Доктор Ким

***

      Состояние человека после полового акта, разделяется на две части: Первое — ему очень понравилось, и он не прочь повторить, чем чаще, тем лучше. В голове проскакивают воспоминания проведенной ночи, разум пытается воссоздать те самые чувства, что он испытывал при прикосновениях к себе, или же проникновениях. Тело начинает покрываться мелкой дрожью, а внизу живота зарождается странное чувство опустошения. Но в тоже время там порхают бабочки, что заставляют прикрывать глаза и прокручивать всё, вновь и вновь.       Именно это сейчас и происходит с Ким Тэхёном. Сколько прошло времени он точно не знал, был занят так сказать мужем. Мужем! Слово то какое странное, мало для него знакомое. Сколько они потрахались с Чонгуком? День, два, а может три. Кажется он про три ему говорил, прежде чем вылизал его. Сказать, что Тэ, был удивлён — ничего не сказать. Для него не новость секс с мужчиной, но самому в таком участвовать, ему не приходилось. Смотрел от нечего делать пару порнушек с мужиками, но там они так безбожно не текли — смазкой пользовались…       Сейчас он в теле омеги, и до сих пор в голове, это не укладывается. Он подставил задницу мужику, что больше всего его напрягает. Да — Чон Чонгук красивый самец, но дело ведь не в этом, да? Почему он загоняется по такому поводу? Ну переспал он с мужиком, ничего же страшного не произошло. Они доставили друг другу удовольствие, причём Тэхён сделал то, о чём даже подумать не мог… Встал в душе на колени перед Чоном, и отсосал ему. Тэхён. Что всю свою жизнь имел дело только с девушками, и ниже пупка никогда не спускался, а тут такое… — Родной, нужно поесть. — Из раздумий выволакивает нежный голос мужчины, а Тэхёну неудобно становиться. Не хочет открывать глаза, и смотреть на то, как мужик ласково на него смотрит. Он понимает, что этот Чонгук действительно любит омегу Кима, но это же не Тэхён. По крайней мере, не тот Тэхён… — Слушай, Чонгук, — Пытается сказать что-то, а у самого словно голос пропал. Слова застревают в глотке, и не могут вырваться наружу. — Нам нужно поговорить.       Открывает глаза и нарывается на нежный взгляд мужчины, что склонился над ним, а сам голодным взглядом осматривает омегу. Голый торс, по которому бегут не высохшие капли от душа. Мокрые волосы, что сейчас взъерошены на голове в виде некого гнезда, что было сооружено буквально пару минут назад. Глаза наполненные нежностью к омеге, любовью, радостью и очарование. Омега прекрасно видит — Чонгук счастлив. Только вот омега никак не может прийти в нормальный вид. Странное состояние под названием «течка», прошла. Остались некоторые отголоски, но это терпимо для Кима. — Я слушаю тебя родной, — ласково щебечет альфа, а сам носом утыкается омеге в шею, и проводит им по ней, останавливаясь на кадыке. Чувствуется слабый укус, а потом язык, что поглаживает кожу омеги. Рука альфы опускается на колено Кима, и медленно поднимается выше, приближаясь к точке не возврата… Что чувствует Тэхён? Желание в очередной раз почувствовать член в собственной заднице, вот что. Волна возбуждения пробегает по его телу, заставляя немного громче выдохнуть, а тело напрячься. — Нам нужно поговорить. Прекрати, а! — сначала начал говорить тихо, но когда пальцы приблизились к члену, омега вскрикнул, отрывая руку альфы от себя. — Это не правильно, ты не понимаешь? — Откидывает угол одеяла, а сам оттолкнув мужчину в плечо от себя, поднялся на ноги. — Я не могу так больше.       Делает несколько шагов по направлению к двери, а сам не оборачивается на альфу. Знает, что наткнётся на непонимающий взгляд, возможно разочарование или ещё что-то такое, от чего Киму будет неудобно. Он не хочет обижать Чона, но и продолжать жить так, он тоже не может. Как он может взять и выкинуть из головы всё то, что он прожил там. Друзья, родители, пациенты и клиника в конце концов. — Чёрт! — Рычит омега, а сам пальцами погружается в собственные волосы, доставляя себе специальную боль. — Я не твой Ким Тэхён. Пойми меня пожалуйста. Да, мы переспали с тобой и не один раз, и это было прекрасно. Но дело в том, что я на это согласился только из-за того, что в тот момент мне было очень плохо. Я впервые не мог контролировать своё тело, чувства, мысли. Да блядь! Я мужик. Не омега, а простой мужик, что всю жизнь спал с девками. — Сосёшь не плохо. Кто научил? Девки? — Однотонно прошипел Чонгук, и Тэхён обернулся на альфу, что скинул уже со своих бёдер полотенце, и в голом виде стоял напротив шкафов. — Я тебя понял. Хотя… Нет, родной, я не понимаю тебя! — Вскрикнул гневно альфа и обернувшись, посмотрел на Тэхёна. — Я не могу понять твоего упрямства! Что ты хочешь этим сказать? Говори прямо! — Я не знаю! — Громко вскрикнул Тэхён, а сам глазами пробегается по обнажённому телу альфы.       Замечает каждую деталь на нём. На правой стороне живота, присутствует уже затянувшаяся рана — пулевое ранение. Чуть выше на груди расположен глубокий порез — от лезвия. Два или три года от силы ему. На щеке маленький шрам — возможно конечно, что он не связан с армией, но всё-таки. На руках отчётливо видны вены, что ниточками тянуться по кисти, зачаровывая своим видом. Мощные бёдра, что в данный момент немного напряжены, тем самым показывая свою силу. Правая рука, что покрыта татуировками — притягивает глаза омеги и заставляет рассматривать, что именно там изображено. — Ты пялишься на меня… — Рычит Чона, а сам руками упирается в собственные бока, не пытается прикрыться. Прекрасно осознаёт, что его тело прекрасно — по крайней мере так думает Тэ. А что он сейчас чувствует? Возбуждение и ощущение, что начинается всё по новому. В ушах шумит, задница начинает снова течь, а член поднимается в считанные секунды. Опускает руки на собственный пах и отворачивается от Чонгука. — Оденься, я не могу в таком виде, разговаривать с тобой на серьёзные темы. Пойду пока что душ приму. От меня разит тобой за километр… — Бубнит омега, а сам тянется к ручке двери, а вторую не спускает с паха. — Не привык я к такому состоянию… Слушай, я вот о чём подумал.       Не успел омега открыть дверь, как тут же обернулся на Чонгука, и понял что тот уже стоит рядом с ним. Охает и хочет отстраниться от альфы, но тот кладёт свою руку на поясницу, и слегка притягивает омегу к себе. Тэхён чувствует, как его опять начинает накрывать по полной программе, а у самого дыхание спирает. Проводит кончиком языка по своей нижней губе и видит, что Чон опускает на губы взгляд. Сам кусает свою губу и громко выдыхает, а сам роняет голову на плечо омеги. — Я устал, тигрёнок. Устал от твоего странного поведения. Я прекрасно понимал, что нас ждёт разговор. Но как-то надеялся, что он будет не так быстро. Я честно ни как не могу понять, что именно с тобой происходит. Я пытаюсь, но не получается. Я вижу тебя, такого нежного, сладкого, любимого. Мне хочется постоянно держать тебя в своих объятиях, чувствовать твой запах, без которого я уже не могу. Каждую секунду я хочу прикасаться к тебе, ощущать мягкость твоей кожи, покрывать её поцелуями. Я люблю тебя, тигрёнок! — Альфа поднимает голову и пристально смотрит в глаза омеги. — Я безумно люблю тебя. И если ты уйдёшь из моей жизни, то она перестанет существовать. Продолжение моей жизни станет пустым и никчёмным. Без твоего присутствия, мне не зачем тогда здесь находиться. Понимаешь? — Тянется рукой к пряди волос, что выбилась и убирает её за ухо омеги. А большим пальцем проводит по щеке и видит, что омега сам льнёт к нему, а у самого глаза закрываются. — Я вижу от тебя странные повадки, но они редко бывают. Для меня ты остался всё тем же мужем — самым дорогим и любимым. Вижу твоё тепло ко мне, любовь что проявляется не так как раньше, но она заметна. В глазах твоих ощущаю любовь и нежность, но в тоже время замечаю в них страх. Чего ты боишься? Расскажи мне. — Сжимает руку в кулак, и пальцами проводит по щеке, спускаясь ниже к шее, ключицам. А сам глазами следует за пальцами, что блуждают по нежной коже мужа. — Я мужик — Чон. И мне не свойственно спать, с такими же как я. Ладно, соглашусь с тем, что мне очень понравилось быть с тобой. Ты был нежен, ласков и такой… такой… непривычный для меня. Я привык иметь девушек, понимаешь? Я никогда не был принимающей стороной. А попав сюда, во мне многое изменилось. Что-то явно произошло такого, что не даёт мне покоя. Мне это нравиться, очень, — открывает глаза и видит, что Чонгук пристально наблюдает за собственными пальцами, что ласкают сейчас его тело.       Чувствует своим бедром вставший член альфы, и тут же прикусывает нижнюю губу. Заводит глаза, а сам голову немного откидывает назад и ощущает губы на своей шее, что начинают покрывать её влажными поцелуями. Прикусывает кожу и слегка оттягивает её, а потом губами присасывается так, что остаётся небольшой засос. Язык начинает делать странные выкрутасы, что заставляют тело омеги напрячься, а из горла вырвать стон. Чувствует руки альфы на своих бёрдах и понимает, что если сейчас не остановиться, то разговор будет прерван. — Чонгук… Гуки, подожди, — кладёт руки на плечи альфы и хочет оттолкнуть его, но тот с силой толкает омегу вперёд и зажимает его между дверью и собственным нагим телом. Проходится своим пахом так, чтобы точно услышать тихий скулёж омеги. — Подожди говорю…       Но альфа будто и не слышит его, а продолжает ласкать нежную кожу, стараясь выше поднять футболку, чтобы пальцами пройтись по омежьему животику. Сам носом вдыхает любимый аромат мужа, а ладонь уже опустилась на ягодицу и сильнее сжимает её. — Чон Чонгук! — Гневно вскрикнул омега, а сам с силой толкает альфу от себя. Тот вроде как отступает на несколько шагов, но взгляд его затуманенный, возбуждённый. — Послушай меня наконец-то! — Это ты меня послушай! — Басисто прокричал Чонгук, а сам сделал обратно шаги вперёд, а рукой впился в шею омеги. — Мне это начинает надоедать! Ты спишь со мной при течке, а как всё заканчивается, у тебя опять пластинка начинает заедать. Ты хочешь уйти от меня? Развестись? Что ты хочешь от меня? Ты всю душу мне, за эти несколько дней разорвал в клочья. Я не могу больше слышать твой странный бред. Ты хочешь, чтобы я под тебя лёг? Так я могу, проблемы в этом нет. Но вернётся ли всё на круги своя? Ты можешь мне обещать, что наши отношения станут нормальными. Что ты так смотришь на меня? Да! Из-за любви к тебе, я готов собственный зад тебе подставить. Хочешь этого родной? Ты этого хочешь? — Чонгук слегка дёргает Тэхёна на себя, а у самого дыхание учащается, становится рваным и довольно частым. Понимает, что гнев на мужа разрывает его грудную клетку, а волк начинает скалиться. — Моя любовь к тебе, не зациклена только на сексе. Да, я люблю с тобой нежиться в пастели, и ощущать всего тебя. Да, мы с волком любим заниматься с тобой любовью, и видеть на твоём лице радость, нежность и те чувства, что ты получаешь от нашей близости. Но если ты хочешь иного, мы готовы пойти на это. Я готов даже отказаться полностью от секса, лишь бы ты был рядом с нами. Чувствовать своей рукой тебя, носом ощущать твой запах, что будет мне указывать на то, что ты рядом. Слышать твой нежный голос и радостный смех. Вот что мы хотим. А что хочешь ты? Девушку? Так без проблем, я найду её тебе. Меня? Так тут тоже нет проблемы — я готов. Тэхён? — Чонгук гневно кричал на омегу, но на последнем слове заметил, что парень теряется. Взгляд становиться беглым и пустым. Замечает как тот руками что-то нащупывает и понимает, что он сейчас упадёт. — Держу. Держу любимый. Первый мир:       — Тэхён? Ты как? Я здесь. — Ким слышит тихий голос друга, но словно где-то далеко. Аккуратно раскрывает глаза и не сразу понимает где именно он находится. Но отчётливо слышит пищание аппарата. Оборачивается по сторонам, чтобы понять что случилось-то. — Тэтэ? — Поворачивается на голос друга и замечает Чимина, что склонился над ним. А сам одет в голубую форму — та, что предназначена для реанимации. — Что произошло? — Наконец тихо хрипит Тэхён и понимает, что голоса своего не слышит. Поднимает руку, чтобы осмотреть её и видит, как на внутренней части локтя одет катетер, а от него идёт проводочек, что тянется к капельнице. — Что произошло? — Я не понимаю тебя. Что ты мне хочешь сказать? — Чимин склоняется ухом поближе к другу и только сейчас слышит едва уловимый голос друга. Проводит рукой по волосам Кима, а сам лучезарно улыбается. — Всё в порядке, если можно так сказать. Прости, что в тот день меня не было рядом. Ты до жути меня напугал. Мне когда Хосок позвонил, я молнией сюда прилетел. Всё бросил и сюда. Ты проснулся и это самое главное. Теперь всё будет хорошо, главное поправляйся. Пойду ребятам позвоню и сообщу, что ты пришёл в себя. Мы месяц боролись и думали, что всё — потеряли. Не пугай нас так больше. — Чимин аккуратно обнимает друга за плечи, а сам старается спрятать свои слёзы, что вдруг начали течь. — Где Чонгук? — Слышится голос Тэхёна — рваный, измученный, и до боли трясучий. Чимин понимает, что ему пришлось много усилий приложить к этому. — Где мой Гуки? — Кто? — Чимин не понимает, о ком именно сейчас говорит друг. Оборачивается обратно на Кима, и видит в его глазах застывшие слёзы. Влага заполняет глаза, а нос начинает вздрагивать. — Ты что, Тэтэ. Кто такой Гуки. Я не понимаю тебя. О ком ты? — Тут же подлетает обратно к другу и хватает его за руку. Видит взгляд друга, что вдруг подвис, а взгляд немного изменился. — Никто. Мне просто приснился прекрасный сон…

***

— Что мне делать то? — Чимин встревожено смотрит на своего парня, что сидит в своём кабинете, и перекладывает огромные стопки документов. — Я рад что он проснулся. Но складывается такое ощущение, что проснулся совершенно другой человек. Он всё тот же Ким Тэхён, но часто начал задумываться о чём-то. Меньше времени проводит в своём кабинете, а большее время в операционных. Я этому тоже рад — он хотел заняться тем, что любит. Но с ним что-то не так. Ты слушаешь меня, Юнгия? — Чими, ты выбрал не подходящий момент. У меня сегодня отчёты по делам — наконец-то, некоторые уходят в архив. У нас весь участок на ушах стоит, после того как Тэхёна угробили. Ребят сопровождающих того заключённого — уволили. Джина напрягли работой, а Чонгуку наконец-то дали добро. Парень днём и ночью пропадает на службе. Я понимаю, что ты переживаешь. Но пойми и ты меня, — поднимает глаза на Чимина, и встречается с его насупившими губками, что явно намекали на обиду. — Ты пробовал с ним разговаривать? — Да, много раз. И знаешь что он мне сказал? Я сейчас даже слово в слово скажу, — Чимин плюхается своей попкой на стол, а сам склоняется поближе к парню. «Если бы можно было загадать свою следующую жизнь. Он бы хотел родиться омегой во вселенной омегавёрс». — Что это может значить? Я всю голову уже сломал, а он только ходит и знаешь, неприятненько так улыбается всем. Словно его заставляют это делать. Натянутая улыбка… — Чимин подрывается на ноги, и на лице изображает ту самую «неприятненькую» улыбку. — Дай ему время на абстрагирование. Он пролежал в коме целый месяц. Ему пробили голову — сам делал операцию. Возможно, что-то пострадало. Не на физическом уровне — психологическом. Ты знаешь, что он творческая личность, ранимая. К нему нужен особый подход. Потерпи, — подмигивает Паку, а сам снова опускает взгляд в свои бумаги. — Пойду, я. Не советник ты мне сегодня. Вечером встретимся, если ты соизволишь оторвать свой зад от этого стула. Люблю тебя, — Чимин быстро чмокает парня в губы, а сам уже дёргает ручку двери и тут же врезается в парня. — Эй. Глаза разуй. — Привет. Прости, у меня срочное дело к Юнги. Очень нужно поговорить. Ты ведь не против? — Чон быстро тараторит, и тут же схватив Пака за локоть, выталкивает его за дверь. — Вечером пососётесь. — Бубнит сквозь проём двери, и тут же хлопает ею перед носом Чимина. — Я как бы уже уходил…

***

— Здравствуйте, доктор Ким. Можно? — Сначала раздался стук в дверь, потом в ней появилась женская голова. Девушка на вид лет 35-ти, с привлекательной внешностью и доброжелательной улыбкой смотрела на Кима. А тот пристально изучал личные дела, новых поступивших пациентов. — Здравствуйте. Проходите конечно. Что вас привело ко мне? — Доктор поднялся со своего кресла, и поклонившись в ответ девушке, пригласил рукой её на стул, что был на против него. — Я вас внимательно слушаю. — У меня очень тяжёлая проблема. — Нервно бормочет девушка, а сама садиться на стул, но взгляда не поднимает на доктора. — У меня есть брат… ему 18-ать лет, маленький совсем. Подрабатывал на стройке и случилась страшная беда. Он упал с десятого этажа и врачи сказали, что он больше не встанет. Никогда! — Вдруг девушка всхлипнула, а сама трясущей рукой вытирает слезу, что течёт по щеке. — Документы у вас есть? Личное дело, медицинская карта, результаты обследования. — Спокойно твердит Тэхён, а сам своей рукой тянется к руке девушки, слегка сжимая её. — Мне нужно сначала прочесть, чтобы дать вам окончательный ответ. — Конечно есть. — Выпаливает девушка, а сама нервно вырывает руку и достаёт из сумки толстую тетрадку, что с огромным стуком ударяется о поверхность стола. — Я обежала уже всех, и они твердят мне одно и то же. Последняя надежда на вас. Он дома, лежит овощем и плачет. Сам не может себя обслужить, говорить не может — больно. Руки и ноги уже срослись, но вижу что доставляют ему неудобство. Доктор Ким, помогите нам пожалуйста. Очень вас прошу. Умоляю.       Тэхён неспеша положил карту перед собой и начал внимательно изучать все данные, что были перечислены в карте. Девушка вглядывалась внимательно в эмоции врача, пытаясь по ним понять, что последует дальше. Вот он проводит пальцем по переносице, а сам тяжело выдыхает, и у неё сердце стучит сильнее, а слёзы продолжают течь. А сейчас он кончиком пальца касается своей нижней губы, но глаз не отрывает от чтения. — Ну и как, доктор? — Не может стерпеть девушка, и склоняется вперёд, ближе к врачу. — Можно ему помочь? — Да. Я сделаю ему операцию, и он снова начнёт ходить. Реабилитация будет долгой и довольно мучительной. Как для вас, так и для брата. Когда сможете привести его в клинику? — Поднимает глаза на девушку, и видит на её лице радость, а на губах счастливая улыбка. — Прямо сейчас. Правда придётся договариваться со скорой помощью, я не смогу сама… — Подождите! — Твердит Тэхён, а сам руку поднимает, говоря чтобы та помолчала немного. — Сейчас я своим сообщу, и вы отсюда поедите на нашей машине. Там, наши специалисты во всё помогут, и доставят его обратно. Обратитесь к доктору Чон Хосоку, он вам всё подробнее расскажет. А я… — Тэхён, там Чонгука привезли. Огнестрел, глубокие ножевые ранения, кажется что-то взорвалось… Ты нужен срочно, Юнги… Сказал только ты… Джин… и Намджун… там что-то случилось… — тараторит Чимин, а у самого руки трясутся, в глазах стоят слёзы, а голос срывается на скулёж. Поднимает глаза на Тэхёна и разрывается на дикий крик. — Ты что стоишь, то! Ты нужен ему! Гуки! Думаешь, я не понял? Иди! — Делает несколько шагов и вот уже трясёт Тэхёна за плечи, а сам глазами готов дыру в нём прожечь. — Тебя ждёт Чон Чонгук. Ему нужна твоя, срочная помощь. Бегом!       Тэхён тут же подрывается с места не замечая того, что девушка ринулась за ним, но Чимин не дал ей этого сделать — схватил за локоть. Тэхёну уже было всё равно… Подбегает к лифту, но тот словно из Китая ползёт — слишком долго. Обегает его, и толкая дверь ладонью, бежит по ступенькам вниз, стараясь не упасть. В голове пусто и совсем нет мыслей, только одно «Гуки». Сердце бешено колотиться от страха не успеть. Вот последняя дверь и он её сильнее толкает, и оказывается в приёмном отделении. Нервно окидывает каждого взглядом, и видит руку, что машет ему. — Тэхён! — Теперь и слышит громкий голос Юнги, и тут же срывается с места. Как назло нарывается то на врачей, то на медсестёр. Грубо отталкивает их, а у самого в голове только одно «успеть» — Что случилось? — Подбегает к кушетке на которой лежит Чонгук, и окидывает его взглядом. Смотрит, а сам анализирует — предполагает что может быть. — Взорвалась граната. Он был на задержании — первое его дело. Приходил сегодня ко мне, просил помощи. Но я сука, отказал. У меня у самого дел — подавишься. Что с ним? — Юнги всматривается в лицо Кима, а у самого страх на лице большими буквами изображён. — Сейчас посмотрим. Перчатки и ножницы! — Громко кричит Тэхён, и протягивает руку, но ничего не происходит. — Вы что, оглохли? Где весь персонал? Где дежурные врачи? Медсёстра! Куда вас всех, в один момент слизало! — Гневно кричит Ким, а сам уже подходит к шкафу, где все инструменты находиться. — Рви его китель!       Юнги тут же хватается за края кителя, и одним резким рывком, разрывает ткань на теле парня. Бегает глазами по телу, пытаясь найти ранения, и находит. Старается сейчас вытеснить волнение за друга, только холодные мысли. Видит, как Тэхён подходит и ножницами разрезает штанины, проверяя ноги на повреждения. Руками аккуратно проводит по каждой ноге, а второй выливает какой-то белый раствор. — Ноги целы, если только какие-нибудь осколки попали. Но это мы узнаем, когда просканируем его. Далее, — руками проходится по косточкам выше, на грудь. Огромное количество воды льёт на тело, а сам внимательно осматривает раны. — Пулевое ранение живота. Чёрт! Ушиб печени — не страшно. Главное чтобы жидкости не было. Тоже сейчас просветим. Пуля… — Тэхён аккуратно проводит подушечкой пальца по ране, дабы почувствовать пулю и да, она там. Проводит взглядом по груди и замечает равный порез на груди… — Куда тебя занесло то, Гуки? — Недовольно рычит, а сам уже разворачивается за марлей и перекисью. — Нужно пулю извлечь, пока он в отключке. Работнички, мать вашу. Мне кто-нибудь сегодня поможет? Нет! Уволю всех к чертям собачьим. Вы за что зарплаты получаете? За чесание языка! — Гневно вскрикнул Тэхён, а сам обернулся назад и пристально всматривается в работников, что застыли на месте. — Ты, ты и ты! — Указал окровавленной перчаткой на несколько женщин преклонного возраста. — Пошли нахуй отсюда. Вы уволены! Пиздец! — Гневно рычит, а сам тянется уже за инструментами в шкафу. — Тигрёночек… — Тэхён роняет всё на пол, а сам глаза поднимает на Чонгука, что вдруг открыл их и с улыбкой на лице смотрел на Кима. — Наконец-то я тебя нашёл…