Киала Райс
Первое, что я почувствовала, — страх, необъяснимый, неизвестный. Он заполнял меня по маленьким капелькам.
После пришла боль, всё тело горело, полыхало, словно в огне…
Где я сейчас?..
Приложив огромное количество сил, я смогла открыть глаза. Я ничего не видела, словно мои веки всё ещё закрыты, но среди мрака можно различить знакомые, белые потолки лабораторий RDA.
Адам. Мне нужно увидеть брата, услышать его голос, извиниться перед ним и попросить больше не оставлять меня, но его почему-то нет рядом.
Оглянувшись, увидела много аппаратуры, капельницы, которые что-то мне вводили, а также аппарат для искусственного дыхания. И только теперь я начала немного понимать… Взрыв… Я подорвала один из военных кораблей…но как? Как мне удалось выжить? Или я все-таки умерла?..
— Адам, — до невозможности тихо прохрипела я, сама не узнав свой голос, — Адам… — слёзы невольно покатились по моему лицу, падая на подушку, — Прошу тебя, мне страшно… — сколько бы не звала, он не приходил. Значит, мне самой нужно его найти.
Но сил на это совсем не было, моё тело словно и не моё вовсе. Так и не поднявшись, я продолжала плакать, пока вновь не погрузилась в забвение…
Меня разбудили близко тревожные звуки, много голосов активно что-то обсуждали. Но мне было неизвестно, кому они принадлежали - никогда прежде я их не слышала.
— Адам… — прошептала я, приоткрыв глаза, — Джейк…
В комнате повисла оглушающая тишина, от которой мне хотелось спрятаться: слишком долго я уже её слышу…
— Ло, скорее за отцом! Живо! — от громкости и неожиданности сказанного я полностью пришла в себя.
Я посмотрела на источник звука и, признаться честно, немного испугалась. В комнате, помимо меня, были На’ви, на вид подростки, были и совсем дети, а ещё человеческий мальчик… Но ведь в организации больше не было детей… Один из них выбежал и звал кого-то. Как бы я ни старалась вспомнить хотя бы одного из присутствующих, мои старания оказались напрасны - ни имена, ни сами их лица мне были совершенно не знакомы. Детей клана Оматикайя я знала хорошо, а вот их - нет.
Незнакомцы смотрели на меня с нескрываемым удивлением. Ко мне аккуратно, видимо, опасаясь напугать, подошёл один из них и задал вопрос:
— Как ты себя чувствуешь? — спросил он на нашем языке. Парень никак не смог бы им владеть, если бы не обучался, а в этих краях На’ви осваивали его только с помощью Грейс. Возможно, он учился в её школе, поэтому он должен быть мне знаком, но в воспоминаниях пусто.
— Позовите Адама Райса или Джейка Салли, прошу вас, — наверное, я выглядела жалко, ведь все они смотрели на меня с жалостью и тревогой в глазах.
— Не переживай, наш брат уже пошёл за помощью, — ко мне приблизилась молодая На’ви, — Ты помнишь, кто ты? — поинтересовалась она.
— Я — Киала Райс, кандидат в операторы… Но… Но вы кто? — ничего не понимая, спросила их я.
Они переглянулись между собой, словно сомневаясь, давать мне ответ или нет.
— Мы — дети Джейка Салли, — ответил на вид самый старший из них. Как только он это сказал, моё сердце пропустило несколько громких ударов, но это было не всё… — Это Паук и… Ада Райс, она дочь твоего брата, — на последних словах я с трудом присела на кровати, после чего не сводя взгляда, посмотрела на девочку…
Но это не может быть правдой. Этим детям уже явно больше десяти лет, да и вообще… Всего же пару дней прошло со взрыва. Да и если бы я была без сознания дольше, не могла же я проспать столько лет… Это все неправда… я же ведь не могла…
— Киала! — вбежали сюда Норм и Джейк, за ними Макс и тот юный На’ви. Джейк так же быстро подбежал ко мне, сжав в своих объятиях. До меня с запозданием дошел тот факт, что он в теле аватара. Почему он в этом теле? Что тут происходит? — О, Великая Мать, спасибо. Ты снова с нами… — мне ничего другого не оставалось, кроме как обнять его в ответ. Присутствие друга успокоило, но не помогло мне полностью.
— Джейк, прошу, позови Адама… я виновата перед ним…- попросила я, однако после моих слов, в комнате воцарилась тишина, — Джейк? Что происходит?
— Норм, выведи детей, пожалуйста… — сказал он. Дрожь его голоса отчетливо зазвенела у меня в ушах, из-за чего моё сердце стало ускорять свой ритм.
Норм, вывел всех, после чего сам вышел вместе с Максом, оставляя нас наедине.
— Киала… После того взрыва… мы думали, что ты погибла, — начал он, с каждым словом сильнее вводя меня в ступор и непонимание, — Это было для нас правдой пятнадцать лет… и вот ты с нами, снова. Тебя держали в криокапсуле всё это время.
— Нет, о… нет, — только и могла повторять я, — Пятнадцать лет? Быть того не может…А Адам? Боже, он, наверное, так сильно волнов… — резко обняв меня, он не дал мне договорить.
Следующие слова Салли произнес еле слышным шёпотом:
— Адам погиб в той войне, защищая На’ви…
И всё…
Как будто все чувства отключили. Я перестала слышать шум медицинских аппаратов, дыхание Джейка и собственное сердце. Я умерла, когда для меня погиб мой брат…
Даже слёзы я была не в силах проронить.
— Киала… Киала! — звал меня откуда-то издалека Джейк, тряся за плечи, — Пожалуйста… ну же, девочка, — повышал он голос, но вместе с тем звучал для меня все тише и тише.
Киала Райс
На крики Джейка, в палату снова забежали Норм с Максом. Второй пытался увести вождя Оматикайя, тогда как первый подошел к Киале, сразу поняв, что той уже все известно. Опустив руки на хрупкие детские плечи, он шепотом старался достучаться до Райс, но та даже не взглянула на Спеллмана.
— Пошли, Джейк. Норм дальше сам, — выводил его за пределы палаты Макс.
До детей, стоявших недалеко, долетала ругань отца, и были видны его слёзы. Ада и Кири тоже не смогли их сдержать. Юные На’ви роняли одинокие слезинки и держались за руки, стараясь унять их мелкую дрожь.
— Твою мать! Она ещё ребёнок… — продолжал обреченно говорить Джейк.
— Успокойся, ты пугаешь собственных детей, — указал на ребят Макс, — Она не будет одинока, у нее есть все мы…
Туктирей, подойдя к отцу, обняла его за ноги, благодаря чему он немного восстановил контроль над собой. Взяв дочь на руки, стал просить прощения за все здесь произошедшее.
Спустя пару минут, к ним вышел Норм и грустно покачал головой в разные стороны.
Через прозрачные двери Нетейам мог видеть Киалу, она сидела все в той же позе. Но голова ее была опущена. Девочка смотрела на одеяло, не видя при этом ничего.
— Нам нужно оставить её одну, на какое-то время, — сказал Норм. Джейк было хотел возразить, но был остановлен непреклонным взглядом Спеллмана.
Через секунду уши пронзил душераздирающий крик, за которым последовали девичьи рыдания.
И только Норм с Джейком хотели побежать к девочке, как их опередила Ада, влетая в палату прямиком к Киале. Не зная подходящих слов утешения, она просто её обняла и позволила выплакаться.
Киала рыдала навзрыд, давилась слезами, каждые несколько минут содрогаясь от горького кома в горле, голос её затихал, обращаясь в хриплый скулеж, пока спустя два часа совсем не пропал. Ей было все равно при ком плачет, она никого не видела - перед глазами мутная пелена, не слышала, ибо сердце страдая, оглушало всё вокруг своим стуком. Она попросила оставить её одну. Проводив друзей пустым взглядом, Райс снова предалась рыданиям, и беззвучный плачь её звучал всю ночь, не затихая ни на миг.
Следующее утро принесло ей новые страдания, ведь она узнала о смерти двух дорогих подруг — Труди и Грейс. Обе эти женщины всегда были рядом, были её наставницами. С Грейс она познала всю прелесть Пандоры и полюбила ее также, как и учёная. А с Труди закаляла характер, училась стойкости, женщина рассказывала ей о вертолетах и кораблях, она подарила Киале её первый огнестрел.
И снова ночь, наполненная слёз. А дар жизни обернулся жестоким проклятием.
Прошли три долгих дня, на протяжении которых в лаборатории никто из На’ви не ходил, кроме Джейка.
Киала, хоть и была подавленная, понемногу начинала ходить, её отключили от всей техники. Джейк пытался с ней разговаривать, но отдачи никакой не получал. На его вопросы девочка давала однозначные ответы, либо вовсе молчала.
А про аватара не то что говорить, она думать о нем не желала…
И пока девочка вновь училась жить, в клане думали, как помочь несчастному ребёнку. Поэтому Оло’эйктан пришёл за советом к Тсахик, надеясь на её мудрость.
— Пусть завтра это дитя приведут к нам, — сказала одним утром вождю Мо’ат, — Она должна увидеть, за что сражался её брат, увидеть и отпустить. Иначе будет плохо. Эйва боится за неё и хочет помочь.
— Но она сейчас никого не хочет видеть… Как мне убедить её прийти? — обречённо спросил мужчина.
— Позволь мне с ней встретиться, — подала голос Самия, — Возможно, я смогу её утешить…
Самия пусть и сильный воин, но долго не могла решиться на встречу с Киалой. Не хотела причинять больше боли ни ребенку, ни себе.
Джейку понравилось её предложение, поэтому спустя двадцать минут они уже летели в сторону Адских Врат.
Прибыв, вождь проводил женщину к комнате Киалы, замерев у порога и обратившись к Самии.
— Самия, всё так, как и говорили тебе дети, она и вправду разбита… — он хотел сказать еще что-то, но женщина его остановила.
— Мы справимся. Вместе, — сказав это, она прошла внутрь, закрывая за собой дверь.
Теперь остается надеяться только на Самию. В прошлом они сильно сблизились, На’ви учила Райс создавать оружие и украшения, рассказывала все тонкости их песнопений, они вместе создавали стрелы для Адама.
— Txep — тихо войдя, окликнула девочку Самия. Она дала ей это прозвище еще в первую неделю их знакомства, ведь Киала всегда горела желанием узнать что-то новое, была вспыльчива и эмоциональна, а еще рядом с ней всегда было уютно. Своим добрым и сильным сердцем она согревала всех вокруг.
Услышав знакомый голос, Киала развернулась лицом к гостю. Поняв кто это, Райс бросилась к ней, спотыкаясь из-за все ещё слабого тела. Самия подхватив девочку, опустилась с ней на тёплый пол и крепко прижала к себе. Обеим требовалось время, чтобы успокоиться и начать разговор.
— Не надо было вам меня находить… Лучше бы я навсегда осталась в небытие… никогда не услышав те слова, — с уст Киалы срывались всхлипы, а вместе с ними страшные речи, — Было бы лучше, умереть мне в тот день.
Выпустив её из своих объятий и взяв её лицо в свои руки, женщина сказала:
— Не говори такое никому и никогда больше, — строго, но с красными от слёз глазами говорила Самия, — В этот раз я прощу тебя, но в следующий… Мы все благодарим Великую Мать за твое возвращение, а ты отрекаешься от этого подарка. Не разбивай нам сердца… снова…
Киала ошарашено взирала на подругу, медленно осознавая, какую глупость наговорила, теперь вместе с тоской ее наполняло чувство вины. Все за неё переживают, пытаются помочь, а она им такое.
— Прости меня, Самия… Пожалуйста, прости… — извинялась девочка, — Просто я… я не могу… Как мне жить без него… Он был всем для меня. Вместе мы преодолели много трудностей, смогли пережить всю ту боль, что преподносила нам жизнь… — заикаясь и задыхаясь от собственных слёз, говорила она, — А когда Джейк сказал, что вы думали, будто я умерла… Это наверно разбило Адаму сердце, точно также как мне сейчас. Я боюсь представить какую боль он испытал. И эту боль он чувствовал из-за меня… Мы оба с ним не сдержали данные друг другу обещания…
— Адаму, и вправду, было тяжело, словно перестал жить, он просто существовал. Но в самый трудный для нас момент он смог взять в руки оружие и защитить то, что любил. Пошёл в бой ради тех, кого любил… — тихим голосом сказала Самия, — Ma Txep, он до сих пор ждёт встречи с тобой, в обители Великой Матери… У нас никто не пропадает бесследно. В сердце Эйвы найдется место для всех её детей.
Они разговаривали, много и долго, тем более для Киалы, которая, в лучшем случае, за последние дни пару предложений произносила. Самия рассказывала обо всём, что произошло в деревне за эти годы.
— Приходи завтра в клан. Все хотят с тобой увидеться, — просила женщина.
— Ты уверена, что это хорошая идея?
— Более чем.
— Но, мой аватар…
— Не нужно аватара, приходи так, — Самии уже было известно, что Киале тяжело сейчас говорить об этом. А давить на ребенка никто не станет.
— Niltsan, я приду.
— Отлично, — ласково улыбнулась женщина, — Завтра за тобой зайдет Джейк, — сказала она, краем глаза замечая, что девочка уже устала, — Ну, я пойду, уже поздний час. Kiyevawe, ma txep
Сегодня первый раз, засыпая, она не лила слёзы…
Проснувшись утром, Киала начала готовиться к предстоящей встрече со старыми друзьями. Спустя пятнадцать лет… После завтрака Норм отвел её к душевым кабинкам, выдал все необходимое, даже нормальные вещи для неё отыскал. Закончив все махинации в душе и с трудом помыв свои волосы, которые очень любила, она приступила к следующей стадии — высушить локоны.
После всех необходимых действий, вернулась в свою комнату, где встав у зеркала, начала рассматривать свои шрамы на руках и ногах. Много мелких царапин, следы от ожогов на неприкрытых ничем плечах… И стоило ей развернуться спиной к зеркалу, как она ужаснулась. Всю спину покрывали отвратительные шрамы от ожогов. Кожа совсем не затянулась… Пусть она и не гналась за непревзойденной красотой, но это было слишком…
В это же время в Адские врата за Киалой пришел Джейк, но не один, а с сопровождением — Нетейамом и Ло’аком.
— Я пойду за Нормом, а вы можете сходить за Киалой, как раз нормально познакомитесь, — сказал сыновьям Джейк.
— Конечно, отец, — ответил старший, — Идем, Ло, — и побежал вперёд.
— Погоди, — звал его второй.
Быстро забежав, Нетейам взял маску и направился дальше, не дожидаясь брата.
— Догоняй! — только и сказал он ему.
Проходя по знакомым коридорам, попутно здороваясь с учёными, он добрался до комнаты Райс, но стоило ему заглянуть внутрь, как он замер, не смея пошевелиться.
Его взору предстала девочка, что с грустью рассматривала в отражении зеркала свою израненную спину. Хрупкие на вид плечи и прямая спина отразили на себе те ужасы, которые способна принести война - светлая кожа в тех местах безнадежно изранена, не осталось ни единого гладкого участка. На правой руке виднелся шрам, скорее всего он появился из-за осколков металла.
Щеки юноши побагровели, стоило ему понять, что волосы прикрывают верхнюю часть девичьего тела, которая была обнажена. Его хвост нервно задвигался из стороны в сторону, а ушки прижались к голове. Он прекрасно понимал, что продолжая пристально её разглядывать, поступает очень грубо. Но, при всём желании, он не мог отвести своего взгляда.
Заметив непрошенного гостя в том же отражении, Киала смотрела на него пару секунд, пока, наконец, как по команде, не осознала в каком виде сейчас находится. Вскрикнув, она прижала руки к себе, обнимая за плечи и прикрывая и без того скрытую длинными локонами грудь.
— Нет! Отвернись! — приказала она. После чего, парень, словно, придя в себя, сразу отвернулся, смущаясь пуще прежнего.
— Прости меня… – извинился молодой На’ви и, увидев приближающегося брата, молниеносно развернул его на 180 градусов, уводя подальше от комнаты.
– Эй-эй, что ты творишь?! — не понимая происходящее, спрашивал Ло’ак.
Девочка, пребывая в шоке и понимая всю неловкость ситуации, начала заливаться ярким румянцем.
