Держи руки при себе.

      — Рико...       — Умолкни.       И ведь Жан покорно затихает, позволяя схватить себя за подбородок и втянуть в напористый, требовательный поцелуй, которому он не смеет противиться, а может и вовсе не хочет. Размышлять об этом Моро не спешит, тем более не сейчас, когда он раскинулся на постели, зажатый между матрасом и Рико. Тот сминает губы остервенело, нагло, не давая шанса на отступление — в этом был весь Морияма.       Стоит рукам партнёра уверенно, по-собственнически пройтись по обнажённой груди, очертить торс, талию, Жан не в состоянии сдержать томного вздоха, за что в глубине души готов разорвать себя на части от понимания некоторой неправильности того, что происходит, чему он позволяет происходить. Не сказать, что Жан был против, ведь что-то действительно вспыхивало внутри от прикосновений Рико, яростных поцелуев и задушенных стонов в подушку, когда чужая рука уверенно бродила между ног расхлябанного Моро. Он уже и не помнил, когда это всё началось, ведь в Вороньем гнезде даже время течёт иначе.       Когда он дал Рико пересечь черту? Когда Морияма решился на это?       Могут ли они зайти ещё дальше, нужно ли оно им?       Дрожащие пальцы зарываются в копну шелковистых чёрных волос, когда плечи, выпирающие ключицы одаривают россыпью поцелуев, сопровождающихся яркими, даже немного болезненными засосами, к которым Жан либо привык, либо Рико действительно открыл его потаённые наклонности.       — Руки. — одёргивает Морияма между делом, слабо ударяя Моро по ладоням.       — Извини... — сипло бормочет Жан, не в силах на что-то большее. Рико задерживает на нём нечитаемый взгляд и фыркает, потянувшись к тумбочке. В полумраке спальни было тяжко сфокусировать взгляд на чем-то, но судя по звукам, Морияма достал наручники. Это был далеко не первый раз, когда движения Жана ограничивали, потому он беспрекословно дал зафиксировать свои руки над головой.       — Какой послушный. Умница. — холодно усмехается Рико, поглаживая щеку Моро в качестве поощрения, но даже это не может помочь Жану расслабиться — пощечины были в стиле короля Воронов. Но к удивлению парня, её не последовало.       — Чего ты не ожидаешь от меня? — Рико склоняется над лицом партнёра, почти касаясь кончика чужого носа своим. Подобный вопрос вводит Жана в ступор и тот какое-то время молчит, судорожно пытаясь подобрать слова.       — От тебя можно ожидать практически всё, что угодно... — стараясь говорить чётко, отвечает Моро.       — Практически или действительно всё, м? Мне нужна определённость, — требовательно хмыкает Рико, снова обхватывая подбородок Жана, заставляя посмотреть себе прямо в глаза. В них Моро никогда не мог разглядеть хоть что-то, кроме холодной, безразличной бездны, состоящей из сплошного мрака, где не было места свету. Или он просто давно потерян.       — Жан.       От того, как Рико произносит его имя, низ живота сладостно сводит.       — Я... Не знаю. Что ты хочешь сделать?       — Узнаешь. — Рико тихо усмехается. Растерянность забавляет его – это Жан тоже выучил.       Рико стягивает штаны и небрежно кидает их в угол комнаты, вслед за одёжкой Моро, после доставая полупустой тюбик со смазкой, лежавшей там же, где и наручники. То, что происходит дальше, действительно потрясает Жана — такое он он может представить даже в самых потаённых фантазиях, спрятанных за тысячей замков.       Капитан Воронов судорожно выдыхает сквозь стиснутые зубы и приспускает боксёры, после выливая немного смазки на пальцы правой руки, которую перемещает к себе за спину. Медленно, немного даже неуверенно проникает внутрь, отчего жмурится и тут же прячет румяное лицо. От подобного зрелища у Жана в горле пересыхает, он не мог даже подумать о том, что Рико решится на это... Его хочется коснуться, заставить поднять голову, чтобы впервые увидеть покрасневшие щеки, этот особенный блеск в глазах. Но чертовы наручники, натирующик кожу, препятствовали.       — Рико... — почти что моляще скулит Жан.       — Тихо... — на выдохе приказывает Морияма, хотя звучит это уже не так властно и грозно, пока парень растягивает себя, опираясь на живот Моро, слабо царапая бледную кожу. Едва ощутимая саднящая боль прибавляет остроты в ощущениях, с губ так и просится сорваться колкость, но Жан молчит, с восхищением глядя на представшую перед ним картину.       Стоит Рико вытащить пальцы, он с каким-то упоением проводит ими – все ещё испачканными в смазке — по вставшему члену Моро, будто оставляя свой след заранее. Жан, кажется чувствительный до дрожи, слегка выгибается в спине.       — Я так сильно впечатлил тебя? — хрипло шепчет Рико около чужого ушка, опаляя кожу горячим дыханием.       — Ох, Жан, ты ведь хочешь прикоснуться ко мне, верно? Запретный плод сладок, я прав?       Сладок, ещё как сладок. Лицезрея Морияма в таком положении, Жан почувствовал себя Евой, стоящей перед недоступным древом Эдемского сада, пока в голове звучало искушающее змеиное шипение его собственных мыслей.       — Блять...       — И всё? Впрочем, твоё тело говорит само за себя... — шаловливая ладонь Рико обхватывает напряжённую плоть, резко двинув от основания к головке, в отместку получая глухой стон.       — Но помни, Жан, тебе стоит быть тише. У стен Эвермора есть уши...       Рико не медлит и обильно смазывает член Моро. Жан не в силах закрыть глаза, вопреки смущению, жадно следя за тем, как Рико медленно насаживается. Он напряжён, это видно, но Жан при всём желании не может помочь ему, а просить расстегнуть наручники слишком опрометчиво, хотя руки уже начинали затекать.       Забавный факт — Рико становится в сто крат сексуальнее, когда говорит на японском. Жан убеждается в том каждый раз и сейчас тоже, когда Морияма что-то с придыханием бормочет на родном языке, стоит начать двигаться. Медленно, даже как-то неумело. Жан почти полностью уверен, что это его первый опыт в принимающей роли и признаться, Моро льстит, что именно он оказался тем, с кем у Рико впервые происходит такое.       — Вот черт, Рико... — с полустоном выдаёт Жан, жадно глотая ртом воздух. Рико до чёртиков узкий, горячий там внутри, приятный настолько, что голова идёт кругом.       — Что, хочешь помочь..? — хмыкает он и в противовес желанию Жана, обхватывает цепь наручников.       — Я не давал своего разрешения, а без него действовать нельзя. Ты ведь не забыл правила, Жан?       — Нет...       — Умница... — Рико ухмыляется и нагло впивается в искусанные губы, все ещё обозначая доминантную позицию.       Шлепки плоти об плоть, скрип кровати, влажные звуки поцелуев, томные вздохи и обрывистые стоны — всё это смешалось в нечто единое, кишащее похотью, наполняющей комнату, ощущающейся даже в воздухе. Мысли путаются, превращаясь в какой-то несуразный клубок, из которого не вытащить ничего, кроме одной ниточки — "Рико". Тяжело вздымающаяся грудь, теплота его нутра и то, как он блаженно закатывает глаза, стоило только попасть по простате. Жан желал запомнить каждую деталь происходящего, бережно отложить в памяти.       Можно ли назвать такой жест со стороны Рико доверием? Или это лишь любопытство, ничего не стоящее баловство, как и все их ночи?       Развратное буйство заканчивается эффектно — Рико замирает, выгибается в спине и с трудом сдерживает вскрик прежде, чем наконец кончить. Спальню мягко окутывает тишь, прерываемая тихим дыханием обоих Воронов. Но сделав передышку, Рико не останавливается на таком и вновь возобновляет движения, более уверенные и даже резкие.       — Рико, эй... Я скоро... — невнятно лепечет Жан, но вместо ответа, Морияма грубо зажимает ему рот рукой, не думая прекращать. Ещё немного, пара толчков и Моро наконец обильно изливается внутрь, чувствуя, как от переизбытка эмоций в уголках глаз собирается влага. Рико над ним вздрагивает и Жан, кажется, ощущает это всем телом, словно они абсолютно едины, каждой клеточкой. Сердце пропускает удар.       Рико слезает и очень вяло расстёгивает наручники, то и дело чертыхаясь себе под нос, что не может не позабавить. В нынешний момент Жана абсолютно не волнуют затёкшие руки, ведь Рико лениво ложится на него сверху и вздыхает, устало прикрывая глаза. Раньше он никогда так не делал, поэтому Моро даже теряется.       Умиротворение — так можно обозначить нечто, накрывшее обоих вместе с приятной истомой. По-хорошему, им бы сходить в душ и смыть остатки "развлечений" с тел, но сил абсолютно не осталось. Жан вздыхает и переводит взгляд на точно такого же расслабленного Рико. Таким спокойным, даже невинным он видит его впервые — после секса Рико в принципе редко остаётся в постели Моро. Можно ли это считать чем-то особенным?       — Я могу..?       — Да.       Жан ласково кладёт ладонь на тёмную макушку, зарываясь пальцами в пряди. Этого было вполне достаточно. По крайней мере сегодня.