Фарфоровая любовь

***

Высоко в небесах, на границе спавна сущностей, облака сбившись в кудрявые кучи, образовывали платформу для чудесного города. Пускай не Рай, но его жители были удивительно похожи на ангелов. Белые крылья поднимали прекрасные тела в воздух, а ночную тьму освещали нимбы. Одного из них звали НеО. Перья его крыльев были крепки как сталь, нимб сиял тускло. Но он был прекраснее их всех, фарфоровый мальчик, красивый, как едва поднявшаяся луна, что освещает бескрайние долины облаков. Их плывущие дома преодолевали многие километры, никогда не знавшие грозных ветров и бушующих штормов. Белая дымка под ногами НеО вдруг помутилась, испуганные возгласы жителей прокатились по улице. Облачная платформа смешалась с тёмной тучей. Доселе плотная поверхность стала жидкой, пропуская сквозь себя крылатых. Несколько мгновений и замерший в страхе архангел летит вниз, туда где цокают сколопендры, и рвётся гнилая плоть. Туда, где его верную Анархии душу, исправит мерзкая вечность.

***

Он спит на дереве, которое нашёл здесь недавно. Его нога перекинута через ветку, повисая на ней вниз головой. Тело прикрытое грязными крыльями слегка вздрагивает в чутком сне. Рядом сидит синяя тварь, что уже дня два слоняется за ним. Он не прогоняет её, вся мерзость, что живет вместе с ним в этой яме боится её, но он не чувствует страха, не чувствует ничего. Он лишь тащит своё бренное существование сквозь время уже двадцать лет. За это время он успел привыкнуть, смириться с отвратной реальностью, но глубоко внутри, там где и он сам никогда не был, тлеет веточка его надежды. Сгорев в пожаре опустошения, она никогда не расцветёт, но согреет его душу, когда огня станет больше. Холодный звон разбудил спящую птицу и НеО открыл глаза. Сияющая тень улыбалась, тянула к нему руки и в этот раз он решил её не прогонять, отталкивая аморфную дымку взмахом отяжелевшего крыла.

Чего ты желаешь?

Глубокий голос раздался в голове. Давно не слыша человеческую речь, НеО замер, пытаясь вспомнить слова. Пара минут молчания и гнилую тишину разрезает ответ. — Выбраться... Я желаю выбраться из этой мерзости! — он кричит, он не боится чужих взглядов, здесь нет ни души. Это его единственное желание.

Будет исполненно

Синяя вспышка и прорезавшая тело боль, это всё что он запомнил.

***

Очнулся он на цветущем лугу. На берёзе висел улей, а пчёлы жужжали над цветами. В небе плыли полупрозрачные облака. Воздух был чистым. Едва приподнявшись на локтях, НеО услышал звонкий стук. Все его движения сопровождались фарфоровым стуком. Взмахнув крыльями его слух разрезал металлический скрежет. Попытавшись говорить, он услышал электрический треск. Он больше не человек, не ангел и не мерзкая тварь. Он фарфоровая кукла, хрупкая и прекрасная.

***

НеО быстро принял реальность. После стольких лет в яме, он был рад наконец то увидеть небо, не искажённое гниющими выделениями. Он отправился в путь, надеясь найти хорошее место и остаться там навсегда. Безопасное, где его нынешнее, хрупкое тело будет в порядке. В пути НеО увидел много нового, учился вновь говорить. Поначалу он пытался скрыть треск в его речи, но потом смог изкривить его до божественного, чудесного звона, такого же, как у той твари.

***

МайнШилд принял падшего архангела радостно. К ним давно не приходили новые люди, а тех кто желал остаться здесь, было ещё меньше. НеО поражал жителей сервера своей неестественной красотой, будто плывущей, аккуратной походкой, чудесными крыльями, что тот использовал как щит. Звон что сопутствовал его голосу завораживал, но и пугал МайнШилдовцев. Те были рады с ним поговорить, но буквально через пару часов беседы, у них начинала болеть голова.

***

Зак старался избегать встреч с НеО на своей базе. Когда тот приходил, его механизмы начинали сбиваться, выдавая неверные результаты. Его механические крылья после таких кратких разговоров, покрывались электрическим напряжением, ударяя током своего хозяина при касаниях. Держа друга за руку, он удивлялся его мертвецкому холоду, но он чувствовал что под кожей течёт огонь. Пробуя прикоснуться к крыльям, он получал твёрдый отказ, без объяснений "почему?". А НеО боялся ранить, боялся раскрыть, что уже давно не живой. Что его тепло - убийственный ток, его кожа - чудесный диэлектрик, а его голос - многовольтное напряжение.

***

НеО не ходит в Ад, а на вопросы друзей отвечает просто: — Мне оттуда ничего не надо. НеО мнётся перед походом в Край. — Там не сильно холодно? НеО боится падать, нервно оглядывая места удара по несколько раз. Познав дружбу, а затем любовь, он не хотел терять не крупинки полученного.

***

— Ну и пошёл ты! — Заквиель раздражённо поворачивается обратно к архангелу, не желая больше слушать эти вопли администратора. Треск молнии раздался в тоже мгновение, нацеленный на Зака. Пара секунд ожидания с зажмуренными глазами и ничего. Осторожно открывая глаза он видит осколки. Осколки белого-белого фарфора. Секунды осознания складывались в минуты, наполняя механика жуткой болью, болью случая и ненавистью к богу.

***

Заквиель нёс разбитое, обесточенное тело на базу, а за ним, опечаленный и сожалеющий, парил Неадаптер. Осторожно раскладывая куклу на столе, Зак отошёл на склад, в поисках чего-либо, что могло бы восстановить НеО, что-то, что могло помочь. Слышен громкий электрический треск, и Зак несётся в мастерскую. На верстаке, слабо дёргаясь, распахивает в немом крике губы НеО. Пытается встать и опираясь на стену, садится, озираясь по сторонам. Доселе чудесные черты осквернились, прошлись паутиной трещин по лицу. Небесные глаза сверкали разрядами молний, а бреши в руках и теле постепенно наполнялись дугами электричества. Его тело, это не то что может зажить, он идеальная кукла, хрупкая и прекрасная. Будучи разбитым физически, его душа, прицепленная грехом к телу, расползалась сколами. Кусочки синего, магического генератора в его расколотой груди, рассыпались в светящуюся, неоновую пыль. Желание стать идеальным, избавиться от всей мерзости в себе и вокруг, обратилось ужасной случайностью. Страх в глазах друга заставлял осколки откалываться быстрее, а энергию затухать. Он не жалел себя, нет. Это была случайность. Несчастный и к сожалению несчастливый случай, привёл к смерти чужих чувств и его, навеки верного механику сердца. Его надежда затухала, рассыпаясь пеплом в самом центре его души. Он затух, он более не в состоянии питать чужую радость и любовь. Он мёртв, теперь по настоящему.