***
ноги уже еле держали девушку и она переступала с одной на другую, шёпотом повторяя: «левая, правая…». Соня подняла глаза у двери в уборную, ей явно нужно было передохнуть и она зашла в туалет, закрывая за собой дверь на замок. оценив ситуацию в комнате, вздохнула, не её, конечно, проблемы, но как здесь Сева всё будет отмывать, в упор не понимала. Любимова посмотрела в зеркало, картинка троила, но девушка подтёрла потёкшую стрелку, набрала в рот воды и проглотила. басы песни долбили по двери, София села на пол и опёрлась на ванну, мысли не давали ей успокоиться, она вспоминала про Ваню, которого сегодня, по неизвестной ей причине, даже не видела. прикрыла глаза, откидывая голову, «сука-а», — прошептала Соня на выдохе. в дверь начали агрессивно долбиться, но школьница услышала знакомый голос. — Сонь, — кричала Рита, — у тебя всё нормально? София встала и открыла подруге дверь, та закрыла крышку унитаза и села, оглядывая одноклассницу. — ты на вопрос не ответила. — да нормально всё, просто передохнуть решила, — развязно говорила Любимова. — может домой уже? — вечеринка только начинается! какой домой? — Соня постаралась реалистично улыбнуться. — ладно, пошли, — Елизарова взяла подругу за руку и вывела за собой. рассекая толпу пьянющих подростков, они добрались до ребят. поднимая глаза, Соня встретилась взглядом с Кисловым и тут же повернулась в сторону. — Сонь, — Ваня перехватил руку девушки, прижимая к себе. — отпусти, — твёрдо сказала она. — выслушай, — хватка парня слегка ослабла, но локоть девушки всё ещё был в его руке. — отпусти, — повторила Любимова. — я тебе не изменял. — отпусти, — вновь повторила София. — да я доказать могу! — Киса вскрикнул, отпуская руку. Любимова не стала дослушивать парня и ушла к бару в поисках чего покрепче. на глаза попался джин, его она и выпила, не запивая. рядом с ней стоял в дерьмище пьяный Локонов. — о, Соня. — да, Сев, привет, — она повернулась к однокласснику, замечая как Ваня идёт к ним. — ахуенно выглядишь, — подметил парень, отпивая из пластикового стакана. — ты тоже, — одноклассница провела по его руке. Кислов тут же остановился, сжимая кулаки, желваки тут же начали двигаться и стискивая зубы, он подошёл к одноклассникам. — съебался нахуй, — он оттолкнул Всеволода от девушки, — мы можем, блять, поговорить? — Киса старался сдерживать себя, ведь знал, что его агрессивное состояние пугало Любимову. — о чём? изменил, так будь добр, признай и не держи меня за дуру, — щурясь сказала Соня, попутно отпивая спиртное. — я, блять, уже сказал, что не изменял! — он ударил по столу, не сдержался… — а я, блять, не верю! — вскрикнула девушка, — не вешай мне лапшу на уши! просто признайся! он буквально зарычал и ушёл на улицу, не мог терпеть этот язвительный тон. боковым зрением заметил Анжелу. — ты, блять, всё испортила! я не изменял своей девушке! но теперь она мне, нахуй, не верит, довольна? — вскрикнул Ваня и ударил по стене рядом, приблизившись к однокласснице, — Мелу чуть жизнь не испортила, не вышло и решила на мне отыграться? Бабич, ты такая же пластмассовая шлюха, которая на каком угодно хуе попрыгает, лишь бы он был полным мудаком, — прошипел он, — тебе-то всё достанется, папочка оплатит, а сама ты нихуя из себя не представляешь, — он сплюнул рядом с девушкой и ушёл. шёл подальше от дома Локонова, пиная камни, периодически срывался на крик. сам же тогда не хотел идти, но пошёл, не хотел употреблять, но накидался, не хотел отношения портить, но испортил. уже дома, нашёл заначку в виде косяка, быстро раскурил свёрток и затянулся, упав на диван. злость не проходила, он залипал в стену, сжимая челюсти. — блять, — выругался он. мама в очередной раз «задерживалась на работе» и Кислов сорвался. сначала он бросил подушку на пол, но этого было мало и Ваня повернулся к шкафу, выбрасывая каждую книгу, да и в целом, всё, что попадалось под руку. фарфоровая ваза разбилась вдребезги, там он обычно колёса прятал, но когда в его жизни появилась Любимова, он их все Гендосу отдал. Киса скидывал всё за стола, ударяя по поверхности, пинал, попавшие под ногу, вещи. агрессия не отпускала, самокрутка тлела и он в очередной раз затянулся, выбрасывая её в балконное окно, даже не выходя из комнаты. Ваня упал на диван, окруженный всеобщим хаосом, и залип в потолок. он проебал её, а значит он проебал всё.***
после встречи с Кисловым, Соня поникла. она уже не слышала музыку вокруг, садясь на корточки у стены, рядом с ней целовались какие-то подростки и лежал Игнатов, она усмехнулась. запуская пальцы в волосы, девушка проматывала слова Кислова в голове. «зачем врать? зачем пытаться что-то доказать, если и так всё ясно? почему он просто не может признаться?», — вопросы крутились по кругу, а сердце болезненно щемило и она приложила руку к левой груди. девушка решила, что алкоголя в её крови слишком мало, поэтому опустошала бар, когда её нашёл Хенкин. — ты хоть другим оставь, — усмехнулся он, оглядывая девушку. — Бо-оря, — протянула она, поднимая глаза на друга. — ой, мы что-то совсем пьяные, — Хэнк вытер подтёки туши под глазами Сони. — немного, — улыбнулась она, опираясь на друга. — домой? — нет! — да, — сказал Хенкин, но у Любимовой не было сил, чтобы спорить. он надел на подругу свою толстовку и вышел из дома, предварительно предупредив друзей. вызвал такси до своего дома, так как до него было явно ближе. Соня уже спала в его руках, когда синяя машина остановилась возле них. Хенкин аккуратно посадил её на задние сидения и залез сам. — новое поколение, — усмехнулся таксист с долей надменности. — дядь, делай свою работу, — сказал Боря, слабо улыбаясь. Хэнк вытащил девушку из машины и поднял на руки, заходя в подъезд, который в очередной раз забыла закрыть соседка, когда выгуливала собаку. до квартиры они добрались с горем пополам, не смотря на сильные руки парня, лестница была, скорее, утяжелителем для этого, так называемого, упражнения. в квартире было тихо, а значит все уже спали и не снимая обувь, Боря занёс Соню в свою комнату, укладывая на свою кровать, снял с неё толстовку и укрыл пледом. сам решил лечь в зале, а родителям объяснить всё утром.***
Боря проснулся от шагов отца по гостиной, открыв глаза, он столкнулся с непонимающим взглядом Константина Анатольевича. — пап, я сейчас всё объясню, — начал Хенкин-младший. — конечно объяснишь, у тебя в комнате девушка лежит, я надеюсь, живая? — конечно! это моя одноклассница Соня, помнишь, я к ней литературой заниматься хожу, она вчера перебрала, я её к нам забрал, ей домой далеко ехать было, — он принял сидячее положение, потирая глаза. — хорошо, — кратко бросил отец, — буди её, а то в школу опоздаете. блондин кивнул, уходя в комнату. девушка мило сопела, подложив руки под голову, Боря забыл открыть окно на ночь, так что всё пропахло перегаром, честное слово, пьяным можно было стать только от запаха в комнате. он тут же раскрыл окно на распашку, а после подошёл к Соне, которая, кажется, уже сама начинала просыпаться. — Со-онь, — тихо произнёс он, — вставай, в школу надо, — усмехнулся парень. — какая, нахуй, школа, Борь, — застонала она, пытаясь открыть глаза. голова чудовищно трещала, вокруг всё плыло даже если Любимова лежала. она оглядела комнату и не узнала её. Соня поднялась на локтях, часто моргая. — это комната моя, — ответил Боря. — а почему я здесь? — потому что к тебе было дольше ехать, а я боялся как бы тебе плохо не стало. — спасибо, — она потянулась. — там мама завтрак сделала, тебе принести или сама придёшь? она опустила глаза вниз, оценивая свой наряд. вряд ли именно это подходило для знакомства с родителями друга, особенно когда его отец — мент. Константин Анатольевич и Соня, конечно, были уже знакомы и не совсем приветливы друг к другу, но тем не менее, маме Хенкина она хотела понравиться. — а у тебя есть во что переодеться? я ненадолго, поем и потом прошмыгну в своём, да уеду, — сказала она, — а то у меня в холодильнике мышь повесилась. — хорошо, — Хенкин снял с себя футболку, оголяя подкаченный торс и протянул однокласснице, подошёл к шкафу и достал шорты, — ну, надеюсь, они не спадут, — усмехнулся он. Боря вышёл из комнаты, оставляя Любимову переодеваться. Кислов бы так не сделал, до последнего бы старался остаться, даже спиной бы сидел, но конечно, периодически бы поглядывал. Соня быстро натянула на себя вещи друга, как хорошо, что шорты оказались с шнурками, иначе тут же слетели бы её талии. Боря приоткрыл дверь, как бы спрашивая, переоделась ли девушка, а София потянула дверь на себя, не хватало только умыться. — можно я умыться забегу? — да, — он пропустил одноклассницу, а после открыл ей дверь уборной. Соня быстро забежала в ванную. благодарила всех в кого до этого не верила, что у Хэнка есть старшая сестра, у неё девушка и позаимствовала пару ватных дисков с мицелляркой. смывая остатки макияжа, Соня набрала в рот воды, смешанной с зубной пастой и прополоскала рот. собрала волосы в хвост, а затем вышла из ванной, встречаясь лбами с ранее упомянутой, сестрой Хенкина. — не знала что у Бори девушка есть. — я не его девушка, я его одноклассница, — протараторила Соня, — я у тебя немного мицеллярки взяла, извини, — улыбнулась Любимова. — да ничего, я Оксана Хенкина, — лицо девушки сменилось с непонимания на радость. — София Любимова, — она пожала старшей руку и усмехнулась. девушки поменялись местами и София зашагала в сторону кухни. — доброе утро, — мягко улыбнулась она. — Любимова, где угодно, но у себя дома тебя встретить не ожидал, — усмехнулся Константин Анатольевич. — девочку не смущай, пусть покушает, — мама Бори поставила тарелку для девушки, положила туда яичницу с колбасками и мило улыбнулась. Соня трапезничала с семьей Хенкиных, одноклассник расспрашивал отца о новом деле, пока мужчина старался съехать с темы. их семья казалась образцовой и уютной, но Любимова знала, что это не так. закончив с завтраком, она поблагодарила женщину и удалилась в комнату Бори. там отзвонилась Андрею и скинула свою геопозицию, попутно переодеваясь в свою одежду. Хэнк пришёл, когда одноклассница уже стояла одетая. — я домой поехала, в школе скажи, что болею, — она потёрла затылок, — реально голова скоро расколется, — взвыла Любимова, — спасибо тебе, Борь, — девушка крепко обняла парня. Боря обвил её талию и уткнулся в плечо, вдыхая запах. сегодня он был не изысканный вишнёвый, а скорее, поствечериночный, с примесью перегара, табака и где-то фонила вишня.***
Андрей не стал расспрашивать где была Соня, ведь был уверен, что если понадобится, девушка сама обо всём расскажет. Любимова ввалилась в дом, стаскивая кроссовки, а после сразу же налила себе стакан воды и осушила его. телефон издал вибрацию и Любимова подняла его с гарнитура.Маргарита Елизарова ты живая, мать?
София Любимова лучше бы умерла, так хуево давно не былоМаргарита Елизарова мне не лучше
София Любимова я уже домаМаргарита Елизарова в смысле «уже»?
София Любимова да меня Хенкин к себе отвёз, я у него поспала, но ещё буду дома отсыпатьсяМаргарита Елизарова пацаны вечером на базе собираются
София Любимова я пас, понимаешь жеМаргарита Елизарова Сонь, не вечно же от него бегать
София Любимова если надо будет, я вечно от него бегать и буду вчера цирк устроил, говорит, не изменял ну да, а девушка сама на хуй упалаМаргарита Елизарова я хоть и на твоей стороне, но всё же поговори с ним
София Любимова я спать Соня ушла от диалога, блокируя телефон. она одна верит в эту измену? вновь смотря в телефон, увидела их парную фотографию, которую сделал Кислов, когда Соня пыталась отобрать телефон. они там счастливы и любят друг друга, а может любила только Соня?