повернуться, чтобы расчесать волосы перед тем, как надеть верхние одежды. Мальчик поколебался, но выполнил просьбу. Его волосы были заправлены за плечи так, что можно было увидеть всю его спину. То, что предстало взору Се Ляня, было слишком ужасным, чтобы находиться на теле ребёнка. Следы кнута. Медленно заживающие следы от кнута, которые, кажется, были нанесены несколько недель назад. Затем последовали другие синяки, которые казались немного темнее. Се Лянь глазел на спину Вэй Ина, быстро заметив, как мальчик вздрагивал, напрягался и качал головой, когда он расчёсывал волосы гребешком, который нашёл во время уборки. Он закончил с волосами и одел верхнюю одежду. Затем Се Лянь дал ему лекарство, от которого Вэй Ин скрючился, как только проглотил. Вчера он так не реагировал, что было хорошим знаком для Се Ляня — значит ребёнок начал чувствовать себя лучше. Вскоре мужчина понял, что всё это время Вэй Ин прятал свою правую сторону лица либо руками, либо волосами. Он быстро вспомнил о глазе и о том, что выбросил бинты, так как они были грязными, поэтому не хотел, чтобы повязки были на ребёнке, пока тот будет принимать ванну. Взяв рулон бинтов, который оставил вчера в рукаве, юноша протянул руку, чтобы отодвинуть волосы. Но Вэй Ин мгновенно отшатнулся и так же быстро вскочил. Се Лянь опустил руку, глядя на мальчика с выражением глубокого беспокойства и лёгкого удивления. Он понял, почему тот вздрогнул, и решил вместо этого спросить: — "Прости, я должен был сначала узнать. Можно ли помочь тебе наложить повязку, или ты хочешь сделать это сам?" Затем Се Лянь принялся за приготовление чего-нибудь съестного, но не хотел, чтобы ребёнку стало ещё хуже, чем раньше. Поэтому решил дать ему совсем чуть-чуть, и если мальчику понравится, сможет принести ему целую порцию. Залив немного «еды» в ложку из кастрюли, он подул на неё, чтобы охладить, а затем поднёс к Вэй Ину. — "Открой рот и попробуй, пожалуйста", — проговорил Се Лянь с нервной улыбкой. Вэй Ин посмотрел на него, прежде чем открыть рот и съесть содержимое, которое было странного цвета и непонятно пахло. Ну, хорошо, Се Лянь, возможно, немного пережарил или всё-таки сильно (очень даже сильно), и, наверное, добавил слишком много специй, но это съедобно. Вэй Ин медленно жевал, как будто изучал и пытался найти настоящий вкус. Се Лянь начал волноваться и собирался сказать ему выплюнуть это, но вскоре мальчик проглотил всё, улыбнулся и стал подпрыгивать на месте, как будто только что узнал, что он победитель конкурса и вот-вот получит свой приз. (Да уж, Вэй Ин, ты явно победитель конкурса «Попробуй стряпню Мастера шефа»). Се Лянь вздохнул с облегчением и, налив месиво в миску, улыбнулся Вэй Ину и поставил тарелку на маленький столик. Мальчик сразу же подошёл и сел. Он начал быстро есть, а Се Лянь пытался заставить его делать это медленнее. — "Давай поспокойнее немного. Не волнуйся, никто ничего не отнимет у тебя. К тому же, ещё много еды, только для тебя". Вэй Ин поставил миску, удивлённо и недоверчиво глядя на Се Ляня. Мальчик привык, что его либо не кормят, либо собаки отнимают у него еду во времена с Цзянами. Ему никогда не говорили, что он может есть, что ему нравится. Обычно просто ел то, что оставалось, и то, что никто не хотел. Он привык хвататься за свой живот ночью от боли из-за голода и постоянной усталости, которая обычно преследовала его. Услышав эти слова, на его глазу навернулись счастливые слёзы, и он протянул тарелку Се Ляню, когда тот повернулся. Улыбка мужчины стала немного ярче, он взял миску и налил ещё добавки. Вернувшись и поставив её, юноша сел и начал смотреть, как мальчик ест, на этот раз немного медленнее. Пока Вэй Ин был занят едой, снаружи раздался громкий стук, который заставил его подпрыгнуть и пролить часть того, что было в миске, на одежду. Се Лянь сразу же оказался рядом и начал вытирать его одёжку тряпкой. — "Ты в порядке?", — спросил он с взволнованным выражением лица, положив тряпочку обратно в рукав. Вэй Ин медленно кивнул. Се Лянь вздохнул и встал. — "Я пойду проверю. Оставайся здесь и доедай, хорошо?" Вэй Ин ещё раз кивнул и продолжил есть. Мужчина, махнув рукой, подошёл к двери и вышел. Вэй Ин только что закончил свою миску и хотел ещё. Но не знал, как дотянуться до кастрюли, поэтому ждал возвращения Се Ляня. Мальчик решил осмотреться: в одном углу была груда старых вещей с кучей пыли и паутины, а наверху — дырявая крыша, сквозь которую просачивался свет. Опустив взгляд и посмотрев в сторону, он замер, когда увидел на стене картину. Очень красивую картину. Он встал и подошёл к маленькому столику, над которым висела рукопись. Она выглядела настолько эфемерной и бесплотной, что если бы Вэй Ин решил прикоснулся к ней, она бы разлетелась на маленькие кусочки и испортилась. Он долго смотрел на картину, завороженный её изяществом. Мальчик осторожно подошёл ближе, чтобы не задеть её. Казалось, что все небожители спустились с небес и создали этот уникальный шедевр. Вэй Ин считал, что человек на картине выглядит слишком красивым для этого мира. Лучи полуденного солнца озаряли все смешанные цвета, делая картину более лучистой и яркой, выделяя утончённые черты лица. Вэй Ин заметил ещё кое-что. Этот человек выглядел как-то знакомо. Мальчик хотел рассмотреть поближе, но вскоре в комнату со скрипом двери проникло ещё больше солнечных лучей. Испугавшись, он быстро обернулся, но расслабился, когда понял, кто это был. У дверного проёма (в котором, к удивлению Вэй Ина была настоящая дверь, откуда она там появилась?) стоял Сань Лан с мешком и рукой за спиной. Он подошел к мальчику и присел перед ним. Вэй Ин налетел на него и крепко обнял, что заставило Сань Лана немного пошатнуться, но он быстро поймал баобея и прижал к себе. Они перестали обниматься, когда Вэй Ин немного отошёл от юноши. — "Меня не было слишком долго, не так ли?" Вэй Ин просто покачал головой и посмотрел на Сань Лана. — "Что ж, за то, что был таким терпеливым, ты заслуживаешь подарочек. Я принёс тебе кое-что!", — сказал он, вытаскивая из мешка одежду, которая, кажется, была очень качественной и дорогой. Она выглядела не совсем вычурно, но была близка к этому. Теперь одежда Вэй Ина была похожа на кучу грязных старых тряпок (таковой она и являлась) по сравнению с обновками. Мальчик протянул руку и пощупал ткань, которая была очень мягкой и шелковистой. Одежды были темных и светлых тонов: больше всего преобладал красный, но также виднелся чёрный оттенок, и намёк на белый на поясе. Они выглядели слишком прекрасно, чтобы носить их. — "Тебе нравится? Я очень тщательно выбирал их". Вэй Ин кивнул. — "Ну, что ж, давай тогда переоденем тебя", — сказал Сань Лан. Вэй Ин начал переодеваться, но не мог перестать испытывать вину, так как чувствовал себя обузой. Сань Лан потратил деньги на новую одежду, а Се Лянь помог с лекарством и едой. Эти люди были столь добры и сделали так много для него, но единственное, что он смог — это забрать всё и ничего не отдать взамен. Сначала Вэй Ин сомневался, стоит ли доверять им. Но в конце концов понял, что может, видя, как много они ему дали. Теперь у Вэй Ина было задание, которое он собирался выполнить, полный решимости: помочь этим людям всеми возможными способами! Он был так погружен в свои мысли, что не заметил, как они закончили с одеждами. Мальчик вернулся в реальность и начал рассматривать наряд. Он был удобен, не колол, и выглядел очень даже хорошо. — "Я рад, что тебе понравилось. Но это не всё. Ещё одна деталь, и тогда точно будет готово", — сказал Сань Лан, протягивая что-то из-за спины. Это была повязка на глаз. Вэй Ин посмотрел на неё и неосознанно положил руку на бинты, которые в скором времени будут заменены. — "Гэгэ рассказал мне, что произошло. Если хочешь, я могу оставить её здесь, и ты сможешь надеть сам", — говорит мужчина, протягивая ему повязку. Вэй Ин подумал и решил, что если доверяет этим людям, то позволит им помочь и не будет упрямиться. Это меньшее, что он может сделать. Приняв решение, малыш покачал головой и дал повязку Сань Лану, указывая на бинты. — "Значит, тебе нужна моя помощь?" Вэй Ин кивает, и парень начинает снимать бинты. Они падают на пол, и, как только исчезают, он замечает, что Сань Лан смотрит на него. Ребёнок начинает волноваться, что взор мужчины направлен на него так, потому что он выглядит как чудовище или уродец. Поэтому поднимает руку, чтобы снова закрыть лицо, но Сань Лан останавливает его на полпути. Вэй Ин смотрит на него и видит на губах маленькую, но успокаивающую улыбку. Мальчик опускает руку, когда Сань Лан начинает накладывать повязку. Как только она надета, юноша немного отступает, и его выражение лица мгновенно меняется. Улыбка исчезает, и теперь он выглядит грустным и… понимающим? Вэй Ин также заметил, что в его глазах есть проблески узнавания, словно Сань Лан видел его раньше. Через несколько мгновений он приходит в себя и снова начинает говорить: — "Ну, теперь, когда это сделано, есть ли что-то ещё, что тебе нужно?" Вэй Ин поворачивается и хватает свою миску, а затем передаёт её Сань Лану. Тот осторожно берёт её и встаёт, оглядываясь, и вскоре замечает то, что искал. Он подходит к кастрюле, заливает немного еды в миску, а затем идёт к маленькому столику, куда ставит еду, и садится. Вэй Ин немедленно усаживается рядом и начинает есть. — "У меня есть задание для тебя. Я только что об этом вспомнил. Ты никогда не называл своё имя и не говорил ни слова. Если ты не возражаешь, можно я узнаю, как тебя зовут?" Вэй Ин ставит миску и начинает думать. Он доверяет этим людям и не знает почему, но чувствует, что не должен делиться своим настоящим именем. По крайней мере, пока. Вэй Ин решил соврать, хватая кисть и пергамент, которые лежали на столе. Он опускает кисть и начинает писать «своё» имя ужасным почерком, но в некоторой степени читаемым. Передаёт бумажку, как только заканчивает, и Сань Лан начинает читать: — "Чжао Ён?", — спросил он, чтобы подтвердить. 'Чжао Ён' кивает, когда заканчивает есть. — "Итак, А-Ён, могу ли я так тебя называть? У меня есть задание для тебя, если ты хочешь его выполнить". 'Чжао Ён' обернулся, как только услышал слово 'задание'. Он кивнул головой, чтобы ответить на оба вопроса, и его лицо теперь было полно решимости и серьёзности. Ну, настолько серьёзно, насколько может выглядеть ребёнок. Он хотел помочь всем, чем мог. Тем более, он только что солгал одному из людей, которым должен был доверять. — "Хорошо. Мне нужно, чтобы ты взял ведро в углу и наполнил его водой из реки. Знаешь, где она?" 'Чжао Ён' кивнул. — "Отлично, тогда я поручаю это тебе. Будь осторожен и береги себя, А-Ён", — говорит Сань Лан, встаёт, гладит мальчика по голове и уходит. 'Чжао Ён' взял ведро и вышел из домика. Он услышал какой-то шум сверху, отошёл от крыльца и посмотрел туда, откуда доносились звуки, чтобы увидеть, как Сань Лан и Се Лянь чинят крышу. Теперь она выглядела хорошо. — "Ты сейчас уходишь?", — спросил Се Лянь, не понимая, что задумал баобей. Сань Лан объяснил ему, пока мальчик слушал. 'Чжао Ён' кивнул с улыбкой и поднял ведро. Се Лянь улыбнулся ему в ответ: — "Хорошо. Будь осторожен и сразу же возвращайся, как только почувствуешь, что что-то не так". 'Чжао Ён' кивнул, помахал рукой и пошёл. Сань Лан и Се Лянь помахали в ответ и вернулись к работе. 10 минут спустя. 'Чжао Ён' только закончил наполнять ведро, когда услышал за спиной какой-то шелест. Он обернулся, но ничего не увидев, решил, что это могло быть его воображение. Вдруг кто-то закопошился, и вскоре мальчик почувствовал, как чья-то рука схватила его за запястье. Он тут же обернулся и заметил, что это был один из тех, кто был с Се Лянем в деревне. Мужчина держал его за запястье железной хваткой. 'Чжао Ён', тут же вспомнив похожий момент, в спешке попытался освободить руку, но в ответ её сжали лишь сильнее. Запястье, вероятно, уже было в синяках, и его разум настолько затуманен, что он не мог нормально думать. — "И что же ты здесь делаешь, Собиратель цветов под кровавым дождём? Пытаешься спрятаться под маскировкой ребенка? Ну, со мной это не сработает". Ребёнок продолжал попытки освободиться. Он начал паниковать, когда понял, что не может позвать на помощь, ведь был далеко от дома. В конце концов, он даже не знал, может ли он закричать, а человек был физически сильнее и больше, так что даже если бы он убежал, мужчина, вероятно, догнал бы его. Малыш начал терять надежду, когда услышал другой голос. —"Какого чёрта ты делаешь, идиот?!", — крикнул кто-то в гневе. «Фу Яо!», — подумал мальчик, успокаиваясь, но мужчина внезапно отпустил его, и он чуть не упал в реку. Ему удалось удержать равновесие, прежде чем угодить в неё. — "Что ты имеешь в виду, что я делаю??!!", — кричал этот человек не менее громко. — "Что за 'Собиратель цветов под кровавым дождём'?! Ты имеешь в виду этого маленького ребёнка, которому ты, вероятно, сломал запястье, и теперь он боится тебя?! Посмотри на него! У него синяк на руке из-за тебя! Вглядись хорошенько и скажи мне, ты всё ещё думаешь, что этот ребёнок — Князь Демонов?", — прокричал Фу Яо, хватаясь за переносицу. Мужчина теперь выглядел шокированным и, как будто, сильно задумавшимся о чём-то. Он повернулся к ребёнку и нахмурился ещё больше, когда взглянул на запястье — синяк действительно был большим. Сильнее всего его сердце ёкнуло, когда он посмотрел на глаз мальчика и увидел его выражение лица. Страх. Он был единственным на его лице, и мужчина помрачнел, пытаясь подойти и извиниться. 'Чжао Ён' ещё больше испугался, и как только человек приблизился на два шага, мальчик ещё больше отшатнулся назад. Тот собирался сделать ещё один шаг, когда из ребёнка вырвалось что-то чёрное. Оно было очень быстрым и сильным, когда напало на мужчину и ударило его по заднице. Исчезло так же быстро, как появилось. Находящиеся рядом смотрели на ребёнка с широко раскрытыми глазами. 'Чжао Ён' удивился и повернулся к Фу Яо, чтобы узнать, видел ли он тоже. Слегка шокированное выражение лица Фу Яо подтвердило, что это действительно произошло. Фу Яо оправился от удивления и сказал ему идти обратно. 'Чжао Ён' быстро встал и, схватив ведро, осторожно отправился назад, чтобы ничего не пролить. Пока бежал, слышал крики сзади. Скорее всего, эти опять спорили. В храме Водных каштанов. 'Чжао Ён' поставил ведро рядом с дверью и посмотрел на своё запястье. Он не хотел беспокоить Се Ляня или Сань Лана, поэтому спрятал его за рукавом. Оглянулся и вошёл в лачугу. Увидев, как пыльно внутри, он решил проигнорировать сей факт, так как это было наименьшей из его забот. Мальчик быстро нашёл Сань Лана и обнял его. Юноша ответил на объятия, поднял и посадил на колени. — "Эй, что случилось? Ты в порядке?", — спросил тот, беспокоясь. 'Чжао Ён' просто кивнул, крепко обняв его. Он почувствовал, что Се Лянь и Сань Лан обмениваются озабоченными взглядами. Они начали что-то обсуждать, а потом раздался стук, прерывающий разговор. Все повернулись к двери, когда 'Чжао Ён' перестал обнимать Сань Лана. Стук повторился, и Се Лянь пошёл открывать дверь. Мальчик вздрогнул, и попытался спрятаться в руках Сань Лана. Глаза парня потемнели, и если присмотреться, можно было заметить небольшие красные огоньки, появившиеся, когда он почувствовал, что мальчик вздрагивает. Се Лянь разговаривал с кем-то, и когда они зашли, всё затихло, а воздух, кажется, потяжелел из-за воцарившегося напряжения. Мужчины уставились на ребёнка, а Сань Лан послал им мрачный взгляд и взял малыша за ручку. Мужчина, который стоял перед ним, встал на колени, сложив руки перед головой. То ли он пытался преподнести извинение, то ли рассмешить ребёнка или, по крайней мере, вызвать улыбку. — "Мне очень жаль, за то, что сделал. Мне следовало сначала подумать, прежде чем действовать, и я также прошу прощения за боль, которую причинил тебе. Знаю, что ты, вероятно, никогда меня не простишь, но можешь быть уверен, я сделаю всё возможное, чтобы загладить свою вину перед тобой". 'Чжао Ён' широко улыбается, когда мужчина встаёт, а Сань Лан говорит: — "Что ты имеешь в виду под 'болью, которую причинил ему'?" Его голос был полон яда, но казалось, что он пытался скрыть это за фальшивой улыбкой. Вскоре он встал, оставив 'Чжао Ёна' там, где они сидели, и подошёл к мужчине. — "А ты кто?", — спросил тот, стоя на своём месте, не смутившись пристального взгляда Сань Лана. Сань Лан просто промолчал, что вызвало раздражение у его собеседника. Се Лянь, почувствовав напряжение, попытался успокоить их. — "Ах, это Сань Лан. Он и я в настоящее время живём здесь с маленьким мальчиком. Кажется, вы уже встречались с ним. Сань Лан, это Нань Фэн и Фу Яо". «Так его зовут Нань Фэн», — подумал 'Чжао Ён', пытаясь запомнить это имя. Выражение лица Сань Лана сразу же успокоилось, и он обратился к Се Ляню: — "Это твои слуги, гэгэ?" — "Нет, они скорее помощники". Сань Лан бросил метлу в Фу Яо и сказал что-то о помощи. Фу Яо и Нань Фэн, кажется, рассердились ещё больше от слов Сань Лана, что испугало 'Чжао Ёна'. Для него всё было в порядке, если что-то случилось с ним, но он не позволит никому причинить боль Сань Лану или Се Ляню, пока был рядом. И так 'Чжао Ён' сделал первое, о чём подумал, собрав все силы и мужество, что погрузило комнату в мёртвую тишину. — "А-Ди!" Продолжение следует…