Feelings online.

      Весёлый и приятный вечер в кругу своих добрых и преданных друзей. Что может быть лучше? Мировой тур был в самом соку. Нас ждали в каждой точке земного шара, что безумно подкупало наши юные души и дарило понимание, что мы любимы. Нас любят тысячи, миллионы людей. И мы до сих пор не могли понять, как этого заслужили. Что же мы сделали в прошлых жизнях, что Бог послал нам такую прекрасную судьбу, в которой мы можем уверенно сказать, что мы не одни? Никогда не будем.       JYP поселило нас в отеле, в самом центре города, в котором был наш крайний сольный концерт. Мы разбрелись кто куда. Хёнджин с Феликсом ушли в бар, прихватив с собой Чонина. Чани с Чанбином ушли в спорт зал, а я, вместе с Сынмином и Лино, валялись небрежно в коридоре, в самом удобном диване, который нам приходилось видеть и чувствовать под задницами. — Ха-а-а-ни… — протянул Минхо, — Мы что, в раю? Я так устал, аж двигаться не могу. — Если это рай, то я неудовлетворен, — бубнил Сыни, — Где же тарелка с фруктами и реки вина? Всё не так, как я себе представлял! — Вам не скучно? — приподнял голову от смятой плюшевой подушки я, — У меня есть идея! Только я не справлюсь один. И как минимум боюсь Чани хёна. — Выкладывай, — оживился Мин, — Что надо делать?       Смеясь, я стал выкладывать всё что родилось в моей уставшей голове. Не знаю почему, но мне так хотелось поговорить со Стей, но не через наш инстаграм и не через баббл. Мне хотелось появиться перед ребятами максимально неожиданно, заставив их посмеяться. И вот, когда я всё-таки сумел сквозь истерику и смех выложить весь план, мы направились к одному из номеров. Благо нам повезло. Перед самым нашим приходом, дверь собиралась закрыть горничная, к которой мы подлетели, улыбаясь во все имеющиеся зубы. Она учтиво приоткрыла нам дверь, поверив, что мы заселились именно в этот уже убранный номер.       Сынмин полез в валявшийся на полу рюкзак, доставая ноутбук, а я вместе с Ли, полезли в другую сумку, начав перебирать черные вещи нашего мембера. Всё было явно не в моём стиле, но в том то и был самый смак. Напялив на себя толстовку, которая была насквозь пропахшая духами с древесными ароматами, я встал впритык к горевшему и ожидавшему нас экрану мини компьютера. — Музыка! Забыли музыку включить! — воскликнул я, когда Сынмин уже нажимал на кнопку начала, пригнувшись почти под стол, — Как же мы выглядим нелепо!       Мы как три придурка хихикали и дурачились, пытаясь скопировать мимику нашего лидера, пока искали нужный трек. И спустя парочку минут, мы начали. Решили, что отлично сейчас впишется THE BOYZ — Drink It, и как принято, ребята отошли от стола на пару шагов, прячась от камеры. Моментально чат стал набирать обороты, отправляя нам приветствия и множество смайликов, в каждом из которых присутствовало сердечко. Хоть они были адресованы не мне, но почему-то сразу стало приятно в районе сердца.       Я стоял впритык к камере, от чего никто не мог видеть моего лица, а только знакомую всем толстовку. Когда трек закончился я подал голос. — Хэй- хэй! Стэй, — Я пытался, видит бог, я пытался скопировать голос, но видимо всё обосралось с первой же попытки. Главное не прыснуть со смеху, — Привет! Гхм… Да- да, анюасаё! Сегодня…какой сегодня эпизод?       Я обернулся к ребятам, которые сложившись на полу, тряслись со смеху и тыкали в мою сторону пальцем. Очень! Я очень пожалел, что обратил на них внимание, так как не сдержал пукающего звука с губ и заржал что есть мочи, но лицо так и не показал. Тогда рёв больного смеха разорвал комнату почти что на части. Уже никто не сдерживался. Стей поняли, что их лже Чан не один. — Кто это? — Чани, покажись! — Да это не Чан, посмотрите на худые плечики. — Стафф? Где наш Чан! — А ты поел? Мы тебя будем ругать!       Сообщения лились градом, не прекращая сменять друг друга. Мои глаза болели и не успевали отреагировать ни на один. Как только хён справляется с этим тяжёлым занятием? На телефоне куда удобнее заниматься подобным. — Комнатка Чана, эпизод энный. Ну вы поняли, — кинул я впроброс, — А сегодня, как вы уже должны быть догнать, я не один. К нам пришли замечательные гости. Официальный голос Сеула, корейский мачо мен и просто мой близкий друг — Сынмин! Заходи дорогой! — Привет! — улыбался Сын, немного прикрывая ладонью губы, — Как дела? Чан, как много зрителей! Я тебе завидую. — Дорастёшь до моих лет, и у тебя будет столько же. Правда Стей? — мы глумились и наслаждались таким детским розыгрышем. Кажется наш смех лился из нас от понимания, что всё что мы затеяли нихрена не смешно, а выглядит только глупо. Но глупость- наше второе имя.       Сынмин плюхнулся на стул и стал спокойно читать сообщения и отвечать на них, говоря что рядом с ним настоящий Чан. Он выдавал нас с потрохами, от чего сдерживать смех было уже совершенно без надобности. — О чём вы? Кто же это тогда может быть? Хан что ли? — он поднял на меня взгляд, — Не, Хан намного страшнее. — Эй! Я не… Вернее, Хан не страшный! Придурок, как так можно? На своих друзей! Тебя ждёт очень серьёзный, образовательный разговор, мой макне под номером два. — Эй! Бан Чан! — крикнул Ли, — Меня не будешь представлять?       Точно. Я же не представил Минхо. Но как бы это сделать смешно и мило? Я прекрасно знал, что большая часть Стей шипперит нас, потому хотелось добавить немного и флирта. Только для того, что бы стей были довольны. Да! Это только ради Стей.       Я поманил рукой парня, и он приблизился ко мне вплотную, прижимаясь всем телом к моей спине. Блядство. Он всегда так делал, и всегда тогда, когда вроде бы я хочу быть инициатором чего-то подобного. Минхо нагло вырывал из моих рук эту возможность. Нужно срочно приводить в чувства свои мысли и тело. Не стоит так замирать и прекращать дышать, придурок! — Гхм… — привлёк внимание Сынмин, — Ты кого-то хотел объявить, Чан? — Оу, да- да! Внимание! — прикрикнул я, — К нам удосужился присоединиться горячий, красивый, самый талантливый и любимый… — на последнем слове я ощутил мягкое прикосновение чужих рук к талии, что заставило меня почти поперхнуться, — И любимый друг, Ли Ноу! Ю ноу? — Всем здравствуйте. — парень нагнулся к экрану и незаметно опустил свою руку мне на одну ягодицу, — Спасибо, Хани, что пригласил нас к себе. — Да… Да… Не стоит благодарности. Погоди что?! — придурок раскрыл все карты, которые и так были раскрыты с первой минуты, — Ли! Ну какой же ты невозможный!       Я грубовато толкнул парня в плечо и тот радостно засмеялся, видя моё недовольство и по-детски вытянутую нижнюю губу. Он потянул меня за толстовку, заставив нагнуться к нему и показать лицо зрителям. Моё покрасневшее лицо… Которое не успело оправиться от ловких прикосновений Мина, а после и раскрытия личности. Но сбросив с себя все оковы и зажимы, я ободрился, решая плыть по течению. Плевать, мы затеяли всё это для веселья, а не что бы я сидел с кислой миной в раздумьях.       Стей кажется были рады видеть нас. Полились комменатрии которые принадлежали теперь исключительно нам. Нашей троице, которая нагло отобрала эфир у лидера, который, удивительно, но до сих пор ни о чем не догадывался? Или мы так думали? Но так или иначе, мы продолжили общение. Стей просили ставить нас множество треков, клипов и всего подобного, потому совершенно не стесняясь мы вскакивали с мест и танцевали, подпевали и просто валяли дурака. Пока на один из телефонов не пришёл грозный звонок. Это был наш менеджер, который был совершенно не счастлив, от нашего самоличного решения выйти в прямой эфир без контроля стаффа. Так же отругал, что мы рекламируем множество песен чужих компаний, и добавил, что в углу комнаты валяются баночки газировки, которая уж точно не должна была краситься на экране фанатов.       Сынмин сразу стушевался и решил прикрыть лавочку, начав объясняться с зрителями, что нас ждёт жёсткий стук по голове от начальства. Я тоже достаточно сильно запереживал. Действительно, мы не предупредили никого, что выходим в прямой эфир, а вдруг кто-то другой должен был сегодня вещать, радуясь своей минутке счастья и внимания. Как настоящие эгоисты повели себя, и всему тому виной я. И кажется Минсон заметил моё осунувшееся лицо, потому закинул руку на моё плечо и обнял, поглаживая пальцами предплечье. Интересно, как он истолковал это поглаживание — была ли это попытка успокоить или поглаживания означают что- то большее? И у него или у меня на лбу выступил пот? Не знаю. Главное, я не стал спрашивать. Мне было неловко. Это очевидно. Но приятно, до безумия. Он рядом, он со мной, а значит ничего не страшно.       Мои глаза округлились, а рот приоткрылся, когда Ли запустил свою ладонь мне под толстовку и стал мягко водить ею по спине. Я не могу скрыть своего шока, смущения и капельку счастья, что он решается на какие то действия по отношению ко мне. Ведь почти с первых минут нашего общения, я чувствовал что-то необъяснимое к этому парню. Какую то невидимую нить, которая с каждым годом превращалась в толстый и тяжёлый канат, который стягивал меня, связывал и не пускал ни на шаг от мыслей по этому человеку. Я не знал что таится в голове у него, но прекрасно начал понимать себя, после пары неудачных проб в общении с девушками. Я боялся принимать тот факт, что мне могут нравится мужчины. Я боялся осуждения и косых глаз от мемберов, фанатов, компании. Я боялся увидеть скошенное от отвращения лица Лино. До дрожи не хотел того, что он может отвернуться от меня, да ещё обвинить в том, что я позволил себе думать о нём подобным образом. Но сейчас… Сейчас он делает что-то по своей личной прихоти, так же? Я могу считать эти прикосновения чем-то намекающим, что бы и я открыл ему свои желания? Или же это просто моя больная фантазия? Господи, как же всё это тяжело. — Нам наверное надо сворачиваться, — подытожил Сынмин, — Чани хён тоже не доволен нами, прислал сообщение. Смотрите, — парень повернул экран телефона к камере и показал гневный текст, в котором подробно описывалось что с нами может произойти через пол часа. — Так, нам пора! — бросил я, — Всем пока-пока! Нам нужно спрятаться. А то вы больше нас не увидите. — Вас Чан попросил остаться здесь и дождаться, — вставая бросил Сынмин, — Соболезную, бро.       Минхо тихо матернулся, скрывая лицо в моём капюшоне, спокойно лежащим на моей спине. Тёплое дыхание мягко щекатнуло кожу и побежало по позвоночнику вниз, от чего я незаметно вздрогнул. — Всё! Я отключаю, — Сынмин нагнулся в последний раз к ноутбуку и уже почти навёл курсор на кнопку «стоп», как я завопил. — Стой! — я вскочил так резко, что кофта задралась и показала всему эфиру мой оголённый живот и руку парня, которая всё это время грелась об меня, — А как же подарить обнимашки? Чан никогда не оставляет своих зрителей без них.       Парни стукнули себя по лбам, со словами, как они могли про это забыть и потянулись одновременно со мной к камере, делая вид, будто обнимаем и прижимаем к груди наших родных стей. После, мы дружно помахали всем на прощание и я вместе с Минхо отошли от компьютера. Сынмин отключил эфир. — Блять, парни, простите, — начал я, стягивая с себя душную толстовку, — Я не подумал, что нас могут отругать за это. Я виноват. — Да брось, — махнул рукой Минхо и плюхнулся на широкую кровать, — У нас у всех есть головы на плечах. Никто не подумал о таком исходе. — Так, вы тут общайтесь и дожидайтесь Чана. А я пошёл, а то и мне перепадёт, — бросил нам Сынмин и выбежал из комнаты весело смеясь, — Готовьте свои задницы!       Мы весело засмеялись, смотря на исчезающего младшего, надеясь, что всё о чём он говорит- фарс. Наверняка Чан не будет ругаться с нами из-за этой тупой выходки. Мы не вели себя позорно, не ругались матом (по крайней мере так, чтобы стей нас расслышали), не кидали спойлеры и неосознанно не рекламировали никакие напитки! Это была случайность, честно. — Хани, — подал голос Мин, — Ты меня извини, если ты не ожидал от меня тех прикосновений, но просто знай, что мне… не жаль, — хитрец вытянул губы в ехидную усмешку и пожал плечами, что заставило меня улыбнуться ему в ответ. — Не переживай, хён. Ты меня ничуть не смутил. Наоборот, я был приятно удивлён. — Удивлён? Чем же? — парень сел на кровать поудобнее и стал ожидать моего ответа, которого у меня не было. Я не подготовился, не думал, что он захочет продолжить разговор о нас, — Ну? Чего тормозишь? — Да что ты прицепился? Спина чесалась, а ты вовремя и просунул руку. Спасибо, — я готов был застрелить себя за свою неуверенность. Такой шанс открыться парню, а я говорю какую- то чушь. — А сейчас у тебя спина ещё чешется? — Мин наклонил голову чуть вбок и впил в меня свой тяжелый взгляд, который я никогда не мог выдержать. Я отвёл глаза. — Чешется. — ответил я шёпотом.       После тихого хохота, Ли похлопал по кровати, приглашая меня к себе. А когда он объявил, что сделает мне ещё и массаж, меня моментально бросило в жар. Неужели? Или это просто дружеское внимание и переживание о моей ноющей спине после выступлений? Но так или иначе, я подался к нему, делая уверенные шаги к краю и скидывая с себя футболку.       Постельное бельё было шёлковым, мягким, невесомым. Будто я прилёг не на обычную отельную кровать, а на одуванчиковое поле. Я протянул руку и коснулся атласных простыней, погладил нежно-зелёный шёлк. Затем коснулся холодного покрывала и вздрогнул от холода. Странно, в номере было настолько тепло, что мне даже жарко. А тут я словно попал под ледяной душ. Холод проникал под рёбра и растёкся по всему телу, я с испугом подумал, не подхватил ли где простуду. И это не была обычная простуда: я вдруг ощутил спазмы в ушах, потом перед глазами у меня всё поплыло, и я почти что потерял сознание. Ведь парень уселся на мои ягодицы и мягко провёл по коже спины горячими ладонями. Мне казалось, он исследует мою кожу, целует её подушечками пальцев, заставляя пробудить стаю мурашек. От его прикосновений я чувствовал странное желание. Нет, мне не хотелось ему ответить, чтобы тем самым спровоцировать агрессию. Мне было трудно его понять. Но меня начало раздражать его спокойствие. Что же он делает со мной?       В какой-то момент мне вдруг до смерти захотелось, хоть чуть-чуть большего, но не то, чем мы занимались сейчас. Я наклонился вперёд, сжал ноги, почти уткнувшись головой в подушку, словно стараясь спрятаться от него за стыд. Я понимал чего хочу. Хочу его сейчас. Небольшое покалывание в районе паха тому подтверждение. А потом я ещё раз спросил себя — чего же именно? Секса без обязательств, или же ответные чувства, со всеми последующими к ним приложениями? Мне на секунду захотелось признаться. Хотелось, несмотря на то что меня наверняка отругали бы за это и несомненно наказали бы. Но я не мог и не хотел больше вариться в этом недопонимании. — Хён… — пробубнил я в матрас, — Я передумал… — Шшш, — Минхо мягко провёл рукой по задней стороне моей шеи и запустил пальцы в волосы, — Просто расслабься. — Ты не понимаешь. Перестань, — я попробовал приподняться на локти, но Ли толкнул меня обратно, — Да что ты творишь?! — Хан, ты можешь помолчать и просто получать удовольствие? — начал возмущаться старший, — Ну неужели надо каждый раз бежать от меня как от огня? Неужели я такой неприятный? — О чём ты? — моё дыхание остановилось где в районе трахеи. Тело сжалось в ожидании, а мысли отключились. Я не думал ни о чём на этом белом свете, лишь бы не упустить ту нить, которую мне сейчас протянет хён. — Какой же ты тупой, Джисон. Я думал ты давно всё понимаешь, а оказывается до тебя как до жирафа, — нотки разочарования так и лились с его уст, — Мне кажется я достаточно знаков тебя подавал. — Ты можешь внятно сказать о чём ты говоришь? Ведь я могу подумать по разному, — я всё же смог перевернуться на спину и взглянуть на лицо человека, от которого давление в крови растёт, а сердце замирает каждый раз, когда наши взгляды встречаются, — Может ты просто играешься. Может относишься ко мне как к своему младшему брату, оказывая братское внимание. Может влюблен в меня…       Из меня полилось как из самого мощного водопада. Я не мог закрыть рот, продолжая тараторить, забывая при этом делать глубокий вздох. Ладони моментально стали влажными, от чего я стал активно тереть их об мягкую простынь. Минхо следил за каждым движением моего тела, будто читал моё состояние как открытую книгу. Возможно, он и видел меня именно таким — слегка возбужденным, старающимся не упустить малейшей подробности, причём уже не разбирающим, как лучше воплотить свой замысел, а просто воспроизводящим его прямо на месте. Наконец поток моих слов иссяк, и я поднял глаза на своего товарища. Тот тихонько засмеялся. Мое лицо просветлело — похоже, я справился. Он протянул ко мне руку. Если бы я не понимал, насколько расслабленно может быть человеческое тело, вряд ли я испытал бы что-то подобное, получив прикосновение тёплых пальцев к лицу. Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я заметил, что Минхо положил мне на губы палец, требуя тишины. Его лицо было близко, в волосах сияло солнце. У меня перехватило дыхание. — Ты же знаешь, что я чувствую к тебе, не так ли? — моё молчание само по себе являлось ответом. Я не знал, но мечтал понять уже, что бы он бросил всю правду в моё переполненное надеждой лицо. Ли издал восторженный звук и наклонился, что бы посмотреть в мои глаза, от чего кровать под нами скрипнула, — Давай. Скажи твой окончательный вердикт.       Я показушно фыркнул, пытаясь придать лицу максимально деловитый вид. Я боюсь. Я блять боюсь открыться неизвестности и быть после сломленным отказом. Но когда парень взялся своей крепкой хваткой за мою шею и притянул меня максимально близко, что кончики наших носов встретились, я выплюнул. — Любишь? — если бы я мог перемотать время вспять, я бы это сделал. Кто же тянул меня за язык?! Ах да, это же был Лино. — Бинго. — комната озарилась райским свечением, как только это одно слово дошло до моего сознания. Но после отрезвила мысль, что может мне почудилось? — Не понял, — махнул головой я, — Ещё раз, объясни внятно, хён! — Я люблю тебя, придурок.       Мир перевернулся. Если бы я стоял на ногах, уверен, земля выбилась бы из-под них. На несколько секунд я впал в полное блаженство. На меня накатила нежность. Мне хотелось закрыть глаза и сказать: «Как хорошо… Как это здорово… Никогда в жизни я не был так счастлив… никогда…». Но вместо этого я схватился за край его футболки и притянул для поцелуя. Прежде, чем он смог мне помешать, его рот сам нашёл мой. Я не возражал. Поцелуй был медленный и страстный, при этом на губах у Мина появилась блёстка слюны — а я уже еле сдерживал стон наслаждения. С кем либо другим я бы не заметил таких мелочей, но этот поцелуй с лихвой искупил всё то время, в котором я мучался в сомнениях и переживаниях. Его руки обхватили меня за щёки, не собираясь отпускать ни на секунду, чему я был только рад.       Следом, мы не разбираясь в своих действиях, стали срывать друг с друга одежду. Футболки, ремни, джинсы — всё было лишним, сковывающим наши тела, которыми мы мечтали насладиться. После множества лет воздержания друг от друга, мы пылали, забывая о том, что должны быть аккуратнее друг другу в свой первый раз. Но разве мы могли думать рационально?       Губы Ли были твердыми и чуточку шершавыми, но до обморока сладостными. Я упивался моментом, умоляя вселенную, что бы это был не сон и я не проснусь сейчас с мокрыми трусами от собственных выделений. Моё бедное сердце выпрыгивало из груди от восторга и ощущения касаний влажного языка. Мне хотелось ещё и ещё. Больше чувствовать его на себе. На плечах, руках, животе, во рту. Лишь бы он не прекращал дарить мне эту эйфорию. И он меня слышал. С тихим влажным звуком он втянул мою нижнюю губу и начал посасывать. У меня перед глазами потемнело. Кожа горела от выступавшей испарины, и даже когда то прохладное постельное бельё нагрелось от жара наших тел.       Я не сразу понял, что Мин остановился. Расфокусированное зрение с трудом пришло в норму и я упёр в него взгляд. Он же осматривал меня, моё тело, а после облизнулся и тяжело сглотнул. Я неконтролируемо проследил за резким движением его кадыка. Только сейчас заметил, что по его бархатной коже стекают капельки пота по шее, лбу, заставляя его блестеть в этом ярком освещении номера. Даже кончики волос стали мокрыми, а на скулах появился румянец. — Хани, — прошептал он, — Я не могу остановиться на этом, ты же понимаешь? — Так не делай этого, — сказал я уверенным тоном, — Делай то, что желаешь.       Он был мне нужен. Ужасно нужен. Внутри, долго, сильно. И тогда хён устремил свои пальцы вниз, к моему белью. Развел в стороны мои бедра коленом и требовательно коснулся плоти. Мои внутренности сжались. Кровь быстрее побежала по жилам. Зажглась моя душа. Его палец безошибочно нашел точку, от куда выделялась моя смазка и ловко стал размазывать её по всей длине члена. Пальцы похотливо ласкали мой лобок, мошонку, а я только и мог испускать счастливые стоны в раскрытые передо мной губы. Он явно наслаждался. В ласкающем, неконтролируемом и невосстановимом движении его пальцев не было никакого притворства. Мы оба знали, что надо делать. И я решил, что и мне нужно действовать. Схватившись за боксеры Мина, я резко спустил их вниз, выпуская его эрекцию на свободу. Хён тихонько ахнул, когда я толкнул его на спину и его член ожил в моем рту. Он дышал часто и неглубоко, но удовольствие от его сладости оказалось сильнее его жажды. Миновал момент, и он потерял контроль над своими эмоциями, ослабил нажим. Тогда я поднял свой взгляд на его лицо, наклонился чуть в бок, не выпуская член из своего рта и стал стягивать его непослушные трусы до конца. Пальцем я очертил треугольник мышц между его плечом и шеей. Ему хватило сообразительности молча помочь мне. — Хани, ох… — вырывалось с его рта, — Да, твою мать…       Меня безумно подкупала такая реакция от моего неумелого минета. Я ведь делал его впервые, но примерно понимал что да как должно быть. Я посасывал и лизал, водил рукой у основания, ненароком стимулируя и напряжённые яички, которые просили такой же ласки. После, я почувствовал тяжесть в области моей макушки. Ли схватился за меня, опуская голову ниже, прося, моля, что бы я взял его полностью. Я не чувствовал никакого сопротивления от себя, только мягкое напряжение его тела под моим ртом. — Стой, погоди, — пролепетал Мин через какое то время, отрывая меня от возбуждающего занятия, — Я боюсь, что могу быстро кончить. Давай теперь я… — Нет, — выпалил я через чур громко, — Вернее, не надо мне делать тоже самое. Я хочу почувствовать тебя в себе.       Мне не пришлось больше говорить ни слова, так как парень набросился на меня как заведённый. Его глаза забегали по пустующей прикроватной тумбочки, а после и в сам ящик. Добыв от туда бутылёк странной жидкости, он раскрыл крышку и вылил небольшое количество себе в ладонь. Размазал влагу по своей длине, а после приложил руку к моему анусу, начав стимулировать, готовя его для себя. Длинные пальцы стали проскальзывать в узкую дырочку ловко, гладко, лаская и даря мне космическое наслаждение. Звездочки в моих глазах, от сжатых век, озаряли сознание. Склоненная ко мне часть мужского тела оттягивала мешочек моего счастья. Но крайняя плоть подрагивала, маня меня. Так же происходило и с юношей: стоны вырывались из его груди, словно музыка из-за запертой двери. Пальцы исчезли, их заменило что-то толстое, горчячее. Инстинктивно я напрягся, но понял, что это не стоит показывать свою неуверенность. Ведь именно так он может описать это моё действие. Первый толчок — я взвыл. Второй толчок — мы ахнули, прижимаясь друг к другу лбами. Мои ноги зацепили в замок за его спиной, притягивая Мина к моему телу. Я чувствовал его. Блять! Я чувствую! По моему лицу потекли слезы счастья — он заметил, ведь мы полностью занимались друг другом, сливаясь в экстазе общего наслаждения. Горячий поцелуй пьянил, ладонь вытирала капельки слёз, а обжигающее дыхание распаляло мой подбородок. — Хён, — сквозь стон проявился мой голос, — Боже, я так долго этого ждал… — Ждал, что я тебе вставлю? — не без ухмылки ответил мне мой бывший лучший друг. — И это тоже.       Толчки стали резче. Звонкие хлопки стали оглушать наш слух, заставляя возбуждение только расти. Теплое пламя родившееся внутри меня, накрывало меня с головой, обжигая, передавая свой жар моему партнёру. Где то в далеке зазвенел требовательное уведомление телефонного звонка, но нам было плевать. Сейчас всё слишком хорошо, что бы позволить отвлечься. Мин приподнял мои бёдра, что бы ему было легче вторгаться в моё тело и откинул голову назад, наслаждаясь узким пространством вокруг его члена. Хрипловатый свист слетал с наших губ, мои руки маячили по его телу, но он резко остановил меня, приказывая, что бы я взялся за свою эрогированную часть и начал дрочить перед ним. Я послушался.       То что я почувствовал, когда провёл рукой по своей длине пару раз, было как выстрел из дробовика прямо в голову. Если бы рядом было зеркало, я бы обязательно посмотрел, не разлетелись ли мои мозги по всей окружности. — Как же это возбуждает, да, малыш… Трогай себя, — шептал Мин, а я понимал, что если он не замолчит я кончу прямо сейчас. И будто очередной раз прочитав мои мысли, он спросил, — Ты не скоро? Я уже почти… — Да, ещё немного…       Тогда Ли оттолкнул мою руку и сам схватился за член, перед этим сексуально облизнув свою ладонь. Он стал стимулировать его в такт своим толчкам, превращая всё безобразие в самый отточенный тандем. Какая- то бешеная волна стала наполнять тело от кончиков пальцев ног, поднимаясь вверх и сгущаясь в районе паха. Я откинул голову назад с громким стоном и кончил прямо на живот своего любовника. Он улыбнувшись повторил моё движение головой и взвыл, увеличивая время между каждым толчком, замедляя темп. Он наполнил меня до краев, от чего я получил неизвестную разрядку, понимая что вот — моя мечта сбылась. Мы это сделали. Мы вместе. Он любит меня.       Два разгорячённых тела плюхнулись на кровать, тихо посмеиваясь, прикрывая глаза. Мы не могли поверить в случившееся, боясь заговорить, прогнать этот сладостный момент. Но новый телефоный звонок решил всё за нас. — Да кто там не может успокоится, — зашипел Мин, поднимаясь на ноги, — Алло?       Я слушал, что кто-то громко стал кричать по ту сторону звонка, а округлившиеся лицо Лино подтвердило, что произошло что-то непоправимое. Я резко сел на краю кровати, готовый помчаться туда, куда мне скажет хён, но он молчал, медленно разворачиваясь к небольшому столу, у которого мы сидели незадолго с Сынмином. — Что блять значит, что ты хотел увидеть в эфире, как Чан будет нас ругать?! — старший подлетел к ноутбуку и провёл пальцем по сенсорному квадрату, включая обратно экран.       Я готов был впасть в кому от шока, когда увидел колонку от бегущих сообщений и горящую кнопку «в эфире». Мы резко отбежали в слепую зону от камеры и схватились за головы, не понимая что нам теперь делать. Наша эйфория и счастье разбилось в одночасье. — Простите, ребята, я не знал что всё может так перевернуться… — голос Сынмина доносился до меня, когда я стоял рядом с хёном, — Я не мог до вас дозвониться. Стаффы носятся в панике, менеджер пытается отделаться от звонков журналистов. Это пизда.       Как никогда женский половой орган был кстати в этой ужасающей для нас ситуации. Мы с Мином смотрели друг на друга в глаза и не могли понять, начать ли нам сожалеть о содеянном, или наплевав на всё постараться выйти с этого номера, с этой гостиницы, из этого ужасного проишествия с поднятой головой. Но услышав за спинами требовательный стук в дверь и последующий крик Чана, мы поняли: - Мы в полнейшней заднице...