Светская жизнь в своем разнообразии
24 апреля 2023 г., 20:39
— Там кому-то плохо, — взволнованно проговорила Анна, почти перевешиваясь через перила балкона. Штольман едва удержал себя от того, чтобы схватить её за руку. — Это дама, насколько я вижу! Слава Богу, она не мертва! Я уж подумала, что и этот наш с тобой поход выльется в какое-нибудь безобразие!
Яков не мог не признать Анину правоту. Редко им удавалось просто куда-то выйти или поехать. Можно было почти со стопроцентной уверенностью ожидать, что кого-то убьют, ограбят или хотя бы попытаются это сделать.
— Видишь, все обошлось! — попытался успокоить жену Штольман. — Иногда театр — это просто театр! Нельзя же везде видеть трупы.
Он был вынужден замолчать, потому что мужчина рядом с ним отшатнулся, а дама с декольте дико взглянула на Аню и принялась нервно обмахиваться веером. Нет, всё же со светской жизнью им стоит еще повременить. Не каждый заядлый театрал способен пережить соседство с ними. А он сам плохо переносил Анино декольте. Нет, то есть декольте он прекрасно переносил, а вот чужие на него взгляды — плохо.
— Её ведут к выходу! — сказала Аня, с волнением рассматривая гудящий партер. — По-моему, ей совсем дурно.
Внезапно процессия, идущая к выходу, остановилась, потому что недавно упавшая в обморок женщина обернулась, посмотрела на сцену, всматриваясь в актеров, а потом взялась за голову и позволила вывести себя из зала. Штольман тоже взглянул на сцену, пытаясь понять, куда смотрит дама. Что-то показалось ему неправильным, но, что именно, уловить было сложно.
— Дамы и господа, прошу вас успокоиться, представление начнется через несколько минут, — успокаивал публику конферансье.
Аня повернулась к мужу и, умоляюще взглянув на него, произнесла:
— Нам ведь не нужно оставаться до самого конца? Осталось всего две арии, и я их уже слышала!
Штольман поднял брови. Понятия о светской жизни у всех разные. Вот его жена, например, предпочитает прийти на помощь (а он прекрасно видел, что она именно это хочет сделать) пожилой даме, которая плохо себя чувствует, а не досматривать классическую комедию на сцене крупнейшего театра Европы.
— Нет, не обязательно! — ответил он. Аня улыбнулась. Её улыбка зажгла яркий горячий огонек в душе Якова и его потянуло шутить. — К тому же необходимо удостовериться, что вечер всё же не окончится трупом. Он ведь еще в самом разгаре.
Анна сверкнула глазами, увидев, как женщина около неё открыла рот от изумления. Джентельмен около Штольмана выглядел не лучше. Ей казалось, что он раздумывал, не пора ли хвататься за оружие.
— Пойдём же и проверим! — постановила Аня и, царственно кивнув своим соседям, проплыла к выходу. Штольман, извинившись перед перепуганными посетителями, последовал за ней, чувствуя себя так, будто ему десять и он провернул удачную шутку, за которую с него было некому спросить. Семейная жизнь явно действовала на него плохо. Но как же ему было сейчас хорошо!
В коридоре два смотрителя судачили о произошедшем. Анна и Яков, проходя мимо, услышали, как они говорили о том, что дама, которая упала в обморок, какая-то влиятельная русская аристократка, и теперь её усадили в кабинете директора и ждут врача. Аня тут же воспользовалась ситуацией и сказала, что она — доктор и готова оказать помощь немедленно. Служащие театра посмотрели на красивую мадам в шикарном платье с недоверием, но перечить не осмелились и проводили Штольманов к пострадавшей. В кабинете директора разыгралась настоящая драма, главным действующим лицом в которой как раз директор и выступал. Он бегал вокруг обмахивающейся веером дамы и выкрикивал бессвязные фразы, чуть ли не выдирая волосы из своей и без того не слишком пышной шевелюры. Глядя на это мельтешение, болезненный вид женщины и каменное лицо её кавалера, Яков понял, что ресторан им сегодня не светит.
