The Arithmancer/Арифмантка

— Профессор? — робко сказала Гермиона. Профессор испуганно обернулась к ним в прыжке, встретив поднятой палочкой двоицу первокурсников. — Мисс Грейнджер! Мистер Уизли! Что вы тут делаете? Я же сказала вам возвращаться в общежития. Гермиона побледнела под взглядом учителя и обернулась на Рона: — Эм, мы просто хотели убедиться, что все в порядке, — выдавил мальчик. — И мы хотели помочь, если что-то пошло не так. Вектор закатила глаза: — Очень мило, но очень глупо, — сказала женщина. — Я бы сняла с вас десяток баллов, если бы не было большего повода для беспокойства. — Ловушки… — выдохнула Гермиона. — Гарри…? Только сейчас она и Рон смогли рассмотреть своего темноволосого друга, который до этого скрывался за спиной Вектор. — Я вам говорил. — Оу, Гарри, мне так жаль! — сказала Гермиона. — Я даже представить не могла, что Камень может оказаться в настоящей опасности. Все учителя были так убеждены, что их ловушки сработают… — Не сработали, — отчеканил Гарри. Он звучал очень спокойно, учитывая всё происходящее вокруг, хотя Гермиона и видела скрывавшийся за этим гнев и страх. — Это не вина мисс Грейнджер, мистер Поттер, — вмешалась Вектор. — Она сделала самый логичный вывод, основываясь на имеющихся знаниях. Скорее уж профессору Бабблинг и мне стоило сделать ещё более серьёзные ловушки, которые смогли бы остановить вора. — Вы думаете, остальных хватит? — спросила Гермиона. — Сомневаюсь, — хмыкнул Гарри. — Надеюсь, — ответила ей Вектор. — Но, к несчастью, нет никакой возможности это узнать и никакой возможности остановить вора, потому что мы не можем пройти через эту дверь. — Но это же вы создали эту ловушку, профессор! — возмущённо сказал Гарри. — Да, но единственный ключ — у профессора Дамблдора. Больше способа пройти нет. — Ну, Снейп же нашёл какой-то способ. — Мы не знаем, кто настоящий вор, мистер Поттер. Но в любом случае, я не могу открыть эту дверь. — Ну, может, тогда поискать путь взлома? — предложила Гермиона. — Может, у нас получится повторить. — У меня никаких идей. Я считала, что эта защита сможет противостоять буквально любой атаке. Эти статуи невозможно разрушить физически. — А что они вообще делают? — спросил Рон, не отрывая взгляда от переливающихся разными цветами кристаллов в их огромных глазах. — Ну, они посылают друг другу какие-то световые импульсы, так что это какой-то вид шифрования, — сказала Гермиона. Она попыталась думать как профессор Вектор. — Связано ли это с разложением больших чисел на множители, профессор? Вектор улыбнулась ей в ответ: — Мисс Грейнджер, — она всё ещё улыбалась, — признаю, что в первоначальном плане я хотела использовать в качестве шифра простые множители шестизначного числа… А потом я встретила вас. — Меня? — Да. Ваши сумасшедшие способности в ментальной арифметике сподвигли меня серьёзнее отнестись к защите Камня. Я списалась с несколькими арифмантами и техномантами из Америки и изучила маггловскую литературу по шифрованию. Я раньше не занималась подобным в таких масштабах, но смогла найти применение тому, что магглы называют «обменом ключами». Вау, это что-то новенькое. Обычно это Гермиона поражала профессора Вектор своими познаниями, а не наоборот. Профессор знала об обмене ключами? Его изобрели всего двадцать лет назад, недавно даже по меркам маггловского мира. Просто поразительно, что этим интересуется кто-то в мире магов, где большинство называет электричество «эклертичеством». — Протокол Диффи-Хеллмана или РСА? — Эм? — одновременно сказали Рон и Гарри. Вектор снова закатила глаза и сказала: — Ну разумеется вы о них знаете. Для своего препятствия я использовала протокол Диффи-Хеллмана. Гермиона кивнула. Этот протокол подразумевал для двух людей иметь возможность передать секретный код, даже если их могут прослушивать. Оно базировалось на относительно несложных математических вычислениях, но человек, не имеющий хотя бы одного предыдущего значения, никогда не смог бы повторить путь вычислений и выстроить цепочку. Но даже её ограниченный арсенал познаний в программировании позволял понять, что даже в такой системе скорее всего есть уязвимости. Она начала размышлять. — Итак, как конкретно всё работает? — Ну, поскольку мы никуда не спешим… Мисс Грейнджер, знакомьтесь, эти две статуи — Алиса и Боб. — Сейчас, оторвавшись от светящихся глаз, Гермиона заметила, что статуя слева была женской (и похожей на Жанну Д’Арк). Рон и Гарри сбоку явно поразились таким обычным именам. — Каждые пять минут Алиса проблескивает простое число «р» в диапазоне от десяти тысяч до двадцати тысяч, а Боб загадывает случайное число «g», от тысячи до «p». Цвета вспышек — цифры, как на счетах: красный, жёлтый, зелёный, синий, фиолетовый и белый от нуля до пяти соответственно. Гермиона кивнула. — Потом каждый из них генерирует случайный секретный ключ и возводит «g» в степень этого числа по модулю «p», и потом кодируют это число в свет для следующей передачи? На лице профессора читалась гордость, даже несмотря на всю окружающую ситуацию. — Вроде бы верно, если я правильно понимаю вашу терминологию. Каждая статуя выбирает случайный секретный номер — ты назвала его случайным секретным ключом — у каждой статуи это число от тысячи до «p». И этот цикл обмена повторяется каждые десять секунд в течение пяти минут. Если что-то в него вмешивается — он начинается сначала. Гарри и Рон смотрели на переговоры двух ведьм как на теннисный матч. — Так это какая-то профессиональная арифмантика? — робко поинтересовался Гарри. — Вы хотя бы на английском говорите? — поддержал друга Рон. — Это модульная арифметика, — ответила Гермиона. — Это как… Это как считать на часах. Можно умножать и складывать, но как только становится больше двенадцати, ты должен начинать с нуля, но чем больше цифры, тем интереснее. Гермиона понимала, что это очень примитивное сравнение. Профессор Вектор попыталась объяснить это мальчикам получше, хотя это и было сложно, потому что они не привыкли к мысли, что цифры можно заменить буквами. Две статуи передавали два числа — «p» и «g», и у каждой было секретное число. Она возводила «g» в степень секретного числа, потом делила на «p» и передавала число итогового остатка второй статуе. Вторая статуя возводила своё число «g» в степень этого остатка и делила на «p», потом запоминала остаток. Это число должно было совпадать у обеих статуй, потому что так работала математика. — …И вот если это секретное число наколдовать вспышками света палочкой, то статуи активируются и откроют дверь, — закончила объяснение Вектор. — Но нереально посчитать всё это так быстро. Единственный способ — ключ, который держит при себе профессор Дамблдор. Он связан со статуями Протеевыми Чарами. Гарри и Рон явно заблудились во всех рассуждениях, но Гермиона всё поняла. Кроме того, как вор всё-таки прошел. — Наш вор не мог просто забрутфорсить пароль, — начала рассуждать вслух девочка. — Есть как минимум четыре сотни вариантов арифметических операций, которые надо совершить для взлома. Даже я не могу считать дискретные логарифмы так быстро, даже с калькулятором. — Тогда всё получилось как задумывалось — потому что моей целью было превзойти именно ваши навыки, — сказала Вектор. — Хм… Итак, мы не можем его просто подобрать. Значит, наш следующий очевидный вариант — перехват данных. — Гермиона встала между статуями. — Он мог встать посередине и притвориться Алисой, подающей Бобу сигнал, и Бобом, отвечающим Алисе. Тогда он смог бы закодировать число, которое сам и загадал. — Но я учла это, мисс Грейнджер. Это же классический прием взлома, он мне известен. Вот почему Алиса и Боб обмениваются данными всего за десять секунд — это самое меньшее время перезагрузки чар пересчёта, которое я смогла создать. У любого, кто захочет совершить подобную атаку, будет всего десять секунд. Лицо Гермионы вытянулось. Она прокрутила схему в голове и поняла, что даже в таком случае понадобится двадцать операций с четырёхзначными числами. Но есть же какой-то способ! Вор-то догадался. Да, может, он их просто заколдовал, но тут будто бы было что-то… Что-то… Какой-то ещё способ всё упростить — уменьшить число операций… — Ну конечно! — закричала она. — Гарри, дай мне свою палочку. — Чего? — сказал он. — Эм… Держи? Гермиона взяла палочку Гарри и встала между двух статуй. — Мисс Грейнджер, — начала Вектор. — Люмос! — воскликнула Гермиона. К её облегчению, обе палочки подчинились. Она подняла каждую к лицу определённой статуи. Шокированная Вектор остановилась. Чары с двух рук были редкостью в принципе, не то что от первокурсницы. Но Гермиона просто начала колдовать. Профессор Флитвик научил их менять цвет огоньков на уроке Чар, но это не имело практической пользы, так, для забавы. Сейчас она применит это для достойной задачи. — Гилз, Гилз, Гилз, — она не останавливалась. Обе палочки выдали три красных вспышки или три нуля в переводе, что заставило Алису и Боба уйти на перезагрузку. Гермиона приготовилась к самому быстрому счёту в уме в своей жизни. Сначала Алиса выдала своё простое число «p» — жёлтый, жёлтый, белый, синий, белый, синий, белый, зелёный. Гермиона немедленно перевела это в 11 887. Следующим число выдал Боб: синий, фиолетовый, белый, синий, жёлтый, или 3 481. Теперь Гермиона знала, что считать. Она возвела 3 481 в квадрат и разделила число на 11 887, получила остаток и перевела его в цвета, даже быстрее, чем за десять секунд. Это было почти на границе её возможностей, но у неё получилось 4 508. Она подняла обе палочки и закричала: — Аржент, Пурпур, Аржент, Гилз, Гилз, Аржент, Азур! Время будто остановилось. Алиса и Боб обрабатывали данные. Даже учитывая, что левой рукой она колдовала палочкой Гарри, цвета вроде бы были правильными и достаточно яркими. Но она не представляла, сойдёт ли это для статуй. Теперь Алиса и Боб выдали новую пару чисел: показатели. Алиса просверкала белым, фиолетовым, белым, жёлтым, зелёным, белым, жёлтым, что перевелось в 9 626, а Боб выдал жёлтый, жёлтый, синий, белый, фиолетовый, что перевелось в 1 139. Гермиона не была уверена, отвечают ли эти цифры на её переменную, или всё ещё на друг друга, но надо было попытаться. Но задачка непростая. Ей приходилось проделывать все операции дважды, но каждый раз у неё в конце получался номер, который она загадала. Она крайне старалась игнорировать бормотание Рона и Гарри о непонимании происходящего, скептический взгляд профессора Вектор, десять, двадцать, тридцать секунд. Наконец, она, вроде бы, пришла к ответу. Ключ Алисы — 711, а Боба — 1 638. Гермиона подняла левую палочку, поднесла к лицу Алисы и заколдовала, про себя молясь, чтобы это сработало: — Аржент, Верт, Ор, Ор! Потом подняла палочку Гарри к лицу Боба: — Ор, Аржент, Ор, Азур, Аржент, Азур! Она чуть не запнулась на последнем заклинании. Внезапно позади неё начала с громким треском открываться дверь. Профессор Вектор громко ахнула, а Гарри и Рон начали хихикать. Гермиона обернулась и увидела, как Алиса и Боб поднимают скрещенные до этого топоры, а каменная дверь скользит в сторону. — Гермиона… Как…? — неверяще сказала Вектор. — Легко, — ответила девочка. — Я просто использовала двойку в качестве секретного числа. Это за пределами разрешённого диапазона, но Алиса и Боб не могли этого знать, если вы не вбили в них таблицу с добрым миллиардом вариантов или не научили их считать дискретные алгоритмы. Профессор Вектор на пару секунд задумалась, представляя, как всё это выглядело с математической точки зрения, а потом кивнула, сдаваясь. — Ты права, Гермиона. Признаюсь, такую вероятность я не предусмотрела. Но опять же, мне казалось, что я зачаровала статуи принимать свет только друг от друга, так что твоя атака не должна была сработать. — Наверное, эту часть Снейп смог расколдовать, — все подпрыгнули от внезапности слов Гарри. Вектор тяжело вздохнула: — Пока что я не уверена в личности нашего вора, мистер Поттер, но в этом выводе склонна с вами согласиться. Должно быть, какие-то чары позволили ему ввести свой код, как это сделала Гермиона. И эти чары куда мощнее, чем простой Конфундус. — И чего мы ждём? Пошли, — сказал Гарри и пошёл к двери. — Нет! — закричала Вектор. — Я пойду одна и задержу вора. Вы трое сейчас же вернётесь и предупредите остальной замок. Вы ещё не выросли — метла должна выдержать всех троих. — Нет, я пойду с вами, — настойчиво сказал Гарри. — Мой ответ, разумеется, нет. — И я останусь! — закричал Рон и встал рядом с Гарри. — Я больше не оставлю его одного. Прости, что не поверил тебе тогда, приятель. — Мистер Поттер, мистер Уизли, я приказываю вам и мисс Грейнджер вернуться в общежитие. — Накажете нас позже, профессор, — выпалил Гарри. — Но нам до этого никто не поверил. Вы единственная, кто нас выслушал. Мы все — единственные, кто готов остановить вора. — Они вас выслушают, если вы дадите им хорошую причину. Мисс Грейнджер, отправляйтесь к апартаментам профессора МакГонагалл — я так понимаю, вы знаете, где это, — и скажите, что мы ждём её… — Профессор Вектор сделала шаг вперёд и заглянула в следующую дверь, пытаясь рассмотреть, что там. — Да, скажите ей, что мы ждём у шахмат. Скорее всего это её ошибка. Уж это она выслушает. — У шахмат? — восторженно переспросил Рон. — Мы должны будем выиграть, чтобы пройти? — спросил Гарри. — Почти наверняка. Это та ловушка, которую от неё стоит ждать. — Тогда вам точно нужен Рон, — сказал Гарри. — Сомневаюсь, мистер Поттер. Вы не видели, как профессор МакГонагалл играет в шахматы. Для меня очень сложно победить её даже в самый лучший день. И если вы вспомните то, чему вас учили, то знаете, что они так же умны, как она. — Это вы не видели, как Рон играет в шахматы, мэм. Он вам нужен. И я пойду с ним. Гермиона, ты в деле? Гермиона побледнела, когда поняла, что на ней сосредоточились все взгляды. Стоит ли ей продолжить, чтобы как минимум остаться голосом разума? Но если всё будет становиться ещё более сумасшедшим, то какой голос разума им поможет? — Я… — испуганно протянула она. — Мэм, мы же всегда сможем вернуться назад, так? — уточнила она. — И позвать помощь в любой момент? — Да, — подтвердила Вектор. — Профессор Дамблдор настаивал, что кто бы ни попытался прорваться, у него должен быть шанс отступить. — А причинятель «мучительной смерти» на входе его не смутил? — заявил Рон. — Ну, там тоже не очень сложно отступить, — сказала Гермиона. — Мы в первый раз просто сбежали. — В первый раз?.. — Вектор бессильно посмотрела в потолок. — Неважно. Я не желаю знать. Смотрите, я не в восторге от этого, но давайте поищем компромисс. Мне надо двигаться, и быстро. Я не могу заставить вас троих вернуться, потому что тогда за мной закроются двери. Впереди ещё три или четыре ловушки, считая шахматы. Я разрешаю вам помогать мне до того момента, пока вы можете, но только если вы пообещаете мне, что, если мы столкнемся с вором или всё вокруг станет слишком опасным, вы тут же убежите назад и позовёте помощь. — Обещаю, мэм, — тихо сказала Гермиона. — Да, Гарри и я тоже согласны, — кивнул Рон. Гарри нахмурился и осмотрел комнату. — Гарри, ты же помнишь, насколько лучше нас сражается профессор Вектор, — напомнила ему Гермиона. — Мы её только замедлим. И если он правда охотится за тобой, то имеет смысл сбежать и оставить кого-то опытного тебя прикрывать. По лицу Гарри можно было прочитать, как много он хочет сказать. Он выглядел разочарованным, потому что не мог логически опровергнуть её аргументы. — Ладно, — проворчал он. — Согласен. — Гарри, мне правда очень жаль, — снова сказала Гермиона, — я правда никогда не думала, что всё зайдёт так далеко. — Ага, я тоже, — поддакнул Рон. — Я так и не понял, как работала та арифмантическая ловушка. Мне кажется, даже Билл не смог бы её взломать. — Всё хорошо, — сказал смягчившийся Гарри. — Пойдёмте остановим Снейпа. Они вошли в следующую комнату. — Что это за место? — прошептала Гермиона. Эту комнату снова освещали одни факелы. Здесь было значительно темнее, потому что свет слишком преграждала всякая всячина. Они стояли перед огромными шахматами чёрного цвета, растянувшимися от стены до стены. Фигуры были примерно человеческого роста, но большими — пешки были примерно шесть футов и пять дюймов, а короли явно дотягивали и до семи футов. Вдалеке белые фигуры злобно смотрели на вошедших. По обе стороны от доски был промежуток приличного размера, но самым странным тут был потолок. Он весь был покрыт острыми как бритва сталактитами, которые опускались почти до голов фигур и качались туда-сюда с тихим скрежетом, как трава качается на ветру. Доску нельзя было обойти сбоку или как-то пролететь над доской. В воздухе витало тяжёлое ощущение волшебства. Профессор Вектор подняла палочку на секунду и тут же её опустила. — Чары тут очень плотные, — сказала она. — Я думаю, профессор Флитвик помогал профессору МакГонагалл с этой ловушкой. Мы здесь крайне ограничены в магии, которую можем использовать без опасения обрушить на себя потолок. — Логично для игрока, — сказал Рон и подошёл к Чёрному Королю. — Должны ли мы, эм, встать на ваше место, чтобы начать играть? — спросил мальчик. Король повернулся к нему и кивнул, а потом все фигуры расступились и отошли к стенам. — Итак, начнём, — Рон передёрнул плечами. — Профессор Вектор, думаю, вы должны встать на место короля. — Нет, я думаю, это вы должны встать на место короля, мистер Уизли, — заспорила она. — Это будет для вас куда безопаснее. Рон пожал плечами: — Нет, наша цель — провести вас вперёд, правильно? — Да, но вы должны быть в состоянии завершить игру. — Профессор, — сказала Гермиона. — Что будет, если фигуру срубят? — Я не знаю, но этот человек точно не сможет двигаться дальше. Вы должны быть осторожны, мистер Уизли. Если всё станет слишком опасным, нам придётся отступить. Рон кивнул: — И всё же, эм, вам надо встать на место короля, профессор. Игра закончится совсем не в этой комнате. Вы должны пройти дальше, так что вы — самая важная фигура. Вектор собиралась запротестовать, но остановилась. В этом была логика. — Ладно, я займу клетку короля. — Хорошо, — кивнул Рон. — Гарри, ты офицер. Я буду конём. Гермиона, ты — ладья. Сыграем. Как только они все встали на доску белая дэ-пешка, настоящий полноразмерный вооружённый рыцарь с мечом в руках, чеканно шагнула на две клетки вперёд. Рон кивнул и приказал: — Пешка на дэ-5. Абсолютно идентичная чёрная пешка шагнула на две клетки и встала лицом к лицу к своему белому близнецу. Все игроки-люди заметили, что, в отличие от обычных волшебных шахмат, все фигуры молчат. Тогда белая цэ-пешка шагнула вперёд на две клетки. Рон осмотрел доску и повернулся к Гермионе: — Ферзевый Гамбит, — сказал мальчик. — Как думаешь, принять или отклонить? — Или это что-то ещё? — ответила Грейнджер. — Не знаю. Ты лучше играешь. — Предлагаю отклонить, — сказала профессор Вектор. — Мы должны играть от обороны, и это будет хорошим началом. — Хм… разумно, — кивнул Рон. — Пешка на е-6. Е-пешка сместилась на одну клетку. К удивлению Рона и Гермионы, шахматы МакГонагалл начали разыгрывать Ортодоксальную Линию Отклонённого Ферзевого Гамбита. Белый конь переместилась на цэ-3. Рон, однако, решил прервать розыгрыш Ортодоксальной Линии: — Гарри, е-7, — приказал Уизли. Гарри сдвинулся на одну клетку по диагонали. Белые решили воспользоваться шансом и срубить фигуру противника. Цэ-пешка шагнула вбок, схватила чёрную дэ-пешку за ногу и локоть, раскрутила над головой (а статуя весила под пятьсот фунтов минимум!) и бросила через всю доску, над головами других фигур. Сталактиты изгибались, освобождая ей путь. Фигура столкнулась со стеной и как будто потеряла сознание. — Это… выглядит фигово, — пропищала Гермиона. — Ничего хорошего, — мрачно сказал Рон. — Но мы должны продолжать играть. — Профессор? — решила уточнить и её мнение Гермиона. Вектор раздумывала с пару секунд. — Учитывая серьёзность всех обстоятельств я разрешаю вам продолжить. Но будьте аккуратны. Это хоть и не выглядит смертельно, но этого точно достаточно, чтобы запереть вас в Больничном Крыле минимум на неделю. — Я приложу все силы, мэм, — твёрдо ответил ей Рон. Они продолжили играть. Долгое время это была очень консервативная партия с обеих сторон. Но пришло время Гарри срубить фигуру. Об этой проблеме они до этого не задумывались. Белая пешка не сдвинулась, когда Гарри встал на край её поля. — Ну, убирайся! — приказал Поттер, но статуя не шевельнулась, а только скрестила руки на груди. — Может, нам надо выбросить её с поля, как другие фигуры делали? — предложила Гермиона. — Но я не смогу! — закричал Гарри. — Почему магия не может сделать всё сама? — Не для нас, — ответила Вектор. — Полагаю, это часть испытания. Но Чары Левитации тут подойдут. Думаю, зачарование комнаты это позволит. — Она направила палочку на пешку и сказала: — Вингардиум Левиоса. — С огромным напряжением она смогла оторвать пешку от пола и наклонить набок в воздухе. Сталактиты расступились, давая ей провести пешку над головами других фигур. Она сжала палочку двумя руками, когда вес начал отдаваться обратно заклинателю. Обе её руки дрожали, а по лбу тёк пот, когда она наконец-то развеяла заклинание, и статуя упала за их спинами. Женщина бессильно осела на своей клетке. — Фью. Надеюсь, нам не придется делать это слишком часто. Но уже через несколько ходов Рону понадобилось срубить слона — ужасно выглядящее существо с отчетливыми чертами Кардинала Ришелье. Размером в шесть футов и с полным облачением священника, он был куда как тяжелее пешки. Профессор Вектор попыталась поднять его как в прошлый раз. Она встала на своей клетке и, пыхтя и чертыхаясь, попыталась поднять статую, но заставила её только зашататься в разные стороны и подняться на пару дюймов. Потом слон рухнул, и статуя молча ехидно заухмылялась. — Простите. Слишком тяжело, — Вектор сдалась. — Я не представляю, как мне её сдвинуть. — Стойте! — подпрыгнула Гермиона. — Помните тролля? Давайте попробуем поднять его все вместе. Колдуем на счёт три. Раз… Два… Три… На лице священника злорадство сменилось волнением, когда он поднялся в воздух. Это было тяжело. Ноги Гермионы подкашивались от усилия, а Гарри вспотел так сильно, что пот начал пачкать линзы очков, и казалось, что они вот-вот соскользнут. Теперь Гермиона понимала, почему профессор Вектор выглядела такой вымотанной. Но у них получилось скинуть слона с доски. — Мерлин, какой же он тяжеленный, — сказал Рон. — Надеюсь, нам не придется поднимать Короля. — Угу, я тоже, — прохрипела Гермиона. После этого игра стала ещё жестче. Рон подолгу продумывал каждый ход. Гермиона и профессор Вектор давали советы пару раз, но они явно были вне лиги профессора МакГонагалл и Рона. «Трансфигурация может сделать ровно столько, сколько вложит в неё заклинатель», — весь год вдалбливала им МакГонагалл. К несчастью, она, похоже, могла очень много вложить в свои шахматы. — Гарри, меня тут кое-что удивило, — сказала Гермиона через некоторое время, не отрывая взгляд от центра поля. Он обернулся и посмотрел на неё: — Что? — Как ты прошёл через Дьявольские Силки? К её удивлению, Гарри широко, по-настоящему, улыбнулся. — Ну, они меня схватили, — сказал мальчик. — И я не представлял, что это такое, так что просто подумал: «А что бы сделала Гермиона?». Гермиона слегка покраснела и взволнованно выдавила: — И…? — Я наколдовал тот голубой огонёк, который ты постоянно делаешь. — Чары Голубого Пламени? — ахнула девочка и улыбнулась. — Гарри, а я и не знала, что ты можешь их исполнить. — Пх, ага… Я тоже. — Оу, — сказала Гермиона — Ну… Хорошо, что получилось, хм. — Ага… — Да, повезло, мистер Поттер, — вмешалась в диалог профессор Вектор. — Когда я не увидела вас в силках, я на секунду испугалась худшего. — Хм… профессор, — в Гермионе проснулось любопытство. — Теперь, подумав об этом, мне не кажется, что Силки, которые разбегаются от простого огонька, могут стать достойным препятствием для взрослого волшебника. — Потому что это не препятствие. Оно нужно только для смягчения падения любого, кто попадёт вниз. После высыхания Дьявольские Силки часто используют для смягчения почвы. — Оу. Раздался громкий треск, потому что Рон приказал их ладье рубить. Это была тяжелая игра. Они потеряли Чёрную Королеву, но срубили обоих Белых Слонов. Гермиона была немного разочарована, что Рон держит её в запасе. Она всё ещё стояла на своей клетке в заднем ряду. А ещё Гермиона по-настоящему невзлюбила Белую Королеву. Ростом она была больше шести футов. Вылепленная из белого сверкающего мрамора, с короной и символами власти, она очень походила на Белую Ведьму из книжки «Лев, Колдунья и Платяной Шкаф». А ещё она становилась всё самодовольнее и снисходительнее с каждой пешкой, которую выбрасывала за пределы доски. И тут Гермиона поняла, что Рон упустил простейший мат в один ход. К несчастью, это увидели и их соперники. Белая Королева заняла опасную для своих фигур клетку, одновременно и защитив её от Рона и напав на Гарри, который стоял от неё по диагонали. — Эм, Рон? — нервно переспросил Потер. — Я думаю, думаю, — выдал рыжик. Гермиона осмотрела диспозицию. Им надо было прервать атаку Белой Королевы на Гарри и переоткрыть линию, занятую ей для атаки на Белого Короля. И не ухудшить ситуацию. Потому что она уже была плохой. Она не была уверена, что понимает, как поступить правильно и куда им ходить. Рон мрачнел всё сильнее и сильнее. Она понимала, что это значит. Было только два варианта, и она понимала, какой мальчик выберет. — Рон, — обеспокоенно сказала она: — пожалуйста, скажи мне, что ты видишь что-то кроме того, что вижу я. — Нет. Боюсь, что нет, — ответил Уизли. — Что происходит? — спросил их Гарри. — Мы можем выиграть, но… — Гермиона начала указывать на фигуры. — Наша вторая ладья идет на цэ-3, её рубит ферзь, конь ставит шах королю, ферзь ест коня, слон ставит шах, ферзь идёт на е-3, потом слон его съедает. Шах и мат. Гарри едва мог уследить за мыслями Гермионы и переменой всех слагаемых. — Рон, нет, не надо! — закричал он. Рон только покачал головой: — Только так. В шахматах пожертвовать фигуру ради победы — нормально. — Но-… — Ты хочешь остановить Снейпа или нет? — Рон-… — Вы уверены, мистер Уизли? — спросила профессор Вектор. Она тоже не видела других вариантов. — Абсолютно. — Мне жаль, но он прав, мэм, — ответила ей Гермиона. — Наш единственный другой вариант — ладья на цэ-3, королева её рубит, слон шахует короля, королева ест слона, — она посмотрела на Гарри. — И конь ставит шах и мат. — Я согласен! — тут же сказал Гарри. Но Рон остановил его: — Нет! Гарри, я же тебе уже сказал — игра не заканчивается в этой комнате. Ты всё говорил про Сам-Знаешь-Кого… — Уизли сглотнул. — Если это правда, и он вернётся, а потом придёт за тобой, то тебе лучше быть в состоянии хотя бы убежать, а не лежать в отключке в Больничном Крыле. Просто не забывай про ходы. Я шахую короля, и ферзь меня выкинет. Потом продолжайте партию. — Мистер Уизли, я попытаюсь наложить на вас Смягчающие Чары, — сказала Вектор. — К сожалению, я не уверена, что они сработают. Так что не забудьте защитить голову руками в полете. — Спасибо, профессор, — тяжело сказал Рон. — Ладья на цэ-3! Чёрная Ладья переместилась на две клетки и встала прямо между Гарри и Белой Королевой. Но с дикой улыбкой Белая Королева схватила Ладью и выбросила её за пределы доски. Потом снова хищно посмотрела на Гарри. Рон глубоко вдохнул: — Ну, пора… — Стой! — выкрикнула Гермиона. — Мы ставим мат в три хода! Сдавайтесь! Ничего не произошло. — Стоило попытаться. Вектор подняла палочку и направила её на мальчика: — Пульвинус, — но ничего видимого с Роном не произошло. — Это всё, что я могу для вас сделать, мистер Уизли. Надеюсь, сработает. Рон кивнул. Он вздрогнул, но перешёл на две клетки влево. Белая Королева оскорблённо развернулась и схватила Рона. Мальчик закричал, и другие дети тоже были не так далеки от перехода на крик. Статуя схватила его за предплечье и лодыжку, раскрутила и бросила его в стену за собой так сильно, как только могла. Но вот тогда произошло то, чего они не ожидали: открылись двери в комнату с ловушкой профессора Вектор, и Рон вылетел прямо через неё. Они услышали грохот, мучительный крик боли, а потом дверь снова закрылась. — Рон! — закричала Гермиона и чуть не рванула с места. — Не двигайся! — приказал Гарри. — Мы всё ещё в игре! — он шагнул на цэ-5, шаханул Белого Короля. Белый Король теперь явно занервничал. Он переместился на линию, которую Гарри мог атаковать снова — но это был его единственный возможный ход. Гарри переместился на е-3 и разъярённо посмотрел на ферзя. Он поднял палочку, и Гермиона осознала всю глубину проблемы. Ферзь был больше, чем все фигуры до этого, даже тяжелее слона. А их теперь было только трое. — Как думаешь, осилим? — спросил Поттер. Увидевшая его сомнения Белая Королева мерзко ухмыльнулась. — Будем пытаться, — сказала Гермиона. — Вингардиум Левиоса! К ней присоединились ещё два заклинателя, и Белая Королева зашаталась, но осталась на ногах. Её ухмылка стала шире. Гермиона очень быстро уставала. Она вложила в заклинание так много силы, что всё тело ломило, как от бега на максимальной скорости, но этого не хватало. Девочка упала на колено, но всё ещё сжимала палочку двумя руками так сильно, что побелели костяшки. Она вложила в магию всю злость на то, что Белая Королева сделала с Роном. Она увидела, как неподалеку Гарри тоже упал на колени. Профессор Вектор тоже выглядела вымотанной. Но наконец они смогли поднять ферзя в воздух. Теперь на лице статуи читался страх. Они втроём вложили все силы в заклинание, и наконец враг с грохотом упала за пределами доски. — Выкуси! — закричала Гермиона. Гарри с трудом поднялся на ноги и переместился на е-3. Не дай Бог им придётся снова что-то левитировать… Поттер повернулся лицом к Белому Королю и закричал: — Шах и мат! Ко всеобщему облегчению Белый Король снял с себя корону и разочарованно бросил её к ногам Гарри, а потом все белые и чёрные фигуры расступились к стенам, освобождая им путь. — Да! — расхохотался Гарри и ударил кулаком воздух. — Пошли. — Гарри, а что будем делать с Роном? — спросила замеревшая Грейнджер. Все переглянулись. — Он был жив — и даже в сознании. Мне кажется, он упал не слишком сильно, — сказала Вектор, хотя и не была на сто процентов уверена. — Но вероятно одному из вас или даже вам обоим лучше вернуться и проверить его. — Но что, если кто-то из нас снова вам понадобится? — запротестовал Гарри. Они стояли в тишине. — Как много их там ещё, профессор? — медленно спросила Гермиона. — Должно быть две. Профессора Квирелла и профессора Снейпа. Я знаю, что профессор Квирелл притащил еще одного тролля, — («Ик!» — раздалось со стороны Гермионы). — И я не знаю, что сделал профессор Снейп. — И что, Квирелл даже не использовал какие-нибудь антитемномагические заклинания? — удивлённо уточнил Гарри. — Возможно и применил. Если бы он был достаточно компетентным в своей сфере — в чём я не уверена, — то он бы смог зачаровать тролля, чтобы магия на него вообще не действовала. Так что если вы планируете идти со мной, я зайду в комнату первая и осмотрюсь. — Вектор невоодушевлённо подошла к двери. — Хм, вор тут уже был. Он вырубил тролля. Тогда нам нужно просто пройти через комнату и попасть в ловушку профессора Снейпа. Итак… я разрешаю вам пойти со мной и попытаться её вскрыть. Если получится, то я иду вперёд, а вы двое — назад. Поняли? — Да, мэм, — ответили оба ребёнка. — Хорошо. Пойдёмте быстрее. Они пробежали в следующую комнату, всё ещё вымотанные после шахматной битвы, и их тут же окружил очень знакомый и очень отвратительный запах. Дети зажали носы и на цыпочках обошли тролля вдоль стены. Тот был не меньше пятнадцати футов в высоту и даже ужаснее, чем тот, с которым они столкнулись на Хэллоуин. На его голове была огромная налившаяся кровью шишка. К их удивлению, дверь в следующую комнату не была закрыта. Но как только они прошли в следующую комнату, позади них вспыхнул голубой огонь, заполнивший пространство от пола до потолка. В двери на противоположной части комнаты загорелось чёрное пламя, которое словно не излучало свет, а пожирало его. — Мы в ловушке! — закричал Гарри. Гермиона осторожно поднесла руку к голубому огню позади них. — Это чары Голубого Пламени, — спокойно сказала она. — Мы спокойно можем вернуться назад. — Но не вперёд, — сказала профессор Вектор. — Это проклятое пламя, оно очень горячее, — так и было — они стояли очень далеко от огня, но всем телом чувствовали исходящий от него жар. Единственной вещью в комнате был стол, семь баночек для зелий и пергаментный свиток. — Наверное, это суть препятствия, — сказала Гермиона, раскрывая свиток. — Опасность впереди тебя, спасенье позади… — она просчитала стих. — О, так это задачка на логику! Три с крапивным вином, три… с ядом, и одна защитит выпившего от чёрного огня. Гениально! Снейп постоянно говорит, что даже у самых крутых магов нет ни грамма логики. Ну, мне кажется, это решается легко. Дайте минутку… — Она начала бормотать что-то под нос и указывать пальцем на склянки. — Вот эта, — указала она на третью слева. — Ты уверена, Гермиона? — спросила Вектор. — Полностью. — А мне так не кажется, — сказал Гарри. — Почему? — растерянно сказала Гермиона. Он даже не прочитал загадку! — Почему не кажется? — Слишком легко. Даже если у самых крутых магов проблемы с логикой, и даже если Снейп не вор, ты серьёзно считаешь, что он сделал бы задачку такой очевидной? Это сто процентов ловушка. — Гарри, я знаю, что он тебе не нравится, но, по-моему, ты перебарщиваешь. — На самом деле, Гермиона, я склонна согласиться с твоим другом в этом, — устало сказала Вектор. — Это очень похоже на логику профессора Снейпа. И если на то пошло, то всегда есть шанс, что вор переставил бутыльки местами. Гермиона очень расстроилась: — И как нам тогда определить правильный флакон? — Не знаю, — мрачно сказал Гарри. Они уже так близко! Должен быть ответ! — Мы как-то можем проверить их на безопасность? Вектор покачала головой. — Не пока мы тут. Гарри тяжело вздохнул. И как же пройти? Подумал ли Снейп, что кто-то может войти в комнату без плохого умысла? Что кто-то может перемешать бутыльки? Была ли вообще разгадка? Он оглядел комнату в поиске подсказки, но ничего не увидел. Комната была пуста. Стоп, нет! Кое-что было! Его рефлексы ловца помогли ему увидеть крохотные искорки, парящие рядом с голубым пламенем, и несколько лежащих на полу. — Вот оно! — закричал мальчик и подбежал к двери, начав ловить их в прыжке, как если бы он ловил снитч. Он положил на стол добычу: очень испугавшегося маленького мотылька. — Мы можем протестировать зелья на них! Гермиона прищурилась. Она не очень одобряла испытания на животных, но в данных обстоятельствах явно можно сделать исключение. — Гарри, ты гений! Нам просто нужно по капельке из каждой бутылки. Давай, поймай ещё. Я начну пока тестировать зелья. Профессор Вектор с интересом смотрела на детей, которые работали вместе как единый механизм. Гарри использовал свои квиддичные навыки для поимки насекомых, а Гермиона уже аккуратно вскрыла первую склянку. Она осторожно наклонила её и вылила всего каплю на мотылька. Тот мгновенно сжался и замер, перестав шевелиться. Гермиона замерла, но быстро начала открывать вторую баночку, чтобы быть готовой. Грейнджер была очень рада, что друг её остановил. Потому что не только первые три, а первые пять склянок оказались с ядом. Включая ту, которую она предложила выпить профессору Вектор. На шестой склянке, где, как она считала, был яд, результат наконец-то изменился. Мотылек странно зашатался, но продолжил двигать лапками и хлопать крыльями. Это точно не яд. Но как проверить пропустит ли это вперёд? Пока она думала, Гарри действовал: — Вингардиум Левиоса, — мотылёк отчаянно сопротивлялся магии, но всё же не смог пересилить мальчика и поплыл в огонь. Гермиона скривилась, когда Поттер отправил его прямо в чёрное проклятое пламя. Но мотылек выпорхнул из него без единого следа. — Что ж, это всё, — торжественно сказала Вектор. Она взяла баночку с зельем. — Мистер Поттер, я приношу вам свои извинения. Я не считала, что это возможно, но все ловушки оказались совсем не такими надёжными, как мы считали. — Ничего, — неохотно сказал Гарри. — Просто остановите Снейпа — или кто там туда влез. Женщина кивнула. — Гермиона, у вашего факультета просто нет столько баллов, сколько стоило бы снять с тебя за безрассудное поведение сегодня вечером. — Гермиона побледнела. — Но и сложно измерить баллами твоё великолепное выступление, как и проявление способностей ваших друзей. Пожалуйста, передай мои слова и Рональду. — Хорошо, — облегчённо выдохнула Гермиона. — Теперь мне пора вас покинуть. Идите назад, помогите своему другу и быстро выбирайтесь отсюда. Найдите профессора МакГонагалл, заставьте её вас выслушать и отправьте сову профессору Дамблдору. Гарри кивнул, запомнив все инструкции. У Гермионы дрожали руки, когда она стиснула свою любимую учительницу в объятиях и сказала: — Ох, профессор, пожалуйста, будьте осторожны! — всхлипнула девочка. — Хорошо, а теперь — бегите! Септима Вектор смотрела, как двое детей исчезают в языках голубого пламени, и молча попросила у высших сил проследить, чтобы дети спокойно вернулись назад. Потом она проглотила зелье и почувствовала, как ледяные щупальца расползаются по всему телу. Женщина глубоко вздохнула, поудобнее перехватила палочку и шагнула в проклятый огонь.