Письмо к другу

Мой друг, ты был столь безропотно свободен и до скандального красив. Я забывал как дышать, когда ты входил в комнату. Мы так весело проводили время, что я забывал о существовании чего-либо, кроме твоих небесно-голубых глаз, словно смотрящих мне в душу. О боги, клянусь, этот взгляд сводил меня с ума, он пробирался под кожу, находил каждый секрет и выворачивал душу в ощущении собственной никчемности. Уже после, я стыдился того, что не рассказывал тебе всего, мой милый друг. Я все хотел тебе понравиться, быть достойным тебя. И в этом своем глупом желании умалчивал очень многое. Ты был для меня богом, недостижимым и безгрешным. Ты был ангельским наваждением, которое я страшился измарать своими грязными, как мне тогда казалось, руками. А твоя улыбка. Она озаряла мне путь, скрашивала самый пасмурный день. Когда ты улыбался, мне казалось, что мир наполняется яркими красками и мне жаль, что я навсегда стер ее с твоего лица. О, Джек, если бы ты знал как я раскаивался каждую ночь. Как корил себя за нерешительность, медлительность, да за что угодно ещё! Если бы не моя нерешительность, ты был бы жив. Матушка всегда говорила, что мой характер меня доведет до черты. Мы всегда оспариваем слова родителей, а потом понимаем, насколько они были правы. Если бы я тогда не задержался у Люси, если бы вернулся домой раньше, они бы не убили тебя. Я искал в обществе Люси совета. Я боялся, малодушно и бесчестно скрывая от тебя свое прошлое. Я хотел признаться тебе, сделать новый шаг, но боялся. Боялся, что ты оттолкнешь меня, что я испугаю тебя. Знаю, ты всегда говорил, что я слишком наивен для своих лет, думая, что ты оставишь меня, чтобы я не натворил. Наверное, сейчас ты назвал бы меня глупым и приласкал мою голову у себя на коленях, как делал это всегда, когда мне было страшно или грустно. И все же, они убили тебя из-за меня, из-за моего прошлого, из-за того, кем я был. Они пришли ко мне, хотели, чтобы я взял у них заказ. Я говорил тебе, что я резчик. Ты подумал, что я скульптор, восторгался скульптурами в моем доме. Милый, наивный малыш. Я действительно был резчиком, но иного рода. Люди были моим материалом. Отчего-то им было важно, чтобы именно я взялся за их дело. Я давно отошёл от дел и не хотел снова впутываться в эту историю. Я отказал им, возможно не в самой мягкой форме. Тогда они сказали, что найдут и убьют тебя. Я не поверил, думал, что они блефуют и пошел к Люси. Когда я вернулся домой, было уже поздно. Я нашел твое бездыханное тело на нашей кровати. На нем была записка: «Надеюсь, как художник, ты оценишь мои труды. Д.». О ему нельзя было отказать в своей изощренной манере изобретательности. После этой трагедии я не мог оставаться в нашем доме ни дня. Я выкупил для тебя участок на старом готическом кладбище, откуда открывался вид на небольшое озеро и заходящее над ним солнце по вечерам. Я знаю, как ты любил закаты, мой ангел. Как я уже сказал, я не смог оставаться в шем доме ни дня и отправился странствовать по свету. Мне хотелось забыться, ничего не чувствовать. Но не проходило и дня, чтобы я не вспоминал о тебе, Джек. "Умные" люди говорили, что боль со временем притупляется. Видимо, они никогда по-настоящему не любили или я слишком глуп и слаб. Милый друг, единственное у тебя прошу — прощения. Я не могу жить дальше, чувствуя, что я подвел тебя. Знаю, ты просил жить дальше, если уйдешь первым. Просил забыть тебя, найти семью, завести детей, в конце концов. Но я так не могу, Джек. Не могу.