Часть 8
18 мая 2023 г., 08:52
Четыре месяца. Всего четыре месяца.
Четыре месяца, прежде, чем навсегда попрощаться с возможностью чувствовать. Точнее не навсегда, а пока волшебный лёд на её сердце не разогреет, кто-нибудь, кто полюбил бы её. Но это всё равно, что навсегда. Кто мог любить её? Принцессу-затворницу. Только тётя и дедушка, но их сердца тоже ледяные, и им её не отогреть.
У ледяного царства было мало подданных. Помимо пингвинов и северных духов, живущих во дворце, на окраине было несколько небольших поселений, где жили люди. Несмотря на тяжёлую жизнь, они были очень жизнерадостным народом. После тяжёлой работы, они до первой звезды распевали весёлые песни и играли на дудках. Катались на санках, разгоняя тоску и усталость. И никто в целом Сказочном Мире не справлял зимних празднеств с таким размахом, как северяне.
Снегурочка иногда подходила к их деревням и держась границы леса, подсматривала за жизнью сельчан, слушала их песни и сказы, шутки, и частушки. Страшно подумать, что больше эти звуки не смогут затронуть струн её души.
Надо предупредить Варвару с Алёнкой. Может они смогут ей как-нибудь помочь? Хотя, конечно, вряд ли Алёнка сможет так быстро разобраться со своими силами. Четыре месяца для Сказочного Мира, это меньше месяца для Мира Людей. Но может Варечка смогла бы приютить её в Штормграде. Это было бы её спасением, но как неприятно обманывать тётю. Она будет так зла на неё. Дедушка поймёт, но будет очень скучать. И она по ним тоже, очень-очень. И по весёлым песням северян, их неугасающим гуляньям, по лесу в снежных одеяньях, дворцу, что был ей домом столько лет, пингвинам, что нянчились с ней.
Прощайте все. Прощайте всё.
Уедет она или охладеет ко всему, в любом случае всё это для неё исчезнет.
***
— Алёнка! — Волшебница хотела покинуть класс незаметно, но не успела. — Погоди! Может прогуляемся, погода такая хорошая сегодня… — Извини, Саша. Не сегодня. Может в следующий раз. — Затараторила девушка, попытавшись побыстрее уйти. — Алёнка, — Парень взял её за руку. — Я не знаю, что у тебя происходит и понимаю, что это не моё дело, но… Сначала эти странные разговоры о родителях на твоём дне рождении, потом ты ходила с таким видом, будто у тебя кто-то умер, потом ты так быстро сорвалась куда-то ничего не обещая, потом, когда я приходил тебя навестить, твоя бабушка не пустила меня, сказав, что ты себя плохо чувствуешь, и вот, уже четвёртый день подряд, совсем со мной не общаешься, испаряешься сразу после уроков неизвестно куда. Я волнуюсь Алёнка! Алёнка стиснула зубы, пытаясь сдержать желание вывалить своему лучшему другу и самому понимающему слушателю всё как на духу. Он всегда её поддерживал и, видит небо, ей сейчас нужна была вся поддержка, какую только можно получить. — Саш, я всё понимаю. Но пока ничего рассказать не могу. Это не только мой, это чужой секрет, понимаешь? В очередной раз она нашла выход в спасительном бегстве. К счастью бегала она быстро. Надо будет сегодня же обязательно поговорить с тётей о том, можно ли, ей рассказать всё Саше.***
Какое разочарование! Столько лет ожидания и что, что они получили? Варвара просто полыхала от злости. Зачем она сдерживалась, ждала эту недотёпу, взяла бы давно всё в свои руки и давно победила бы! Она сильна, искусна в магии, влиятельна, у неё есть шпионы к половине враждебных царств! Из неё спасительница выйдет гораздо лучше! Родители даже обрадовались этой новости. Теперь, когда выяснилось, что наследница Огненного Королевства, мягко говоря, несостоятельна, у Варвары есть шанс занять её место, как в качестве героини всех светлых сказок, так и на её престоле. Кого огнебургцы предпочтут видеть своей правительницей — волшебницу, свергнувшую тирана-самозванца, или дочку проигравшего короля, почти не имеющая магического дара? Единственное препятствие — нужно придумать способ, как не выдать свою личность. Она не может подставлять Штормград. Ей нужна какая-то маска. А лучше полноценный костюм. Варвара продумывала детали наряда, этот процесс помогал ей сохранять спокойное выражение лица, пока они с родителями присутствовали на приёме в Медногорском княжестве. Нельзя сказать, что во времена Хозяйки Медной Горы, это было особо приветливое место, но князь Морок превратил живописный горный хребет — в неприступную крепость. Буйство природы забетонировали или перерыли под сельскохозяйственные нужды. Несметные богатства скал почти полностью вынесли, повредив при этом и сам горный ландшафт. Виновник этой экологической катастрофы, стоял перед гостями в начищенных тёмно-синих доспехах с этими нелепыми когтистыми рукавицами и глупом шлеме-короне. Длинный чёрный плащ с подкладками, делал его и так широкие плечи ещё шире. Из-под тени шлема блестела самодовольная белозубая улыбка и горящие голубые глаза. В руках он держал начищенный серебряный кубок и произносил тост. Весть о проигравшей спасительнице уже дошла до столицы его княжества. Как же он её бесил. Понятное дело, почему их пригласили. Знает о их тайной поддержки светлых сказок и позвал, чтобы позлорадствовать. «Спокойно. Не демонстрируй своё презрение. Думай о костюме. Нужны крепкие сапоги, драконья кожа, как раз подойдёт. Леггинсы, туника и много лент. А основной цвет будет малиновый.» — Людмила, Виктор. — Обесценил её модную медитацию князь. — Счастлив, что вы смогли выкроить время и выпить за славную победу тёмный сказок. Как будто ты имеешь отношение к этой победе, самодовольный болван! Видимо лицо Вари отразило её эмоции, так как мать требовательно сжала её плечо. Сделав усилие над мимическими мышцам, принцесса натянула вежливую улыбку. — Князь Владислав, какое славное торжество вы устроили. — Пустились в похвалы родители. Дежурные фразы о красоте украшений, изысканности закусок и прочем. Какая мерзость. Знал бы Морок, что говорят о нём её родители дома. Жалкий человек, выскочка, купивший магию, припевала Сирина… Лично по её мнению, лучшей характеристикой было «конченный подлец». Все его действия были чистыми воплощениями корысти. — А это, я так понимаю, ваша дочь Варвара. Миледи, я слышал много слухов о вашей красоте, но оказалось, что они не только не врали, но и преуменьшали ваши достоинства. — Обратился князь лично к ней и поцеловал ей руку. — Я тоже много слышала о вас, Ваше Княжество. — Любезно сказала Варвара, не сумев однако сдержать каплю ехидства. — В вашем случае, однако, надеюсь слухи преувеличены. — Какие же слухи о моей персоне показались вам столь неприглядными? — Ну знаете, ходят слухи о том, что вы в своей жадности смогли переплюнуть даже Кощея. Что ваши отношения с Сирином, далеко не партнёрские, а близкие скорее к отношениям хозяин-раб. Что несмотря на получение магии, ваши знания магического мира остаются лишь чуть менее посредственными, чем у человека. Что ваши методы столь жестоки, а характер невыносим, что дай толчок и вас покинут все. И как вам повезло, что срок вашей жизни не ограничен возрастом, ведь более, чем триста лет у вас не было ни жены, ни наследников и вряд ли будет, разве что на жизненном пути вам не встретиться особа, совершенно умалишённая или лишённая чувства собственного достоинства. Слухи, конечно. Отец с матерью укоризненно смотрели на неё, но честно, Варваре сейчас было плевать. Шестнадцать лет игры в театре лицемерия и, наконец, она высказала всё. Чувство, как у тореадора на корриде. Умопомрачительная смесь азарта и адреналина. — А ты у нас колючка, да? — Злобно оскалился Влад. Ничего хорошего этот оскал не предвещал. — Между прочим о последнем. Это ты очень кстати подняла тему. В нашем мире скоро могут наступить неспокойные времена, следовало бы заняться укреплением своих государств. Штормграду при его неоднозначной позиции, это особенно необходимо. Король с королевой едва заметно посуровели от его тона, в котором прослеживалось высокомерное, снисхождение к их королевству. Князь явно заметил это и, судя по всему, делал намерено. — В подобных условиях вы, наверняка, найдёте моё предложение выгодным. — Какое предложение? — Спросила королева Людмила. — Династический брак. — Легко ответил Морок. — Хороший залог взаимопомощи между нашими странами… — Что?! — Взорвалась Варвара. — Да я за такого, как ты, никогда в жизни не выйду! — Варя. — Шикнула мама. — Уж лучше выйти за последнего крестьянина из горных скитальцев, чем за тебя! — Даже так? — Сверкнул глазами князь. — Чем же я хуже крестьянина-скитальца, даже интересно стало? — Ты мерзкий, самодовольный, высокомерный, беспринципный подлец. И меня от тебя тошнит! — Выпалила волшебница и по щелчку пальцев телепортировалась домой, оставив всех свидетелей этого разговора в смешанных чувствах. Медногорцы нервно смотрели на своего князя, опасаясь его реакции, тогда, как родители Вари пытались сгладить ситуацию. Но на удивление всех присутствующих, вместо того, чтобы разразиться гневом, Морок широко раскалился и зловеще рассмеялся. Люди хорошо знающие его, хотя таких в мире и не было, могли бы сказать, что у него возникла чудовищная идея.***
В замке Чёрных воронов бурлили подготовления к приезду важной гостьи. Снежная Королева вечером приедет навестить свою подругу, королеву Равенну, и слуги носились по своим палатам, вычищая их до блеска, хлопоча на кухне, украшая комнаты. Марье поручили распахнуть настежь все окна в палате, дабы Снежной Королеве было прохладнее и уютнее, правда смысла в этом мало, всё равно, при прибытии гостьи, все комнаты, по которым она пройдётся, покроются льдом. Тем временем её сёстры подметали, протирали, расставляли, в общем, наводили красоту и порядок. А так-же прятали все хрупкие к низким температурам вещи, редкие книги, антикварную мебель, картины, старинный текстиль. Одна дриада неся серебряное зеркало, конца позапрошлого века, неудачно споткнулась о складку ковра, уронив свою тяжёлую ношу на ногу. — Осторожнее, травянная корова! — Вскрикнула, так некстати зашедшая, королева. Поскольку ковёр был очень толстым и мягким, зеркало не пострадало при падении. Что ни капли не успокоило пыла самодержавицы. Она кричала и кричала, точно была не вороной, а сорокой. Пока не заметила, что жертва её гнева, совсем её не слушает, а со слезами на глазах баюкает свою ногу, на которой острый декоративный элемент, оставил глубокую и длинную царапину. — Почему ты плачешь? — Неожиданно спросила она. Дриада даже опешила. — Я… Мне больно, Ваше Ве’ичество. — Нет. — Тихим, но опасным тоном, возразила королева. — Ты делаешь это, чтобы привлечь к себе внимание, вызвать жалость. Хлопок. Лесная нимфа получила хлёсткий удар по лицу. — Так?! Так вот милочка, притворства здесь не любят! Прекрати играть и возвращайся к работе! Бедняжка заставила себя вернуться к уборке, игнорируя боль, но вырывавшиеся с губ стоны и сиплые вздохи и солёные слёзы из глаз, сдержать не могла, что очень раздражало Равенну, убеждённую, что всё это лишь игра на публику, чтобы её пожалели и разрешили не работать. В конце-концов, она сорвалась и подозвала одного из стражей, чтобы тот, бил её древком швабры. Марья не знала, как должны были работать её мозги, но королева решила, что лучший путь вывести обманщицу на чистую воду, это избивать её до тех пор, пока она не перестанет играть и плакать. Разумеется, с каждым ударом крики дриады становились только громче. Искусница вскипела. С самого детства ей вбивали мысль, нужно просто немного потерпеть, скоро в Сказочный Мир вернётся принцесса Огненного Царства и изгонит тёмные силы. Но оказалось, она не всесильна. Её народ сам виноват в своих страданиях, они слишком уповали на чужую помощь и совсем ничего не прилагали, чтобы изменить свою жизнь. Настало время постоять за себя самим. — Она не притворяется! Ей больно, поэтому, она кричит и плачет! Неужели такая образованная женщина, как вы не знает, как работает нервная система?! Это было храбро, но не очень умно. Она ожидала, что подобными словами переключит гнев королевы на себя, но надеялась, что тогда та хотя бы оставит в покое её сестру. Но вышло иначе. Наказание раненой дриады не отменили, к нему просто подключили и Марью. Взяв всю волю в кулак, крепко сцепив зубы и часто моргая, девушки старались выиграть право выйти из этой жестокой игры. «И всё же, — Думала Маша — Хоть это и не сработало, я не зря это сделала. Те, кто молча наблюдают за несправедливостью — соучастники несправедливости».
