"От моря до гор."

17 Июня, 1976 года. США, штат Висконсин, город Мадисон

На дворе было уже довольно поздно. Фонари освещали одинокие улицы. Джеймс Картман в возрасте 53 лет получивший отпуск на месяц от своей основной работы по обучению курсантов военного училища возвращался к себе домой. Заглушив двигатель своей машины он поправил свой очки, пока не заметил подростка сидящего на крыльце его дома, что было редкостью в столь позднее время. Выходя из автомобиля и подходя к крыльцу, он быстро понял, что подросток был не кем иным, как его сыном — Эваном. — Привет пап. Начал первым парень смотря на Джеймса. — Эв, уже поздно, почему всё ещё здесь? Мужчина беспокоился о своем сыне и старался всячески уделять ему (как и его двум сёстрам) внимание, когда был дома. — Я ждал тебя пап. Ты очень редко появляешься дома и я очень сильно хотел тебя встретить. Джеймс прекрасно видел, как в глазах его сына было ещё что-то, чего он не договаривал. — Это ведь не единственная причина почему ты здесь. Я ведь прав? Услышав в ответ лишь вздох, парень начал свой рассказ. — Как всегда метко пап.хех На самом деле я хотел спросить у тебя кое-что. Вчера меня сделали капитаном баскетбольной команды, однако я далеко не лучший в команде и… — И ты чувствуешь, что не заслуживаешь этой роли? Что не заслуживаешь вести этих людей за собой? — Да......Как ты догадался?.. — Опыт сынок, опыт. А знаешь…знал я когда-то в армий одного хорошего баскетболиста лично, он также был «простым», если точнее он был рядовым. — И кто же это был? — Алестер Рейдров — Погоди! Алестер Рейдров?! Он же брал участие в Олимпийских играх, в команде по баскетболу, в 1964. Ты никогда не говорил, что служил с такими людьми. — Ну…на самом деле он был не в моём отделений. Однако служили мы в полку, а увидел я его первый раз ещё на пляже Нормандий 44-го. — Можешь рассказать? Джеймс вздохнул, «неужели ему снова придётся вспоминать этот ужасный день?», подумал мужчина и все-таки собрав силы, начал рассказ. -Ладно…и так, это было в......

6 Июня 1944 года. Франция, Нормандское побережье.

Десантная баржа вырвалась вперёд среди остальных что начали загрузку одновременно, отплыв от десантного корабля на достаточное место, слева и справа можно было увидеть те самые крейсера и линкоры, что ранее стояли в порту, они ввели огонь такой силы, что с каждым выстрелом баржу всё больше трясло, а волны только усиливались. Вместе с ним и усиливался туман, что с самого утра, продолжал усиливаться и уже даже корабли выдавали себя только по столбам ярких огней и громких звуков. Остальные же баржи приближались и группировались в своеобразные «стаи», уже начав плыть друг напротив друга, а солдаты махали руками и улыбались, были и такие гении что что-то бросали в сторону барж. Атмосфера же внутри судна, среди всего взвода была не очень то позитивная или хорошая, одни молитвы и звуки блевотни, так почти каждый третий на лодке успел выдавить из себя что было на пол, где всё в перемешку с водой стало закручиваться и попадать на штаны и ботинки солдат. За десять минут плаванье, воды набралось в лодку очень много, что для стоящих сзади она затопила весь ботинок. Можно было это скинуть на брызги волн, но увы она продолжала быстро набираться. Солдаты увидя такое пытались сначала рукой, а после и касками выкинуть воду обратно, даже лейтенант своей каской стал вычёркивать воду. Механик за рулём же стал яростно материться и говорить про себя: «Блядская вода, блядская машина». Берега ещё не было видно, но уже слышались звуки прилетов впереди, еле-еле доходивших к солдатам на барже, так как орудия на кораблях замолчали, то и уши отдохнули, но не от залетающей солёной воды. По бокам туман превратился в густое молоко, что было заметна на примере правой лодки, что с составом в человек 40 ушла вправо и исчезла в тумане. Вперёд выталкивали двух рядовых 1-го класса: Акселя Митчелла и Джеймса Фатера, так как те первые залезли в лодку и второе отделение не дало им пройти назад. За ними и ещё человека 3 стояли: сержант Джеймс Картман, пехотинцы Мэтью Форман и Алекс Порден. За ними в самом центре, посреди блевоти плавающей по всей ноге стоял капрал Уильям Лоурант, и пехотинцы Марк Зоринер и Саймон Ховер. Взаде, с водой почти по колено находились рядовой Амато Ферраро и санитар Адриан Левентис. 19 летний Марк Зоринер был самым молодым во взводе, по национальности он был полу британцем-полу немцем, коего воля судьбы загнала в армию США. Сейчас же он был полностью погружен в раздумье о вопросе жизни и смерти. Трясущиеся пальцы рук, держащих блестящий крестик с распятым на ним Христосом, уже знатно замерзли, как и щеки с носом, окрасившиеся в румянец. Закончив молитву, испуганный парень, почувствовал то что и раньше, пять лет назад — кровь била в виски, а колени дрожали от бегущих по телу «мурашек». Как вдруг, еще один залп корабельных пушек, принуждавший лодку покачнуться, а море волноваться. Плеск воды по лицу — ледяные и соленые капли начали быстро стекать с подбородка под рубаху, проходясь по груди. Марк открыл глаза и перевел изнеможденный взгляд в густой туман, не обращая внимание на солдат из соседней лодки и иногда оглядываясь на звуки возмущения своих боевых товарищей. Тот никак не участвовал в выгребании воды с борта — на нее он даже не смотрел, лишь иногда приподнимал пятки, не вынимая носок ботинка из воды. -Что с судном? Твою мать. Не успели высадится так уже в воде. Свою лепту в возрасте 21 года вставил Итальянец Амато, что принялся каской выгребать воду которая была уже по колена. Чувство было досадное, злость и напуганность одновременно давили на Ферраро который намочил уже всю форму яростно выливая воду. Думая о семье, равенне и красотах которые Амато мог повидать за эти годы он стойко решил выжить, или попытаться хотя бы. Тем временем 20 летний Аксель, хоть и понимавший факт близости гибели, не начинал судорожно молится или трепещать от страха, нет, в бога тот не верил, ведь давно разочаровался в этом бородатом засранце, который очень любит издеваться над смертными, раз так яростно им пропихивает рай и вечный покой, при этом вынуждая человека жить в такой грязи, что никакой речи об чистоте души и идти не может, а что касалось страха, то и бояться ему не было за что… Ну, естественно, сердце колотилось с бешеной скоростью, уши заполнялись и водой, и стекавшим потом, руки были полностью холодны и мокры, не то от холодного пота, не то от воды, что хоть спасало бойца, то хотя-бы факт того, что он стоял спереди, позволяя ему не с такой силой получать полные портки солёной воды. Из раздумий бойца постоянно одёргивали то крики товарищей, то прилетевшая капля воды в глаза, и даже, казавшийся уже таким родным звук залпа корабельных орудий, мощь этих гигантов сотрясала море, приводя водные массы в течение, что содрагались от звериного рыка металлических монстров. - Сука! Это ебучая лодка нас прямо в море и оставит! Мы все умрём! Выдавил из себя панический крик 20 летний Мэттью, что прижимая к себе автомат, дрожа от страха и стоя по колено в воде уже начал прощаться с своими родными и друзьями. -Вместо этого ты бы мог помочь, вместе хоть как-то сможем уменьшить количество воды в этом гробу, и так может быть и поживем дольше. Выпустил гневный комментарий Амато. -Н-ну нахера меня на фронт потянуло. Сидел бы себе в университете на 3 курсе, а может бы и отцу с бизнесом помогал… Внезапно произнес Джеймс Бенсон-Фатер. Шотландец, что когда-то переехал в США, однако судьба привела его на фронт. -Да ладно вам мужики, успокойтесь, все будет нормально. Я уверен. Произнес 36 летний санитар Адриан, что старался быть оптимистом и помогал Амато избавляться от воды. Промолчал только 22-летний Саймон, что хотел повозмущаться и за блевонтины, но не в такой момент, где хрен его знает, что будет. Свою винтовку в руках он хоть и крепко держал, но было видно что руки немного дрожали от страха, как и сам он, решил поддаться воспоминаниям, окунувшись в смутных мыслях. На весь этот беспорядок смотрел сержант Картман которому в тот момент жизни стукнул 21 год. Он не стал комментировать происходящие, лишь помогая избавляться от воды и редко поглядывая по сторонам. — Может вы всё заткнетесь и перестанете страдать хернёй в виде нытья? Смиритесь с тем, что вы сюда попали. Вы знали, что идете воевать с теми, кто захватил всю Европу и то, что вам придется плыть через море. Ну, или мы могли лететь. Не важно… Грозно и сердито сказал 23 летний капрал Ульям, которому уже надоело всё это. Он убирал воду каской. — Думаете здесь кому-то приятно слушать то, как вы возмущаетесть? Или то, что мы все стоим почти по колено в супе из морской воды и вашей рвоты. Лодка продолжала движение своим путем, в сторону побережья которого досихпор не было видно и не даже было слышно звуков выстрелов, взрывов — тишина, но не мертвая так как волны врезались в лотку и залетали внутрь, а про заливающую воду нельзя забывать, она прибывала и прибывала, попытки её убрать как будто приводили к ещё худшему исходу. Так сзади вода дошла к колену и заморозила ноги в сапогах, но это касается каждого, ведь в обоих ботинках было ведро воды. Маты и возмущения звучали по всей лодке, то с одного угла то в другой, заливая воду в рот орущим, в том числе Формана, что вдоволь напробовался соленой воды. Лейтенант через пару минут уже остановился вычёрпывать воду и помахав рукой прокричал -Гиблое дело! Воду не вычерпать касками, лучше приготовьтесь!». Но это не привело к концу работы солдат и кто-то продолжал. Так среди отделения половина проблевалась и добавила своей части завтрака в Ла-Манш, а например Ферраро вообще выкинул винтовку с рук на пол, и стал выливать воду каской, правда винтовка сразу летела ему в лицо и за наступающей воды, после чего она поплыла назад и врезалась в стенку. Вторым потерявшим винтовку был Марк, но тот правда сумел подобрать её проблевавшись. Винтовка Амато была поймана крайним солдатом, так держа в обоих руках гаранды и протянул её итальянцу улыбаясь, начав говорить слова: — Случаем не ты потерял? Амато спокойно взял свою винтовку обратно, но вот внезапно туман рассеялся, по бокам стали видны лодки, а впереди деревянные строения в метрах 100. Через секунду один из передних солдат проорал: — Земля! Я вижу впереди землю! Сразу же по бортам встали солдаты и начали выглядывать вперед, а кто-то сжался ещё сильнее. Лейтенант впереди, же перезарядил Томпсон и проорал: - Взвод! 40 секунд к выходу! По бокам будет вода, так что держитесь на плаву, пытайтесь прятаться за этими строениями и далее. 30 секунд, основная задача пробраться к песку и найти место для укрытия! Действовать совместно, но раздельно! 20 секунд, приготовьтесь. И тут вдруг слева, соседнюю лодку волна отбросила вправо, корабль перевернуло и наполовину увело в воду, как тут же они врезается в деревянное построение и их лодка разрывается по кускам, что приводит к мощному взрыву — что разрывает лодку попалам и раскидывает тела солдат в разные стороны, так несколько из бедняг долетели почти прям под лодку героев. Слова лейтенанта притихли, но вентиль начал свой круг, что означало выход. Деревянное строение находились от лодки слева и справа, в впереди же торчали ворота. Лейтенанта было слышно лишь от части, но четко был слышен крик среди солдат, что говорил об отчете: — 3… 2… 1… Вентиль с громким стуком прекратил крутится, а движение лодки остановилось, ворота упали вперед и послышалась пулеметная очередь по сторонам и в саму лодку. Яркие огни через туман виднелись где-то впереди, вверху. Очередь прошлась в самый зад лодки и техник с пулеметчиком в миг превратились в фарш, да такой что кровь разлетелась по всему заду лодки и каскам солдат до центра лодки, а лодочный пулемет выпал за борт в воду. Солдаты замертво падали не успев покинуть лодку, остальные выжившие толкались и под свист пуль начали выпрыгивать через борты или бежать сломя голову вперед к ближайшим укрытиям, среди которых были лишь две деревяшки сразу же, и ворота в метрах 20 впереди. Свист пуль, яркие огни затмили любые высказывания солдат и лейтенанта с сержантами, после осознания ситуаций каждому оставалось лишь действовать самому по себе. Ситуация по бокам была не лучше, она была даже хуже. Так за секунду можно было увидеть как выбегающий взвод расстреляли за 4 секунды, что выпрыгивал из соседней лодки, их тела попадали в воду или на борты соседних лодок, их мертвые взгляды, разорванные челюсти и смертельные гримасы смотрели на выживших, показывая что пуля может сделать с лицом человека. Передних, Акселя и Джеймса вытолкали прям в воду, которые начали тонуть, и пытаясь дотронуться дна, еле начали возвращаться в стоячие положение, но увы их винтовка и снаряжение тянула каждого из них на дно, а ноги не доставали дна. Первым начал действовать Марк, что на пару секунд раскрыл напуганные глаза и рванул вперед. после чего снова закрыв их, сам того не замечая, толкнул стоящих впереди солдат своей правой рукой. Адреналин бил его голову, и за чего направление он выбрал хаотично, что было вызвано неконтролируемым желанием выжить и найти место где свинец его не достанет. «Пропрыгнув» с упором от борта, Марк полетел прямо в воду с выпрямленной правой рукой, дабы схватиться за деревянную конструкцию, а левой вжал в себя пакет с винтовкой, надеясь его не потерять. Помогая себе ногами, он проталкивал себя вперед по этой красно-прозрачной водяной массе, держа нос вверх и быстро вдыхая и выдыхая «мертвый» запас. Ровно, через 6 секунд, после смерти первых солдат на лодке и ухода под воду, двигаться начал Джеймс, что начал болтыхатся как раненая рыба на суше, пока не взял себя в руки. Повесив винтовку вниз так, чтобы во время плавания она не пошла на дно. Другую часть вещей по типу мешка он сбросил, и взялся за выброшенные вещи, как за утопающего, после чего начал плыть и тянуть свои вещи за собой, надеясь всплыть он и за паники дышал через рот, нос не контролируя это и плывя в сторону левого укрытия обоими ногами и одной рукой… «Надо выжить любой ценой» эти слова крутились в его голове. Тем временем Мэттью был будто в трансе из которого его вытащил навалившийся сзади товарищ и свист пулей, а также крики людей. Поняв что дело пахнет смертью, кровью и блевотиной, тот незамедлительно махнул за борт и упав в воду, после чего стал быстро подниматься и всплывать пытаясь встать на ноги насколько это возможно и сразу поплыть к доскам которые на берегу являлись единственным укрытием, что могло защитить солдат от шквального огня противника. Однако при весе всего его снаряжения, он также, как и остальные начал тонуть. В это же время сердце Саймона застучало сильнее и за чувства сильного страха. И когда-же по лодке прошлись первые пулеметные очереди, убившие нескольких солдат — парень без раздумий рванул вперёд, приподнимая ноги повыше чтобы не утонуть в воде. Пытаясь не медлить свои движения в этой смеси воды, крови и блевотины, покидая лодку и сразу же выбегая в правое укрытие, что ему удалось заметить ещё при приближений. Смотря на окровавленные руки, Амато с ужасом в глазах упал вместе с трупом, прижав к себе винтовку он начал тянуть мёртвое тело сослуживца вперёд, прижимаясь к правому борту. Вскоре когда обезглавленный товарищ был спереди, Ферраро прикрылся им как щитом и прислонясь к левой стене начал продвижение. Идя уверено он дошёл до воды и резко бросил труп назад, а сам рванул вперёд идя в лево, и не замедляясь выжимая из все силы. Так, он приближался к тому же укрытию, что и Саймон. Капрал Ульям пытался не обращаться внимание на то, что кто-то гибнет или что-то взрывается. Конечно, убитый пулеметчик и механик его мягко говоря расстроили, но он пытался как можно быстрее сконцентрироваться на происходящем в округе. Как можно быстрее он покинул лодку и побежал к ближайшему укрытию. Он думал, что у него получится прыгнуть в воду, так как он не в первые. У него не было такой же паники, как у остальных, но при этом он пытался просто выжить, как и все. В голове Адриана пролетали различные мысли и воспоминания. Еле-еле борясь с паникой и оцепенением он кое-как нашел в себе силы побороть страх и сдвинуться с места. Особенно после того как, рядом с ним разлетелась голова другого солдата на кусочки. Он, как пуля прыгнул к правому борту лодки и пригнувшись за ним, после он рванул к выходу направлясь за бегущими солдатами. Он прыгнул на песок и в полуприсяди бежал в сторону укрытий. С его глаз ручьем текли слезы, и за бьющего в глаза ветра, и ужасного животного страха. После он сделал прыжок в сторону укрытия, дабы сразу лечь за него. Он убедился, что длины прыжка хватит дабы допрыгнуть и сразу лечь на пузо, что он и сделал, после остался в укрытий, чтобы перевести дух. Аксель, что упал в воду попытался от водной массы оттолкнуться ногами, после чего упирая ноги об дно, и симулируя поршень, попытался пропихнуть свою тушку вперёд, чтобы хоть за что-то зацепиться, в попытках банально вылезти из воды. После чего банально пролезть или пробежать к ближайшему укрытию, что ему удалось. Он не мог различить что это, но это ему явно напоминало забор, или что-то ещё, всё-таки, полностью залитые водой глаза, не могли нормально определить границы того, на что смотрит боец. Сержант Картман побежал к первому укрытию, как только прогремели первые выстрелы. Переживать о том, чтобы не промокнуть было уже поздно, так что стараясь не бежать в полный рост, он рванул к левому укрытию. Однако, внезапно, он споткнулся об уже лежащий труп и чуть не упал на землю, но ели как удержал равновесию засыпав свою форму мокрым песком. Алекс, что был бойцом с базукой М1, заметил, как Ховер идёт к укрытию и он решелися идти за ним, но быстро потонул и за веса своего оружия, как только попытался выйти из лодки. Он опустился под саму лодку, в которой на дне видно с десяток дыр. Воздух сумелся взять, но глаза чуть не лопаются из-за давления, а Пордена несёт назад к лодке, прям к работающим вентелям. Пулеметная очередь не прекращалась, она только набирала обороты, да и ещё другие огни стали появляться на утесе, раз, два, три, десять, пятнадцать и это только что получилось увидеть не присмотревшись через уродский туман. Соседние лодки по бокам пытались прорваться вперёд поближе к берегу, но конец им был печален, кровь, оторванные конечности и тела разлетелись в небо, а с мертвым экипажем они продолжали свой путь на деревянные строения где уже прятались высадившиеся солдаты. Так прозвучал адский крик и лодка на все скоростях разорвала отделение, что находилось за укрытыем, а их руки и ноги стали расплываться по бокам. Слева ситуация не лучше, одна лодка напоролась на мину и загоревшись, выбросилась на берег, вместе с разорванными телапми солдат. Но тут же среди всех очередей прозвучали свисты со всех сторон, свисты, что не были похожи, на свисты пуль. Бам! Раз взрыв, два взрыв. Взрывы покрыли весь участок, особенно укрытие, где прятались солдаты устраивая из них кровавый фейерверк и давая новые цвета каскам и курткам, в виде красного или тёмного. Как только прошлась первая пулеметная очередь по заду лодки, солдаты взвода стали разбегаться кто куда. Одни шли вперёд, другие выпрыгивая за борт. Лейтенант стоя впереди что-то пытался кричать, но никто и ничто не могло услышать его слов и он с группой солдат плюхнулся в воду, продолжая смертельные гонки к воротам. Но двух солдат слева скосило пулеметной очередью и те пошли на дно, создавая вокруг себя кровавые лужи. К тому времени уже пытался выплыть Джеймс, однако воздуха не хватало, и тот начал судурожно крутится в воде, как тут пару пуль пролетели возле его тела, а солдата что держался выше него поразило и он пошёл ниже на дно. Хуже было у Акселя который сделал резкий подъём вверх и схватился за солдата, которого тут же поразило пулей и они вместе пошли вниз на дно. Нога уже дотронулась до дна, а глаза начало разрывать из-за давления и просто боли, но любые шансы подняться убивал труп сверху и пролетающие пули, что больше ещё больше разрывали тело мёртвого солдата. Какой-то кусок от органа из груди вырвало прям на лицо Акселю. Но не только пули опускали вниз труп, а и удары по нему, в частности удары ногами пробегающих солдат. Так Бенсон благодаря упадшим солдатам, чьи тела работали, как опора, всплыл и схватился за деревяшку, продолжая яростно дышать и мало что видеть из-за ослепленных глаз. Но и не только он добрался туда, другие солдаты с взвода толкались об трупы своих сослуживцев и добирались к укрытию. Но вроде бы подъём начинается, как тут что-то мощное упало на мертвые тела, это был другой пехотинец, что несмотря на трупы пробежался по левому краю и у самого конца также сделал прыжок к укрытию, правда с его весом снаряжения полет был недолгий и упал он прямо на трупы, но опомнившись сумел добраться к укрытию и спрятаться за ним. После него был Мэтью что выпрыгнул за борт и пополнил компанию с тонувшим Акселем, что был впереди него на дистанции вытянутой руки. Правда не удачное падение и бушующие нервы, не дали взять нормально воздух, а даже хуже, вода плавала по щекам автоматчика, что уже дотронулся ногой до дна. Среди солдат что добрались к верхней деревяхе был и сержант, что также благодаря трупам оттолкнулся к укрытию и встал у его края практически выставляя себя на показ перед немецкими пулеметчиками. Тем временем план Итальянца от части сработал и встав у края, гора трупов прикрывала его от пуль, правда одна из очередей разорвала голову одного из таких мясных укрытый как арбуз и открыло прямой путь на голову Амато для пуль противника. Рядом с ним же приземлился и Капрал Ульям, что чуть не попал под пулемётную очередь. Для санитара проплыть к укрытию было легче и даже спрятаться у деревяшки, ценой сумки с необходимой медициной, сама сумка раскрылась и много чего поплыло в стороны по течению. Ховеру понадобилось больше сил чтобы добраться к нужному укрытию, но благодаря стоящему солдату, что добрался минутами ранее и протянул Саймону руку и притянул его к себе. Правда как только парень хотел что-то сказать Ховеру, пуля очень быстро разорвала грудную клетку, а потом вторая пуля проделала дыру в голове, а третья повалила его в воду, разлив всю кровь вокруг себя и на рядового. И вот в такой обстановке впереди деревянных укрытый прилетают снаряды, разрывая тела мёртвых солдат и засыпая всех кровью, песком, и конечностями. Так на Марка упала чья-то рука, а Джеймсу чья-то, к Саймону же прилетела ещё одна рука. В таких условиях солдаты взвода пытаются двигаться вперёд или как либо переждать обстрел скрутившись в круг за укрытиями. Лейтенант, что выбрался вперед что-то орал, но прилетающий снаряд судя по всему его оглушил. Впереди же виднелись множество торчащих ворот в 20 метрах и ежов в 50 — 60 метрах. За ними как раз виднелась заметная и не менее ужасная суша.