Asche zu Asche

В томлении грусти и печали, При стуке сердца и дождя, Я в крови своей тону, Из мира в сказку уходя. *** Солнце уже давно вышло из-за горизонта. На часах было около часа дня. Где-то за окном было слышно как ездят машины и поют птицы. Лучше всего было слышно вьюрька, поёт красиво, но громко. Это раздрожало. Учиха сел на край кровати, разминая пальцы и шею. Сегодня суббота, а значит никуда не нужно. Мадара встал с кровати и направился к двери. Толчок. Учиха пошатнулся, оглянувшись назад. В окно было кинуто что-то красное, что-то что размазалось по нему, и потекло в низ по стеклу. Небольшой тремор прошёл по телу мужчины. Подойдя к окну он никого не увидел. Были предположения что это дети, но вряд ли бы какой-нибудь мальчишка смог бы с дороги, не перелезая через забор, до кинуть это нечто до второго этажа. Открыв окно, в нос ударил противный, ядерный запах стухшего мяса. Если бы кровь имела запах, то и его мадара непременно бы почувствовал, и кажется блеванул бы. Выглядит отвратительно. Учиха аккуратно взял это нечто не длинными, отросшими ногтями, и выкинул на землю. Лучше убрать это потом с травы, чем сейчас смореть на окровавленное окно, на котором ещё и кусок плоти прилип. Выйдя из спальни и спустившись на первый этаж, появилось чувство будто что-то поменялось. Вчера вечером дом был другим. Хотя что именно изменилось, сказать было будто и не возможно. Но что точно было сказать возможно, так это то что пакет с некой домашней и не тёплой одеждой мужчина потерял, или забыл в такси. Но это не волновало, на улице -3° прохладная одежда не к чему, ближе к лету купит новые. Учиха поставил чайник и начал разбирать рюкзак. Кухня наполнилась шипящими звуками чайника и тихим, детским смехом*? Мужчина выключил чайник, смех отчётливей не стал, но был так же звонок как пение вьюрька. Будто за спиной, или прямо перед носом. в голове? С улицы? Смех стал надрывистым, будто кто-то сжимал его горло мертаой хваткой . Мадара оглядел кухню, по телу прошёл холодок, ощущение что источник смеха рядом, перебивало здравые мысли. На улице всё стихло, не одной машины? Птицы? Нечего. В глазах потемнело, голос ребёнка уже кашлял, он заполнил всю голову и все мысли. Запах гнили, стал ещё противнее, худше чем учиха чувствовал, когда убирал кусок гнили со стекла второго этажа. Белый свет из панорамного окна стал красным, светя мужчине прямо в лицо, своими обжигающими лучами. В весках что-то стрельнуло, а тело начало ныть от резкой боли. der Tod ist in der Nähe. Мужчина в холодном поту открыл глаза. Он был в кровати, лучи солнца падали прямо на лицо, а на улице так же пели птицы и ездили машины. Он спустился на первый этаж, рюкзак стоял в прихожей не тронутый, но пакета с одеждой так же не было. Учиха одел ботинки, накинул пальто, и вышел из дома. На тротуаре уже за калиткой, мужчина оглядел дом. Всё так же. Всё такой же двух этажный, белый дом, на окраине города. Мадара прощупал карманы домашних чёрных штанов и пальто, телефон он похоже оставил дома,на втором этаже. Может беспокоить ни кто не будет, хотя кому это нужно? Даже на самых маленьких улочках было достаточно много людей. Город готовился к фестивалю Kirschblütenfest [Ханами]. Фестиваль цветения сакуры или вишни в Германии. Цветение сакуры является символом быстротечности и красоты, потому что им можно любоваться только несколько дней в году. На некоторых улицах открыли ещё больше маленьких аниме магазинов «всё для косплеев»* всё для людей, и фестиваля, где всё хотят продемонстрировать свои костюмы и косплеи. Зазвонил телефон. Учиха остановился, сунув руку в карман пальто. Но он ведь сам оставил телефон дома.. Где-то около ближайшей детской площадки послышался голос мальчишки . Дети играют в прятки -Eins—люди во круг остановились, будто слушая как мальчик считает до десяти, а потом начнётся игра детворы. -Zwei—мелодия звонка которая стояла у Мадары на телефоне оборвалась. -drei—птицы, машины , всё стихло, мир погрузился в полнейшую тишину, будто игра детей, это то, из-за чего выходит солнце. -Vier, fünf, sechs, sieden..—детский, звонкий смех раздался на всю улицу. Мадара его запомнил. Это не было сном? -acht, neun.. Aus. Мир погрузился в темноту, солнце стало алым, а к горлу подступил ком. Тот ком, который мешает говорить. Ноги стали ватными, а сам учиха будто начал тонуть. Сгустки крови?* Теперь задыхался не голос мальчишки, а мадара. Сухой кашель, будто царапал горло изнутри, отдавая противную боль прямо в сердце. Мужчина закрыл глаза, мир был искажён а в голове будто стреляли каменные снаряды. Тело снова заболело. noch mehr Tod? Зазвонил телефон, противная мелодия, теперь будет ощущаться только с тем что мадара чувствовал? Видел? Что это?.. Учиха открыл глаза, он снова был в своей кровати, всё те же песни птиц, и тот же шум города. Звонил Хаширама, отвечать не хотелось, но слушать мелодию звонка не хотелось ещё больше. -о, Наконец-то ты ответил? Как доехал? Ты.. —учиха положил телефон себе на живот, уже не разбирая о чем говорит Хаширама, и думая о своем. Клонило в сон. -мадара! Ты слышишь меня вообще? -слышу. -ты спишь ещё? Девять вечера вообще-то.. Девять вечера? Отключив и положив телефон обратно на деревянную тумбочку, мужчина сел на край кровати , осматривая комнату. За окном уже темнело. Но разве он не проснулся в час дня? Встав на ноги учиха подошёл к слегка открытому окну, куска плоти на траве уже не было, но на самом стекле были потеки крови. Напрягает. Мужчина спустился на первый этаж,по пути включая везде свет. Всё так же, рюкзак стоит не тронутый в коридоре, но если всё это было не сном, то почему рюкзак стоит там, если мадара его открывал на кухне?.. Зайдя в туалет обнаружилось что освежитель для воздуха всё же имеется. Прошлый хозяин дома знал о запахе? Можно было подумать что дом старый, а прошлый хозяин полное дерьмо. Но мадара ведь сам с ним общался: добродушный мужчина лет 30 , без семьи, по виду точно можно сказать что пьёт, но не много. Учиха прошёлся освежителем воздуха по всем комнатам, да бы запах гнили исчез, хотя сам освежителль пах вроде лавандой, но как не особо приятно. Хотя в любом случае лучше чем гниль. *** Оттерев от крови окно на втором этаже, мужчина кинул грязную тряпку в зелёный тазик, и сел на кровать. Уже было около одиннадцати ночи, но в голове у учихи всё ещё не укладывались те моменты, когда сегодня, мадара слышал этого мальченку. Ещё поразмышляв минут пять, мужчина пошёл за рюкзаком в низ. Вернувшись он достал теперь единственную белую, домашеюю футболку и положил её на кровать, снимая рубашку . На теле появились новые синяки, а шея выглядела так, будто она пережила несколько операций. Переодевшись мужчина выключил во всём доме свет, и лег спать. *** Ночь прошла на удивление спокойно, учиха не просыпался, хоть и освежитель воздуха уже не действовал, и запах гнили стал настолько ядерным, что будто прямо перед носом ему поставили тарелку с тем сгнившим куском плоти. Окно было слегка приоткрыто. На улице прохладно, но дома под одеялом тепло, и не хочется вылезать. Солнце скрылось за тучами, а на груди лежало что-то теплое.. er ist hier..