Никогда.

Хенкин всегда думал, что знает Кису. Он был в этом уверен. Слишком был он глуп, слишком наивен. Слишком влюблен. Он поставил свою жизнь на кон, потому что Киса для него все. Самый близкий друг, возможно, что не самый лучший, но это было не важно. Он смог разглядеть в нем то, что не дано другим. То, что скрыто так глубоко. И это его погубило. Боря знал, что без Кисы нет смысла жизни. Тот был спасением от остального мира, а для Кисы кто он? Всегда хотел понять и узнать, но кажется теперь это стало чем-то невозможным. Чем-то, что никогда он не познает. Мечтал всегда достигнуть его, понять, проникнуть в душу и спасти от остальных. А тот не подпускал, не позволял. Но Хенк никогда не опускал руки, терпел и любил. Принимал все удары от него, извинения, которые шли сразу же после очередной драки. Все прощал. Киса когда-нибудь жалел о чём-то? Плакал? Этого теперь ему не узнать. Никогда. Потому что теперь он мёртв. И вся ирония в том, что убил его Киса. И теперь никакие извинения не помогут. Не сможет тот его простить. Никогда. А если бы он выжил, то простил? Определённо. Но уже ничего не имеет значения. Ни для Хенка, ни для Кисы. Киса о многом жалел. Много плакал. И каждый раз, когда Хенкин пытался помочь ему, хотя и хотел принять помощь, но боялся и отказывал. Боялся, что если подпустит близко, то его ранят и не замечал, что ранит другого. Но, кажется все его попытки были бесполезны и он стал слишком важным в его жизни. Чем-то дорогим. Киса не контролирует себя, свою злость. Когда Ваня направлял пистолет на отца, это казалось лучшим исходом, но другие так не считали и пытались отговорить. Почему они не могут его понять? Просто выводит из себя, когда все так выходит. Но сейчас, когда Хенк неожиданно подставляется под дуло пистолета, а Киса резким движением нажимает на курок. Осознание. Больше прощения не попросить. Теперь никогда. Киса сидит на полу, а в руках тело Хенка. Бездушное. Мёртвое. Звуки сирены, разочарованный взгляд Мела и отца. Никто и не мог подумать, что так выйдет. Кислов больше не старается казаться сильным, он больше не злится на друзей. Он плачет, совсем тихо, но всхлипы доносятся до других. И те сочувствуют, знают, что он не хотел. На что надеялся Боря, когда лез под пистолет, который держит нервный Киса? А может он этого и хотел? Никто теперь не узнает. Ни-ког-да. И Константин Анатольевич больше не отпустит, не простит и не закроет глаза. Он убийца, он убил его сына. Теперь он не отделается. Но тревожит Кису не это. Он так и не сказал, что тот ему важен, Ваня не смог. Потому что всю свою жизнь был слабаком. А Хенкин сильный. Но разве это важно сейчас? — Борь.– Шепчет, сквозь слезы. — Прости. — Так наивно ждет, что тот встанет и простит. Надеется, что потом все будут смеяться с этой ситуации. Но реальность такова, что этому не случиться никогда.