Будь моим первым и последним

Чайльд позвонил Кадзухе, шепотом объяснив ситуацию со Скарой чтоб никто из других ребят не услышал, не зря же брюнет скрывал свой второй пол. Все это время Скарамучча сдерживался от желания сбежать, сдерживался от сильной тряски. Как он мог так на ровном месте раскрыть то, что он омега? Где была ошибка? Алкоголь или здешние альфы? Руки не поддавались контролю – сжимали до боли плечи, подрагивая. И то, что омега не слышал голос Каэдэхара мгновенно вызывало панику. Он уже чувствовал, как блондин будет возмущаться, требовать правду, как Е Лань будет волноваться и каждый день просить ей звонить. Тарталья рассказал все до мелочи, что произошло сегодня, после чего альфа что-то сказал и сбросил трубку. Вероятно это было "еду". Не решив подходить ближе, Чайльд ушел в сторону кухни. Тот вернулся с полным стаканом воды. С жадностью Скар выхватил у друга стакан и выпил все залпом. –Почему ты не сказал? –с какой-то горечью сказал Тарталья, решив сесть на корточки напротив него. –Что мне говорить? –усмехнулся он и уткнулся лбом в колени. –То, что ты омега. –Я презираю их. Не хочу быть омегой. И больше Тарталья ничего не говорил, а лишь шумно дышал. Видимо феромоны Скарамуччи медленно действовали на альфу. –Нам стоит выйти на улицу. –сказал рыжий и, одной рукой закрыл нос, а другой помог омеге встать. Отведя его во двор дома, он посадил того на лавочку, говоря ждать здесь. Теплая куртка только удушала его. Хотелось снять, но он знал, что этого делать не стоит. Тарталья вернулся с его рюкзаком. Скару интересовало, как отреагировали его новые знакомые и одноклассники на то, что он почти без веской причины взял и ушел. Пытаясь дышать как можно ровно, Чайльд стоял рядом и никуда не уходил, хоть было заметно, как тяжело даётся ему быть рядом. В миг ему стало стыдно за все. Хотелось извиниться. –Прости. –ослабленным голосом произнес он. –Ничего. –как-то странно, без искренности произнес альфа. Ну а что он ожидал? Сейчас трудно именно Тарталье: нужно вести себя, как ни в чем не бывало, стараться не выдавать свою ломку из-за феромонов. Скарамучча же примет таблетки и ляжет спать, а после получит по заслугам от Кадзухи и матери. За воротами послышались звуки колес. Сразу было понятно, что подъехал Каэдэхара. Скарамучча мог уже сам встать и поплелся за рыжим, который нес в руке его рюкзак. Он открыл ворота и брюнет увидел его. Опуская взгляд вниз, тот подошёл ближе к Кадзухе. Было страшно смотреть ему в глаза. Боялся увидеть призрение, осуждение, непонимание, отрицание. Отвратительное чувство. Каэдэхара не был нежен – потянул резко на себя Скарамуччу, сжимал до боли руку. Он молчал и смотрел на альф, которые обменялись кивками. Тарталья отдал рюкзак и помахал другу, как-то странно улыбаясь, отчего стало не по себе. Без доли ожидания Кадзуха повел его к машине, все так же грубо сжимая предплечье. В носу защекотали феромоны блондина и Скарамучча ещё больше поморщился. Как только они сели в машину, Кадзуха некоторые время просто сидел и будто о чем-то размышлял. Эта тишина напрягала. По коже пробежал мороз, резко переходя в жар. Посмотрев на альфу Скарамучча пробежался взглядом по нему, оценивая состояние. Сейчас не выглядело, что он злиться. Непроницаемое лицо Кадзухи иногда мешало понять его. Ему стало стыдно и обидно. –Прости. –единственное, что мог сказать Скарамучча в данный момент м стыдливо опустил глаза вниз, сжимая пальцы в кулак. Со стороны Каэдэхары была тишина. Будто даже не дышал. Это раздражало, но что сейчас он мог сказать ему, не имел права. Слышался только то, как блондин тяжело сглотнул. И через несколько секунд он всё-таки тронулся с места, выезжая на трассу. С каждой минутой, проведенной в одной запертой машине с альфой, становилось все только хуже, и Кадзуха это чувствовал. Скарамучча видел, как с силой сжимал тот руль; кондиционер работал на максимум, но ситуацию это не спасало. –Кадзуха, прости,–проговорив ещё раз он ответа все равно не получил. –Я позвоню Е Лань, чтоб она меня забрала. Скарамучча уже хотел вытащить телефон, но рука блондина опустилась ему на карман. –Не звони, она все равно не ответит. И точно. Сегодня Е Лань официально начала работать у Нин Гуан, поэтому телефон ей, пока что, недоступен. –И что теперь делать? На этот вопрос Кадзуха промолчал и убрал руку, перекладывая на руль. Это ещё повезло, что течка не была такой сильной, пока феромоны альфы не распространялись, но Скар уже чувствовал как этот барьер скоро разрушится и останется только мучаться от течки. Как только они доехали до дома, Скарамучча быстро снял обувь и побежал в ванную искать подавители. Кадзуха же пошел открывать в доме окна, выверить этот невыносимый запах возбуждения. Последнее окно он открыл в зале, где сел и смотрел вниз, опираясь локтями на ноги. Брюнет не решался подойти к альфе. Он чувствовал, как ноги становились ватными, потому что вся квартира пропиталась ним. И самое невыносимое было то, что этому запаху хотелось отдаться. Раньше он не чувствовал и не замечал, как вкусно пахнет Кадзуха. Скарамучча осел на пол и попытался хоть как-то успокоить себя изнутри. Его руки дрожали. Наверное такого он не ощущал давно. Глаза заслезились от безысходности. Собственные феромоны предательски вопили о том, что течка была невыносима. Надо позвонить Е Лань. Телефон в карманах он не нашел, значит мобильник где-то в куртке. Встать он попросил не мог, а звать Кадзуху была плохая идея. Но что делать? Дверь в уборную была открыта и он видел, что Каэдэхара ходил туда-сюда с приставленным телефон к уху. Видимо пытался дозвониться хоть до кого-нибудь. –Кадзуха. –как можно ровнее Скарамучча проговорил имя, наблюдая за приближающимся блондином. Кадзуха держался как можно дальше от омеги. –Потерпи немного. Скоро Е Лань и Нин Гуан приедут в город. –он улыбнулся кривой улыбкой, от чего Скарамучче хотелось сказать, чтоб он вообще никогда не улыбался. –Как скоро? –Примерно полчаса. И брюнет от безысходности слабо простонал. Кадзуха в согласии промычал. –Давай я тебе помогу перейти на кровать, там и сиди. –Нет. Тот вздохнул и утвердительно сказал: –Я к тебе не в коем случае не буду прикасаться. –Ты, нет, а я – да. Блондин с шоком смотрел на своего друга. После минуты молчания, Кадзуха всё-таки взял за локоть Скарамучча, поднимая его. Он что-то в протест сказал и они пошли в спальню. Аккуратно посадив брюнета на кровать, он уже хотел уходить, но чужие руки обвили его вокруг талии. –Отпусти. –тихо, как можно мягче сказал Кадзуха, сжимая в ответ руки Скарамуччи. –Я тебя предупреждал, –феромоны за это короткое время обвили всю спальню. И руками омега почувствовал напряжённый пресс. Каэдэхара смотрел на дверь, чуть ли не прожигая в ней дыру. –Я тебе говорил, что не удержусь. –Скара, отпусти. Руки темноволосого сжались сильнее. –А если нет? Скар чувствовал, что феромоны Кадзухи сами его не слушались и подчинялись омеге. Он встал и обхватил талию альфы, принюхиваясь к запаху свитера. Скрежет зубов был последней долей самообладания – светловолосый повернулся лицом и крепко стиснул Скарамуччу в объятиях уткнувшись носом в волосы. Дикое дыхание Каэдэ давало знак того, что он на пределе, и Скарамучча улыбнулся, пуская руки под светлый свитер. Кадзуха же пошел вперёд и уронил Скарамуччу нависая сверху. Поместив руки по две стороны от головы, он выжидающе прикоснулся носом к голой шее. Ладони Скарамуччи устроились на груди альфы, поощряя. В шею пришел долгий поцелуй. В это мгновение у Скарамуччи замерло сердце, а руки сжались притягивая к себе блондина. Второй поцелуй пришел прямо в ключицу. Ладони брюнета залезли под одежду, проводя пальцами по лёгким кубикам, переходя медленно к груди пока его шею осыпали грубыми поцелуями. Кадзуха отстранился чтоб оценить состояние омеги: полуприкрытые глаза, розовые щёчки и алеющие места от поцелуев. И Скарамучча будто боялся, что в последний момент старший уйдет ухватился за руку. Улыбка полного удовлетворения расцвела на чужом лице, и он принялся снимать футболку с брюнета. Живот того судорожно напрягался, в теле бушевало множество эмоций, которые никогда не ощущал Скарамучча. Те поцелуи, прикосновения с жаром отдавались на добавку, что не сказать про разы с другими альфами. Кадзуха особенный, и Скар это понимал с каждым разом всё больше и больше. Эти взгляды на уроках, лёгкие прикосновения к волосам, рукам. Да и эта забота была особенная. Хоть и ревность к Горо не позволяла полностью довериться, но он точно знал, что таким Кадзуха занимается только со Скарамуччей. Кадзуха же снял и свой свитер, обнажая красивое подтянутое тело. В нем что-то переклинило и он перевернулся вместе с альфой, тот с интересом наблюдал за его действиями. Усевшись на ноги Скарамучча с максимальной хищной, с долей жестокой, улыбкой смотрел на Кадзуху. –Не трогай меня, понятно? Последовал кивок. Аккуратно проведя пальцами по торсу Скарамучча подцепил брюки с нижним бельем, стягивая их вниз. Почувствовав чужую руку над головой, он отмахнулся и ударил по ней. Кадзуха передвинулся к середине кровати. Скар же подвинулся ближе к коленям, беря член альфы в руки. Со стороны послышался прерывистый вздох, что дало брюнету начало. Наклоняясь ниже, облизывая головку, Скарамучча наблюдал за глубоким вздохом альфы. Кадзуха приподнялся на локтях и смотрел за движениями снизу. И брюнет видел, как темнел его взгляд: из яркого, блестящего рубина в цвет спелого граната. И он смотрел на него, на этот томный взгляд, от которого хотелось продолжать. Барьер между выдержкой и дикой возбуждённости должен скоро рухнуть. Омега ещё раз провел зубами по уретре и взял целиком. Скара пытался обводить член языком, но сам орган был довольно широк, что утрудняло задачу. –Скарамучча... –видя то, как его классный руководитель, друг детства и новый любовник уже не может сдерживать контроль будоражило и возбуждало в тысячи раз. Скарамучче не верилось, что это все происходит в реальности. Буквально пару часов назад он был для все бетой. И он отвык оттого, что чувствами владели инстинкты и прихоти. В глазах блондина была видно то, что постепенно он идёт к разрядке, омега хотел большего, поэтому стоны Кадзухи будет самой сладкой наградой. Он знал, что Каэдэхара не тронет без разрешения. Выпуская член изо рта, он тронул рукой, начиная порывисто надрачивать. Шипение и гортанные рыки безудержно выбирались наружу из уст альфы. На самом Скарамучче была ещё одежда, поэтому отпустив на время Кадзуху, он снял с себя всю одежду и заодно снял остатки с блондина. Посмотря снова в глаза, Скарамучча улыбнулся и подошёл ближе, устраиваясь рядом со стволом, крутя бедрами. Блондин прерывисто выдохнул и сжал одеяло, стараясь не касаться чужого тела. Аккуратно насаживаясь на член, брюнет прикрыл глаза и закусил губу. С хлюпом орган вошёл в Скара. По телу прошлись мурашки, в ногах была приятная дрожь. Давно он не чувствовал такой заполненности в себе. Ему хотелось визжать от этого чувства. –Позволь мне помочь. – альфа это произнес больше умоляющим тоном, что показалось младшему смешным. –Нет уж. Я сам попрошу. Опираясь на грудь блондина, он привстал, наблюдая за реакцией, а после снова сел. Глаза у обоих прикрылись, Скарамучча даже издал приглушённый стон. Повторяя движения раз за разом из двоих выбивались все более развратные звуки и приглушённые стоны. Достаточного ритма для оргазма омег попросту не мог из-за своего состояния. До боли в животе хотелось получить долгожданную разрядку. Руки Скара бродили по груди Кадзухи, пытаясь опереться так, чтоб было удобно. От пальцев темноволосого оставались красные полосы, что очень жгло от пота. Каэдэхара сдавленно пытался контролировать движения омеги, взглядом пытаясь уговорить его помочь. Он видел, как руки ослабевали, дрожали. Мазохизм Скарамучче не шел. После пары толчков омега сдался. Просить было не надо – Кадзуха повалил его на подушки, нависая сверху и закидывая ноги Скарамуччи себе на плечи. Снова входя, но под другим углом, он поморщился и закрыл рот рукой. –Нет, не закрывайся от меня. Сжав сильнее талию брюнета Каэдэхара наклонился и чмокнул того в висок. –Попроси меня. От такого Скарамучча удивлённо вытаращился, но то, как альфа медленно двигался дразня, доказывая, что если через пару минут Скар не кончит, то он просто разорвется от течки. –Пожалуйста. Кадзуха усмехнулся и вошёл в него чуть резче, чем в те разы. Младший продолговато простонал, а ноги непослушно задрожали. –Пожалуйста "что"? –Помоги мне кончить... Несколько раз повторять не надо было. Второй резкий толчок прошёлся прям по простате, от чего громко простонал, сжимая плечи старшего. Он чувствовал, как головка члена давила на узел, который просил чтоб его повязали. Третий толчок прошёлся больнее, от отвыкших ощущений все чувствовалось по-другому. Скарамучча запрокинул голову на подушку, Кадзуха же сразу припал к шее, кусая ее, ключицы, оставляя укусы. После этого альфа набрал довольно приличную скорость чтоб выбивать стоны из омеги. Когти впивались в плечи, царапая, притягивая ближе. Член альфы с хлюпом выходил, то входил внутрь, будто пытаясь повязать. Скара уже не понимал, чего хотел, а чего нет. В животе чувствовалось давление, которое через пару секунд закончилось, кончив на живот Каэдэхары. Успев выйти из омеги он закончил рукой на живот под собой. Неожидав, что Скарамучча так быстро кончит, Кадзуха усмехнулся. Обмякшее тело младшего в конвульсиях дрожало, он перевернулся на бок и прижал колени ближе к себе. Тело дрожало, а в мыслях было то, что он сотворил с собой и с их отношениями с Кадзухой. Одновременно чувствовалось огромное облегчение, а с другой, что будет дальше, но сейчас думать он как минимум физически не мог. Тело находилось в приятной эйфории, которая не прекращалась. Чужие руки развернули его к лицу. Ладонь с влажной салфеткой проводилась по телу, вытирая всю влагу. Скарамучча даже не думал, как сейчас выглядит, и что весь его выстроенный авторитет погас. Лицо Кадзухи почему-то стало серьезное, что максимально раздражало его даже в такой момент. Убрав все лишнее с тела омеги, Кадзуха выкинул салфетки, и накрыл чистой, сухой стороной одеяла Скарамуччу, а сам взял свои вещи из шкафа и вышел из комнаты. Он лежал один. Сейчас казалось, что вот-вот он провалится в сон, но он обдумывал все события, которые произошли сейчас. Перемена настроения Каэдэхары пугала и настораживала. Максимально непонятно, что творится в голове у этого альфы, но точно знает, что ему хочется спать. Все вопросы завтра.