Птичье сердце

      Виталина сама не заметила, как в кабинете героя номер два воцарился порядок. Понадобилось примерно полторы недели, чтобы отсортировать все бумаги, разделить их по кармашкам и наконец собрать эту долгожданную мозаику из папок. Кабинет блестел, будто только-только после ремонта. Уборщица уже без страха мыла всё в кабинете Ястреба, ведь пол теперь было элементарно видно, и он не был забит тоннами макулатуры.       — Вау. Я уже даже не помню, когда у него в последний раз было так чисто, — Кимико стоит в дверном проёме и с немым восхищением осматривает рабочее место героя.       — Сама в шоке, Ямадзаки-сан, — девушка смотрит на проделанную работу с лёгкой улыбкой.       — Ну что могу тебе сказать? Мои поздравления тебе. Ты сделала то, до чего у нас руки не доходили почти год. Сколько ты у нас ещё на практике будешь?       — До конца мая, — Лина залезает в свой телефон, смотря сегодняшнюю дату, — Ещё семь с половиной месяцев, Ямадзаки-сан.       — Ты смышлёная девушка, Сакамото. Доучишься и далеко пойдёшь, — секретарша вздыхает, — Только поаккуратней с Ястребом. Он занимает не самое лучшее положение в массах, знаешь ли. У него очень много неприятелей, и я не хотела бы, чтобы общение с ним поставило на тебе клеймо.       — Не волнуйтесь, Ямадзаки-сан, мы с ним почти не общаемся. Не думаю, что мне может что-то угрожать, — Виталина поправляет сумку на своём плече, — Что мне делать теперь?       — Возвращайся в свой отдел и продолжай работу, как обычно. Происшествий в последнее время невероятно много, от чего много и героев. Так что я теперь тоже работаю в вашей сфере. Ястребу приходится самому заполнять свои бумаги. Все много работают последнее время, так что лишняя пара рук будет только кстати, — Кимико достаёт ключ от кабинета героя, — Проверь, чтобы ничего тут не оставить и пойдём.       Девушка обводит взглядом всё помещение, проверяет свою сумку, в голове перебирает её содержимое и, убедившись, что всё на месте, кивает Ямадзаки. Они выходят из кабинета, секретарша закрывает за собой дверь на ключ, после чего возвращается к работе. Лина же идёт обратно в свой отдел, где коллеги радушно её принимают. Слишком долгую радость встречи они не закатывают и совсем скоро все снова утыкаются в усердную работу. Сегодня четверг, а значит, нужно постараться внести максимальный вклад в завершение плана для отдела на неделю.       Домой Виталина приходит раньше, чем обычно, однако чувствует себя в разы более уставшей. Работать необходимо просто в нечеловеческом темпе, что создаёт большую нагрузку на мозг и, соответственно, большой расход энергии. В пятницу происходит всё то же самое, поэтому в субботу девушка позволяет себе поспать аж до часу дня. По пробуждению она исполняет всё процедуры для поддержания порядка в доме. Готовит еды на неделю, убирается, закупается и ещё множество необходимых мелочей. Вечером же она погружается в мысли о грядущей встрече. Ястреб уже обманул её однажды, с чего бы ему быть откровенным теперь? Может он просто ещё не всё выведал? Но зачем бы ему так много её обманывать? Нельзя было в более открытой обстановке всё обсудить? А что, если он вовсе пошутил про ещё одну встречу? Лина не знает во что верить, но решает завтра быть готовой к договоренному времени. Этот герой такой странный. Сколько у него личностей…?       Ночью с субботы на воскресенье, спит она очень тревожно. Ей снятся кошмары и излишне неправильные сны, она много просыпается в ночи от чувства внезапной тревоги, но снова ложится спать обратно. В итоге спит она даже дольше, чем в субботу. Кофе ей сегодня уж точно не помешает, хоть и вечером. Не торопясь, Виталина моет голову, проверяет почту, готовит одежду, немного играет в приставку, как вдруг ей на телефон приходит сообщение, совсем не входящее в её планы. Пишет бариста из кофейни, в которой у неё была назначена встреча с героем номер два. Оказывается, у них сегодня отключили электричество, поэтому никакого кофе, увы, не будет. Девушка приходит в замешательство. Написать ему нет возможности, ведь номера своего он не оставил, искать другую кофейню не хочется, предложить провести время в другом месте слишком рискованно — парня могут в любой момент узнать. Она приходит к выводу, что можно попробовать позвать его к себе в гости. Этот вариант кажется самым оптимальным, потому она крайне тщательно проводит ещё одну уборку в квартире и наглухо запирает дверь в комнату Макото, чтобы поберечь её приватность. Ставит на зарядку контроллеры, достаёт поближе настольные игры, успевает сбегать в магазинчик, прикупить немного сладостей, а также пополняет запасы чая. Время пролетает очень незаметно и чуть ли не опаздывая, Лина впопыхах успевает примчать на место встречи за пару минут до шести вечера. Она оглядывается по сторонам в поисках юноши, но нигде его не видит. Может действительно не пришёл? Обманул, забыл, не дождался? Виталина решает немного подождать, когда вдруг ощущает прикосновение к своему плечу. Немного напугано она оборачивается на сто восемьдесят градусов, но из напряжённого её лицо тут же приобретает довольный вид.       — Да как В… ты это делаешь?! — хихикая, девушка тыкает замаскированного Ястреба в плечо, чем вызывает у того улыбку.       — Настоящие фокусники своих приёмов не раскрывают. Идём? — он успевает сделать только шаг в сторону кофейни, как она останавливает его.       — Подожди! Они закрыты сегодня. Проблемы с электричеством. Я бы могла позвать Вас… То есть тебя! Тебя к себе, если хочешь, — Лина уже успевает прочитать недоверие на лице героя, поэтому добавляет, — На связке моих ключей, нету ключа от наручников, которыми я прикую тебя к стулу или батарее, клянусь.       Наступает тишина. Он смотрит своими до мурашек серьезными глазами, взвешивая всё в своей голове, и, кажется, приняв решение, заливается звонким смехом.       — Я бы мог одолжить тебе ключи от наручников, Ласточка! Ладно, уговорила, идём к тебе. Только мне стоит зайти, купить какое-нибудь угощенье, а то в гости с пустыми руками негоже ходить, — парень оглядывается по сторонам в поисках какого-нибудь магазинчика.       — Хорошо. Около моего дома есть магазин. Только, чур, без булочек, я испытываю особую слабость к ним, — смеётся Виталина, двигаясь к своему дому.       — Это ли не есть хорошо?       — Я съем так много, что боюсь набрать вес, — виновато хихикает она.       — Ты и «набрать вес» это антонимы, поэтому не выдумывай и сразу говори, какие булки тебе нравятся, — юноша тянет руку, чтобы потрепать девушку по голове, но та уворачивается.       — Я так стараюсь над причёской не для этого!       Он же смеётся и всё равно треплет её по голове.       — Ах, ты…! — она вытягивает руку и щипает Ястреба за нос, — Купи и те сладости, которые нравятся тебе!       — Айх! Идёт! — он потирает свой нос и смеётся.       По дороге Лина предлагает сыграть в игру, суть которой называть марки, проезжающих мимо машин. Она заранее знает, что выиграет его, но герой оказывается не промах и может опознать многие даже исключительно европейские марки. Вот же ж…!       — Откуда ты так много знаешь об иностранных машинах? — спрашивает Виталина, ведя его по отделу всяких вкусностей.       — Когда-то интересовался, — парень хватает в руку упаковку с уже готовыми митараси данго, — Это для меня.       — Ох, а я мечтаю после академии работать с машинами. Представляешь сколько прекрасных машин производят в Японии?! И их экспортируют по всему миру. Любой европеец знает наши машины и это действительно невероятно! Если повезёт меня возьмут работать в Хонду, мне обещали, что у Академии есть связи и с их предприятием, — она ведёт его в сторону мучных изделий и берёт парочку воздушных мягких булок с корицей.       — Тогда почему ты согласилась проходить практику у меня, а не там? — он мягко выбирает из рук девушки её булочки и идёт к кассе.       — Твоё предложение было самым лучшим. Нормальные рабочие часы и зарплата, на которую я могу жить. Не сочти меня за материалистку, но предложение в интересующей меня сфере было всего одно, и оно уж совсем не клеилось с моим представлением о престижной школе. Зарплата слишком мелкая для того, как долго и усердно я училась.       — В этой жизни всё работает так, что ты должна забирать себе самое лучшее, пока успеваешь. Поэтому я уважаю твой выбор, — юноша кладёт на прилавок деньги и забирает свою еду.       — А почему ты взял меня на должность? Давай, помогу, — Лина забирает у него коробки с данго, — О, митараси данго! Поделишься?       — Поделюсь, конечно. А что касается работы, я не выбираю. Тебя выбрала Кимико, она рассматривает все предложения. Она, кажется, сказала, что у тебя очень хорошие рекомендации.       — Ого. Она получается заведует всем офисом?       — Не совсем. Я подписываю все бумаги, поэтому даже выбирая тебя на работу, она согласовывала это со мной. Но мне было как-то без разницы, ибо нам были нужны хорошие сотрудники, а ты подходила по всем критериям.       — Достаточно откровенно. Стой, стой, вот, мой подъезд, — она касается его плеча и показывает на небольшую изрисованную всякими граффити дверь.       — Тебе не страшно тут жить? — Ястреб идёт вперёд и хочет открыть дверь, однако у него не выходит до тех пор, пока Виталина не вводит пароль. Он всё равно не отступает и открывает перед ней дверь, впуская ту внутрь.       — Благодарю. В подъезде достаточно опрятно, да и живу я высоко, лень туда кому-то лезть, чтобы меня прикончить, — девушка идёт по маленькому подъезду к лифту и на нажимает кнопку вызова. Тут действительно очень опрятно, стенки покрашены в приятный светло зелёный цвет, полы чистые и нигде не валяется никакого мусора.       — Поверь мне, кому надо тот даже пешком на шестьдесят пятый этаж поднимется, — герой внимательно осматривается, а как только лифт приезжает заходит туда за Линой.       — Ой, да не кошмарь меня. У нас спокойный район, — она нажимает на кнопку с номером семь и ждёт, — Нам квартиру бабушка сдаёт. Божий одуванчик, ну.       — Ну ладно, ладно. Успокойся. Я же шучу, — он выходит из лифта первым, а после следует за Виталиной к её входной двери.       — Знаю, что шутишь. Вот, подержи, — она кладёт сладость в руки парня, достаёт ключи от квартиры и принимается открывать дверь, — Замок тут немного заедает, но я привыкла.       Наконец слышится долгожданный щелчок, ключ проворачивается, и девушка легко нажимает на дверную ручку, пропуская гостя в свой дом.       — Будь добр сразу разуться, — она ногами сталкивает с себя обувь и выхватив угощения из его рук, идёт на кухню. Юноша медленно снимает обувь, всё осматривая. Такая крошечная, кажется, квартирка. Висят пальто, куртки, шапочки, на полу стоит куча женской обуви.       — Тебе тапки нужны? — Лина показывается в коридоре, с пушистыми розовыми тапочками на ногах и парой обычных тапок в руках.       — Почему бы и нет? Давай сюда, — он подходит к ней и тут же надевает выданную обувь.       — У меня есть несколько настолок, приставка, но вообще может сначала чай попить.       — Хм… У вас принято пить чай в гостиной?       — Да, конечно. Идём на кухню, его всё равно нужно сначала заварить.       Странно, но Ястреб ведёт себя совсем иначе чем обычно. Чем-то напоминает котёнка, только-только привезённого в новый дом, которому просто необходимо обнюхать каждый угол. Он внимательно изучает всё предложенные чаи, особое внимание уделяет доступным ему вкусностям, очень дотошно выбирает на настольную игру и с неподдельным интересом изучает список дисков с играми на приставку. Но потом в один момент он замечает в углу чехол от гитары.       — Это твоя? — как пятилетний мальчик, ещё неумеющий концентрироваться, герой отвлекается от игры, навлекая на обоих поражение и показывает на гитару.       — Ястреб, блин…! Рх. А ведь так хорошо шли! — Виталина раздосадовано вздыхает на уровень, который никак им не поддавался, — Да, это моя гитара.       — Ты и играть умеешь?       — Я самоучка, когда-то научилась что-то бренчать, но уже очень давно не играла, — сразу же прочитав его мысли, она ставит игру на паузу.       — Сыграешь что-нибудь?       — Мммммх. Её ещё настроить надо… Какая музыка тебе нравится? — девушка поднимается с нежно нагретого места и берёт в руки пыльный инструмент. Открывает чехол, достаёт гитару, каподастр и свой телефон, после чего садится усердно настраивать. Он внимательно наблюдает за тем, как она дёргает струны, крутит колки, а потом снова дёргает струны.       — Так. Ну, кажется, настроила. Так что у тебя там по музыке? — Лина берёт гитару в руки и выжидающе смотрит на парня.       — А… М… Давай я оставлю это на твой выбор, хорошо, Ласточка?       — Как скажешь, — противиться она не собирается, поэтому начинает сначала бренчать что-то простенькое, а после переходит на что-то посложнее. Юноша продолжает глазеть на пальцы, бегающие по струнам, а после смотрит на часы на стене.       — Может посмотрим телевизор? ¬– внезапно предлагает он, от чего Виталина бросает на эту птицу недовольный взгляд.       — Ты уж определись, чего хочешь! Да и вообще. Телевизор можно дома посмотреть, — бухтит она.       — Мне нравится смотреть телевизор в чьей-то компании.       — А у тебя там девушки или сожителя какого-нибудь нет?       — Ах… Есть девушка! Манами, моя Манами! Она самое прекрасное создание на всей земле и работает в модельном агентстве…       — Да, да, это чудесно, но почему ты не смотришь телевизор с ней? — вовремя перебивает девушка, не давая Ястребу окунуться в волнующие его душу подробности.       — М. Ну. Ей не нравится смотреть телевизор.       — Господи, только не говори мне, что она читает книги.       — Ох, нет. Смотрит дорамы.       — Ах, вот как. Ну, извини меня, а чем телевизор отличается от дорам?       — Ей не нравится, когда я смотрю с ней, её дорамы.       Она было открывает рот, чтобы что-то сказать, как вдруг полностью осмысливает то, что он сказал. Осознание заставляет Лину изогнуть бровь и бросить на героя скептический взгляд, после чего та всё-таки даёт ему пульт от телевизора.       — И что ей интересно не нравится?       — Манами очень сложная. Не такая, как остальные девушки, поэтому я её люблю, — отвечает парень, листая каналы, — Есть какие-либо предпочтения?       — Что…? А. Да, телик. М, да не, включай, что хочешь, — она в то время убирает на место свою гитару, — Можешь хочешь перекусить?       — Давай прикончим мои данго. Вот. Смотри, я нашёл какую-то передачу про машины, ты говорила, что тебе такое, кажется, заходит, — лениво отвечает он, развалившись на диване. Вот же ж гусь невоспитанный.       — Тебе самому-то нравится это смотреть? — бросает Виталина перед тем, как скрыться на кухне. Юноша в то время, наверное, немного обдумывает ситуацию и садится более собранно, занимая уже не весь диван, а только его половину.       — Важна компания, а не то, что по телеку крутят, — отвечает он, как только она возвращается с едой.       — Смысл тогда его смотреть?       — Тишина. Мы не говорим, но это так или иначе общение.       — Странный ты, конечно, но вот, угощайся, — девушка садится рядом и протягивает Ястребу тарелку с данго и ещё какими-то сладостями, которые туда досыпала.       — Все со своими тараканами.       — И то правда.       И они действительно смотрят эту передачу. С интересами Лины она, к сожалению, никак оказывается не связана и с темы машин уезжает куда-то в сторону, но всё-таки какой-то затягивающий элемент в этом есть, поэтому заканчивать просмотр совсем не хочется. В телефоны никто не лезет, и они оба смотрят в экран, похрумкивая печеньем и покусывая данго. Всё как герой говорил. Тишина, покой, умиротворение и вполне себе нормальный способ немого общения. Она начинает понимать, что он имел в виду, когда, облокачивается на парня во имя удобства, когда, взяв плед себе, молча кидает один и ему, и когда в какие-то моменты сражается с ним за печенье на тарелке. А главное всё это происходит молча. В словах внезапно пропадает надобность, просто потому что всем лень. Однако идиллию прерывает телефон, который внезапно начинает звонить у Виталины в кармане.       — Я на минутку, — она подскакивает с дивана и убегает на кухню, где ведёт разговор. Юноша даже не пытается подслушать. Просто лежит, сверля взглядом белый потолок и думает о чём-то своём. Ему, скорее всего, есть о чём подумать, но для девушки это выглядит скорее как «отходняк от того, как долго ты пялился в экран».       — Слушай, тут такое дело. Мой знакомый сказал, что сможет достать мне билетики в клуб в следующую субботу, может хочешь составить мне компанию? — Лина появляется в дверном проёме, явно отвлечённая от той спокойной атмосферы, которая наполняла воздух ещё пару минут назад.       — Меня легко там раскроют, Ласточка. Это дохлый номер. Я не уверен, что хочу этого.       — Ммм. Да, ты прав… Хотя, погоди-ка! — она внезапно убегает в одну из комнат и возвращается небольшой сумочкой, — Линзы вставлять умеешь?       — Да, но…       — Чудно! Так, значит вот линзы, их не носил никто, всё абсолютно стерильно. Срок годности тоже не истёк. Так оденешь так или нужно стол, зеркало?       — Я справлюсь так, но что ты вообще хочешь сделать? — Ястреб берёт из её рук контейнер, открывает его и принимается вставлять линзы в глаза.       — Ооо… Ты увидишь. Поверь, будет чудно, — не сказать, что улыбка на лице Виталины вселяет в него уверенность, но когда та достаёт спонжи, кисти, консилеры и тональные крема, он понимает, что дороги назад больше нет, — Ну как закончил?       — Да, но мне нужно время, чтобы глаза привыкли, надеюсь, понимаешь, — предполагая, что его ждёт, герой заправляет назад свои волосы.       — Хорошо, тогда сиди смирно, — она подходит к нему беря в руки тональные крема и начинает наносить немного ему на шею, добавляя то более светлый, то более тёмный. «Ищет нужный тон», предполагает парень, моргая и двигая глазами, чтобы те скорее привыкли к линзам.       — Что ж, мои глаза готовы, можешь меня мучать, — он делает абсолютно плоское лицо, от чего девушка едва ли сдерживает смех, но кивает с самым умным видом, который только может сострить в данный момент.       — Я погляжу, с тобой такое часто происходит, — говорит она, собирая его переднюю часть волос в хвостик на лбу.       — В фотостудиях для реклам и журналов я частый гость, поэтому им нужно чтобы моё лицо выглядело как идеальная подложка под ретушь и что там делают для того, чтобы изображение выглядело лучше…       — Угу… Так открой глаза, пожалуйста, — Лина наносит немного тонального крема вокруг глаз юноши, — На самом деле, мне кажется, что я даже видела тебя то ли на какой-то обложке, то ли на рекламном щите. Уже даже не помню.       — Чаще всего я рекламирую одежду, — поясняет он, ничуть даже не дёргаясь от достаточно небрежного прикосновения кистей вокруг его глаз.       — Имеет смысл. Ты выглядишь как среднестатистический моднявый мужчина. А теперь закрой глаза.       — Моднявый мужчина? Нет, нет, я, несомненно, намного лучше большинства, — с каким-то чересчур комичным спокойствием отвечает Ястреб, послушно закрывая глаза. Девушка усмехается и спонжем распределяет тональный крем вокруг его глаз. Она не визажист, и даже неопытный любитель макияжа, поэтому движения её достаточно грубы и неаккуратны, однако, что удивительно он терпеливо молчит. Может осуждает про себя?       — Прости, если неприятно, я не особо профессионал…       — Профессионалы даже грубее.       — Оу.       Дальше действо разворачивается молча. Лина выжимает из себя максимальный дар художника, которым её наделила природа, а герой терпит все эксперименты над своим лицом. Наконец она вздыхает и старается ему, ничего не подозревающему, что-то напялить на голову.       — Что это? — тут уж парень встревает, хоть и без разрешения не открывает глаз.       — Парик. Я почти закончила. И действительно. Она ещё самую малость возится с искусственными волосами, делает завершающие штрихи и всё-таки позволяет ему посмотреть в зеркало, которое заранее поставила перед ним.       — О Господи. Это я? — он даже немного вздрагивает, смотря на отражение уже совсем другого человека. Тёмные как шоколад глаза, каштановые волосы и, кажется, словно даже форма лица немного изменилась, — Как это чудо зовут-то?       — Рэн. Мой друг, которого я позову с собой в клуб в следующую субботу.       — Хах… Убила мою внешность ради похода в клуб?       — Эй, всего лишь спрятала. Да и ты мог бы развлечься в кругу обычных смертных.       –Мой внешний вид играет огромную роль для общества, это одна из самых важных моих компонентов для того, чтобы быть героем высшего уровня…       — А этой внешности тебе хватит, чтобы хорошенько нажраться в клубе, наблевать на стойку от переизбытка эмоций и прийти туда снова, но под контролем бармена, который будет вежливо предлагать тебе менее крепкие коктейли, а если откажешься, то сам сделает тебе что-то градусом поменьше, — смеётся Виталина, с удовольствием рассматривая свою работу, — Разве не любишь выпить?       — Во-первых, обидно, во-вторых, люблю, в-третьих, ты что, пьёшь?! — последнее своё слово юноша говорит даже не скрывая удивления.       — Ох, нет. Мне не нравится, да и по состоянию здоровья нельзя. Мне было лет четырнадцать, когда на семейном застолье в Италии бабушка дала мне попробовать вино их производства. Тьфу! Гадость редкостная оказалась! Она сказала, что я вся в отца.       — А эти приступы у тебя не с детского возраста…? — не совсем уверенно спрашивает он, чем вызывает неловкое молчание. Виталина бегает глазами по комнате, а после заливается нервным смехом.       — Ох, ну… Ха-ха… Я так перепугалась того Ному! Помнишь громадного…?       — Так это же было недели две или три назад.       — Нет-нет, раньше, Ястреб… Около года назад, помнишь? Девушка сиганувшая из окна, чтобы спастись от Ному?       Ястреб напрягся. Столько людей он спас за год, и так тяжело было вспомнить кого-то конкретного. Он покачал головой.       — Он пытался убить меня. Бежал по пятам, дышал в затылок, я слышала как он скребётся по стенам и пытается схватить меня… Брр! Я потом ещё полгода в психиатрии постоянным клиентом числилась! — она говорила абсолютно спокойно, даже чутка шутливо, но внутри сердце её колотилось, как крошечной птички, загнанной в угол кошками.       Герой молчал, поджав губы. Какое-то слово вертелось на его языке, груз вины жёг душу, а глаза кричали громче любых слов.       — Ну что было, то было. Сейчас вон! Хорошо всё! Ты в клуб-то пойдёшь, а, Пернатый? Мне ещё про билеты спросить нужно, — девушка тормошит его за плечо, стряхивая нахлынувшую тоску. Он усмехается горько, но быстро возвращает себе жизнерадостное лицо.       — Во сколько говоришь?       — Суббота, около восьми вечера начало.       — Хм… Я приду к тебе в семь за услугами визажиста.       — Чудно! Очень чудно! Тогда тебя зовут Рэн! Только придумай себе какую-нибудь убедительную бэкстори. Расскажешь её мне, пока буду тебя красить.       — Без проблем, Ласточка. Только вот. Откуда у тебя мужской парик…?       — Ха-ха! Когда-то был нужен для косплея, — она улыбается, чуть крутя головой от счастья, как её взгляд вдруг падает на часы, — Ой-ой. Уже почти девять вечера. Тебе, кажется, идти надо.       — Ой-ой! Кажется, очень надо! — второпях парень снимает с себя парик и аккуратно кладёт на диван, после чего выколупывает линзы из глаз, поспешно складывая их в контейнер. Лина быстро всё понимает и бежит открывать входную дверь, как он уже оказывается в коридоре, надевая обувь.       — Удачи тебе. Увидимся на работе, — она чуточку улыбается, маша тому рукой вслед.       — Береги себя! До встречи! — улыбаясь как солнечный мальчишка, юноша скрывается за дверью, а через пару мгновений, Виталина через окно видит в небе яркие алые крылья, мелькающие контрастом на ночной палитре.