Усыпальница наших чувств

Воронеж, 2013 год       В квартире буквально искрило, атмосфера стояла безумно напряжённая. Если бы кто-то сейчас зажёг спичку — всё бы точно сгорело дотла в секунды. А дело в том, что Антон с Алиной сильно повздорили.       Пара встречалась уже 3 года, они случайно нашли друг друга и как кусочки пазла сложились сразу же, не разъединяясь после этого ни на миг. Возлюбленные познакомились в университете, где учились на разных факультетах. Киреева сразу обратила внимание на дерзкого КВНщика, который, как ни странно, стеснялся к ней подкатить, и просто буравил взглядом как последний маньячина. Она до сих пор его за это подкалывала, хихикая от аргументов вроде «Ну сработало же!». Жили ребята душа в душу, то у родителей Алины, то у родителей Антона, то в крохотных съемных квартирах. Все вокруг поговаривали, что дело уже идёт к свадьбе, но пара спешить не хотела, да и денег на это особо не было.       Однако сейчас на возлюбленных они совсем не походили, скорее на заклятых врагов. Последние недели были напряжёнными, поэтому поругаться пара могла из-за любой ерунды. У обоих на носу были экзамены и диплом, а у Шастуна ещё и КВН, которому он уделял больше всего времени. Парень и девушка смотрели друг на друга с такой искренней злостью, будто любви там и не было никогда. — Так ты в Москву собираешься? — Алина возмущённо скрестила руки на груди. — А что, если и собираюсь? — Антон невольно повторил её действие. — А почему я узнаю про это СЕЙЧАС? Почему ты не сказал раньше? — фраза звонко отразилась от стен родительской квартиры. — Потому что я знал, что у тебя будет такая реакция! — громко и резко отчеканил парень. — Какая? Какая реакция? Если бы ты соизволил сообщить раньше, я бы и слова не сказала! — девушка повысила тон. — Ну, конечно, да, будто я не знаю, как ты к моей деятельности относишься. Для тебя это всё «несерьёзно и ненадёжно», — скопировал Антон интонацию Алины на последних словах. — Я никогда в жизни не говорила, что это несерьёзно! А про ненадёжность, ты и сам в курсе, это очень тяжело сделать стабильным заработком, — Киреева начинала терять самообладание. — То есть ты в меня не веришь? Не веришь, что я смогу? — Шастун совсем закипел и покраснел до самых ушей. — Хватит перекручивать мои слова! Хватит вести себя так, будто я никогда тебя не поддерживала, ты мог бы просто сказать раньше! — девушка перешла на крик, еë терпение лопнуло, а нервы сдали. Антон сжал губы, понимая, что она права, но признавать это парень не хотел и не собирался, он упрямо смотрел ей в глаза, сдерживаясь, чтобы не сказать лишнего. — Хорошо, ты уедешь в Москву, а я? Мне тут оставаться? Мне за тобой ехать? — Алина вопросительно подняла бровь с вызовом смотря на Антона. — Не знаю, — отрывисто сказал Шастун. Он действительно не знал и даже представить себе пока не мог, где осядет, куда устроится на работу, что вообще будет делать, чтобы выжить в холодном чужом мегаполисе, который проглатывает таких как он каждый день на завтрак. — Не знаешь, серьёзно? Мы вместе 3 года, и ты НЕ ЗНАЕШЬ? — внутри Алину будто начало трясти. Она не могла поверить своим ушам. — Я не в этом смысле! Я пока не знаю… Я пока не придумал, надо освоиться сначала, — Шастун нервно взмахнул руками. Его раздражало всё: ситуация, поведение девушки, его собственное поведение, эта старая квартира, эти дурацкие занавески на окнах — абсолютно ВСЁ. — Ты понимаешь, что ты хочешь ехать в никуда? У тебя нет плана, — шумно выдыхая, Алина опустила голову и потерла лоб. Она хотела как лучше, её страшно было думать об Антоне, который метается по незнакомому городу совсем один, пытаясь найти свой угол и хоть как-то заработать. — А я тебя с собой не зову, можешь не ехать, — сгоряча ляпнул Антон. Парню стало так больно от её непонимания, слова сами сорвались с губ, не давая времени на раздумья.       Горячие слезы обожгли щеки девушки. Обида встала комом в горле. 3 года отношений, 3 года в любви и понимании, 3 года абсолютной поддержки его хобби… Только сейчас Алина подумала о том, что возможно у Антона никогда и не было серьёзных намерений на её счёт. Юмор, КВН, шутки, импровизации, выступления — вот там были все его мысли и силы.       Повисла мучительная немая пауза: стало слышно тиканье часов, звуки машин на улице, детские крики с площадки во дворе. Это был реквием по их отношениям. — Ах не зовёшь, хорошо. Ну и езжай в свою Москву. Всего хорошего, скатертью дорожка, Шастун, — схватив первую попавшуюся под руку вещь Алина запустила ей в Антона. Это оказалась книжка, которая больно ударила парня в грудь. Девушку охватила такая сильная злоба, боль буквально разъедала всё внутри неë как серная кислота. Хотелось, чтобы парню стало также больно, чтобы он понял, насколько сильно обидел её. Слезы продолжали течь по лицу нескончаемым потоком. — И поеду, поеду без тебя! — Антон кричал во весь голос. Внутри бурлил коктейль из агрессии и обиды. Она его совсем не понимала… Не понимала и не хотела понимать. — Езжай! А главное не возвращайся, — голос девушки истерично сорвался, а в парня полетела любимая ваза её мамы. Кирееву захватили чувства, она будто смотрела на эту сцену со стороны, и не могла собой управлять. — УЕДУ, — отрывисто рявкнул Шастун и быстрым шагом пошёл к двери, взяв со стула рюкзак.       Гулко хлопнула входная дверь, вызывая звон в ушах. Алина осела на диван, захлебываясь в слезах. ***       Они оба будут часто мысленно возвращаться в эту точку. Прокручивать реплики друг друга снова и снова, пока не затошнит. Они будут чувствовать, что так и остались в этом воспоминании… чувствовать, что даже спустя годы не могут сдвинуться с места. После этого всё стало каким-то ненастоящим и отстранённым, чувства стали приглашёнными, а краски мира блëклыми. Они до сих пор там, застыли в этом моменте словно бабочки под стеклом.