Концерт чувств

Очередной концерт, в провинциальном городке России. Находясь во всей этой суматохе тура не первую неделю, Андрей уже не помнил в каком городе они на этот раз находятся. На сцене было очень жарко, спертый воздух стоял в горле, скорее всего, не у него одного. Голова шла кругом, кто знает сколько бутылок нефильтрованного он уже выпил. Несмотря на все трудности, он продолжал петь. Смотря на Горшка, тот, казалось, был бодрячком, даже под конец концерта он умудрялся не терять голос и кривляться, заигрывая с фанатами. От него было невозможно оторвать взгляд, сценический макияж давно потек ещё от первого пота. Его губы тщательно выговаривали букву за буквой, слово за словом. Глаза искрились от ослепляющего света прожекторов, но хотелось думать, что они светятся сами по себе, от страсти и возбуждения. Время от времени Миша намеренно юлил, стрелял своими глазами в Андрея, от чего их взгляды пересекались, и попадал он в его самое, опьяненное, сердце. Взгляд Князя упал на танцпол, где тысячи людей бесились и кричали слова песни, подпевая. Он разглядывал фанатов, точнее, пытался, за кучей дыма от дым машины временами было сложно разглядеть друг друга на сцене. В какой-то момент, переведя взгляд на Мишу, Дрон его не заметил рядом с собой. Он оглянулся, но всё было в белой пелене. Сцена плыла волнами, или, это всё из-за атмосферы. На мгновение стало страшно, не затаил ли Горшок очередной махач. Вдруг пока играет этот долгий проигрыш, где-то среди толпы Михе уже полируют лицо кулаками? И внезапно, он выпрыгивает на Князя, будто из ни от куда. Он уже был готов начать петь последний куплет, но микрофон не издал ни звука, техника ломается в самый неподходящий момент. Андрей собирался протянуть свой и голосить без микрофона, но вместо этого, Горшок просто поближе прижался к другу, перед этим выкинув нерабочий микрофон в сторону. Схватил его руки, держащие микрофон, в свои, и они вместе пели медленный, последний куплет. Они столкнулись лбами, взгляд обоих теперь был направлен только в глаза напротив, нет шанса отвести их в сторону. По ходу слов их лица плыли в улыбке. Князь смотрел, как Горшок начинает поднимать уголки губ и сам от этого начинал лыбу давить, и наоборот. Их тела находились слишком близко. Между ними не было воздуха, они дышали друг другом. Быстрый припев уже заставил куда сильнее постараться, но мысли Андрея всё ещё были об лучезарных устах. Его так и тянуло к ним, будто вселенная схлопывается. Последняя протяжная строчка казалась самой длинной на свете, но ее конец сладко наградил его. Князь уже начал тянуться к манящим губам, но Миша быстрее соединил их в поцелуе. Адреналин ударил в кровь, как никогда, с таким количеством Андрей мог фуру перевернуть. Вкус был горький и терпкий, как и ожидалось. Пересохший, от пения, рот сразу наполнился приторной слюной. Сердце колотилось и замедляться не хотело. Зал лился овациями, а после того, как прозвучала последняя нота, ребята на сцене тоже начали что-то выкрикивать. Но Князь ничего из этого не заметил, ни как песня закончилась, ни возгласы толпы и группы, ни ослепляющего света, ни дыма. Он был в одном моменте вместе с Мишей. Было не понятно, что именно произошло и что будет дальше. Был ли это сценический ход Горшка, или эмоции, навеянные атмосферой и алкоголем, или погребённые под толстой шкурой реальные чувства. Сейчас абсолютно не хотелось об этом думать, это всё потом. Сейчас он целует Горшенёва, добавить то и нечего.