Чирлидер и загонщик

- Что случилось? - настороженно спрашивает Джордж, как только я захожу в комнату. - Ты слишком довольный.. - Нет, серьёзно, выглядишь так, будто малышка Уэзерби не отшила тебя, - поддерживает его Ли, и они вдвоём начинают угарать, как две гиены. - Закройтесь, - ухмыляюсь я. И вероятно по моему чересчур довольному лицу они понимают, что что-то и вправду случилось. - Да ладно... - Да нет...Она не могла! Или могла?... - Или могла, - резонно кивает Ли, обмениваясь озадаченным взглядом с Джорджем. - Ты же прикалываешься? Я смеюсь, и показываю обоим средний палец. Как бы я не хотел кричать о том, что Уэзерби дала мне шанс, при чём, кричать на весь Хогвартс, не только в нашей спальне, но в то же время, я хочу чуть сохранить это в тайне. Сдержать интригу, так сказать. Хочу, чтобы это было между мной и Аникой, хотя бы совершенно короткий промежуток времени. Да меня пьянит одна мысль, что она, практически положительно ответила! С этой девушкой всё так сложно. Она всячески не желает меня замечать. Вернее, не так. Она не желает меня замечать, как парня. Как парня, которому она не безразлична. А она мне, чертовски, не безразлична! Наверное, даже с самых первых курсов, а это, вероятно, говорит о многом, да? Или нет, понятия не имею, честно. Проблема состоит в том, что когда тебе нравится девчонка в 11-12 лет это всё ещё что-то детское. И ты в этом возрасте даже не можешь нормально осознать свою симпатию. Да ты себя в этом возрасте осознать и понять не можешь, а что говорить о каких-то симпатиях и влюблённостях, бред, серьёзно. В 12 лет вместо того, чтобы подойти и прямо сказать девчонке, что она тебе, вроде как, нравится, ты всячески изощряешься в тупейших приколах и шутках, адресованных именно этой девочке, которая, по идее, тебе нравится. И потом, когда проходят годы, и ты уже не мелкий придурок, а...более взрослый придурок, будем называть всё своими именами, да? В любом случае от Уэзерби я слышал, что я придурок сотни раз, не меньше. Так вот. После того как проходит какое-то количество времени, и вы взрослеете, все твои искренние чувства уже не рассматриваются в серьёз, потому что за прошедшие несколько лет было многое, что помогло удостовериться, что я полнейший кретин, который, разумеется, не воспринимает девушку всерьёз. Хотя, на самом же деле, более, чем я, вряд ли кто-то может воспринимать Анику Уэзерби всерьёз. Ну, я предпочитаю думать, что это так. Мне не нравится представлять, что есть ещё парни, которые хотят её. А они есть, и их немало. И это выбешивает ещё сильнее. В общем, да. Аника нравится мне с самого начала нашей учёбы, но в полной мере я осознал это не так давно, но, вероятно, стало слишком поздно, и я совершенно выпал из её радара потенциальных парней. Помню, как на третьем курсе поставил ей подожку, но, разумеется, я бы не дал ей упасть, или хоть как-то пострадать. Я бы поймал малышку Уэзерби. Но она не упала. Лишь чутка споткнулась, а затем бросила на меня такой ненавистный взгляд, что по спине побежали мурашки. Ну, возможно дело было не в страхе, который она пыталась внушить мне, а в том, насколько она была красива даже когда зла на меня. Правда, я готов был вытворять всякую чушь (чем я, собственно и занимался все эти годы!), лишь бы она смотрела на меня так. Нет, вру. Лишь бы она вообще смотрела на меня. Хотя бы единственный, мимолётный взгляд в мою сторону. Неважно, зла, недовольна, рассержена, или весёлая Аника. Мне просто необходимо было её внимание. Но чуть позже я осознал, что мне необходимо не только внимание этой девушки. Мне нужно она сама. Вся, полностью. Одно дело, когда вам 12-13 лет, вы дети. И ты просто хочешь, чтобы девчонка обратила на тебя внимание, даже если ты ведёшь себя, как полный кретин - дёргая её за косички, идиотски шутя, и в целом, ведёшь себя как самая язвительная пубертатная язва, собственно говоря. Но когда вы больше не дети…ох, вот тогда и начинается всё самое жёсткое. Клянусь чёртовым квиддичем, я никогда и никого там сильно не хотел, как Анику Уэзерби. В прошлом году мы играли в маггловскую игру, бутылочка, кажется. И, СПАСИБО ВСЕМ БОГАМ, когда Аника раскрутила только что приконченную всеми нами бутылку огневиски, она указала именно на меня. Аника тогда ухмыльнулась, обменявшись взглядами с Алисией, а затем, закатив глаза, наконец-то, посмотрела на меня. - Эй, малышка Уэзерби, - искренне надеюсь, что мой голос не выдал в полной мере то, на сколько я жаждал этого поцелуя. Учитывая, выпитое огневиски, и моё безумное желание поцеловать Анику, я поражаюсь, как мне удалось не выдать всего этого.– Иди-ка сюда, детка. Аника ухмыляется и, чуть помедлив, придвигается ближе. Уверен, что я навсегда запомнил это поцелуй. Такие мягкие и податливые губы Уэзерби, и вкус шоколада на них. Да, определённо поцелуй был со вкусом алкоголя и шоколада. И это было чертовски горячо. И, прекрасно осознавая, какой же я моральный урод, я могу сознаться, что слишком много представлял её, когда со мной в постели была какая-нибудь девушка. Несомненно, каждая из этих девушек были красотками и чертовски горячими, но Уэзерби... Такая маленькая и хрупкая…аромат её тела, вкус шоколада на губах… Чёртова Уэзерби. Но, в своё оправдание могу скачать, что секс это, разумеется, не единственное, чего я хочу от Аники (но поверьте, его я хочу чертовски сильно). Но...в то же время, я бы хотел держать её маленькую ладошку в своей руке, засыпать в обнимку, слышать её смех, который сводит меня с ума, и просто иметь шанс быть рядом. Ни как одноклассник, и ни как друг. И, раз мне предстоит подождать каких-то три месяца, что ж, оно того стоит. Да и к тому же, за три месяца многое может произойти, и кто знает, может Аника и сама поменяет свои условия, так ведь?