Такое прошлое мне нравится...

У каждого человека должны быть памятные вещи из детства. Или даже не вещи. Для кого-то это игрушки или книжки, для кого-то подарки и украшения, для кого-то даже простые слова, что произносились в детстве могут являться чем-то ценнее всех денег планеты. Но человеку, который не имел ничего и с раннего детства ценил лишь свою родню и работу, сложно найти что-то способное связать его с детством. Даже здание, в котором он провел большую часть своей жизни сейчас было полностью опустошено и ничем не напоминало о прошлом. Некогда заполненные солдатами коридоры сейчас пустовали, а в подземных лабораториях уже не содержалось ничего мистического. Запах паленого металла и сырости заменил собой более медикаментозные и химозные ароматы. — После нашего проигрыша здесь все перевернулось с ног на голову, — почти шепотом произнес гость этого места, но и этого было достаточно, что бы гулкое эхо разнеслось по жутковатым, но таким родным коридорам. Парень, зашедший на эту территорию, изменился так же, как и весь штаб, что в свое время служил домом нескольким сотням людей. Не смотря на то, что его рост, тело и лицо так и остались подростковыми, он стал смотреться менее по-детски. Раньше этот парниша выглядел, как типичный бунтарь-раздолбай, а вдобавок еще и псих из-за своего поведения. Теперь же он выглядел довольно аккуратно: отращенные до плеч волосы, которые раньше собирались в небрежный хвостик, теперь были пострижены, но все еще торчали в разные стороны в некоторых местах. Взгляд стал более спокойным и серьезным, ненормально-широкая улыбка, которая присутствовала буквально всегда, почти полностью исчезла. Одежда перестала подходить под описание "Что под руку попало". Те, кто знал его в прошлом, наверное, уже и не узнали бы такого Дейчи. Прошлое... Как же хорошо было в прошлом. И одновременно страшно. Столько всего произошло, столько всего случилось. Сколько людей ушло и сколько появилось в его жизни. Кем он был и кем он стал. Одно оставалось неизменным всю его жизнь - преданность сестре. Сестре, которая изначально пыталась вбить в голову глупого мальчишки всю суть и опасность происходящего; сестре, которая даже в бою против него всеми силами старалась сделать так, что бы не навредить родному человеку; сестре, которая, как и обещала, незаметно для всех была рядом всегда. Той, кто могла часасами орать о ненависти, но любить. — Чем же я все это заслужил? Послышался грустный смешок. Дейчи остановился возле входа в главный зал и оперся плечом о дверной косяк, на котором местами проглядывалась ржавчина. — Ты же всегда была рядом, что бы я не натворил... Я ведь ужасный человек... Тогда... Почему даже после поражения я остался под твоим крылом... — Потому что ты мой брат - вот и все, — Дейчи резко поднял голову и отпрянул назад, — Чего дергаешься? Как будто впервые меня видишь. За большим столом, тем самым, где раньше все верхушки организации проводили собеседования и собрания, сидела девушка лет 14-ти. Похожая на своего брата, как две капли воды. Длинные волосы темного пурпурно-синего цвета были собраны в небрежный пучок, взгляд был чутка уставший, под глазами виднелись небольшие мешки. Видно, нормально отоспаться в последнее время не удавалось. Правый глаз был небесно-голубого цвета, а левый - ярко-красного. В прошлом девушка носила черные линзы, но теперь в этом нет нужды. После окончания своеобразной войны, когда вскрылись все карты, прятать что-либо было глупо и бесполезно. Все и так всё знали. — А-а! А ты тут что делаешь? — Дэйчи принял более оживленный вид и через секунду уже стоял возле сестры, наклонившись чуть вперед. — А сам не видишь? Я в поиске новых рассказов! — парня по лицу ударили легкой папкой, в которой находились дела "жертв" этого места. Неужели, все эти бумажки сохранились так долго? Хотя... Сюда никто не приходил соответственно и портить документы было некому. И времени прошло не настолько много, так что удивления излишни. — Ты до сих пор пугаешь детей байками обо всей этой волшебной ереси? — Почему же ереси? — девушка тихо хихикнула и повернулась к брату, положив локоть на спинку стула, — Мы, как никто иной знаем, что это все довольно интересные, а главное реальные случаи и истории. Разве я не права? Дэйчи выпрямился и немного нахмурился. Он знает, но старается забыть. И да, конечно его дорогая Каори права, но это вопрос на столь противную тему из прошлого, что отвечать не хочется. — Впрочем, можешь не говорить. Я и так знаю, что права. Какая же эта девочка понимающая... — Будет справедливо, если и я узнаю, что ты тут забыл, не считаешь? — девушка вновь повернулась к бумагам, легонько улыбнувшись. Казалось, что после заданого вопроса она совершенно забила на присутствие человека рядом, но это было не так. И Дэйчи прекрасно об этом знал. — А? Я... — он замолчал на несколько секунд, опустив взгляд в пол. А что он тут забыл? И правда... Он ведь просто пришел. Без особой цели. Без "хочу/не хочу". Просто пришел. Вот и что отвечать? — Да просто прогуляться решил. — Сам же мне однажды говорил, что хочешь забыть о прошлом. А возвращаешься сюда не первый раз, — отложив несколько относительно чистых листов в сторону, Каори вновь развернулась к брату, но с уже более серьезным выражением лица, — Моральный мазохист что ли? — Не мазохист я! Просто... — парень нахмурился, нервно осматриваясь вокруг. Будто выискивая объект, на который можно свалить "вину", связанную с посещениями этого места, — Не знаю. Это слишком родное для меня здание. Я хочу забыть все, что было в прошлом, но не могу. Не выходит у меня. Я не чувствую себя в своей тарелке вне этих стен. Я слишком привязан... Каори молча смотрела на брата, после чего выдвинула стул, стоящий рядом, из-за стола и указала на него рукой, как бы приглашая присесть. Это Дэйчи и сделал. — Рано или поздно это здание снесут или... — Я знаю! Наверное, поэтому я и стараюсь провести в нем как можно больше времени после освобождения... Парень скрестил руки у груди и откинулся на спинку стула. Единственное, что у него осталось из прошлого - это его штаб и сестра. И все это рано или поздно исчезнет. Причем первому осталось явно не много, судя по нынешнему, не подходящему для продолжения "службы" состоянию. — В этом всегда была твоя слабость. Сколько себя помню, ты всегда был морально слаб, — Каори подперла щеку рукой и посмотрела вперед, старательно игнорируя немного шокированный взгляд на себе, — Ты не умеешь отпускать прошлое. Сначала ты не мог оставить меня, не понимая, что я счастлива с другими людьми, а теперь и это здание. — Но это мой дом... — Я знаю. Но этот дом принес многим разочарования и несчастья. Включая тебя. Прими ты уже факт того, что времени, когда твой мозг был промыт и это место казалось тебе идеальным не вернуть! — девушка развернулась к брату и ткнула ему в грудь указательным пальцем, — Ты - идиот! Я люблю тебя, но ты меня одновременно и бесишь. Я понимаю, что мне было легче расстаться со всем этим, потому что у меня с головой все было изначально в порядке... — Вот именно! — Дэйчи прилетел легкий удар по макушке, — Ай! — Не перебивай меня! Кхм! Но мне было сложно расставаться с другими вещами! Я лишь из уважения храню некоторые вещи моих коллег. Не будь у меня совести совсем - я бы забыла о них через месяц. Так вот, к чему я - ты такой человек, который пока не отвыкнет от одного не сможет привыкнуть к другому! Пока ты не отпустишь прошлое и не забудешь об этом месте, как о страшном сне ты никогда не сможешь адаптироваться в нормальном мире. — Значит, мне судьбой предначертано постоянное ощущение одиночества и неполноценности в "нормальном мире", — парень грустно выдохнул и опустил голову. Каори цокнула и встала со стула, беря в руки те отложенные бумаги. — Повторюсь - ты идиот, — сказала она, медленно направляясь к выходу, — Как бы долго ты не тосковал по этому месту одиноким тебе не быть. Мы наконец встали на одну сторону и война окончена. Мы - близнецы, которые теперь всегда могут быть вместе. Пока жив один, второй никогда не будет одинок. А у нас впереди еще не один век. Так что заканчивай возвращаться к такому прошлому, как обитель Эмили и возвращайся к любимой сестренке, с которой ты был неразлучен до всего произошедшего. Дэйчи поднял голову и повернулся в сторону сестры. Она махнула рукой, не оборачиваясь, и покинула помещение, постепенно растворяясь в мраке коридора. Действительно. Пока у него есть Каори - он никогда не будет одинок. А это место, что он раньше считал домом, сейчас должно быть не более, чем воспоминанием о том, какой не должна быть жизнь. Он прошел через настоящий ад не для того, что бы возвращаться к нему снова и снова. Он захотел встать на сторону сестры и помогать ей не для того, что бы мечтать о возвращении в прошлое лишь что бы увидеть свой "дом". Он сделал это для того, что бы изменить свою жизнь. Это здание больше ему не родное. Его дом - это то место, где есть его сестра. Дом - это место, где ты будешь любить, где тебе будет комфортно и где будут любить тебя. Повторюсь - это любое место, где будет его дорогая сестренка, но точно не пустой, постаревший штаб, принесший тучу проблем. А если ему нужен дом в плане здания... Дэйчи еще успеет его обрести. Нет, не он... Они с Каори. У них впереди действительно еще не один век, так что беспокоиться о времени уж точно не приходится. Сколько он просидел в том кабинете неизвестно, но это и не важно. Важно лишь то, что после того, как парень ступил на тропинку, выводящую из леса, в котором и находился этот штаб, он с огромными усилиями заставил себя пройти вперед ни разу не обернувшись. А на выходе он встретил свою сестру. — О, а я как раз тебя, болвана, ждала, — послышался ее веселый голос откуда-то с боку. Остаток пути до города они прошли вместе. И на удивление у Дэйчи ни разу не появилось желания посмотреть назад. Туда - откуда он пришел. Он был слишком занят захватывающим диалогом с Каори. — А знаешь, такое прошлое мне правда нравится куда больше, — пробубнил он себе под нос, когда близнецы дошли до своей улицы. — М? Ты что-то сказал? — Да нет, ничего... Так, а вообще-то я требую, что бы ты купила мне мороженое в честь того, что я впервые ни разу не обернулся в сторону штаба! — парень самодовольно улыбнулся, скрестив руки у груди. Ну вот, начинается... Снова ведёт себя, как ребенок. Но я совру, если скажу, что Ори это действительно раздражает. — Какой ты наглый стал. Ладно, будет тебе мороженое, братец. Только шевели ногами, мы уже давно должны были быть дома, мне еще твоя помощь нужна. Кое-кто давным давно обещал сделать перестановку...