Киллер

      На последующие дни вся работа перешла к Минхо. Кибому сложно было отлучаться от измотанной Юны к работе, но все же он находил хотя бы несколько часов в сутки. Через две недели после родов, когда Кибом забрал свою жену и дочь домой, он все же смог вырваться в офис.       Он прошёлся по хорошо знакомому коридору, зашел в свой кабинет и почувствовал свою вину перед другом. Он выполнял отлично свой долг мужа и отца, но вот про остальное совсем как-то забыл. Минхо пришлось в течении нескольких недель самостоятельно сражаться с огромным количеством людей, которые все плотнее зажимают их в тески. Он уже настолько измотался, что попросту уснул засидевшись до поздней ночи за бумагами. Голова Минхо лежит на столе, а под головой, вместо подушки, очередная тонкая стопка бумаг. Кибом ухмыльнулся, заметив желтый стикер с пометкой, приклеенный к растрепанной шевелюре друга.       Кибом подошел к столу и костяшками пальцев постучал по твердой поверхности.       - А! – Минхо подскочил на месте и от его лица отвалился приклеившейся лист, а вот стикер с пометкой так и остался приклеен к его волосам.       Кибом сорвал желтую бумажку с его челки и положил на стол.       - Отдохни.       - Еще дел столько. – Он часто моргает покрасневшими от усталости глазами.       - Я поработаю.       - А Юна?       - С Доен дома, проверяет эффективность кроватки, пелинального столика и коляски.       - А, тогда я тоже поеду домой. Отдохну. – Минхо полностью рассредоточен и не до конца понимает что ему говорят.       - Поспи, поешь и прими душ.       - Да, а потом вернусь. – Минхо идет к выходу из кабинета.       - Побудь хоть немного с Миной! – Кричит ему Кибом.       - Обязательно. – Кажется, он даже не понял что ему сказали.       Кибом сел на свое рабочее место, просмотрел работу Минхо, пришёл к выводу, что стоит пополнить его счет, ведь лучше он бы сам не справился. Разгреб немного бумаг на столе, разобрал бардак на компьютере, и открыл первый контракт, который ему показался изначально наиболее простым.       Если уж быть совсем откровенным, то он совершенно не испытывает желания садится за бумаги, так как видит в них сплошной беспросветный хаос который хоть и медленно, но уверенно ведёт его к банкротству и полнейшему краху. Кибом знал, он давно понял, что все власти Сеула рано или поздно объединятся против него и начнут душить, словно удав свою жертву.       Провел аналитику, высчитал все исходы, провел за разбором контрактов несколько часов, перелопатил все документы и всю информацию, касательно данной фирмы, и пришел к заключению – избавиться от нее сейчас гораздо выгодней, чем проводить через банкротство через год.       - Черт. – Кибом откидывается на спинку стула. Еще одна потеря.       Закрывает глаза, сжимает пальцами правой руки переносицу, делает несколько глубоких вдохов, и еще раз дает себе возможность подумать.       Как он докатился до этого?

***

      Кибому совершенно не хотелось в этот вечер возвращаться домой. Он оттягивал время как мог, но бумаги и офис давили на него не меньше. Он не хочет по приезду домой смотреть на Юну с мыслью что подвел ее, их новорожденную дочь и каждого, кто продолжает жить в этом доме, и верить в него.       Он видит приоткрытую дверь в свою спальню, там включен свет - раньше он бы все отдал за то, что бы вернуться в свою комнату и снова увидеть там Юну, а сейчас думает о том, что развод сделал бы ее и их дочь счастливей. Он больше не чувствует, что справляется.       Подходит вплотную к двери, слышит детский голосок своей дочери и нежный голос Юны. Он заходит в комнату, закрыв плотно за собой дверь и она поворачивает голову в его сторону.       - Привет. - Она улыбается ему. - Мы только что искупались. - Она кладет малышку на середину кровати и дает ей соску. Малышка громко дышит и мычит. Она еще даже почти не двигается, только ножками и ручками слегка.       - Ты, наверное устала? - Спрашивает он, подходя к ней ближе и приобнимая за талию.       - Совершенно нет. - Юна смотрит на него. - Мина сидела с Доен утром, а потом Кюрин с Сохе гуляли с ней на улице почти два часа, а потом Минхо решил представить себя в роли отца. На самом деле я сама с ней посидела только вечером. - Она широко улыбается.       - Целый дом нянек. - Кибом тоже улыбается, хоть что-то хорошее в их жизни происходит.       - Хоть тут тратиться не придется. - Улыбки на лице Кибома как не бывало, и Юна понимает, что сказала лишнее. - Извини. - Она смотрит ему в глаза. - Но моя мама в курсе, и она сказала мне. У тебя трудности.       - Не такие критичные, что бы экономить на няне. - Грубее, чем хотел бы, ответил Кибом.       - Прости. - Юна обняла его за талию и опустила голову на его плечо. - Мы справимся.       - Как всегда. - Тихо отвечает он ей.       - Можешь посидеть с Доен, пока я в душ схожу?       - Конечно иди. - Он целует ее лоб и она улыбается, стараясь приободрить его.       Он подходит к кровати, ложится на бок, подперев рукой голову и смотрит на малышку, а она без остановки дергает ручками и ножками, запрятанными в специальные тонкие варежке, которые Юна назвала "антицарапки".       Кибом стягивает одну с ее ручки и касается своими большими пальцами ее совсем еще маленькой ладошки. Доен быстро нащупала отцовский палец, и вцепилась в него своей не по младенчески крепкой хваткой.       Она такая кроха, такая слабая и беззащитная. Ей так нужны родители, их любовь и забота. Доен смотрит на него своим детским взглядом с соской во рту, а он даже не знает что сказать. Когда она была в животе у Юны, с ней общаться было как-то проще.       - Малышка, - он улыбается своей дочери. - Папа соскучился по тебе за целый день.       Она что-то промычала, соска выпала из ее рта, и она недовольно зажмурилась. Кибом поправил соску, но настроение малышки ухудшалось слишком быстро, так что Кибом поднялся с кровати, взял ее на руки и начал ходит по комнате, напевая детскую колыбельную и слегка покачивая ее.       К моменту выхода из душа Юны, Доен уже спала в своей кроватке.       - Она так часто просыпается. - Юна стягивает с головы полотенце. - Спокойней спит когда со мной рядом.       - Давай побудем немного вместе, а потом положим ее между нами? - Предлагает Кибом.       - Да, давай.       Вскоре они приглушают свет, оставив только ночник, и ложатся в кровать. Кибом обнимает покрепче Юну, и целует ее губы.       - Кибом, - она отстраняется.       - Что? - Спрашивает он.       - Я еще не могу.       - Я же просто тебя целую! - Возмущается он.       - Тогда ладно. - Юна улыбается и теперь уже сама целует его.

***

      Утром Минхо с удовольствием наблюдал за Миной, которая сидит за его столом, поставила на него маленькое зеркало, и выполняет свои ежедневные процедуры по уходу за кожей лица. Она в его футболке, которая на ней смотрится как широкое платье балахон.       Мина поворачивает голову в его сторону и улыбается, глядя на него, лежавшего еще в кровати.       - Когда ты проснулся? – Спрашивает она.       - Не знаю, на время не смотрел, только на тебя. – С улыбкой говорит он. – Доброе утро.       - Ну вот, ты снова меня увидел в компрометирующем состоянии. – Мина быстрыми движениями втирает крем в кожу, а после все скидывает в свою косметичку и закрывает ее.       - Что это еще за состояние такое?       - А вдруг ты меня разлюбишь? – Она поднимается со своего места и идет к кровати. Садится на край, и Минхо тут же сгребает ее в объятиях, укладывая возле себя.       - С чего это я вдруг разлюблю тебя?       - Из-за того, что я некрасивая по утрам. Краснота глаз, отечность лица, неприятный запах из рта…       - Ну и глупышка же ты. – Он целует ее губы, даже не думая разжимать объятия. – Выброси из головы все эти глупости, и просто будь рядом.       - Ладно. – Мина обнимает Минхо в ответ, поглаживая своей ладонью его спину. – Можно оставить себе эту футболку?       - Ну уж нет. – Минхо тихо смеется, глядя на обиженное лицо Мины. – Несколько моих футболок и так остались у тебя дома.       - Я их не носила. – Честно признается Мина.       - Вот и начнешь, а эта останется со мной.       - А я хочу именно эту!       - Не вредничай.       Он снова целует ее, запускает руку под собственную футболку, прикасаясь к ее телу. Мина разрывает поцелуй, смотрит ему в глаза, закрывает свои и тянется к его шее. Она чувствует легкую щетину на его лице и его руки на своем теле. Мина чувствует всю его физическую силу, когда он нежно, но крепко обнимает ее, и ей это нравится. Он может быть жесток и груб с врагами и другими мужчинами, но с ней он всегда так нежен, так чувствителен. Так приятно ощущать себя в таких сильных руках, и точно знать, он защитит ее от любых угроз.       В дверь громко постучали. Минхо отстранился, убрал свои руки с ее тела и сел в кровати, прикрыв одеялом оголенные ноги девушки.       - Кто? – Спрашивает он.       - Я вхожу! – Отвечает Кибом, не получает ответа, и открывает дверь в комнату.       - Ты, конечно, мой друг и все дела, но ты можешь хоть иногда оставлять мне немного личного пространства?       - Я скажу только одно – Пак Дэян.       - Черт. – Тяжело вздыхает Минхо. – Буду в кабинете через двадцать минут.       - Через пять максимум.       - Ладно, через пять!       Кибом закрывает дверь с обратной стороны.       - Что это значит? – Спрашивает Мина.       Минхо поворачивает голову в ее сторону, тянется к сигаретам на прикроватной тумбе, немного думает, но решат все же пока что не курить в комнате.       - Минхо! – Завет его Мина. – Кто такой Пак Дэян?!       - Сын Пак Нами.       - Госпожи Пак?! – Мина поднимается с кровати, и начинает переодеваться в свои вещи.       Утреннее волшебство растаяло.       - Мина...       - Что с ней случилось? – Она смотрит на него, стоя перед ним в одном белье. – Юна мне рассказала только то, что знала, она пыталась навредить ей, но больше я ничего не знаю. Где она?       - Умерла. Сердце слабое. – Минхо хмурится, смотрит только на пачку сигарет в своей руке.       - Вы это сделали?       - Тэмин.       - Тэмин действовал по вашему приказу! – Мина повышает голос.       Минхо поднимается с кровати, становится максимально близко к ней и смотрит на нее сверху вниз.       - Юну он хотел убить тоже по нашему приказу?!       У Мины в глазах появляются слезы и Минхо тут же жалеет о своей вспышке. Она обходит его, быстро натягивает на себя свой спортивный костюм и идет к выходу из комнаты.       - Мина…       Громкий хлопок закрывшейся двери.       Минхо рукой проводит по волосам, берет с кровати пачку сигарет, и все таки закуривает. Он подходит к окну, открывает его и выпускает никотин из легких. Мина никогда не примет то, что они делают, она никогда не сможет закрыть глаза на происходящее, как это сделала Юна.       Мать Юны так же закрывала глаза на действия своего мужа. Может быть в этом причина?       Он переоделся в домашний спортивный костюм и вышел из комнаты. Мина наверняка уже с Юной. Подошел к двери, постучал, заглянул, увидел испепеляющий взгляд Мины и Юну, пеленающую Доен. Закрыл дверь и пошел дальше, прямо к кабинету Кибома.

***

      - Почему ты на него злишься? – Спрашивает Юна, когда Минхо ушел, так ничего и не сказав.       - Потому что я не могу принять их работу.       - А мне раньше казалось, что ты как раз справляешься с этим лучше меня. – Юна подняла малышку со столика и протянула ее подруге. – Подержи.       Мина неумело взяла ребенка на руки.       - Ты же в курсе, что я совершенно не знаю что с ней делать? – Уточняет Мина, аккуратно держа младенца.       - Придется когда-то научится. – Юна быстро убирает все ненужные вещи, сортирует их по местам, а самые запачканные уносит в ванную.       Доен тем временем начала морщить свой маленький носик, чувствуя, что ее держит на руках не ее мама.       - Она сейчас заплачет. – Говорит Мина, и начинает покачиваться на месте, в попытках задобрить ребенка. – Я хорошая тетя, не плачь.       Но Доен все же заплакала.       - Иду! – Юна возвращается из ванной и забирает ребенка у Мины. Плач сразу же прекращается.       - Обидно даже, неужели я такая страшная?       - Она по запаху определяет родителей. Удивительно, правда?       Успокоив ребенка, Юна кладет ее в кроватку и трясет над ней погремушкой.       - Просто раньше я не рассматривала Минхо в качестве своего будущего мужа. Сейчас все иначе. – Мина возвращается к прерванной теме и садится на кровать. – Я не знаю что мне делать.       - Попросить его оставить все это. – Юна смотрит на нее. – Кибом не может так сделать, а Минхо может. Кибом отпустит его.       - Сам Минхо не захочет этого, и мы опять поругаемся.       - Ты боишься. – Юна снова смотрит на дочь. – Боишься, что Минхо снова выберет Кибома, а не тебя.       - Ты когда такой умной стала?! – В шутку возмущается Мина. – Аж раздражаешь!

***

      Минхо сидит на диване в кабинете Кибома, он пытается переварить только что услышанное.       - Кибом, я уже говорил тебе о том, что ты придурок.       - Я поступил так, как считал правильным. – Отвечает Кибом.       - Ты отпустил Пак Дояна, сына женщины, которую мы позволили Тэмину запытать до смерти?!       - Разве смерть близкого человека не достаточно сильное наказание?       - Это был не инфаркт, не инсульт, и даже не несчастный случай! – Напоминает ему Минхо. – Мы это сделали, Кибом!       - Надо было ее отпустить?! – Злится Кибом.       - Нет, надо было не позволять Дояну выйти на свободу!       - Я же говорю, я хотел…       - Как лучше, я не глухой! – Минхо поднимается на ноги и меряет шагами кабинет. Поворачивается к Кибому лицом. – Ты же должен был понимать что он захочет мести.       - Я думал, что он захочет нормальной жизни для себя.       - Он тебя ненавидит.       - Спасибо, а то я не знал этого. – Кибом тяжело вздыхает. – Я установил слежку за ним, но все же хотел бы что бы ты сопровождал везде Юну. Так я буду спокоен.       - Я нужен тебе в офисе и на выездах! – Возмущается Минхо. – Я не смогу быть нянькой для нее!       - Я освобождаю тебя от всех прочих обязанностей. – Он пристально смотрит на удивленного друга. – Ни в офисе, ни на встречах, и где либо еще, тебя со мной не будет.       - Ты сейчас серьезно? – Возмущению Минхо нет пределов.       - Сделай это для меня, пожалуйста. – Кибом поднимается со своего места и подходит к Минхо. – Ты же понимаешь, сейчас тяжелое для нас время…       - Вот именно поэтому я тебе и нужен!       - А еще ты нужен Мине.       - Так в этом все дело?! А как же Юна и Доен?       - Если со мной что-то случится, ты сможешь о них позаботится.       Минхо в ярости. Кибом не должен так поступать, ему не нужна защита, и он не хочет оставлять его. Он готов пройти весь путь с ним до самого конца.       - Я был первым, кому ты рассказал о своей безумной идеи. – Тихо говорит Минхо. – Мы были детьми, но я поддержал тебя…       - Моя семья – самое ценное, что у меня есть. Для меня они дороже даже наших с тобой жизней. Не считай себя обделенным в работе. Ты отлично постарался, пока я был с Юной и ты здорово помогаешь мне всегда. – Он тяжело вздыхает, все это слишком сложно для него. – Прошу сейчас побудь рядом с Юной и Доен, я хочу чтобы они были в безопасности, а кроме тебя я больше никому так сильно не доверяю.       Минхо молчит некоторое время, обдумывая ответ, а потом все же тихо говорит:       - Ладно, только не думай, что я, услышав про заворушку, любую, даже самую незначительную, останусь сидеть ровно на месте.       - Я знаю тебя, Минхо, так что это неудивительно.       - Я злюсь на тебя.       - Злись.       «Главное, что ты будешь в безопасности.» - Этого он произнести в слух не решился, боясь очередной волны возмущения друга.

***

      После этого разговора Минхо зашел еще раз к Юне и сообщил ей о том, что теперь будет повсюду ее сопровождать. Она была уже в курсе дела, что еще больше его взбесило.       - Нам нужно поговорить. – Мина прошла мимо него и ушла в его комнату, в которой чувствовала теперь себя не меньше хозяйкой, чем Юна в комнате Кибома.       В общем, он не был против такого расклада, он бы вообще с радостью жил с ней, но сейчас это так же злил его, как и просьба Кибома оставаться в тылу. Может у него просто нервы расшатаны?       - Мина, не злись на меня. – Просит он, когда они остаются наедине. – Я не хочу с тобой ругаться.       - Я знаю. – Мина обнимает его за талию и смотрит ему в глаза. Он опускает свои руки на ее плечи и нежно поглаживает тонкую ткань одежды. – Я просто хочу попросить тебя кое о чем.       - Я слушаю.       - Давай оставим все это и уедем.       - Ты же сейчас шутишь? – Минхо хмурится. Ему не нравится начало разговора.       - Почему нет? Ты и я, только мы вдвоем и никого вокруг нас. Это было бы нашим новым началом, мы бы создали семью, о которой говорили и у нас был бы замечательный домик…       - То есть по твоему, все так просто?       - Именно, все просто.       - Бросить Кибома и все, ради чего я жил и работал?! – Минхо не может поверить в то, что она серьезно об этом его просит.       - Не только ты все бросаешь, но и я тоже! Я не хочу, что бы ты продолжал стрелять в людей...       - А если мне это нравится?!       - ... я не хочу, чтобы ты снова оказался в тюрьме или смертельной опасности! Я не хочу однажды получить новость о твоей смерти!       Минхо отводит взгляд и с раздражением набирает полные легкие воздуха.       - Ты сам мне говорил о своем желании жить со мной где-то далеко от сюда!       - В будущем, - смотрит ей в глаза - но не с завтрашнего же дня! – Минхо отходит от нее, смотрит в пол и тяжело вздыхает, уперев руки в бока. – Я не оставлю Кибома одного разбираться со всем дерьмом.       - То есть ты выбираешь его, а не меня? – Уточняет Мина.       - Я не собираюсь выбирать между вами!       - А я бы в любой ситуации выбрала бы тебя. – Тихо говорит Мина. – Жаль.       Она смахивает слезы с лица, разворачивается и уходит.       - Нашла время для выяснения отношений. – Ворчит Минхо себе под нос.

***

      Мина вернулась к себе домой. По пути она уже успела немного поплакать, а после дала себе возможность выдохнуть. Может не стоит рубить с плеча? Может еще все наладиться?       «А что наладится?» - Спрашивает она себя.       Минхо никогда не пойдет на это, он не оставит ту жизнь, которой жил всегда ради нее одной, а ей это не подходит. Ей нужно, что бы с ней был тот, для кого она будет центром вселенной, самой важной и той, ради которой мужчина готов бросить все. Минхо никогда таким не был, она и не ждала этого от него до тех пор, пока он сам не сказал ей о том, что хотел бы сбежать с ней. Она поверила, потому что полюбила слишком сильно.       С ним слишком много проблем. Она была уже готова отказаться от своей семьи в его пользу, даже от собственных родителей, а он даже от Кибома хоть немного отдалиться не хочет ради нее.       Она села на диван в своей гостиной и взяла в руки телефон. Стоит ли оставаться с ним? Разве выйдет из этого что-то? Даже если не сейчас, потом они все равно расстанутся, их отношения были обречены с самого начала. Стоило прекратить их еще тогда, пока не зашло все настолько далеко.

***

      Минхо просидел в своей комнате несколько часов без дела, играя в стрелялки на телефоне. В итоге, когда ему наскучило, он вышел из своей комнаты и пошел в комнату Кибома с Юной. Он постучал, услышал голос Юны, приглашающий его войти и заглянул. Мины тут не было.       - А где Мина? – Спросил он у нее.       - Она ушла от меня еще часа полтора назад, я думала, что перед тем, как уехать к тебе заглянула. – Ответила Юна.       - Мы немного повздорили, видимо обиделась. – Минхо закрыл дверь, вернулся в свою комнату, взял телефон с кровати и набрал ее номер.       Он не смог дозвонится. Она его заблокировала.*       Сердце Минхо больно защемило, он сел на край кровати и снова набрал ее номер – результат тот же.       Почему она это сделала? В чем он провинился? В том, что не может бросить друга в тяжелой жизненной ситуации и сбежать с ней? Или он сделал еще что-то не так? Почему она ничего не объяснила?       Горло словно проволокой кто-то стянул, а глаза непроизвольно увлажнились.

***

      Дни потянулись беспросветными буднями. Минхо много времени проводил в сопровождении Юны, но не сталкивался с Миной. Сейчас они больше общались по телефону и переписке, и Минхо мог предположить, что причина как раз в нем. Он скучает. До дрожи во всем тело. Ему ужасно ее не хватает, а чувства словно становятся лишь крепче, сводя его с ума и не давая спать по ночам.       В своей комнате он много курит, Кибом уже перестал обращать на это внимание, прося его просто открывать окно и закрывать двери.       Минхо курит по ночам в большей степени из-за бессонницы, но еще из-за того, что не хочет потом с запахом никотина приближаться к Доен. Целый день он проводит без никотина, а ночью выкуривает по пол пачки сигарет.       За месяц работы телохранителем Юны, Минхо не заметил ничего подозрительного, но зато Доен привыкла к нему не меньше, чем к Кибому с Юной и теперь он спокойно мог оставаться приглядывать за ней продолжительное время.       Весенним солнечным утром Минхо , как обычно, не выспавшись, помогает Юне сесть в машину с Доен на заднее сиденье, а сам садится за руль.       - Куда едем? – Спрашивает он.       Юна протягивает ему телефон, а там сообщение от Мины с адресом.       - На встречу с Миной.       Сердце ухнуло куда-то вниз. Было глупо рассчитывать на то, что удастся вечность избегать встреч с ней, но он хотя бы надеялся на время, что бы его чувства угасли.       Минхо ввел адрес в навигатор и выехал из гаража. До места встречи ехать не больше пятнадцати минут, но для него они кажутся вечностью. По радио играет какая-то музыка, Доен что-то говорит на своем младенческом и Юна, понимая ее, выполняет капризы дочери.       Минхо припарковался возле витражного окна и его жестко флешбекнуло в то время, когда он через такое же окно другого кафе смотрел на нее. Это было сразу после свадьбы, кажется прошла вечность.       - Пойдешь с нами? – Спрашивает Юна.       - Нет. – Отвечает Минхо.       Юна покидает салон авто, а Минхо остается сидеть в машине. Больше никаких игр и неловких ситуаций.       Юна вошла в кафе, увидела свою подругу и подошла к столику.       Кафе достаточно просторное, и Мина заняла отличный столик с диванами возле панорамного окна недалеко от входа, так что Юна смогла поставить переноску с Доен на диван.       - Я так соскучилась по ней. – С улыбкой говорит Мина.       Юна достает дочь и пока та спокойно лежит с соской, протянула ее подруге.       - Держи.       - Она так выросла. – Мина аккуратно взяла ребенка на руки.       - Сейчас она быстро растёт. – Юна с умилением смотрит на подругу со своей дочерью на руках. – Могу я задать личный вопрос?       - Давай. – Мина сделала глоток кофе через трубочку, продолжая надежно держать малышку.       - Что у тебя с Минхо случилось?       - Просто я поняла, что он не тот, кто мне нужен. Он сильно страдал? – Мина всеми силами старается быть непринужденной.       - Я хотела, что бы вы поговорили, но он даже из машины не вышел.       - Так он тоже тут? – Она машинально подняла взгляд на окно. – Слабо посмотреть мне в глаза?       - Вы же так любите зачем все портить?       - Юна, - она смотрит на подругу. – Он любит только Кибома. Он как Ибрагим, хрен от Сулеймана оторвешь.**       - Не перегибай, не все так плохо. – Юна морщит лицо. – Минхо на многое готов был пойти ради тебя, даже Кибом это понимал и готов был отпустить его.       - Я не собираюсь пытаться забрать одного мужика у другого! И прошу, давай закроем эту тему!       - Ладно, закрываем. – Сдается Юна.

***

      Все же Минхо приходится выйти из машины - жажда замучила. А может он просто себе врет и так сильно хочет увидеть Мину? Да и черт с ним, купит себе бутылку воды и вернется в машину.       Идет в кафе.

***

      - И все таки он идет. – С легкой, кокетливой улыбкой подмечает Мина.       Минхо проходит по кафе, занимает очередь, бросает всего один взгляд на стол с девушками, на долю секунды встречается глазами с Миной и его непослушное сердце пропускает удар.       Он цепляет взглядом в панорамном окне сомнительную фигуру в черных джинсах, синей куртке, таких же синих кроссовках, и в медицинской маске, но голос кассирши привлекает его внимание.       - Бутылку воды, пожалуйста, маленькую.       Расплачивается картой, забирает воду и покидает кафе больше не глядя на девушек.       Он становится возле урны и закуривает, все же не выдержал. Ее взгляд хуже пулевого ранения. Боль адская.       Выпускает никотин и снова замечает подозрительного человека. Черные джинсы, черная толстовка и тоже медицинская маска. Кроссовки – синие. Он понял, что был пойман и скинул куртку, но кроссовки не переобул. Минхо выкидывает окурок, достает телефон, стараясь пока что игнорировать странного человека, а сам отправляет сообщение Юне:       «Оставайтесь на месте, надо кое что проверить.»       Это сообщение не на шутку встревожило Юну и она показала его Мине.       - И что теперь делать?       - Оставаться на месте. – Ответила Юна. – Он знает что делает, уж поверь.       Они видели как он перешел через дорогу, и видели как он повернул вправо. Когда он подошел ближе, незнакомец сорвался с места. Минхо побежал за ним.       Он свернул в подворотню, почти нагнал его, схватил за толстовку, но тот оказался куда более проворным, чем следовало ожидать, и он вырвался, ударив Минхо по руке со всей силы и так резко, что он даже не успел среагировать. Еще несколько поворотов в узких проулках, и он ушел.       - Черт! – Ругнулся Минхо тяжело дыша. – Гацтво!

***

      Когда он вернулся в кафе, с облегчением отметил что девушки его ждали ровно на том же месте, где он их и оставил.       - Все в порядке? – Спросила Юна, когда он остановился возле их столика.       - Нам лучше вернуться. – С тяжестью внутри он смотрит на Мину. – Мы отвезем тебя.       - Я на машине. – Мина засунула свой телефон в сумочку.       - Ты не понимаешь значения слова «опасно»?       - По моему, опасно находится рядом с тобой и Кибомом. – Мина поднялась с места и уставилась на Минхо испепеляющим взглядом. – Я не брошу свою машину. – Смотрит на Юну. – Я угощаю.       - Не стоит.       - Созвонимся.       - Мина…       Она гордо прошагала мимо Минхо на своих невысоких каблуках.       - Помоги мне. – Огорченно просит Юна и Минхо берет Доен на руки.       Они выходят из кафе, и он машинально старается прикрыть ребенка своими руками, защищая ее от внешних угроз.       Юна ставит переноску в машину, садится сама, а в это время мимо них проезжает Мина и сигналит на прощание. Минхо отдает Доен Юне, садится за руль, и выруливает с парковки.       Все эти недели ему ужасно хотело хотя бы увидеть ее, а увидев понял, что начал скучать лишь сильнее. Она больше не смотрит на него как раньше, он больше не может обнять ее, он больше никогда не проснется с ней утром. Кто-то другой будет с ней. Пальцы крепче сжимают руль. Стоит немного расслабится, лучше не думать об этом. Сейчас вообще другое имеет значение. Они были правы, Дэян не остановится, он жаждет мести.       Мина… И снова в мыслях она. Все стало таким несущественным для него…

***

      Когда они вернулись, Минхо не нашел Кибома дома, отправил ему сообщение и ждал. По возвращению они закрылись в кабинете и обсудили все произошедшее.       - Это точно был Дэян? – Переспрашивает Кибом.       - Я его лица не видел, но уверен на девяносто процентов, что это он.       - А если нет?       - Тогда мы в еще большей заднице, чем думаем. – Минхо пожимает плечами.       Он, как и всегда, сидит на диване, а Кибом за своим столом.       - Что ему нужно от Юны? - Он нервно подергивает ногой.       - Если это Дэян. А если это кто-то другой?       - Например?       - Кто-то, кто следит за Миной. – Минхо опускай взгляд в пол. – Я много думал об этом. Она ведь тоже может оказаться чьей-то целью.       - Из-за тебя?       - Ее отец сидит в парламенте, а мать в суде. – Минхо тяжело вздыхает. – Ей тоже могут угрожать.       - Хочешь ее защитить?       Минхо кивает головой, не решаясь поднять взгляд.       - Только…       - Что «только»?       - Я теперь для нее никто. Разве имею я право вот так просто заделаться в ее телохранители? – Облизывает пересохшие губы. – Я даже ее фото не удалил, а стоило бы. Я не смотрю их, считаю это неправильным, ведь она больше не со мной, но и удалить не могу.       - Попробую что-то придумать. Если в твоем поле зрения снова появится этот человек, когда вы будете с Миной, тогда и станет все ясно. Снаряд дважды в одну воронку не падает.       - Падает, еще как. – Минхо все же смотрит на друга. – Наши прадеды знали это не понаслышке.       Кибом не находит что ответить. В этих словах есть смысл.       - Ты меня бесишь. – В итоге говорит он. – Лучше бы продолжал паясничать и шутить.       - Ты же меня убить за это хотел. – На лице Минхо появляется слабая улыбка.       - А теперь ты настолько жалок, что даже убивать тебя не хочется!       Минхо тихо смеется.       - Я серьезно. Помирись с ней!       - Нет. – Отвечает Минхо. – Мы больше никогда не будем вместе. – Он поднимается с места и идет к двери. – Держи в курсе. – Говорит он напоследок и закрывает за собой дверь.       Кибом лишь тяжело вздыхает.

***

      Июнь начался с жары.       Теплым летним днем Кибом остался один на один со своей дочерью и решил провести это время в парке, заодно не помешает кое с кем встретиться. Он часто с ней занимался вечерами, но вот дневное расписание малютки пришлось внимательно изучить. Кто бы мог подумать, что если пропустить прием пищи, у младенца может пойти обезвоживание.       С разговора с Минхо прошла неделя. Все стало слишком тихо, слишком спокойно, дела пошли в гору и теперь все выглядит не так уж и плохо. Что это? Штиль? Или затишье перед бурей? Сейчас он не хочет гадать, и просто наслаждается отпущенным ему временем.       Доен мирно спит в коляске с соской во рту, пока он катит ее по улице парка. Тут много деревьев, поют птицы, есть прудик с дикими утками и клумбы с красивыми цветами.       - Кибом! – Слышит он голос со стороны и машет рукой знакомому человеку.       Широкая улыбка Джинки говорит о его хорошем настроении. Он подходит к нему и они останавливаются возле бордюра, где максимально мало людей.       - О чем ты хотел поговорить? – Без приветствия спрашивает Джинки.       - Во-первых, здравствуй.       - Ты меня на цепи держал в своем доме.       Кибом закатывает глаза.       - Был промах, каюсь. – Он отворачивает коляску с Доен так, что бы солнце не светило ей в глаза и возвращает свое внимание к Джинки. – Я по делу звонил, я не хочу вредить тебе.       - Я не из твоей банды и на тебя не работаю. – Напоминает он.       - Папочка! – К Джинки подбегает маленькая девочка, на вид не больше восьми.       - Милая, папе надо поговорить.       - Я хочу мороженное, а мама сказала идти к тебе.       Джинки достает бумажник и отдает его дочери.       - Скажи маме, что можешь хоть два мороженных съесть.       - Правда? – Глаза девочки заблестели от восторга.       - Правда.       Девочка довольная, с бумажником в руках, вернулась к своей матери.       - Очаровательная. – Подметил Кибом. – Жаль, что мы привели их в такой прогнивший мир. – Смотрит на мирно сопящую Доен в коляске. – Я не хотел иметь детей и сейчас мое сердце разрывается от боли из-за того, что ее ждет в будущем. От измен, предательства, разбитого сердца и полного разочарования мы не можем защитить своих детей.       - Да и от преступников тоже. – Говорит Джинки.       - Я и сам преступник. И растет она среди преступников. – Кибом делает глубокий вдох и возвращается к нужной теме. - Если я попрошу тебя выяснить насколько опасен один человек для Юны и моей дочери, ты это сделаешь?       - Зависит от того, каким способом я это буду узнавать.       - Обычная беседа с копом. – Кибом смотрит на Джинки. – Есть большая вероятность, что сын Пак Нами, Пак Дэян, хочет отомстить мне за смерть своей матери. При чем на меня оружие он не нацелит.       - На Юну?       - Насколько нужно быть моральным ублюдком, что бы взять прицел на младенца?       - Так ты это хочешь выяснить?       - И это тоже.       Доен проснулась и начала дергаться, привлекая к себе внимание. Кибом поправил ее одеяльце и начал слегка покачивать коляску. Джинки не знает что сказать. Это не в его компетенции, да и ресурсов не имеет особо.       - Сделай это не ради меня, а ради Юны.       - Я отдал ей долг.       - Ты же не в моей банде. – Напоминает ему Кибом. – А еще ты детектив. – Он берет на руки Доен, так как она совсем расплакалась и слегка покачивая, смотрит Джинки в глаза. – Согласись, удобно иметь в должниках у себя Ким Кибома, главного злодея Сеула. – Он толкает коляску немного вперед. – Мне ребенка покормить надо. Буду ждать результатов.       И он уходит, не обернувшись не разу, но слышит как довольная девочка вернулась к отцу со своим любимым мороженым в руках.

***

      Одной рукой Юна держит в руках погремушку, а второй телефон.       - Почему ты просто не можешь уйти?       - И что, я по твоему должна просто бросить его в элитном ресторане со словами «мне не нравится твои шутки и ты напялил на себя стремянный костюм»? – Отвечает почти шепотом ей Мина.       - Ты имеешь полное право закончить это свидание в любой момент, ты ничем ему не обязана. – Отвечает Юна.       - У него изо рта воняет, я это чувствую даже через столик!       - Скажу по своему опыту жизни на одной территории с Минхо, тот по утрам тоже не цветочками пахнет.       - Ю-на! – Капризным голосом завет ее подруга. – Ну позвони мне через пять минут!       - Ладно. – Соглашается она.       - А лучше через три, нет, через две. Не хочу терпеть его лишних пару минут.       - Иди уже!       Юна отключает вызов и отдает все свое внимание дочери, выжидая несколько минут, а Мина тем временем вернулась за столик в ресторане и выдавила из себя улыбку.       - Все в порядке? – Спрашивает молодой мужчина, вытирая вспотевшие ладони об свой уродливый, клетчатый пиджак.       - Да. – Выдавливает из себя Мина. – Девочкам просто нужно немного больше времени, что бы припудрить носик.       - Да, я знаю, обычно моя мама собираться начинает с самого утра, даже если мероприятие только вечером. – Он глупо улыбается.       «Что ты несешь?» - Думает Мина, а сама выдавливает из себя обаятельную улыбку, больше похожую на оскал.       Проходит несколько минут, пять, семь, но Юна так и не звонит, и Мине приходится выслушивать про салоны, в которые ходит его мама.       Когда телефон подает сигнал звонка, Мина с облегчением видит номер Юны.       - Извини, может что-то срочное. – Она отвечает, готовая мысленно убить подругу.       - Доен пора было кормить, а потом она все отрыгнула на меня.       «Как очаровательно.» Подумала Мина, и состроила ужасающую гримасу.       - О боже мой! – Проговорила это она так громко, что на нее обернулись с соседних столиков. – Авария?! Пожар?! Она в порядке?! В больнице?! Готовят операционную?! Я уже бегу, пришли срочно адрес больницы! – Смотрит на своего глупого спутника. – Извини, нужно срочно бежать. Спасибо за вечер.       Она подскочила с места и побежала к выходу из ресторана, немного размахивая сумочкой. Расслабиться смогла только когда оказалась на улице.       – Ты чего так долго?! Я думала с ума сойду!       - Я же уже тебе объяснила!       - Ну спасибо! – Она села в свою машину. – Это уже второе неудачное свидание! Когда мужики успели так сильно испортиться?!       - Это не они испортились, - отвечает ей Юна. – Это Минхо показал тебе каким должен быть настоящий мужчина.       - Ради встречи со мной никто и никогда не спускался с крыши на тросе к моему окну. – Мина чувствует влажность в глазах и старается взять себя в руки. В горле завязывается тугой узел.       - Ты не найдешь лучше него, Мина. Даже я это признаю. Бесполезно учить этих чопорных маминых подюбочников быть мужчинами, уж лучше вообще быть одной.       - А кто учил Минхо?       - Жизнь. – Юна смотрит на свою маленькую дочь. – И улица.       - Мы уже никогда не будем вместе. Если я не найду достойного, лучше действительно останусь одна.       - Мина. – Юна молчит, обдумывая слова, а когда подбирает, говорит не без грусти. – Я скучаю по той тебе, которая всегда шутила и смеялась.       - А я скучаю по старой тебе, ты была слишком очаровательной глупышкой, даже Ким Кибом не устоял.       Юна улыбается.       - Кажется вечность прошла, да?       - Да. – Мина выруливает с парковки ресторана. – Я завтра позвоню тебе.       - Хорошо. Спокойной ночи, береги себя.       - И ты себя тоже.

***

      Кибом стянул с переносицы очки, оставил их на столе, вышел из кабинета и в первую очередь зашел к Минхо. Он смотрит спортивное шоу по телевизору, лежа на кровати.       - Ты в норме? - Спрашивает Кибом.       - Лучше всех. - С полным безразличием отвечает Минхо. - Мне надоело ждать тебя и я закопал кости Тэмина. Под деревом в саду, я там из палок крестик смастерил, найдешь.       - Мне ты таким не нравишься.       - А мне ты в принципе не нравишься. - Минхо смотрит на Кибома. - Слушай, я взрослый человек, я уже не первый раз расстаюсь, переживу. - Возвращает свое внимание телевизору. - Женщин на земле много, на мой век хватит.       Кибом знает, Минхо говорит это из злости. Обычно он спокойно расстается, но были пара случаев, когда он не на шутку злился или огорчался. Особенно сильно его злили измены.       - Спокойной ночи.       - Ага, закрой дверь с обратной стороны.       Кибом выходит из комнаты Минхо, идет в свою и тут ему атмосфера гораздо приятней. Юна все свое внимание отдает Доен, и та довольно смеется, увлеченная игрой со своей мамой.       Кибом подходит ближе, садится на диван возле Юны и опускает ладонь на маленькое тело своей дочери. Он чувствует своей рукой ее маленький круглый животик и улыбатся, глядя на то, как она смотрит на него с любопытством.       - Я устал и соскучился по вам. – Он поцеловал Юну, а после взял Доен на руки. – Сегодня ты опять немного подросла. – Малышка открыла рот в попытке улыбнуться своему отцу. – Слишком быстро растешь.       - Я уже отложила несколько маленьких ей вещей. – Сказала Юна. – Я не думала что она будет такой маленькой совсем недолго, хоть и знала, что растут они очень быстро.       - Для меня она всегда будет малышкой.       Юна видит как Кибом смотрит на Доен и она готова всем что имеет поклясться, что никогда и ни на кого он не смотрел с такой любовью на ее памяти, даже на нее.       - Я еще хотела кое о чем поговорить с тобой.       - О чем же? – Он смотрит на Юну.       - Как Минхо? Справился с расставанием?       - Какое там, его фотографию теперь можно приклеить в словаре напротив слова «угрюмость». Таким я его не помню, даже в самые суровые времена он был вечно заряженным двигателем остроумия, веселья и шуток.       - А Мина пытается выбить клин клином и ищет себе парня, была на двух свиданиях, а мне потом выслушивай о том, что все мужчины хуже Минхо.       - И что ты предлагаешь? – Кибом смотрит на Юну, но не забывает придерживать Доен максимально аккуратно.       - Вогнать их в ситуацию, когда у них больше не будет выбора.       - Не боишься, что они еще больше разругаются?       - Как раз это и нужно. – Доен начинает возмущаться на своем младенческом и Юна подает ей соску. – Во время ссоры они все друг другу выскажут и им обоим полегчает. Так и померяться.       - Или вообще возненавидят друг друга.       - Они любят друг друга. – Юна смотри на мужа. – При чем очень сильно, это же видно. А если любят, значит в любом случае примирению быть.       - Можно попробовать. – Соглашается Кибом и опускает взгляд на Доен в своих руках. – Поможем дядюшке Минхо?       - Э-эээ. - Тянет Доен, снова открывая рот для улыбки.       Кибом смотрит на Юну.       - Она сказала «да».       - Она нам еще и поможет. – С улыбкой говорит Юна. – Да, малышка? – Опускает руку на ее животик.       - О-эээ. – Снова отвечает Доен и счастливые родители тихо смеются.

***

      Несколько дней Юна общалась с Миной непринужденно, стараясь ничем себя не выдать, и когда подруга заглотила наживку, она начала действовать:       - Как ты смотришь на то, что бы устроить девичник? – Спрашивает Юна, покачивая кроватку с Доен.       - Девичник? Только ты и я?       - Ну да, - отвечает она. – Доен оставлю с Кибомом. Он отлично справляется с родительством.       - Она же тоже девочка. Тем более я по не соскучилась, так что бери ее с собой. – Отвечает Мина.       - Уверенна?       - Да. – Она говорит бодрым и веселым голосом.       - А почему ты такая довольная?       - Я познакомилась с одним парнем. Он на два года младше меня, но зато такой галантный, прям истинный джентльмен. В пятницу у нас свидание, а в субботу приходи ко мне.       - Во сколько? – Спрашивает Юна.       - В часов пять вечера. Сможешь остаться с ночевкой?       - Думаю да, Кибом точно против не будет, а вот Минхо…       - Мне плевать на Минхо, пускай сидит дома. В свою квартиру я его не пущу.       - Мина…       - Я все сказала.       - Ладно, увидимся в субботу. – Юна тяжело вздыхает.       - Ага. – Мина отключает вызов.

***

      Пока вся команда свалила на обед, Джинки решил проверить полученное письмо по почте отдела. Он открыл его и устало выдохнул – отказ.       В отдел вошла Кенхи и уставилась на огорченного напарника.       - В чем дело?       - А ты поймешь, если я начну объяснять?       - По крайней мере постараюсь. – Пожимает она плечами. – Выкладывай, напарник.       - Ким Кибом боится, что его жене и дочери может угрожать опасность от одного конкретного человека. Он попросил меня проверить его, но мне уже два раза отказали в ордере. Я не имею право его допросить.       - Ты помогаешь Ким Кибому? – Удивилась Кенхи.       - А если этой молодой женщине, ставшей пару месяцев назад матерью, и правда что-то угрожает? – Он смотрит на напарницу. – Разве мы не обязаны ее защитить не зависимо от того, кто ее муж?       - Ордер на допрос тебе в любом случае не одобрят, слишком мало доказательств.       - Да их вообще нет! Только слова Кибома. – Устало трет лоб, поставив локоть на стол возле своего ноутбука.       - Но! – Кенхи смотрит напарнику в глаза. – Поговорить можно и без ордера.       - Что ты задумала?       - Адрес есть?       - Пробил по базе, он недавно из тюрьмы вышел, так что за ним пристально наблюдают.       - Вот тебе и еще повод для беседы. – Она хитро улыбается. – Едем.       - Прямо сейчас?!       Кенхи уже шла к выходу.       - Ага.       Джинки только и поспел за ней на лестницу.

***

      Кенхи была за рулём, Джинки не возражал. Они подкатили к нужному адресу менее, чем через пол часа. Это был частный дом на окраине Сеула в малонаселенном районе, который за бесценок хотел бы заполучить каждый застройщик.       Они вместе вышли из машины и направились к дому. Прошли через маленький двор и оба посмотрели на загрязненный дверной звонок. Прикасаться к нему желания не было. Джинки посмотрел на напарницу, та закатила глаза, сорвала с ближайшего кустарника лист и прижав его к звонку, нажала кнопку. Звонок был слышен им приглушено, затем шаги. Кто-то выглянул в боковое маленькое оконце, а после открыл дверь. Это был молодой мужчина. Кенхи отбросила сорванный листик.       - Пак Дэян? - Спросила она.       - А вы кто? Зачем его ищите?       - О, мы детективы. - Она достала из кармана свое удостоверение и показала ему. - Мы тут по специальной программе для проведения профилактической беседы, мы не займем много вашего времени, не больше пяти минут.       - Мне не нужны никакие беседы! - Дэян хотел было закрыть дверь, но Джинки поставил ногу. - Уберите ногу, детектив.       - Я сам лично видел труп вашей матери. - Джинки смотрит парню в глаза. - Я даже представить не могу что вы чувствуете, никто из нас не может. Именно поэтому мы тут, хотим убедится, что вы в порядке, ведь вы совсем недавно вышли на свободу.       - Я справлюсь без ваших профилактических бесед.       - Мы всего лишь хотим убедится, что вы не сделаете глупостей. - Говорит Кенхи. - Вы пережили ужасную трагедию.       - И я прекрасно знаю кто в этом виновен. - Дэян смотрит на обоих по очереди. - Лучше бы схолии и арестовали его.       - Убийца вашей матери - психопат по имени Ли Тэмин. - Говорит Джинки. - Мы хотели его арестовать, но он погиб при задержании, выгорел так, что одни кости остались.       - Как будто я взял и поверил вашей официальной версии.       - Вы не верите расследованию? - Кенхи пристально смотрит на него.       - Прошу вас, просто свалите.       - Господин Пак... - Начал Джинки.       - Я сейчас позвоню вашему руководству!       Джинки понял - дальше продолжать не имеет смысла и убрал ногу. Дверь перед их носом захлопнулась.       - Что думаешь? - Спросила Кенхи.       Они развернулись и пошли к машине.       - Он не выглядит так, будто собирается убить женщину с младенцем. - Отвечает Джинки. - Хотя мести явно хочет.       - У меня сложилось такое же впечатление.       Они подходят к машине и садятся в салон.       - Надеюсь, что мы правы. Юне еще и двадцати пяти нет, а ее дочь... ей всего два месяца. Это было бы страшной трагедией.       - Будем надеяться, что он это понимает. - Кенхи смотрит на напарника. - К сожалению, мы ничего не можем сделать. Ты же понимаешь это?       - Да. - Джинки кивает головой. - В одном Чхве Минхо был прав - закон не неидеальный, он просто отстойный.