Don’t annoy me.

Young, Dumb, Stupid Young, Dumb, Stupid But who cares? But who cares? ulin geob-i eobs-eo Do whatever we want. Young dumb stupid — nmixx.

«— Я ебал» — в очередной раз подумал Чуя, выслушивая очередную претензию от преподавателя к работе. — Накахара, вы меня вообще слушаете? — поток мыслей перебил звонкий голос, мужчина смотрел строго, как будто через самого рыжеволосого. — Да, да, понял, Огай-сенсей. — студент поднял глаза на брюнета, хватая свой холст. На нём было изображен натюрморт, сенсею, не понравилась расстановка, кувшин находился в центре работы, из него «торчало» 3 цветка; один был высокий, ядовито-красный, он смотрел вверх, показывая свои листья только сбоку, второй цветок был чуть по меньше, он смотрел на нас. На нём также можно было разглядеть небольшое количество лепестков, словно это уже старое растение что потихоньку осыпается, и последний, был самым «молодым», он был изображен буквой «зю» и красиво извивался, данный цветок был цветным, на нём можно было заметить красные, розоватые и бордовые оттенки. Слева от кувшина лежала пожелтевшая бумажка, и перьевая ручка, что было написано на листке — невозможно разобрать, все что было понятно, так это подпись «ОТ СТАРОГО ДРУГА», а справа, стоял бокал с вином, заляпанный, грязный, и в то же время чистый и сладкий. — Надеюсь вы уловили все ошибки, чтобы на следующее занятие это было исправлено, иначе я буду вынужден испортить оценку. — он отвернулся, и стал подзывать остальных дальше по списку. Накахара царапал холст, и кажется, был готов его порвать, его бесила критика к творчеству, особенно если это «доебы до ничего». — Нахуя я пошел на эту обосанную профессию. — Чуя чуть ли не шипит, еще чуть-чуть и ядом плевать начнет, честное слово. Он падает рядом со своим давним другом, Рюноскэ, что учиться с ним на одном курсе. — фактически, Накахара, он прав. — парень почти никогда не разделял мировоззрений его друга, он винил всех но лишь бы не себя. Рыжеволосый, в свою очередь считал что это Акутагава так не сердится потому, что у него всегда всё идеально. Почти никогда больше 3 ошибок найти нереально, всё у этого засранца с первого раза идёт. — Просто замолчи. — не переводя глаз, юноша упирается лбом в парту — твоя морда меня бесит. Ему хотелось исчезнуть хотя-бы на час, чтобы побыть в гордом одиночестве, без ебанного Акутагавы, курса, учебы, трудностей в жизни, без сучьих налогов, практик и курсовых от которых устал. *** — Пошли в кафе, я заебался. — произносит Чуя, хватая свой рисунок вместе с сумкой. В аксессуаре лежали карандаши, скотч, клячка, ластики, ручки, тетради и. Кисти? Причем кисти без красок. Они стоили намного дороже чем собственные кисти. — А у тебя деньги-то есть на кафе? — пытается пошутить Рюноскэ, отряхивая остатки карандаша на руках — Ну пошли, конечно. Куда я от тебя денусь? — брюнет выходит из кабинета, громко хлопая дверью. Это привычка ужасно бесила всех, особенно учителей, и тех кто скидывался на эти двери, ведь они, сука, стоили очень много. — Руки оторву, — процедил Чуя, выходя за другом. На улице его ждал Рюноскэ, погода была тёплой, солнце палило, не было ни одного облака, небо нежно голубое, красивое. Люди ходили во всём разном, кто-то принципиально в штанах и толстовках, например, как Акутагава, кто-то надевал легкую футболку и легкие ветряные штаны, как Чуя, а кто-то ходил в юбках и топах, прикрываясь зонтом. Брюнет на улице курил, он стоял рядом с воротами, где обычно все собирались на переменах, увидев рыжеволосого, парень растоптал окурок и откашлялся. — Пошли уже, идёшь как улитка. На его провокацию Накахара никак не отреагировал, промолчал. — Надеюсь, мы идём в старбакс, потому что я уже не выдерживаю питаться в дешевых забегаловках, — с легкой долей надежды говорит юноша, оглядываясь по сторонам. Они уже вышли за территорию учебного заведения, и когда Накахара повернулся заметил пристальный одного из студентов. Парень выглядел страшным, высокий, выше самого Чуи раза в 3, весь в каких-то бинтах, как мумия, да и взгляд какой-то сумасшедший, и мутный. Шатен помахал ему ручкой, не сводя взгляда, стрёмно. — Эм, Рюноскэ — юноша дергает младшего за рукав, а после останавливается. — Чего тебе? — брюнет останавливается, и недоумевающе смотрит на друга. — что-то случилось? — Ты не знаешь того парня, что перебинтован словно мумия? — Чуя тыкает пальцем на «сумасшедшего» что всё еще пристально за ним следил. — Да хуй его знает, если честно. Он постоянно за нами таскается, и лыбиться когда тебя видит. Один раз подходил и спрашивал как тебя зовут. — выдал Рюноскэ, поворачиваясь и продолжая путь — Я ему сказал. — Ты еблан блять? Хули моё имя направо и налево раздаешь? А если он ненормальный? Ты вообще видишь его? Сумасшедший! — чуть ли не кричит старший, подбегая уже к почти ушедшему другу. — Ну значит так и будет, уже всё равно дал. Не подойду же, и скажу «помнишь я тебе говорил тебе имя Чуя? Так вот забудь его, его зовут Денис». После язвительной шутки от Рюноскэ, Чуя лишь закатил глаза, фыркнув и спокойно сказав: — Ладно, пошло уже. Но этот тип, он меня пугает… — Чуя кинул взгляд на перебинтованного брюнета, который нагонял ему жути, от чего по коже пробегались мурашки. К счастью тот тип уже не смотрел на Чую и его друга рядом, а поправлял бинты на руках. — Чего так таращиться, он же тебя не собирается убить, хотя вполне возможно… — начал Акутогава, как рыжеволосый толкнул его вперёд, прошипев ему: «умолкни, заебал нести бред» Кафе от университета находилось не так далеко, они иногда ходили туда пешочком, сегодня один из таких случаев. Чуя стал чаще обарачиватся назад, словно параноик или шизоид, ведь чувство буд-то за ним снова следят его пожирало. Вдруг это все не кажется? Такие мысли он сразу сбрасывал с головы, скидывая на бред. Зачем Вообще кому-то нужен рыжеволосый художник? — Хватит уже себя так вести! — недовольно сказал темноволосый. — Как?! — Чуя сделал искренне непонимающи вид, хотя понимал почему Рюноскэ так раздражается. — Да блять, на тебя все косятся, а ты ведёшь себя как сбежавший больной из психиатрической больницы, — немного тише сказал Акутогава — это из-за того типа у тебя развивается болезнь или что? — Я… — рыжый нервно глотнул — у меня такое чувство, буд-то этот перебинтованый ходит за мной, но каждый раз смотря назад, его нету! — Ты действительно параноик, — тяжело вздохнув, сказал парень — Сложный случай, ничего более сказать не могу. На тебя там бабка косится, ты только посмотри на неё! — Рюноскэ кинул взгляд на пожелую женщину, что сидела на лавочке, держа в руках газету, но прямо смотрящую на ребят — Клянусь, если она продолжит так же, то прожгет в нас дыру. — Ой все, отебъись. — Чуя поджал губы и остановился у входа в кафе, открывая дверчу — Дамы вперёд. — Это я что-ли дама? — скорчив недовольную гримасу сказал темноволосый, после чего толкнул Чую вперёд, сам хватая ручку двери — Иди давай! — Уебок, — усмехнувшись сказал Чуя, выбирая столик у окна. — Да, я… — спокойно ответил Рюноскэ, садясь за столик — Тут, меня этот столик устраивает больше. Чуя лишь молча кивнул и сел напротив. Кафе было довольно большое, с большими прозрачными окнами. Небольшие столики из вишнёвой древесины, мягкие кресла, приятный запах выпечки смешный с кофе были пропитанны в стенах этого здания. Чуя определено любил проводить здесь время, хоть и появлялся тут не так часто. Парни заказали себе лапшу и напитки, спокойно поедали пищу. Но к сожалению «паранойя» рыжеволосого не пропала. Он постоянно оборачивался, смотрел на окна и нервно вздыхал. Ему нужно успокойтся. — Сука, а мне ведь нужно тот рисунок исправить… — недовольно простонал Чуя. — Сам виноват, ты постоянно в облаках пока он объясняет, — с аппетитом жуя свою пищу, готовил Рюноскэ. — Я часто жалею что выбрал эту профессию. — Да, ты уже за сегодня это повторяешь второй раз. — Как думаешь, он действительно мне снизит оценку? — спросил Чуя, приподняв одну бровь. — Думаю да, он частно начал делать тебе замечания. — Блять… — Расслабиться бы тебе, наконец выспаться, чёрт возьми, а не пол ночи страдать хернёй, после чего говоря мне «это ночное вдохновение рисовать!» — Ничего ты не понимаешь. — И хорошо что не понимаю. После чего диалог продолжался шутками и о университете. Они оба устали от учебы, это точно, но Акутогава относился к ней более ответственно, нежели чем Чуя в последнее время. После трапезы, они оплатили еду и попрощались, каждый направляясь в свое жилище. Чуя предпочел идти пешком, по дороге он вытащил почти опустошенную пачку сигарет, вытащил последнюю скрученную в бумажке табак и зажёг его при помощи зажигалки. Наулице уже было темно, дорога по которой он шёл, выглядела словно в заброшенном городе. Пыльная дорога оборвалась у густой дубовой рощи. Земля здесь сменилась на более тугую. Покрытые мхом вековые дубы раскинули свои кроны над узкой дорожкой, перекрывая солнечный свет. Здесь было куда прохладнее чем в первый раз показалось Чуе. В такое время буд-то всегда царят вечные сумерки. Чуя шел, и наблюдал как вдоль неглубокой низины тянется еле заметный слой тумана. Видимо, земля здесь была очень сырой и перегнившей, потому что сквозь плотный ковер мха разглядеть что-либо было тяжело. Действительно выглядит словно заброшенный город, улица. Сигарета зажимается между указательным и средним пальцем, охватывается губами, делается затяжка, потом выдыхается дым. Зависимость Чуи. Все ещё чувство того что за ним следят проследовало. Он уже не оборачивался. Кажется табак действительно помогал. Он решил по дороге зайти в ларёк, взять пачку «Marlborо» Казалось бы, когда он только попробовал курить, он думал что больше никогда не возьмёт эту дрянь в рот и больше не затянется. Увы, все было совершено не так. — Мг-у, — он забрал пачку сигарет с рук продавщицы и вытащил купюру с кошелька, после чего тяжело вздохнув отдал «В последнее время я позволяю себе слишком много тратить. Мой кошелек худее чем больной анорексией человек.» — подумал Чуя, засовывая кошелек во внутренний карман плаща, идя в сторону своей квартиры. — Эй, привет, — сзади послышался незнакомый мужской голос. От неожиданности Чуя подпрыгнул и посмотрел назад. «Этот чёкнутый!» — пронеслось в голове. — Ты кто? — нетерпеливо спросил парень. Желание врезать и дать деру отсюда возрастало, но кажется, не выйдет. Юнец стоящий перед ним, был выше его намного, так что 5 шагов Чуи — 1 шаг этого типа. — Чего так невежливо? Я Осаму. Осаму Дазай, а ты Чуя, верно? — Осаму старался мило улыбаться, но выглядело достаточно жутко. — Что тебе от меня надо? — спросил Чуя, облизнув иссохшие губы — Зачем ты постоянно за мной следишь? — С чего ты это взял? — Дазай наивно улыбнулся — Просто мы почти всегда находимся в одном и том же месте. Совпадение. — Уж слишком оно частое… — недоверчиво произнес Накахара, смотря в лицо перед ним. Чтобы видеть его, приходилось закидывать голову на верх, чертов мудила под 2 метра. — Даже такое бывает, знаешь ли, — брюнет поправил галстук и осмотрелся. Он выглядел очень подозрительно. По крайней мере для Чуи так точно. Никого наулице не было, от ларька он уже давно отошёл. «Что тогда тут забыл перебинтованый тип?» — подумал рыжеволосый, покоривший на Осаму. — Мы с одного университета? — спросил Чуя. — Да, но я учусь на патологоаната, — ответил тот — Наши корпусы недалеко от друг-друга, я тебя часто замечал. — М-да, а я вот тебя почему-то нет… — тихо буркнул себе под нос Чуя. — Что прости? — переспросил юноша, скорчив удивленную гримасу. — Нет, ничего. — Чуя покачал головой из стороны в сторону, давая понять что всё хорошо. — Слушай, знаешь мне пора. Так что давай, в универе увидимся. — Накахара низко поклонился и пошел прочь ускоряя шаг. С этим парнем чувство тревоги всё нарастало не давая успокоиться. Шаги за ним был ели слышным из-за тяжелого дыхания, поэтому герой, решает заскочить в переулок чтобы быстрее скрыться, но кажется, это была его ошибка. Парня хватают за руку, на что тот хотел въебать в ответ. Его опередили. Дальше только удар, темнота, отдаленный шум и его голос. Рыжеволосый не совсем разобрал, он только слышал как тот шепчет: «— сопротивление бесполезно. Хотя. Ты и не можешь» — как он мерзко смеется, как хрустит трава на клумбе, на которой, видимо бегал кот. Но больше ничего.