Весна пришла

            Теодора прикрыла глаза. Теплый солнечный свет согревал поляну и оставлял приятные ощущения на коже.             Вокруг бегал Бруно, отчаянно сражаясь с воздушным змеем, который никак не хотел взлетать. Ему помогал Фридрих, в чьих волосах виднелась фиалка, приобретавшая заметное свечение на солнце.             – Понравилось, теперь ходит так постоянно, – улыбнулась Тео и положила голову Лоуренсу на плечо.             – Фридрих любит весну, – поддержала Йоке, разливая чай по чашкам.             Приятный запах Эрл Грея дошел до Теодоры. Что-то защемило в груди, но она никак не могла понять почему. Будто у нее отняли что-то, но она не может вспомнить что. «Может, в другой жизни она была любительницей этого сорта чая?». Воспоминания оставались дымкой, которую у нее не получалось развеять. Из раздумий ее вырвал звук – Лоуренс снова насвистывал свою любимую мелодию, зажав травинку во рту и пожевывая ее в такт свисту. Она чмокнула Лоуренса в щеку и переместила голову на его колени, спиной оказавшись на пледе.             – Мисс Эйвери, вы настолько без ума от меня? – со своей излюбленной ухмылкой спросил этот харизматичный мужчина.             – Не сильнее, чем вы от меня, – щелкнув его по носу, парировала Теодора, и они оба рассмеялись.             «Как же хорошо и спокойно», – подумала она и устремила взгляд в небо. Мирное небо. Ясное и облачное, как и бывает ранней весной, когда солнце еще не шпарит в полную силу, но со всех вокруг уже спадает зимнее оцепенение. И с первым потеплением люди выбегают на улицу, насладиться погодой, по которой они так скучали. Наши друзья не были исключением. Весенние пикники стали своего рода обычаем для них, про который они никогда не забывали.             Они расположились в полутени высокого раскидистого дерева, сквозь листву которого просачивались солнечные лучи, которые согревали, но не ослепляли.             – Р-р-ребята, смотрите! Мы… ох… мы запустили з-з-змея! – запыхавшись к ним летел Фридрих, тыкая пальцем на счастливого Бруно.             – Спокойно, солдат, не стоит так кричать, ты больше не на службе, – Лоуренс в своем стиле не переставал подтрунивать над Фридрихом.             – Очень с-смешно, тебе бы стоило поучиться в-вежливости.             – Зачем? Я ведь и так н-неотразим.             Фридрих только фыркнул, падая на плед рядом с ними. Тео и Йоке переглянулись и обе закатили глаза. В груди разлилось такое родное ощущение. Все четыре пары глаз устремили взгляд на Бруно, который, наконец, справился с этим летающим искусителем и теперь бегал по полянке и кричал:             – Мама! Мама смотри! Он похож на этих очень маленьких существ, из-за которых люди болеют! Ты говорила их называют в-вирус?             Йоке с теплотой в глазах наблюдала за сыном, который, казалось, мог заменить для неё весь мир и, очевидно, начинал идти по ее стопам. Неудивительно, ведь она была с головой увлечена своей работой, что легко считывается детьми. А Тео с теплотой наблюдала за ней и остальными. Неужели может быть так спокойно и безмятежно?             Внезапно поляну озарил яркий свет, Тео зажмурилась и ощутила приятное тепло, согревающее ее лицо. Она открыла глаза. Солнечный луч навязчиво пробирался сквозь блэкаут шторы и светил прямо ей в глаза. Мимо пробежала грусть – но не такая, как раньше: не щемящая и заставляющая рыдать и бить зеркала. Это была другая грусть, с ноткой ностальгии и приятным послевкусием.             Снова сон. Тео давно перестала называть такие сны кошмарами. «А ведь, признаться честно, где-то в глубине души я и правда надеялась, что после того, как я обратно отдам силу Джону, я вернусь в 1914. Как глупо и наивно». Да и 1914, отнюдь, не был в её воспоминаниях таким уж счастливым. Наравне с приятными чувствами, рядом стояла боль и страх, ощущение потери и безысходности.             «Весна», – продолжала размышлять она, – «Намного лучше треклятых дождей и ветров». Потянувшись, Теодора подошла к окну и, распахнув шторы, впустила в комнату прохладный весенний ветерок. Весна всегда навевает воспоминания и заставляет хандрить, однако для Тео это все ещё лучшее время года.             Ее нынешний дом, которого она так долго была лишена, количеством деталей и наград поистине напоминал залы какой-нибудь кинозвезды. Или известной журналистки и писательницы, которой и являлась Теодора Эйвери. Или, как ее звали теперь, Арины. Последнее имя и последняя буква ее настоящего имени. Ее багаж знаний и опыта за прожитую жизнь помогал ей справляться со многими задачами – от написания собственных рассказов до переводов чужих с самых разных языков; от создания захватывающих сюжетов до их иллюстрирования. Неизменно было одно – начинать заново и находить оправдания своим навыкам, обзывая их попросту талантом.             Теодора заварила себе кофе и посмотрела за окно: «Весна», – снова повторила она. Каждую весну она теперь встречала по-особенному. Это была годовщина ее «новой жизни», а также годовщина начала последней «настоящей жизни». Это приятное совпадение «дней рождений» дополнялось еще одним. Днем рождением компании, в которой с недавних пор обосновалась Теодора.             Она поселилась в Форрамо, что стало очевидным после знакомства с Антонио и домом мадам Розетты. Она чувствовала, что именно в этих краях остался кусочек её дома. Или души? Вот и теперь она собиралась в свое любимое место – бар «Елена», чтобы отдать дань своим друзьям из прошлого и настоящего. Ведь все жизни, которые ей повезло прожить, она проживала не одна, а в компании удивительных людей, каждый из которых имел свою собственную, захватывающую историю. Которые теперь будут жить вечно, в этих маленьких телефончиках самых разных людей – весомый бонус времени, в котором она доживает свои годы, хоть она и не сразу постигла азы пользования этими замысловатыми приспособлениями. Улыбка тронула ее губы, когда она задумалась о том, сколько человек по всему миру по-настоящему прониклись этими историями именно по той причине, что каждый персонаж в них по-настоящему реален, от того и кажется таким живым. Как и персонажи других известных историй Клуба Романтики, которые радуют читателей вот уже на протяжении пяти лет, ее «друзья» продолжат радовать и вдохновлять новые поколения уже с экранов телефонов. «Размышляю уже совсем как старушка, какие поколения, какое наследие», – прыснула Теодора, – «Я еще в самом расцвете сил и пока что не собираюсь на тот свет». И опять: «Это всё весна».             И всё равно она была рада, что нашла свое место и смогла наконец поделиться с людьми своей историей таким образом, чтобы ее не сочли за сумасшедшую. Спустя столько лет её приключения и сама Теодора останутся вечными. А сколько еще таких историй, которые мы знаем, действительно произошли в реальности?.. И какой в итоге ответ на вопрос: «Бессмертие – дар или проклятье?».